Сердце пропустило удар, дыхание сбилось. Он замер посреди переулка, ноги будто приросли к мокрому асфальту.
— Первый дом, первое место, куда они придут, — продолжил Флеш, не глядя на него.
— Они знают твой адрес лучше, чем ты сам. Знают, где ты оставляешь ключи.
— Знают, какой свет горит в окне, когда ты возвращаешься поздно.
— Даже сейчас кто-то внутри и ожидает тебя там.
— Тогда... куда мы... — голос Итана оборвался, как будто кто-то перерезал нить.
Он
даже не закончил вопрос,просто смотрел на спину Флеша, на чёрный плащ, который развевался, как крылья в ночи.
— В другое место, — ответил Флеш, и в уголке его рта мелькнула короткая, безрадостная улыбка.
— Там тебя никто не найдёт.
Они продвигались дальше в кварталы задних улиц, узкие, извилистые, где неон баров и забегаловок отражался в лужах на асфальте дрожащими полосами красного и синего.
Старые граффити покрывали стены,выцветшие, облупленные, как будто город сам пытался стереть свои воспоминания.
Запах сырости, мусора и далёкого дыма висел в воздухе густо, почти осязаемо. Где-то вдалеке лаяла собака, одинокий, надрывный звук, который быстро тонул в гуле машин.
Итан шёл молча, но внутри него всё кипело.
Наконец он не выдержал.
— Ты... кто ты вообще такой? — спросил он дрожащим голосом, стараясь, чтобы слова звучали твёрдо.
Флеш не замедлил шаг.
Плащ развевался за спиной, тяжёлые ботинки стучали по камню.
— Тебе прямо сейчас знать не обязательно, — спокойно ответил он.
— Главное,я тот, кто не дал тебе умереть пять минут назад.
Итан сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
— Ты вломился ко мне домой, похитил с работы, заставил пить... чёрт-знает что... — слова вылетали быстро, сбивчиво.
— И теперь говоришь, что я не могу вернуться домой! Да! Я хочу знать!
Флеш остановился.
Медленно обернулся.
Свет фонаря упал на его лицо, резкие тени под скулами, тёмные очки.
Он достал из внутреннего кармана старый, потёртый жетон, металл был тусклым, но золотая печать с символом орла всё ещё блестела, как будто её никогда не касалась грязь.
— Я агент Пентагона, — сказал он спокойно, без тени гордости или угрозы.
— Отдельный отдел, о котором ты никогда не услышишь в новостях. Тот, что занимается тем, что официально не существует.
Он убрал жетон обратно одним плавным движением.
— Зови меня Флеш Рояль, это моё кодовое имя. Настоящее тебе всё равно не скажу.
Аксель отшатнулся, не от страха, а от внезапного осознания.
— Ты следил за мной?..
Флеш коротко кивнул,движение было почти незаметным.
— Я слежу за всеми, у кого вампиры забрали кого-то дорогого, люди, такие кто не сломался сразу.
— Ты не исключение, — ответил Флеш, не оборачиваясь.
Голос его был ровным, почти усталым, как будто он повторял это уже сотый раз.
— Никто из нас не был исключением.
Они вошли в промзону, заброшенную, мёртвую часть города, где даже свер города не добирался. Тёмные складские ангары стояли рядами, как забытые надгробия.
Ржавые ворота, разбитые окна, провода, свисающие с потолков, как мёртвые вены. В воздухе висел запах пыли.
Флеш толкнул боковую дверь, она открылась без скрипа, будто её смазывали каждый день.
Внутри было темно, но не полностью,несколько старых ламп на потолке едва горели, отбрасывая жёлтые круги света на бетонный пол.
Запах усилился,пыль, металл, машинное масло и что-то кислое, лабораторное.
На столах лежали разбросанные старые карты с пометками красным маркером, фотографии, схемы, радиостанции с потрёпанными антеннами.
В углу ящики с оружием,пистолеты, дробовики, магазины, несколько колб с той же серой жидкостью, которую Итан только что пил.
Одна из колб слабо светилась, как будто внутри что-то шевелилось.
— Это... база? — прошептал Итан, голос его дрожал от усталости и шока.
Флеш коротко кивнул.
— Временно, поверь, судьба уже решила, что ты часть этого всего.
Он прошёл внутрь, не включая света, будто знал каждый сантиметр этого места на ощупь.
Из глубины ангара послышался стук, металлический, ритмичный, как будто кто-то постукивал гаечным ключом по столу.
Потом раздался голос, молодой, слегка раздражённый:
— Флеш, ты опять кого-то притащил?
Из-за стеллажа с оборудованием выглянул высокий мужчина лет тридцати пяти,худощавый, с растрёпанными тёмными волосами и белым лабораторным халатом, покрытым пятнами реагентов, которые давно уже не отстирывались.
В руках кружка с надписью «WORLD'S OKAYEST SCIENTIST», из которой поднимался пар.
Он посмотрел на Итана поверх очков оценивающе, без особого удивления.
— Опять, — подтвердил Флеш, не останавливаясь.
С другого угла раздался грохот, тяжёлый, как будто упала коробка с металлом.
Появился огромный, темнокожий мужчина, ростом под два метра, с густой бородой и в спортивной форме, которая выглядела так, будто её шили на заказ для борца сумо.
В руках коробка с патронами, которую он нёс так легко, как будто это была пачка чипсов.
— Это он? — прогудел он низким басом, кивая на Итана.
— Я видел его по телеку... тот, что в суде орал.
— Да, это он, — подтвердил Флеш, всё так же спокойно.
В этот момент на плечо Итана прыгнула маленькая ласка, стремительная, как молния. Шёрстка тёмно-коричневая, с белым пятном на груди, глаза чёрные, блестящие.
Она обнюхала его шею, щёку, ухо, быстро, деловито, будто проверяла на подлинность.
Итан замер от неожиданности.
Ласка фыркнула, ткнулась носом в подбородок и одобрительно пискнула.
— Не бойся, — сказал огромный,темнокожий бородач.
Голос у него был неожиданно мягкий.
— Если Пуля одобряет, значит, ты не полный мудак.
Итан поднял бровь, движение вышло неловким, почти комичным на фоне крови и грязи на лице.
Ласка на его плече фыркнула, будто соглашаясь с шуткой, и ткнулась носом в ухо, проверяя запах.
Флеш усмехнулся уголком рта, без лишних эмоций.
— Релакс, Хитчер. Бруно шутит... частично.
Фдеш кивнул в сторону учёного, тот, кого звали Гидеон, всё ещё стоявшего с кружкой в руках и скептически прищурившегося.
— Нам нужны ещё люди, — добавил Гидеон, отпивая из кружки и морщась, будто кофе был сварен из машинного масла.
— Но сначала ты...
Он посмотрел на Итана прямо, без улыбки, без жалости, только с холодной оценкой.
— Ты готов?
Итана это не убедило, хотя он всё равно положительно кивнул головой.
Флеш положил руку ему на плечо.
— Добро пожаловать в команду, Хитчер, — сказал он мягко, почти поэтически.
— Ты теперь часть нашей команды.
Итан стоял среди троих странных мужчин и маленького зверька. Вокруг оружие, карты, колбы с серой жидкостью, запах пороха и металла.
Впервые за месяцы он не чувствовал себя одиноким, хоть и в такой обстановке будто его пригласили в террористическую организацию.
Чёрный экран.
***
Флеш сидел за столом, освещённый лишь одной настольной лампой, холодный, белый свет падал на разбросанные документы, папки, планшет с тёмным экраном и старый жетон, лежавший рядом с револьвером.
Он стучал пальцем по толстому досье, как будто отбивал секунды до взрыва.
— Сядь, Хитчер, — сказал он тихо.
— Впервые за ночь ты услышишь всё, что нужно знать.
Итан медленно сел, будто боялся, что стул развалится под ним. Кулаки лежали на коленях — белые от напряжения. Сердце колотилось так громко, что казалось, вот-вот выскочит из груди и упадёт на стол.
Флеш раскрыл папку.
На обложке штамп, чёрными буквами: «FEDERAL BLOOD CONTROL ACT — 2050». Внутри фотографии тел, судебные документы, отчёты, графики, списки имён.
Всё это выглядело официально, стерильно, но от каждого листа веяло смертью.
— Это закон 1212, — тихо произнёс Флеш, передавая Акселю первый лист.
— Принят семь лет назад. Человеческая жизнь, согласно этому документу... — он постучал пальцем по строчке.
— Оценивается компенсацией от одной до пятнадцати тысяч долларов, если вампир убил человека во время эмоциональной потери контроля или несчастного случая.
Аксель смотрел на аккуратные цифры, копию самого контракта.
Пять тысяч,та самая сумма, которую ему предлагали и та самая, которую он разорвал в зале суда.
— Это значит, — продолжил Флеш, голос его стал ещё тише, но каждое слово падало, как гвоздь.
— Что если они убили человека, им ничего не будет. Это иерархия вампиров, закон защищает их.
— Эмоциональная потеря контроля, это их любимая формулировка, она покрывает почти всё, голод, раздражение, скуку, даже плохое настроение.
— Но если вампир убивает вампира... это уже другое.
— Это преступление против своего вида в их законах.За это вампира приговаривается к казни, без свидетелей,даже без суда.
— Не так как с тобой, — перебил Гидеон, смотря на Итана.
Флеш откинулся на спинку стула, скрестив руки.
Итан потрясённо поднял взгляд, глаза расширились, зрачки дрожали, как будто кто-то только что выдернул из-под него последнюю опору.
— Что...? Потеря контроля? Они что, серьёзно?..
Голос сорвался на хрип от того, что ярость и боль наконец нашли выход одновременно.
Флеш коротко кивнул, без эмоций, но в этом кивке была вся тяжесть.
— Да...Убил девушку? Мать? Ребёнка? Ничего страшного. Плати штраф семье и свободен.
— Закон 1212 называет это эмоциональной потерей контроля. Красивая формулировка для «я был голоден, зол, или одолела скука».
— Штраф от одной до пятнадцати тысяч. В твоём случае, пять.
— Средняя цена человеческой жизни в 2050-м.
Голос Флеша звучал глухо, с горькой яростью, которая давно уже не выплёскивалась наружу, она просто жила внутри, как хроническая болезнь.
— Правила устроены так, чтобы люди брали деньги и забывали о случившемся. Наказания или тюрьмы в таких случаях не предусмотрено.
— Ни суда присяжных, даже публичного разбирательства не будет.
— Только чек и рекомендация от вампиров не вспоминать о ситуации.
Гидеон, всё ещё стоя у стола с кружкой в руках, добавил тихо, почти устало.
— Это их мирное сосуществование с нами. Они не убивают, они теряют контроль.
— А мы не жертвы, мы получатели компенсации.
Итан сжался всем телом, как будто слова вонзились в него физически.
Глаза наполнились болью и яростью, слёзы не шли, но они стояли там, готовые пролиться в любой момент.
— Но они убили Марию! — вырвалось у него.
— И теперь тот вампир свободен, а я должен принять деньги, иначе тоже лишусь жизни?
Флеш кивнул, медленно, без тени утешения.
— Верно мыслишь.
Он холодно усмехнулся, улыбка вышла кривой, безрадостной.
— Добро пожаловать в 2050-й, мальчик.
— Здесь правят существа сильнее людей. Чтобы пойти против них, нужно быть сильнее них... или умнее.