— ...Святая, избранная богами, по праву обязана пройти через Святые Земли.
— Хмм...
Юджин слегка прищурился, разглядывая кардинала Хайнкеля.
«Обязана пройти через Святые Земли...»
Под Святыми Землями, разумеется, подразумевалось Священное Королевство. Слова о том, что Святая должна пройти через их территорию, были не более чем завуалированной попыткой полностью прибрать её к рукам.
Конечно, на словах они могли утверждать, будто хотят лишь нанести один короткий визит...
«Но этому не бывать».
Пусть они и носили жреческий сан, в конечном счете они оставались обычными людьми. Им была свойственна та же жадность, они точно так же поддавались гневу, радости, печали или похоти, как и любые другие смертные. Просто они умело кутали свои пороки в мантию праведной веры и изо всех сил пытались их сдерживать.
«А значит, они так же страстно жаждут абсолютной власти».
К тому же перед ним стоял целый кардинал. Неужели кто-то всерьез верил, что этой вершины можно достичь лишь за счет одной слепой веры? Разумеется, нет. Для этого требовался колоссальный уровень политической гибкости и интриг. И в этом процессе чистая вера служила скорее лишь сопутствующим фактором.
«Будь в коллегии кардиналов исключительно те, кто источает одну лишь праведную веру...»
Священное Королевство уже давным-давно прекратило бы свое существование. Наивные идеалисты, лишенные малейшего понимания законов политики и государственного управления, в мгновение ока пустили бы страну по миру.
Именно поэтому, если на самых нижних сословиях простые фанатики еще верили в идеалы, верхушка теократического государства требовала от своих лидеров запредельных политических навыков, затмевающих собой любые религиозные догматы. Священное Королевство оставалось структурой, созданной руками человека, а потому было подвержено всем стандартным порокам обычного государства.
«И тем не менее... До меня долетали слухи, что среди всей верхушки именно кардинал Хайнкель обладает самой глубокой и искренней верой».
В таком случае ситуация усложнялась: им двигали не только сухие политические амбиции — он вполне мог искренне верить в свою священную миссию, возложенную на него Богиней.
«...А значит, переговоры предстоят адские».
Иными словами, этот старик упрям как сто чертей.
Похоже, Император пришел к аналогичным выводам и принял решение временно свернуть совет, дабы выгадать драгоценное время.
— Мы вернемся к детальному обсуждению этого вопроса чуть позже, когда кардинал Людвиг сможет как следует отдохнуть с дороги. Путь из Священного Королевства до нашей столицы наверняка выдался долгим и утомительным.
Формально это прозвучало как проявление монаршей заботы, но по факту являлось прямым приказом — вежливым требованием покинуть залы.
К счастью, кардинал Хайнкель прекрасно уловил намек государя.
— Я безгранично благодарен за вашу заботу, Ваше Величество.
— Прекрасно. Тебе будут выделены лучшие покои в гостевом крыле дворца. Мы продолжим наш разговор, как только ты восстановишь силы.
Император небрежно взмахнул рукой, и в двери приемной незамедлительно вошли дворцовый рыцарь охраны и высокопоставленная служанка. Кардинал Хайнкель проявил благоразумие и молча последовал за ними наружу.
— Что ж, это дарует нам короткую передышку.
— Ваше Величество, неужели вы действительно планируете безропотно передать Святую в руки Священного Королевства?
— Еще чего, — Император ответил мгновенно, даже не дав министру договорить глупый вопрос. — Худший сценарий для нас — это навсегда лишиться Святой, позволив теократам забрать её себе. Идеальный же расклад — разделить сферы влияния над ней. И пусть она является уроженкой нашей империи, Святая по своей сути — живое воплощение веры всего континента, так что удерживать её исключительно внутри наших границ единолично — задача нереальная.
— К нашему огромному счастью, Святая явилась миру именно на землях Империи, Ваше Величество. Это означает, что без нашего деятельного содействия Священное Королевство не сможет даже начать её поиски, а если они и попытаются провернуть что-то втайне, мы в любой момент сможем перекрыть им кислород. Если мы четко обозначим эту позицию, инициатива в переговорах полностью останется за нами.
Император удовлетворенно кивнул:
— Герцог абсолютно прав. В конечном счете нам в любом случае придется прийти к какому-то компромиссу с духовенством еще до того, как они официально установят её личность.
Государь незамедлительно повернулся к главе Имперской канцелярии, отдавая распоряжения:
— Соберите абсолютно все доступные сведения на кардинала Хайнкеля. Это задача первостепенной важности.
— Слушаемся.
И канцелярия мгновенно запустила свои шестеренки.
Имперская канцелярия принялась штамповать отчеты с поразительной скоростью.
Одновременно с этим, готовя почву для неизбежного пробуждения Святой, правительство начало аккуратно и плавно манипулировать общественным мнением как внутри страны, так и на просторах Священного Королевства.
В частности, через доверенных лиц в народные массы начали активно вбрасываться лозунги в духе: «Дети империи должны оставаться под защитой имперской короны» или «Праведная вера — это прекрасно, но никому не дозволено нарушать суверенные границы чужих государств». Самый обычный, грамотно завуалированный патриотизм.
Разумеется, все эти метаморфозы проводились максимально скрытно, дабы не вызвать подозрений у соглядатаев Священного Королевства.
И стоило надежному фундаменту закрепиться в умах граждан, как за закрытыми дверями начались тяжелые кулуарные переговоры с кардиналом Хайнкелем.
И спустя несколько дней...
— Как только Святая будет официально найдена, она первым делом наносит визит в Священное Королевство для прохождения торжественного обряда инициации и признания её статуса духовенством. После чего её постоянной резиденцией становятся Святые Земли, однако она обязана беспрепятственно прибывать в Империю в любую секунду по первому же требованию нашей короны... Что ж, весьма недурно.
— Всё именно так. К тому же, если сама Святая изъявит личное желание, она в любой момент может вернуться на родину, так что итоговые условия соглашения можно назвать крайне выгодными для нас.
Рассел согласно кивнул на слова министра.
В конечном счете, пусть Святая и будет формально числиться при дворе Папы, им удалось выжать из теократов максимально возможные уступки. На таких условиях она фактически могла спокойно жить в Империи хоть круглый год.
Более того, стороны даже закрепили соглашение о немедленном строительстве прямой железнодорожной магистрали, которая свяжет столицу Священного Королевства — Святой Город — с сердцем империи, что еще сильнее укрепит их геополитический союз... Результат переговоров превзошел все самые смелые ожидания.
— Теперь нам остается лишь издать официальный указ и созвать абсолютно всех незамужних благородных девиц со всех концов империи в столицу.
— Всё именно так, как и говорит мой шурин. Собрать всех незамужних аристократок империи в одном месте... Это зрелище обещает быть поистине грандиозным. Нам потребуется колоссальная по своим масштабам площадь.
Кстати, кто именно мог скрываться под мантией будущей Святой?
«Из благородного рода, отмеченного благословением самого солнца, явится дитя, способное снискать безграничную любовь всего мира...»
Примерно так ведь звучали слова пророчества?
Для начала, фигуру принцессы Люсии из императорского дома они вычеркнули из списков кандидатов сразу же. А это означало, что Святой суждено было оказаться одной из представительниц высшей знати...
...Погодите-ка.
«Дитя, способное снискать безграничную любовь всего мира?»
И почему эта очевидная мысль не пришла ему в голову раньше?
Создание, окруженное всеобщей любовью.
Да ведь это же...
«...Сена?»
В последнее время о ней не было слышно ни слова, и в обществе воцарилось затишье, но если вспомнить изначальную подоплеку, именно Сена являлась главной героиней этого мира. Точнее — мира романтического фэнтези.
Конечно, назвать текущую реальность банальным любовным романом у него уже язык не поворачивался, но базовый каркас вселенной по-прежнему оставался неизменным. А ключевые героини в подобных историях всегда по умолчанию являлись «существами, у ног которых застывал весь мир». Хоть в метафорическом, хоть в самом буквальном смысле слова.
«...Разумеется, деталей оригинального сюжета я не знаю».
И тем не менее...
«...Меня не покидает стойкое ощущение, что Святой окажется именно Сена».
Таким образом, один лишь Юджин умудрился подобраться к истине на расстояние вытянутой руки. В то время как все остальные министры и аналитики империи даже близко не имели ни единой зацепки относительно реальной личности грядущей Святой.
Вскоре после этого по всем провинциям великой Империи громом разнеслась шокирующая новость.
Новая Святая должна явиться миру из числа имперских подданных, и священное пророчество Богини уже официально подтверждено верховным духовенством.
[ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ: Божественная благодать вновь снисходит на земли нашей Империи!]
[ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ: Кто именно из благородных девиц примерит на себя священный статус Святой?]
[ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ: Да пребудет благословение Святой над каждым жителем нашей великой державы!]
[ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ: Кардинал Людвиг, экстренно прибывший с дипломатической миссией — что за человек скрывается под сутаной посланника?]
[ЭКСТРЕННЫЕ НОВОСТИ: Святая рождена в границах Империи! Стоим ли мы на пороге начала новой золотой эпохи в нашей истории?]
В обществе началось самое настоящее безумие, граничащее с массовой истерией.
Для граждан великой Империи, которые испокон веков свято почитали Богиню Солнца Солару, известие о том, что Святая явилась на свет именно на их родной земле, служило прямым доказательством того, что взор Богини неотрывно устремлен на их державу. Люди искренне верили, что небеса даровали им свое высшее покровительство.
Даже правители соседних пограничных государств, прознав о том, что ключевая фигура текущей эпохи является чистокровной имперской подданной, пребывали в весьма смешанных и трудных чувствах. Ведь их народы точно так же возносили молитвы великой Богини Солнца.
И посреди всей этой ураганной праздничной суматохи абсолютно все незамужние благородные девицы со всех концов великой Империи без единого исключения начали массово стекаться в столицу.
Шу-шу-шу—
— Да уж, это событие само по себе войдет в анналы истории. Кто бы мог подумать, что нам доведется воочию лицезреть абсолютно всех незамужних аристократок империи, собранных в одном зале...
— И ведь одной из этих юных леди суждено официально стать великой Святой, верно?
— Ха-ха-ха. И на кого же падает ваш выбор, виконт? Кто, по-вашему, удостоится этой чести?
— Сложно сказать... Честно говоря, чье бы имя ни прозвучало в итоге, это станет колоссальным шоком для всего высшего света. Лично я планирую использовать этот уникальный шанс, чтобы присмотреть достойную партию для своего старшего сына.
— Ах, ваш молодой господин до сих пор не связал себя узами помолвки?
— Да, всё никак не подберем невесту.
— Хмм... Пожалуй, мне тоже стоит повнимательнее приглядеться к местным девицам, дабы обрести толкововую невестку.
— А я попытаюсь разыскать ту, что сможет стать моей верной спутницей на всю оставшуюся жизнь.
Столицу буквально захлестнул плотный вал высокопоставленной знати. А там, где в движение приходили прекрасные женщины, совершенно естественным образом мгновенно материализовались и мужчины.
Пожилые лорды увлеченно планировали извлечь из этого съезда максимальную выгоду, подыскав идеальные партии для своих преемников. Ну или, чего греха таить, подыскать новую пассию для себя любимых.
Тем временем сами незамужние леди, собравшиеся на площади ради прохождения обряда...
— Кьяа-а-а! Вы только посмотрите в ту сторону! Сам Его Превосходительство Герцог Банус мимоходом взглянул в наш сектор!
— Ах, боже мой, неужели это правда...?
— Я... я впервые в жизни вижу его воочию, а не на страницах свежих газет, и он просто до безумия хорош собой...
— Как думаете, у меня есть хоть призрачный шанс привлечь внимание Его Превосходительства сегодня?
— Закатай губу, милочка. Ты хоть представляешь, какие влиятельные соперницы уже намертво закрепились подле Герцога Бануса? Сама принцесса Люсия и юная леди из дома герцога Аркабелла неотлучно следуют за ним по пятам.
— Ого...
— Как бы то ни было, одной из нас суждено стать Святой, верно? А вдруг небесный выбор падет именно на меня?!
— Мечтать не вредно. Раз уж нам с вами эта вершина точно не светит, давайте лучше сосредоточимся на оценке молодых перспективных наследников.
— Да-да, полностью согласна. Ну и заодно будем краем глаза любоваться Герцогом Банусом.
— ...Интересно, а у Герцога Бануса до сих пор нет своего официального фан-клуба в столице?
Аристократки могли лишь завороженно вздыхать, не в силах отвести от Юджина восхищенных взглядов. На площади присутствовали тысячи статных и благородных мужчин, но фигура Юджина безоговорочно доминировала надо всеми без исключения.
Его вековая слава, сокрушительное боевое могущество, политический вес — даже его внешние данные были безупречными. К тому же этот его фирменный холодный, уединенный взор раненого волка мгновенно и без промаха бил наповал в самые сердца молодых благородных девиц, находившихся в самом сочном расцвете сил.
— Ну что, Юджин, вовсю наслаждаешься своей бешеной популярностью у местных дам?
Принцесса Люсия, плавно приблизившаяся к его плечу в компании Рассела, принялась дразняще и лукаво подначивать парня.
— Мне абсолютно плевать на всё это.
— Охо? И с чего вдруг такой холодный тон? Мне всегда казалось, что любой мужчина втайне грезит о том, чтобы хоть раз в жизни оказаться в центре столь явного женского внимания.
— С какой стати мой взор должен блуждать по сторонам, когда подле меня уже находятся самые прекрасные и удивительные женщины, о которых только можно мечтать?
— Кхм.
При этих словах Юджина Люсия смущенно прикрыла рот ладонью. Пусть это был совсем не тот дерзкий ответ, который она рассчитывала услышать ради продолжения их шутливой словесной перепалки, её сердце наполнилось неописуемым, сладостным восторгом, а уголки губ сами собой предательски поползли вверх.
Айрин, которая умудрилась подобраться к ним совершенно бесшумно, собственническим движением покрепче обхватила Юджина под руку и залилась звонким, счастливым смехом:
— Надеюсь, в этот список прекрасных женщин вхожу и я?
— Разумеется, леди Айрин включена туда по умолчанию, в первых рядах.
— Хи-хи.
И пока они увлеченно беседовали после недолгой разлуки, в залу торжественным шагом наконец переступил порог сам Император.
И вслед за этим...
— Начинайте.
Священный ритуал по определению истинной личности великой Святой был официально запущен.