Глава 20: Лучший друг
Пройдя минут пять, они оказались на улице, заполненной толпами людей.
Большие и маленькие лавки выставляли свои товары, а прохожие с интересом их разглядывали.
— Это ведь... Улица Ремесленников, верно? — спросила Резе, глядя на раскинувшуюся перед ней улицу.
Место, где они сейчас стояли, было кварталом мастерских в Лаграндрии. Его называли Улицей Ремесленников, поскольку предназначался он для мастеров и ремесленников.
— Почему вдруг сюда? Тебе нужно что-то купить?
— М-м... да.
Людельхайт кивнул в ответ на ее вопрос. То, что он планировал купить, было не чем иным, как подарком для Резе. Он уже преподнес ей подарок ранее, но то было лишь скромной формальностью. Настоящий же сюрприз, который он для нее приготовил, был совсем другим.
— Хм... ну, думаю, это не имеет значения.
Услышав его ответ, она на мгновение прищурилась, а затем принялась с любопытством оглядываться по сторонам.
— Интересно, правда?
— Да. Я только слышала об этом месте, но пришла сюда впервые.
Если подумать, это вполне естественно. Часто ли дочери герцога выпадает повод посещать подобные места? Высшая аристократия вроде нее обычно вела дела напрямую с торговыми гильдиями, получая все желаемое по первому же слову, даже не выходя из дома. Так что для нее это была редкая возможность.
— Людельхайт, а это что? — спросила в этот момент Резе с сияющими глазами, продолжая осматриваться, словно обнаружила что-то крайне любопытное.
— Это? Печь для обжига керамики.
В лавке неподалеку, в огромной печи, бушевало пламя, а перед ней мужчина с обнаженным торсом без устали подбрасывал туда дрова. Жар был настолько сильным, что даже Людельхайт и Резе, просто наблюдавшие со стороны, ощутили его тепло.
— О... так вот как делают посуду? Выглядит невероятно горячим.
— Этот процесс необходим для создания качественной керамики. Даже самые простые на первый взгляд вещи оказываются сложными, если вникнуть в суть. Легкой работы не бывает.
— Хм... понятно.
Впечатленная его объяснением, Резе издала негромкий возглас, а затем перевела взгляд на другую лавку и с явным интересом направилась к ней.
Людельхайт последовал за ней. На этот раз она подошла к месту, похожему на гончарную мастерскую, но все же немного отличающемуся.
— Это тоже гончарная мастерская?
— Похоже на стеклодувную.
От гончарной она отличалась большой кучей песка рядом с печью и ремесленниками, которые доставали расплавленное стекло из горна на длинных железных трубках.
— Стеклодувная мастерская? Стекло делают из этого песка?
— Верно. Они плавят песок, извлекая из него мельчайшие частицы стекла, а затем используют это для создания изделий.
— О-о... ясно. Может, дело в том, что я целыми днями только книги читаю, но ты, кажется, знаешь обо всем на свете.
— Спасибо за комплимент.
Для Резе, выросшей в высшем обществе, было вполне естественно не знать о подобных приземленных вещах. Людельхайт тихо рассмеялся, глядя на то, как сияют глаза девушки при виде таких обыденных деталей городского быта.
Некоторое время поразглядывав витрины мастерских, они снова двинулись в путь.
— Здесь столько всего интересного. Я и не знала, что такое место существует.
— У большинства дворян редко появляется повод приходить сюда лично.
— Иногда выбираться в такие места очень даже неплохо. Благодаря тебе я узнала об этом квартале.
— Рад, что тебе нравится.
Даже в оригинальном романе был момент, когда она ненадолго раскрывала свой истинный характер, сталкиваясь здесь с самыми разными людьми и вещами. Людельхайт переживал, что из-за незначительных расхождений с оригиналом Резе может не понравиться прогулка, но, судя по ее реакции, эти опасения оказались напрасными.
Так они миновали шумную улицу и углубились в переулки Улицы Ремесленников...
— Мы пришли. Нам сюда.
— Что это за место?
— Узнаешь, когда зайдем.
Улыбнувшись на ее вопрос, Людельхайт вместе с Резе вошел внутрь лавки. Их глазам предстали витрины, заставленные всевозможными безделушками и галантерейными товарами.
— Хм... ничего особенного на вид. Что ты собираешься купить?
— Секрет.
Ответив Резе, Людельхайт принялся осматривать стеллажи.
— Так, посмотрим... Я уверен, что это было где-то здесь...
— Раз уж ты так усердно это ищешь, должно быть, это что-то потрясающее?
— Возможно, а возможно и нет.
То, что он искал, с обычной точки зрения не представляло особой ценности. Однако ценность вещи для конкретного человека определяется смыслом и историей, которые она в себе несет. В этом отношении то, что он искал, было одновременно и чем-то удивительным, и совершенно обыденным.
Людельхайт еще какое-то время побродил по лавке в поисках нужной вещи...
— Вот она.
— А? Это же... самая обычная заколка для волос? — спросила остановившаяся рядом Резе.
На витрине лежала ничем не примечательная синяя заколка.
— Верно. И именно ее я искал.
Ответив удивленной Резе, Людельхайт достал заколку из витрины.
А затем...
— Резе, постой смирно секунду.
— А? Что ты собираешься...?!
Людельхайт подошел к растерявшейся Резе и осторожно протянул руку. Несмотря на смущение, Резе не стала уклоняться, и Людельхайт, немного повозившись с ее волосами, закрепил заколку сбоку.
— М-м. Как я и думал, тебе очень идет.
Отступив на шаг назад и окинув Резе взглядом, Людельхайт удовлетворенно кивнул. Синяя заколка не была ни слишком броской, ни чересчур блеклой. Она идеально гармонировала со светло-голубыми волосами девушками.
Даже в оригинале, когда главный герой подарил ей эту заколку, упоминалось, что она ей очень идет. Вот и в глазах Людельхайта украшение смотрелось на Резе просто безупречно.
— Ч-что ты такое говоришь, дурак!
— Простите, я возьму вот эту.
— Да, конечно! Пожалуйста, подождите минутку!
Резе взволнованно вскрикнула, но Людельхайт проигнорировал ее смущение и подозвал стоявшего неподалеку продавца.
Протянув серебряную монету расплывшемуся в улыбке торговцу и забрав сдачу, Людельхайт повернулся к Резе:
— Это мой подарок на твое совершеннолетие. Тебе нравится?
— С чего вдруг такие нежности?! Не то чтобы мне не нравилось... но это так внезапно!
Хоть Резе и проворчала это в ответ, она явно осталась довольна подарком, с удовольствием разглядывая свое отражение в зеркале. Как и сказал Людельхайт, заколка действительно отлично смотрелась на ней, и сама Резе не могла этого не заметить.
— Прости. Я подумал, что сюрприза не получится, если ты узнаешь обо всем заранее.
— Угх...
Увидев, как Людельхайт извиняется, Резе тихо простонала и резко отвернулась. Похоже, это и называют ситуацией, когда «на улыбающееся лицо и плюнуть рука не поднимается».
— На... на этот раз я закрою на это глаза, но даже не думай, что такое повторится!
— Да-да, конечно, как я смею.
Вероятно, она имела в виду то, что он притащил ее сюда без предупреждения, но портить момент не хотелось, поэтому Людельхайт лишь согласно кивнул, отшутившись.
И вот они вышли из лавки...
— Ну как? Настроение поднялось?
— С чего бы ему подниматься? Я и не была как-то особенно расстроена.
— Ну конечно.
«И поэтому у тебя было такое серьезное лицо?» — подумал Людельхайт, но вслух говорить не стал. В конце концов, кулаки у Резе были слишком тяжелыми.
— Что ж, раз мы закончили со всеми делами, пора возвращаться, верно?
Небо уже окрасилось в багровые тона заката. Если они вернутся слишком поздно, им знатно достанется от Альмы.
Слегка потянувшись, чтобы размять затекшие мышцы, Людельхайт неторопливо зашагал вперед.
В этот момент...
— Послушай... Людельхайт.
— М? Что такое?
Услышав ее голос, Людельхайт повернул голову. Он увидел, как Резе замялась, не решаясь продолжить.
— Резе?
— Ну... понимаешь...
Что же она пытается сказать, раз так сильно колеблется? С этой мыслью Людельхайт пристально посмотрел на нее.
Спустя примерно десять секунд неловкого молчания...
— Спасибо за сегодня.
— А? За что?
— За все. Ты ведь специально все это спланировал ради меня, верно?
— Тебе не нужно благодарить меня. Мы ведь друзья.
Разве друзья — это не те, кто всегда готовы помочь и поддержать друг друга? К тому же Людельхайт и сам чувствовал долю вины за случившееся, так что, с его точки зрения, благодарить его было совершенно не за что.
— ...
— Резе?
Задел ли ее за живое его искренний и быстрый ответ? Людельхайт удивленно позвал девушку, заметив, что она застыла на месте с отсутствующим видом...
— Ты действительно лучший друг.
Мгновение спустя, слабо улыбнувшись, словно ничего и не произошло, Резе протянула ему руку:
— Так что, будь добр, проводи меня до дома как следует.
— Слушаюсь, моя леди.
Тихо рассмеявшись, Людельхайт взял Резе за руку, и они вместе пошли прочь по оживленной улице.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos