Первый дом Империи, династия Орсерк.
Единственная цель рода Орсерк — объединить и сохранить мир людей.
Именно поэтому они избрали способность читать человеческие мысли и искажать восприятие — «Магические Глаза», — восседая ныне на самой вершине власти.
Как выразился сам Император, эта сила — сущая имба, но действует исключительно против людей.
«И этим их возможности не ограничиваются».
Их способности куда глубже. Сам Императорский дворец функционирует как особый персональный Инвентарь игрока.
Иными словами, правитель способен взращивать и перекраивать пространство внутри своего хранилища, превращая его в виртуальный мир.
И эта иллюзия практически неотличима от реальности.
Даже я не догадывался, что весь роскошный дворцовый комплекс — это гигантский Инвентарь, пока Император лично мне всё не растолковал.
— Подземелье, кишащее демоническими тварями... Это вполне осуществимо.
И прямо сейчас я попросил Императора создать подземелье, полностью терраформированное под логово демонов.
Чтобы привить кадетам должную бдительность перед надвигающейся угрозой, жизненно необходимо дать им ощутить её на собственной шкуре.
— Однако я могу создать лишь само пространство, но не живых созданий, — высказал резонное опасение владыка. — Как ты собираешься наполнить его монстрами?
— Я сделаю их сам.
— Сам?
— Именно. Создам демонизированных монстров.
— И это возможно?
— Мне поможет наставница. К тому же у меня есть превосходная ассистентка.
— Ну, раз так — дерзай. Дизайн подземелья... Я сформирую его на основе образов из твоего разума, так что подготовься как следует.
— Слушаюсь. Благодарю за содействие, Ваше Величество.
В глазах Императора на миг вспыхнул живой интерес к созданию столь необычной локации.
Однако это наваждение тут же растаяло: он лениво отмахнулся с привычным выражением смертной тоски на лице. Жест ясно давал понять, что аудиенция окончена.
Я отдал дань уважения правителю и покинул его покои.
Пришло время заняться производством демонических тварей.
Великие Герцоги Ада.
В поздних актах игрового сценария эти архидемоны заражают места обитания диких чудовищ, оскверняя их и подчиняя своей воле.
В предыдущих циклах сколько бы человечество ни сопротивлялось, исход всегда оставался плачевным именно по этой причине.
Численность всевозможных тварей исчисляется десятками и сотнями тысяч — их куда больше, чем людей.
Более того, монстры, пораженные демонической скверной, становятся неизмеримо сильнее своих природных собратьев.
Минотавры, огры, грифоны, циклопы — создания, с которыми и в обычном-то состоянии справиться непросто, превращаются в сущих чудовищ.
Именно поэтому требовалось заблаговременно ввести кадетам своего рода профилактическую вакцину.
Нужно было показать им всю чудовищность угрозы, чтобы заложить фундамент для подготовки к встрече с оскверненными зверями.
Это позволит мне легче продавливать свои будущие инициативы и одновременно подстегнет интенсивность тренировок в Академии.
— Ева, как продвигается обработка коллагена?
— Никаких проблем.
Так что прямо сейчас мы с Евой занимались производством монстров.
Точнее говоря, собирали роботов-аниматроников, неотличимых от реальных тварей, но сути дела это не меняло.
Мы запустили на полную мощность переработчики коллагена, чтобы получить искусственную дерму, идеально имитирующую плоть чудовищ.
Ззззт... Ззззт...
Впрочем, создать безупречный внешний покров, способный обмануть наметанный глаз тренированных кадетов, — задача не из легких.
Текстура кожи, тактильные ощущения, шрамы, шерсть и даже специфический смрад разложения.
Все эти детали должны быть воспроизведены с филигранной точностью. Сделай мы работу спустя рукава, обман мгновенно раскроется, и задумка возымеет обратный эффект.
— Но для нас это не проблема.
Мои технические навыки давно достигли абсолютного предела.
«Мастерство рук» и «Инженерное мышление» прокачаны до максимума, плюс рядом со мной трудится Ева.
Задача мудреная и кропотливая, но вполне посильная.
Поколдовав над структурой искусственной кожи, я добился невероятно правдоподобного результата и тут же перешел к следующему этапу.
— Теперь соберем скелет.
Скелет — фундаментальный каркас, задающий биомеханику чудища.
Здесь требовалось довести до идеала инженерный расчет.
Кинематика сочленений, натяжение искусственных мышечных волокон при каждом шаге, распределение энергии.
Необходимо было спроектировать остов, способный передать всю пластику живого зверя.
— Голографическое сканирование.
Но даже столь сложный процесс благодаря способностям не вызывал затруднений.
Точно так же, как когда-то я собирал протез для кошки Елены.
Активируя «Инженерное мышление», я мгновенно постигал механику взаимодействия живого организма.
Опираясь на эти расчеты, я набросал чертежи, изготовил детали и собрал базовый скелет, идеально повторяющий повадки хищника.
— Движения... Сорока двух паттернов будет достаточно.
Я отобрал сорок две ключевые анимации, необходимые для нападения и маневрирования.
Спроектировал каркас, способный выполнять любые действия, свойственные монстрам: припадать к земле, совершать резкие прыжки, делать выпады когтями, щелкать пастью и рвать плоть.
Перед глазами возник список необходимых материалов, их спецификации и строгая последовательность сборки.
Сверив номенклатуру, я направился к перерабатывающим цехам и отобрал ресурсы.
Железо, медь, вольфрам, камни маны, флюорит, кварц, палладий и прочее.
Переработав их в крепежные узлы и детали, я провел контрольную проверку.
Всё сошлось идеально.
— Теперь сборка.
Материалы готовы, остался лишь монтаж.
Используя свитки, заранее полученные от Елены, я начал гравировать рунические формулы на критических узлах конструкции.
Подобно тому, как некогда внедрил в собственное тело систему циркуляции маны Синего Дракона, я интегрировал камни маны в сочленения скелета, добиваясь равномерного распределения энергии.
— Правда, динамическая регулировка им пока недоступна.
Увы, варьировать плотность потока маны в зависимости от боевой обстановки механизм не умел.
Иными словами, робот не мог экстренно направить избыток энергии в брюшную полость для укрепления брони при прямом попадании или дозировать силу удара при контратаке.
Такой тонкий контроль был невозможен, ведь в создаваемых мной каркасах отсутствовал процессор — полноценный центральный чип, отдающий команды в реальном времени.
— С этим придется смириться.
И с этим ограничением оставалось только смириться.
Сейчас я уже разработал ранние прототипы компьютеров, но технология еще не шагнула настолько далеко, чтобы я мог штамповать миниатюрные процессоры для аниматроников.
К тому же написание алгоритмов под каждого монстра отняло бы слишком много драгоценного времени. Пришлось бы оцифровывать все повадки тварей, переводить их в массивы данных и обучать специализированную нейросеть.
— Благо у нас есть Елена.
Именно поэтому я и привлек ее к проекту.
Она сейчас активно осваивает древние формулы и вполне способна контролировать созданных мной механических чудовищ через «Связь».
Иными словами, я создаю тела, а Елена берет на себя управление.
С ее чудовищным резервом маны координировать действия нескольких десятков псевдомонстров — сущий пустяк.
— Фух... Думаю, этого достаточно.
Потратив уйму времени на слесарные и рунические работы, я наконец завершил базовый остов.
Осталось лишь натянуть коллагеновую массу, подготовленную Евой, и закрепить искусственную шкуру.
Если настроить систему так, чтобы из пасти вырывалось хриплое дыхание, капала слюна, а под давлением циркулировала синтетическая кровь, имитирующая кровотечение при ранениях — монстр будет неотличим от настоящего.
— Ева, доведешь оставшиеся туши до ума?
— Справлюсь. Но вдвоем вышло бы быстрее.
— У меня есть задача поважнее.
— ...Поважнее?
— Да. Босс подземелья.
Финальный босс.
Кульминацией грядущего испытания станут вовсе не рядовые болванчики, которых мы сейчас собираем.
Обычные механические зверушки не смогут стать серьезным вызовом для отпрысков великих герцогских домов, чья сила уже перешагнула порог заурядности.
Чтобы заставить их почувствовать ледяное дыхание смерти, я должен выйти на арену лично.
Разумеется, не в своем привычном костюме, а в одноразовом экзоскелете-маскировке монстра, чертежи которого я как раз собирался воплотить в металле.
Спустя две недели, закрыв базовый теоретический блок, я объявил о начале полевой практики.
Замысел был прост: вывести кадетов на открытую местность, столкнуть их лицом к лицу с опасными тварями, ткнуть носом в собственные слабые места и заставить задуматься об экипировке, способной компенсировать эти бреши.
Конечная цель моего курса заключалась в том, чтобы каждый студент разработал техническое задание и заказал специализированное снаряжение, идеально заточенное под его боевой стиль.
— Добро пожаловать в Древний Лес. Сегодня мы исследуем эту зону и на практике проверим, какое снаряжение требуется в нестандартных боевых ситуациях.
Заранее разведав периметр Древнего Леса для проведения полевых занятий, я огласил кадетам регламент и повел группу за собой.
Первой точкой маршрута стал головокружительный обрыв — вертикальная каменная круча высотой в несколько десятков метров.
Остановившись у края, я указал рукой вниз, в зияющую бездну:
— Наша задача — спуститься туда. Прошу использовать все доступные вам навыки для спуска.
Стоило моим словам прозвучать, как среди студентов поднялся ропот.
Особенно запаниковали кадеты ранга B и ниже: они в ужасе топтались у края, едва ли не со слезами вопрошая, как вообще можно спрыгнуть в подобный провал и выжить.
В ответ я молча активировал костюм и шагнул в пустоту.
Но стоило силе тяжести потянуть мое тело вниз, как сработали репульсоры, и я плавно заскользил по воздуху.
Зависнув на высоте, я обратился к побледневшим кадетам:
— Не стоит паниковать. В случае непредвиденных обстоятельств я вас подстрахую. К тому же, даже если сорветесь, вы не разобьетесь насмерть. Просто переломаете себе пару костей от дикой боли.
Высота была приличной, но при грамотном укреплении тела маной падение грозило разве что парой трещин в костях.
Первыми начали спускаться кадеты S-класса.
Одни грубо накачивали тело маной, сминая кинетический удар о землю при приземлении, другие двигались грациозно, отталкиваясь поочередно от выступов противоположных стен ущелья и гася скорость падения.
Вжух!
Впрочем, некоторые — вроде Изабеллы, владеющей заклинаниями парения, — опустились на дно каньона с пугающей легкостью, словно невесомые призраки.
Даже простое преодоление препятствий наглядно вскрывало колоссальную разницу в рангах.
От S-класса до C-класса.
Преодолев немало трудностей, вся группа в конце концов оказалась на дне расселины.
Ну, если быть честным, добрую половину кадетов B-класса и поголовно всех из C-класса мне пришлось вылавливать на лету углеродными нитями, но формально цель была достигнута: все спустились вниз живыми.
— А теперь поднимаемся обратно.
— ...Что?!
Однако стоило мне приказать карабкаться наверх, как лица студентов вытянулись от неописуемого ужаса.
Подъем по отвесной скале был в разы тяжелее спуска.
— Нам лезть по противоположной стене?
— Именно так.
Впрочем, элита S-класса приняла приказ без единого возражения.
Используя индивидуальные техники, они уверенно устремились к вершине противоположного утеса.
Кх!
А вот начиная со среднего и нижнего звена A-класса кадеты стали срываться вниз один за другим.
Виной тому был и свирепый ветер, гулявший по узкому каньону, и банальная нехватка выносливости для затяжного подъема на такую высоту.
— ......
В итоге подавляющее большинство студентов, за исключением верхушки S-класса, в полном отчаянии задрали головы к неприступным каменным сводам.
Некоторые кадеты C-класса даже осмелились возмутиться вслух: мол, эта задача физически невыполнима, а уровень сложности тренировки неоправданно жесток.
— Сейчас это ущелье начнет заполняться водой.
Но я огорошил их новостью почище предыдущей.
Сообщил, что узкий каменный мешок вот-вот затопит до краев.
— ...Чего?!
Лица кадетов исказила смесь шока и неверия.
Они растерянно переглядывались, затем переводили полные надежды взгляды на меня, отчаянно надеясь, что профессор просто неудачно пошутил.
— Осталось пять минут.
Вместо утешения я лишь сухо напомнил об уходящем времени.
Некоторые студенты взмолились, призывая прекратить этот безумный розыгрыш и требуя ответа, что с ними будет, если вода действительно хлынет в расселину.
— Ну... Вы просто захлебнетесь?
— ...?!
Я дал предельно очевидный ответ на очевидный вопрос.
Если они продолжат беспомощно топтаться на месте в состоянии паралича воли, их попросту смоет набегающим водяным валом.
— Так что, полагаю, в ваших же интересах вскарабкаться наверх как можно проворнее.
— ......
Стоило моим словам отзвучать, как кадеты в панике бросились штурмовать скалу.
И некоторым из них на чистом адреналине действительно удалось вскарабкаться на самый верх.
— Ах... Нет...
Но подавляющее большинство потерпело фиаско.
Они либо срывались на середине пути, либо вовсе впали в ступор, не зная, за какой уступ ухватиться.
А кое-кто до последнего упрямо цеплялся за мысль, что всё это блеф: «Да не может быть, чтобы нас взаправду решили утопить!»
Грохот...
Но я никогда не бросал слов на ветер.
Когда Ева подорвала временную дамбу выше по течению, ревущие тонны воды хлынули в ущелье.
— В-вода! Она правда идет!
Каньон мгновенно превратился в хаос.
Одни отчаянно цеплялись за скалы, другие с воплями метались по дну, пытаясь убежать.
Но ущелье было тупиковым, и бежать было некуда.
— А-а-а-а-а-а-а-а-ах!!!
Водяной вал с ревом накрыл кадетов с головой.
Тела завертело в яростном водовороте, студенты захлебывались и отчаянно боролись за жизнь.
Я хладнокровно наблюдал за их действиями с высоты.
— Ну, хоть чему-то они научились.
Оказавшись под водой, часть кадетов сориентировалась и активировала техники задержки дыхания.
Те, кто извлек горькие уроки из недавнего фиаско в морском бою с кланом Клендор, усиленно тренировали эти приемы, готовясь к подобным сценариям.
— Кх-бульк! С-спасите!..
Однако те, кто наплевательски отнесся к подводным тренировкам после поражения от Клендора, могли лишь беспомощно пускать пузыри.
Не умея перестраивать циркуляцию маны для дыхания под водой, они беспорядочно молотили руками в бурлящем потоке.
— ......
Я выждал момент, пока кадеты окончательно не разделились на две категории.
Тех, кто освоил дыхательные практики и держался на плаву, и тех, кто наглотался воды и пошел ко дну без сознания.
В конце концов я выдернул захлебнувшихся студентов на поверхность с помощью гарпунов из углеродных нанотрубок.
Взмыв на тяге репульсоров, я вытащил их на край утеса, аккуратно уложив рядком.
Затем спикировал обратно на дно каньона, раздал дыхательные аппараты тем, кто еще держался на плаву благодаря мане, и наглядно показал, как пользоваться этим снаряжением.
Устройство было интуитивным, так что они быстро сообразили, что к чему.
— ...Кха! Гх-х...
Спустя десять минут.
Утопленники на скале начали приходить в себя под воздействием исцеляющих чар.
Когда все до единого кадеты продышались и очухались, я собрал группу вокруг себя и огласил суровый вердикт: отныне каждое полевое занятие будет проходить в подобном ключе.
— Мой курс всегда будет строиться по этой схеме. Я намеренно стану погружать вас в условия острой нехватки возможностей, чтобы вы на своей шкуре осознали ценность экипировки. Только так до вас дойдет, зачем инженеры создают подобные механизмы.
Говоря это, я попутно раздал портативные дыхательные маски тем бедолагам, которые только что едва не утонули.
И добавил:
— Но железо не всесильно. Время работы любого устройства ограничено его источником питания, к тому же механизмы имеют свойство отказывать в самый неподходящий момент. Поэтому личная закалка тела и духа всегда остается на первом месте.
— ......
Студенты виновато потупили взоры при словах о личной закалке.
Покончив с ущельем, я немедленно погнал группу на следующую полосу препятствий.
Я целенаправленно выбирал гибельные зоны Древнего Леса: непроглядные пещеры, где слепнут даже магические чувства; рощи с аномально низким содержанием кислорода; коварные трясины, засасывающие человека за считанные секунды.
И на каждом новом этапе кадеты с пробелами в подготовке проходили через персональный ад.
Точнее говоря, они раз за разом балансировали на тонкой грани между жизнью и смертью.
Жестоко? Безусловно. Но лучшего способа вбить знания в их головы просто не существовало.
— Хм, да тут вообще ничего сложного.
— Вот почему нас делят по рангам. Неужели этот детский сад кого-то пугает?
Однако элита S-класса на протяжении всего марша сохраняла абсолютное спокойствие.
Кое-кто даже отпускал высокомерные шуточки: мол, если сложность курса подстроена под слабаков из C-класса, то они зря тратили время, записавшись сюда.
«Не переживайте, детки. Для вас у меня припасен персональный аттракцион».
Они и понятия не имели.
Они даже представить не могли, насколько изощренный полигон я для них приготовил.
И вход на эту бойню находился прямо по курсу.