В кабинете лорда поместья Фикс.
Я сидел в своем кабинете, размышляя о событиях последних нескольких месяцев. Это было поистине бурное время. Менее чем за три месяца мир претерпел множество изменений. И именно я был тем человеком, который всё это спровоцировал.
«Граница вселенной имела огромное значение.»
Важнейшее событие, переписавшее мировоззрение людей по всему земному шару. Это был инцидент с «Потомками Звезд», когда я одновременно показал атмосферу Земли и космическое пространство. Мировоззрение людей расширилось, когда я открыл им, что родина «небожителей», которых в этом мире называют богами, — это не небо над головой, а планета в открытом космосе.
Благодаря этому «визуальному доказательству» люди по всему миру начали активно применять мою методологию, чтобы стать «потомками звезд», а некоторые даже возвели мои учения в ранг «священного писания». Это начало приобретать религиозный оттенок.
Однако сам я не выступал в роли религиозного лидера. Если люди начнут создавать закрытые группы, поклоняющиеся исключительно моим учениям, они неизбежно станут отвергать другие религии и сеять внутренние раздоры. Например, дворфы поклоняются «Богу-Кузнецу». Эльфы чтят «Мать Леса», а среди людей есть те, кто поклоняется иным богам, кроме небожителей. Даже Клендор, расположенный в непосредственной близости от Империи, поклоняется «Богу Моря».
Поэтому заявлять, что только мое учение является единственно верным, было бы крайне опасно. Искреннее желание приносить пользу человечеству — то есть накопление добродетели — несомненно важно, но необходимо также уважать верования и убеждения других. Только так можно предотвратить религиозные войны.
— ...В любом случае, с этим всё ясно.
Сейчас мне нужно сосредоточиться на насущных делах. Сегодня уже 4 марта. Приближается дата открытия академии. Мой «Факультет Магической Инженерии» скоро официально начнет набор студентов.
— Ху-у...
Поэтому я с головой ушел в административную рутину и возню с бумагами. Мне необходимо просмотреть досье потенциальных кадетов и составить расписание лекций в соответствии с учебной программой до официального дня открытия — 17 марта.
— К счастью, у меня есть эти ребята.
В этом смысле мне невероятно повезло, что у меня есть члены клуба, которые могут мне помочь. Они наконец-то получили одобрение от академии на работу в качестве инструкторов.
«Хорошо, что я их так прижал.»
На протяжении последних трех месяцев члены клуба с головой ушли в исследования, чтобы получить квалификацию инструкторов академии. И благодаря этому каждому из них удалось создать нечто, достойное звания «шедевра». Они разработали предметы повседневного обихода и магическое инженерное оружие, включающее в себя различные знания из области механики, заслужив тем самым признание совета директоров и профессуры академии.
Вот так они и оказались на моем факультете: хоть и с лысеющими макушками, но с весьма профессорским видом. Им поручили вести занятия в соответствии с разработанным мной учебным планом.
Термодинамика — Дэвид
Механика твердого тела — Джек
Механика жидкости и газа — Скон
Механика маны — Эорен
Синтез формул и материалов — Астрей
Теплопередача — Энтони
Инженерное применение формул — Бэк
Материаловедение и обработка — Кляйн
.
.
.
.
.
.
— Хм...
Таким образом, я распределил дисциплины согласно талантам моих рабов. Раз уж они так усердно следовали за мной всё это время, они обязательно преуспеют. Пусть на фоне постоянных издевательств с моей стороны они и выглядят невзрачно, но все они смогли поступить в Имперскую Академию, которая принимает лишь самых выдающихся талантов Империи. По меркам этого мира они все сплошь гении и вундеркинды.
— А теперь... пора заняться набором.
Определившись с общим функционалом факультета, настало время принимать студентов. Я приступил к разработке правил набора, чтобы отобрать наиболее подходящие таланты для моего отделения.
В отличие от других факультетов, мой совершенно не учитывает способности к использованию маны или владение формулами. Я решил оценивать исключительно «научное любопытство», «аналитическое мышление» и «склонность к математике». В конце концов, даже те, кто не способен контролировать ману, могут заниматься магической инженерией, если у них есть «свитки с формулами». На самом деле, мышление, основанное на понимании механики, гораздо важнее для того, чтобы стать блестящим инженером.
«С этим могут возникнуть трудности...»
Поэтому я написал, что подать заявку на прохождение тестирования может любой желающий, независимо от пола, возраста, статуса или расы... Но я не уверен, одобрят ли это. Неизвестно, согласится ли Имперская Академия, принимающая только элиту знати, обучать простых простолюдинов, не говоря уже о представителях других рас.
«Что ж, я просто настою на своем.»
Но я же Эдгар Фикс. Мой статус уже перешел на совершенно иной уровень по сравнению с прошлым годом, к тому же за моей спиной стоят Елена и Принцесса. Стоит пойти и настоять на своем.
— Готово.
И, как следовало ожидать, всё прошло гладко. Реакция была примерно такой: «Что вообще может помешать тебе делать то, что ты хочешь?» Даже Принцесса, прикорнувшая в объятиях Елены с заспанными глазами, сказала, что это звучит забавно, и велела мне продолжать в том же духе.
Итак, я опубликовал объявление о наборе студентов на факультет.
— М-мы тоже можем поступить на факультет лорда Эдгара Фикса?
— Они даже не делают различий по расовому признаку!?
Реакция оказалась взрывной, как и ожидалось. Поскольку простолюдины могли участвовать, а раса не имела значения, люди хлынули в Имперскую Академию со всего мира.
— Ке-ке-ке-ке... Они добровольно идут прямиком в ад...
Глядя на это, Дэвид пробормотал что-то странное. Сравнить Факультет Магической Инженерии — место, где всегда царят веселье и счастье, — с адом. Возможно, он использовал иронию? Если так, то я одобряю.
— Как и ожидалось, от желающих нет отбоя. Придется вам несладко.
— ...
Поэтому я поручил проведение первого и второго туров отбора нашей команде. Проверка включала в себя простенький тест для подтверждения минимальных знаний в области механики. Но даже этот элементарный тест позволил нам отсеять 70% из 8600 претендентов. Более половины кандидатов шли сюда скорее ради меня как личности, а не ради машиностроения, что и привело к такому результату.
— Я рассчитываю на вас и в третьем туре.
— Да~
После этого я провел третий тест, который уже относился к «области таланта». Я задавал вопросы о явлениях, которые можно было объяснить с помощью пытливости и логического мышления, даже не имея за плечами формального образования в сфере естественных наук.
Например, почему корабли не тонут, описать закон действия и противодействия или путем логических умозаключений объяснить, какой из двух предметов разного объема и веса упадет первым, если их бросить одновременно. С помощью подобных вопросов я проверял их способность мыслить.
— А среди них есть весьма толковые ребята.
И, по правде говоря, результаты меня искренне впечатлили. Многие кандидаты безупречно объяснили механическое взаимодействие гравитации и силы Архимеда, доказывая, почему корабли держатся на воде, и даже смогли описать, как балластная вода в трюме предотвращает качку судна на волнах.
— Хм... многие из них из моих земель.
И большинство этих одаренных молодых людей оказались жителями моей территории. Точнее говоря, в основном это были дети солдат моего инженерного корпуса. Кажется, на них повлиял пример отцов, служащих в инженерном корпусе, и они самостоятельно изучали машиностроение и естественные науки. Это крайне позитивная тенденция.
— Значит, финальные собеседования я проведу сам.
В итоге я отсеял претендентов, оставив около 240 кандидатов для собеседования. И только 133 из них смогут поступить на мой факультет. Следуя девизу Имперской Академии о наборе исключительно лучшей элиты, нам необходимо отбирать таланты, обладающие всесторонними навыками, характером, качествами, образом мыслей и философией.
— Отличная работа, все. Идите отдохните.
— Спасибо за ваш усердный труд, профессор.
После пяти дней напряженной работы членов клуба, ставших преподавателями, доцентами и административной командой, мы смогли принять 133 выдающихся студента. Удивительно, но среди них оказались эльфы, прибывшие из далеких лесов, и молодые дворфы из Королевства Дворфов. Им было предоставлено право на поступление в качестве граждан союзных Империи государств.
Вшух...
И вот наступило 17 марта.
Аллея, ведущая к главным воротам Имперской Академии, была усажена цветущими деревьями сакуры. Новоиспеченные первокурсники шагали к главным воротам с взволнованными лицами, а мои сверстники, перешедшие на второй курс после зимних каникул, тоже шли, преисполненные новой решимости.
— Здравствуйте, профессор!
— Профессор! Я ваш фанат!
Однако мое положение несколько отличалось. Всего год назад я шел в школу как простолюдин, а теперь направлялся к главным воротам в статусе аристократа и профессора. Внезапно я осознал, как много всего изменилось за столь короткое время.
— ...Хм?
В этой суматохе мой взгляд зацепился за одну девушку. Девятнадцатилетняя девушка с короткими белыми волосами и нахмуренными зелеными глазами.
Это была Эния.
— Еще вчера всё было в порядке...
Эния сверлила свои ножны недовольным взглядом. Внезапно я вспомнил момент нашей первой встречи год назад. Тогда Эния тоже хмурилась, потому что её ножны были слишком тугими. И мы подружились после того, как я их починил.
— Похоже, с твоими ножнами проблема.
Поэтому я шутливо окликнул её. Вздрогнув, она обернулась и, увидев меня, расплылась в лучезарной улыбке.
— Эд!
— Как и год назад. Проблема с ножнами?
— Ах...! Ну...
И Эния рассказала о своей беде. Если коротко, её ножны разболтались, из-за чего возникали проблемы при извлечении меча.
— Год назад они были слишком узкими, а теперь болтаются.
— Пфф... Всё верно.
Год назад у Энии были проблемы из-за того, что её ножны были слишком тугими. В то время она не смотрела на меня так. У нее было лицо настороженного котенка, остерегающегося незнакомца, вторгшегося на его территорию. Лицо, полное подозрительности.
— Ах... Кстати, мне теперь называть тебя профессором?
Но теперь наши отношения стали иными. У нее есть чувства ко мне, а у меня есть чувства к ней. Мы поддерживаем поверхностную дружбу, тая в себе эти волнительные эмоции.
— Ой, да брось. Говори со мной запросто, когда мы наедине. Как-то странно слышать от тебя «профессор».
— Н-но...
— В любом случае, дай-ка мне взглянуть. Думаю, я легко смогу их починить.
И, как и в прошлый раз, я починил ножны Энии. Причина их разболтанности крылась в том, что она вкладывала в них нагретый меч. Внутренняя поверхность ножен деформировалась от жара из-за высокоинтенсивных тренировок, раскалявших её клинок.
— Готово.
— Хе-хе. Спасибо.
Впрочем, устранить такую деформацию для меня плевое дело. Починив ножны Энии, я пошел рядом с ней. Испытывая странное чувство, несколько неловкое, но в то же время заставляющее сердце биться чаще.
«В конце концов, прошло всего три недели с того инцидента.»
Тот инцидент. Я имею в виду тот день, когда я совершенно неожиданно поцеловал Энию. Ровно три недели назад мы с Энией целовались на заднем дворе поместья Круэль.
«...В той атмосфере это было неизбежно.»
Причина, по которой я, сам того не желая, водил за нос нескольких женщин и в итоге поцеловал Энию, заключалась в том, что она пыталась отдалиться от меня. В то время как с Изабеллой и Шарлоттой мы регулярно виделись, несмотря на стремительно меняющуюся политическую обстановку, с Энией мы не пересекались месяцами.
— Эния, тебя в последнее время почти не видно. Что-то случилось?
— Ничего не случилось. Я просто занята тренировками.
Я связался с Энией, чтобы спросить, не стряслось ли чего, но она ответила странным холодком. Она, всегда проявлявшая ко мне инициативу, начала меня избегать. Вот почему три недели назад я наведался в её поместье.
Но несмотря на мой визит, Эния всячески избегала встречи со мной, ссылаясь на плохое самочувствие. Тем временем Великий Герцог Иллея вышел ко мне и прояснил ситуацию. По его словам, Эния чувствовала за собой вину из-за того, что он тогда ляпнул.
— Эния.
И вот, ведомый герцогом Иллеей, я вошел в её покои. Она и впрямь лежала в постели с высокой температурой. Насколько же сильными должны быть душевные терзания, чтобы свалить с температурой такую крепкую девушку, как Эния?
Я сказал ей, что всё слышал от герцога Иллеи и что ей совершенно не за что извиняться. Объяснил, что, поскольку в то время я был простолюдином, предложение лорда Иллеи выглядело вполне логичным. Я заверил её, что с тех пор ничуть не держу на нее зла.
Но Эния упорно хранила молчание, избегая моего взгляда.
— ...Поговорим снаружи? Давай немного пройдемся.
В особняке герцога Иллеи, где у стен есть уши. Заподозрив, что у Энии могут быть свои причины для молчания, я вывел её на улицу.
Прогуливаясь по безлюдной тропинке, я предался воспоминаниям о былом, прежде чем перейти к сути дела. Я прямо спросил, почему она начала меня избегать. И тогда Эния с полными слез глазами наконец ответила:
— Я... просто путаюсь под ногами.
— ...?
Что, черт возьми, она имела в виду? Эния путается под ногами? Когда я спросил о причине, она выпалила:
— ...Я знаю. Вы с Изабеллой... встречаетесь...
— ????
Мы с Изабеллой встречаемся? Когда я попытался объяснить, что это совсем не так, Эния, глотая слезы, закричала.
Сказала мне не лгать. Она заявила, что тайно проследила за нами, услышав, что мы видимся каждые 49 дней, и убедилась, что я вошел в общежитие Изабеллы и не выходил оттуда всю ночь. Она знала, что мы встречаемся втайне от всех. И кричала, чтобы я перестал её обманывать.
— Нет, это...
И я выдал ей всё, что мог, не раскрывая секрет Изабеллы. Рассказал, что просто помогаю ей справиться с ментальными проблемами и провожу сеансы сомнотерапии, чтобы она могла спокойно поспать хотя бы одну ночь. Именно так я всё и преподнес.
— ...Тогда, неужели у тебя совсем нет чувств к Изабелле? Двое проводят ночь вместе, и между ними ничего не возникает?
— ...
Но её вопрос оказался чертовски острым. Вопрос Энии о том, не заняла ли Изабелла место в моем сердце. И я честно признался в своих чувствах.
— Есть. Мне нравится Изабелла. И я не хочу, чтобы Изабелла сломалась.
— ...
При этих словах на лице Энии отразилось отчаяние. Она уставилась на меня пустым взглядом, словно весь её мир рухнул в одночасье.
— ...Но и ты мне нравишься. Больше, чем друг.
— ...!?
Однако мои следующие слова заставили выражение лица Энии измениться. В её потухшие глаза вернулась жизнь, а на бледные щеки — румянец. Она вцепилась в мой рукав и закричала:
— Я-я-я тебе нравлюсь!? С-с каких пор...!?
...С каких пор? Если подумать, моей первой героиней была именно Эния. На ранних этапах бесконечных регрессий, которые я принимал за игру, моим выбором всегда становилась Эния. Просто по мере продвижения регрессий Изабелла, вызывающая искреннее сочувствие, всё чаще и чаще перетягивала мое внимание на себя.
Но я любил Энию как свою возлюбленную.
— С самого начала.
И я спокойно рассказал ей о своих чувствах. О том, что она понравилась мне с того самого момента, как я впервые её увидел. Лицо Энии залилось пунцовой краской, и она начала невнятно бормотать:
— Э... э... э-этого не может быть... я... я тебе нравлюсь? Ого... ого-о-о-о...
Она нервно мерила шагами землю, не зная, куда себя деть. Затем она резко остановилась и спросила, насколько сильно мне нравится Изабелла. Когда я уклонился от ответа со смущенным видом, она пробормотала что-то, подперев подбородок рукой. Видимо, решив, что для нее еще не всё потеряно.
— Т-тогда...! Ч-что вы с Изабеллой делали всю ночь?
А потом она в лоб спросила, чем мы с Изабеллой занимались целую ночь. Я ответил, что мы говорили о том о сем, а потом я просто утешал и обнимал её, чтобы помочь обрести душевное спокойствие.
И тут Эния с лицом, которое, казалось, вот-вот взорвется от смущения, спросила:
— М-м-можно мне... тоже...?
— ...
А почему бы, собственно, и нет. В конце концов, мы с Энией уже прошли весь путь от начала и до конца. Но когда дошло до дела, стало как-то странно и неловко. Возможно, потому, что я списывал все свои прошлые воспоминания на игру, но когда я обнял Энию со спины, мне показалось, что мое сердце выпрыгнет из груди.
— Ммм... уххх...
Но Энии было ничуть не менее неловко. Её сердце билось так сильно, что я чувствовал это всем телом. Несмотря на довольно прохладную погоду, Эния раскраснелась и вспотела от небывалого волнения.
— ...Я не буду просить тебя выбирать прямо сейчас.
В этот момент Эния повернулась ко мне и заглянула в лицо. Уткнувшись пылающим лицом мне в грудь, она прошептала:
— Пока твое сердце не определится... я бы хотела, чтобы ты относился ко мне так же, как к Изабелле. Только и всего.
Сказав это, Эния обвела руками мою спину. Она потерлась лицом о мою грудь, шумно и прерывисто дыша. Мне пришлось слегка отодвинуться из-за предательской реакции в паху.
— ...Нет, я передумала.
Но тут Эния посмотрела на меня снизу вверх и произнесла эти слова. И влажными от слез глазами она передала мне свои отчаянные чувства. Она сказала, что не может без меня. Стоило ей решить забыть меня, как всё пошло наперекосяк, и даже самая вкусная еда стала казаться ей безвкусной бумагой. Всё потеряло смысл, и желание жить просто испарилось. Вот как она выразила свои чувства.
[...Без тебя моя жизнь не имеет смысла.]
И после её слов я внезапно вспомнил одно событие из прошлого. Точнее, я вспомнил концовку Энии в том цикле, где я выбрал её главной героиней.
[...Поэтому я никогда тебя не оставлю.]
Концовка Энии. Её конец всегда был сопряжен с мучительной смертью при попытке защитить меня. За исключением той концовки, где я направил её по ложному пути и она пала, став прислужницей демона, в каждом цикле она встречала свой конец вместе со мной. Она всегда любила меня всем своим существом.
— ...Ох!
Потрясенный этими воспоминаниями, я крепко прижал к себе стоящую передо мной Энию. Мои губы накрыли её, и мы со всей страстью стали исследовать друг друга.
— ...Эд!
В этот момент мои грезы рассеялись. Идущая по аллее Академии Эния громко окликнула меня.
— ...О чем ты так сосредоточенно задумался?
— ...Ах. Просто думал о занятиях.
— О... понятно.
Эния слегка покраснела и кивнула. А затем произнесла:
— Т-тогда...! Увидимся позже! Я на твоем курсе!
Моем курсе. Она имеет в виду «Правильное использование магического инженерного оборудования в различных боях», которое я преподаю в качестве факультатива. Курс по выбору, который я веду, доступен для всех кадетов, а не только для тех, кто специализируется на моей кафедре.
— ...Да. До встречи.
И этот курс посещает не только Эния, но и Изабелла, Шарлотта, Лукас и Клэр. Как я и ожидал, все главные и самые многообещающие фигуры этого мира собрались в одном месте.
«Вздох... Да. Сначала нужно подготовиться к лекции.»
Поэтому я отогнал от себя все посторонние мысли. Причина, по которой я, будучи главой факультета, веду такой факультативный курс, заключается в том, что я создал его специально для того, чтобы как следует натренировать наследников четырех великих герцогств.