Глава 127 — Личная аудиенция
После военного парада банкет, проходивший в императорском дворце, успешно завершился.
Почетные гости, съехавшиеся со всех уголков континента, сначала были поражены колоссальными масштабами императорского дворца, а затем изумились вновь, наблюдая, как один за другим прибывают ключевые фигуры империи.
Сказать по правде, когда они увидели Мастеров — включая Юджина — и военных генералов, к которым даже эти высокопоставленные лица относились с подчеркнутым почтением... что ж, если слегка преувеличить, в банкетном зале на мгновение воцарилась абсолютная тишина.
И это было вполне естественно, ведь их первозданная аура — иными словами, само присутствие — разительно отличалась от ауры обычных людей.
Люди часто упускают это из виду, но каждый человек от природы обладает собственной атмосферой.
У каждого она своя: одни производят впечатление мягких и уютных людей, другие же кажутся стойкими и свирепыми.
Что уж говорить о солдатах и рыцарях?
Солдаты и рыцари империи были чрезвычайно грозными.
Как гости уже успели прочувствовать во время парада, глядя на простых солдат, те, кто командовал этим войском, были еще более свирепыми, резкими и в то же время величественными.
И особенно Юджин, стоявший среди этих воинов... внушал зрителям далекое, непреодолимое чувство благоговения. Ведь хотя в их собственных странах тоже были рыцари и солдаты, ничего подобного они никогда прежде не испытывали.
И это благоговение лишь усилилось во время тренировочных поединков, устроенных после банкета.
Каждый Мастер — любой из которых не уступал сильнейшим бойцам других государств или даже превосходил их — пал от меча Юджина.
Конечно, поскольку это был дружеский спарринг (?) между Мастерами империи, они вряд ли сражались в полную силу... однако то, что Юджин одолел их всех, указывало лишь на одно.
Сильнейшим в нынешнем поколении империи был Юджин Банус.
Это было единственное, в чем они могли твердо убедиться.
Судить о чем-то большем они не могли.
Стоит ли им примкнуть к империи в сложившихся обстоятельствах или же выступить против нее?
Приспособленчество таило в себе свои опасности. Ведь охотничья собака, когда охота окончена, никогда не знает, в какой момент ее саму могут пустить на мясо.
Но понимали ли они?
То, что вместо опасений перед империей им следовало в первую очередь беспокоиться о собственных странах.
Что их любимые родины постепенно рушились из-за застарелой коррупции и присосавшегося к ней Пандемониума.
Сейчас об этом никто не догадывался.
***
— Рад встрече с вами.
Юджин сидел и разглядывал собеседника напротив.
Красивый мужчина с длинными заостренными ушами, характерными для эльфов.
— Могу ли я называть вас Святым Меча?
— Я бы предпочел, чтобы ты звал меня просто Лоэном. И в вежливом тоне тоже нет необходимости.
— ...Раз уж такова твоя просьба.
Юджин кивнул.
Святой Меча Эльвенхейма, Хранитель Мирового Древа, кумир всех мечников континента.
Человек, которого до появления Юджина называли сильнейшим на континенте, находился прямо перед ним.
Его звали Лоэн.
Хотя Лоэн выглядел как молодой, красивый мужчина, он был эльфом. К тому же — Мастером. Учитывая, что после достижения этого ранга физическое старение замедлялось почти до полной остановки... собеседник находился в том возрасте, когда обращаться к нему на «ты» казалось совершенно немыслимым.
Учитывая, что сам Юджин обычно со всеми разговаривал без лишних церемоний, чтобы его, как герцога империи и Мастера, не смели недооценивать, это было исключительным случаем.
«Но раз уж он сам предложил общаться на равных, ничего не поделаешь».
Даже для Юджина обращение на «ты» к кому-то, кто был несоизмеримо старше, отзывалось легким уколом дискомфорта где-то в глубине души.
— Так по какой причине ты попросил о личной аудиенции именно со мной?
— ...Личная аудиенция, значит...
Лоэн пристально посмотрел на Юджина, словно пытаясь заглянуть ему в самую душу.
Вместо ответа внезапно началось негласное противостояние аур (?).
Лоэн смотрел на юношу и размышлял про себя.
«...Поразительно».
В глазах Лоэна Юджин действительно заслуживал звания сильнейшего на континенте.
Сила, которой обладал юноша, по его оценкам, как минимум не уступала его собственной, а возможно, даже превосходила ее. Учитывая, что собеседник был не эльфом, а чистокровным человеком, это казалось поистине невероятным.
«...С таким уровнем он и вправду может соперничать с тем "монстром"».
Лоэн извлек из глубин памяти образ Гордости.
Хотя на континенте об этом никто не знал, давным-давно, когда Пандемониум напал на Мировое Древо, Лоэн сражался с Гордостью.
Гордость, с которым он тогда столкнулся, был чудовищем во всех смыслах этого слова.
Если бы не защита Мирового Древа и если бы Гордость не находился под действием какого-то ограничения... Лоэна, возможно, сейчас не было бы в живых.
«...В этом плане Мастер передо мной — настоящее чудовище».
Достичь уровня, позволяющего соперничать с Гордостью и им самим, за столь короткий срок, обладая человеческим телом... Более того, чем дольше он всматривался, тем отчетливее улавливал в нем какую-то божественную энергию.
«...Неужели он приблизился к статусу полубога?»
Лоэн сумел сделать вывод, близкий к истине.
Конечно, на самом деле дело было не в божественности, а в том, что Юджин поглотил двух из Ченырех Всадников. И даже с учетом того, что эти способности все еще были ослаблены или даже не пробудились до конца... до полубога ему оставалось еще далеко.
В любом случае, значение имел сам факт: теперь он казался способным противостоять истинному лидеру Пандемониума — Престолу Гордости.
Тем временем Юджин, глядя на Лоэна, думал о похожих вещах.
«А он силен».
Настоящий мастер, вполне заслуживающий звания кумира всех мечников.
Образцовый силач, которому титул Святого Меча подходил идеально.
«Может, потому что он эльф, но его аура кажется более чистой».
Юджин никогда никому не признавался, но сам себя считал дворнягой.
Он закалялся в реальных боях на поле битвы, не зная правильного фехтования. Вдобавок ко всему, он подбирал и поглощал все подряд, что казалось ему полезным.
Например, Всадника Господства, или Всадника Господства, или Всадника Господства...
...Ах.
К слову, Всадник Голода был исключением.
Может, потому, что удалось поглотить лишь половину? В любом случае, никаких нормальных способностей это не принесло.
...Как бы то ни было.
— Думаю, нам пора прекратить играть в гляделки и начать разговор.
— ...Да, ты прав.
И все же Лоэн медлил с ответом.
...С чего бы это?
Почувствовав раздражение, Юджин заговорил более прямолинейно. В конце концов, политика никогда не была его главной заботой, а его собеседник тоже был мечником.
Вместо того чтобы ходить вокруг да около и оценивать друг друга, гораздо правильнее было высказаться начистоту.
— Давай опустим пустую болтовню и поговорим откровенно. Нас все равно никто не слышит, мы здесь только вдвоем.
—— Какова истинная причина того, что ты так настаивал на личной аудиенции?
Спросил Юджин.
— К тому же, если тебе требовалась личная аудиенция, было бы правильнее сначала встретиться с Его Величеством Императором, а не со мной.
Святой Меча, прибывший в качестве представителя Эльвенхейма, проводит личную встречу с герцогом раньше, чем с императором.
Для любителей посплетничать не нашлось бы темы лучше этой.
Если бы эту встречу не оправдывали простым общением двух мечников, или если бы Юджин обычно не демонстрировал преданность императору, этого было бы более чем достаточно, чтобы вызвать у кого-то подозрения.
— Прошу прощения за это. Я действительно поступил опрометчиво. Я встречусь с вашим императором отдельно и сам улажу этот вопрос.
Лоэн с готовностью извинился.
— Так в чем же дело?
Лоэн на мгновение пристально посмотрел на Юджина.
А затем произнес:
— Сталкивался ли ты когда-нибудь с Семью Смертными Грехами?
— Сталкивался.
— Понятно. Я так и думал.
— Вообще-то, одна из моих женщин даже является бывшим Престолом Семи Смертных Грехов.
— Да, такое тоже могло... Что ты сказал?
?????????
— А, я оговорился. Сделай вид, что не слышал. В любом случае, ничего странного в этом нет.
— ...Э-э, хм.
...Неужели действительно ничего странного?
Лоэн засомневался, не состарился ли он настолько, что у него начались проблемы со слухом.
— Правда, пустяки. Просто задумался на секунду и ляпнул глупость.
— ...Хорошо. Давай пока оставим эту тему.
Лоэн решил не настаивать.
В конце концов, что бы там ни было, тот факт, что он чувствовал божественную ауру от стоящего перед ним Юджина, подтверждал, что юноша не был предателем человечества.
К тому же в мире порой происходят совершенно непостижимые вещи. Если подумать, само существование Юджина в глазах Лоэна было воплощением хаоса.
— С кем именно из Семи Смертных Грехов ты встречался?
— Я встречался с Жадностью.
— Жадность... Он куда опаснее, чем кажется. Его личная сила немного уступает остальным, но его способность крайне коварна. Для мастеров боевых искусств уровня Мастера он был практически абсолютным существом.
— Понятно. Спасибо за объяснение. И я убил Жадность.
К слову, помимо Жадности, он также убил Похоть.
— ...Даже Похоть?
— Это правда. Если не веришь, можешь почитать недавние газеты или посетить Священное Королевство. И Похоть, и Жадность были убиты именно там.
— ...Нет, это должно быть правдой. Я верю тебе. Значит, кроме них двоих, ты больше не сталкивался с Семью Смертными Грехами?
Юджин задумался.
Рэт... то есть встреча с Джейн тоже считалась встречей с Семью Смертными Грехами, но...
«Пожалуй, умолчу об этом».
Да.
Лучше умолчать.
— За пределами Королевства Кара, в Вечной Пустыне, я встретил Лень. Но, к сожалению, упустил его.
...Но разве дело ограничилось лишь тем, что тот «упустил его»?
У него также украли половину Всадника Голода.
Даже сейчас, при одном воспоминании об этом, Юджин невольно скрежетал зубами.
Тем временем Лоэн, выслушав рассказ, о чем-то задумался, а затем кивнул.
— ...Понимаю. Значит, с Гордостью ты еще не сталкивался.
— Не сталкивался. Но к чему все эти вопросы?
— Потому что причина моей личной аудиенции напрямую связана с этим.
— .......?