Она больше не реагировала на его атаки.
Она предугадывала.
Кэйн снова рванул вперёд, но в этот раз, когда его нога стала копьём, Анна распалась не в рассеянный дым, а в плотный, концентрированный сгусток и проскользнула сквозь его собственный Луфт.
Их тьма соприкоснулась.
На долю секунды они буквально прошли друг сквозь друга.
Кэйн замер.
Анна уже стояла позади него.
Её рука стала плотной, почти материальной сверх меры.
Удар в основание шеи.
Раздался громкий, сухой треск.
Кэйн упал на одно колено.
Он попытался подняться, но тело на секунду не слушалось, будто структура Луфта была нарушена изнутри.
Анна подошла ближе.
— Ты используешь эту силу не правильно, — сказала она тихо.
— Я знаю как ею пользоваться…
Он поднял на неё взгляд.В глазах ярость и что-то новое. Что-то очень близкое к страху.
Кэйн взревел и полностью распался в гигантский вихрь, заполняя половину сцены.
Тьма рванулась к ней волной.
Анна не отступила.Она сделала шаг вперёд и тоже растворилась.
Два чёрных урагана столкнулись.Свет в зале погас окончательно.И сцена исчезла в буре Луфта.
Чёрная буря над сценой сжалась.
Два вихря,один рваный, яростный, рвущий воздух, другой плотный, почти архитектурный,сплелись в тугой, дрожащий узел. Воздух вокруг сцены задрожал, как натянутая струна.
Прожекторы лопались один за другим с сухим, резким треском, осколки стекла дождём сыпались на пол.
Люстры покрылись паутиной трещин, и хрустальные подвески начали тихо звенеть, словно в предсмертной агонии.
И вдруг всё начало меняться.
Сила Кэйна стала распадаться.
Длинными, тонкими нитями она тянулась к вихрю Анны, словно железные опилки к магниту. Анна больше не отражала его Луфт.
Она поглощала.
Её вихрь стал глубже, гуще, внутри него начали проступать чужие образы,лица, силуэты, отголоски воспоминаний тех, кого Кэйн обратил за столетия.
Его ветвь.Всё это медленно, неумолимо втягивалось в неё.
Снаружи это выглядело как медленное, почти красивое втягивание дыма в бездонную воронку.
— Нет… — голос Кэйна прорезал пространство, но звучал уже надломленно, слабее.
Внутри их общей тьмы он отчаянно пытался удержать структуру,собрать души, привязанные к его крови и душе, к его изначальному обращению.
Он тянул нити обратно, но они рвались и уплывали, словно песок сквозь пальцы.
Анна нашла ядро.Каждая ветвь имела корень.И она вцепилась в него.
Внутри ментального пространства они стояли среди тысяч теней.
Вампиры разных эпох, мужчины и женщины, старые и молодые, стояли вокруг, объединённые одной кровной нитью, пульсирующей, как живая паутина. Кэйн держал эту нить в руках, сжимая её.
— Это моё, — прошипел он.
— Я создал их, я дал им вечную жизнь.
— Нет, — спокойно ответила Анна.
— Ты привязал их к долгу быть твоими рабами на вечно!
Она шагнула ближе и положила ладонь на самую толстую, пульсирующую нить, ту, что соединяла его с самой древней ветвью.
Тьма зашипела, как раскалённое железо в воде.
Кэйн бросился к ней, но движения его уже замедлились. С каждой секундой из него вытягивалась сила, души, подпитывающие его столетиями, откликались на новый зов.
Анна не рвала связь.Она переписывала её.И она изменила структуру.
Тени одна за другой начали поворачиваться к ней.
Сначала осторожно, с сомнением. Потом без сопротивления.
Кэйн вскрикнул испытывая дикую агонию боли.
В реальном мире буря Луфта резко сжалась до плотного, дрожащего шара и в следующую секунду разорвалась внутрь с оглушительным, влажным хлопком.
Всё стихло.
Анна стояла в центре разрушенной сцены.
Её глаза светились глубоким, почти бездонным чёрным, в котором мерцали красные искры,отголоски поглощённых связей. Волосы слегка растрепались, на виске темнела тонкая струйка крови, но осанка оставалась идеальной.
Кэйн лежал перед ней на коленях.
Не мёртвый, скорее опустевший.
Он попытался подняться,руки дрожали, колени подогнулись. Он рухнул обратно, тяжело дыша, будто впервые за века почувствовал настоящую усталость.
Зал молчал.
Тысячи глаз, много свидетелей видели как Кэйн Корвин пал.
Кэйн медленно поднял голову. В его взгляде больше не было превосходства. Только пустота и горькое понимание.
— Что… ты сделала? — хрипло спросил он.
Анна медленно подошла к нему. Каждый шаг отдавался эхом в разрушенном зале,чётко, размеренно.
— Сделала то, что давно должен был сделать кто-то другой, — ответила она тихо, но так, что услышали все.
Он попытался собрать Луфт вокруг пальцев. Тьма едва дрогнула и рассыпалась бесформенными клочьями.
Нить была разорвана.
В этот момент где-то в зале десятки вампиров одновременно вздрогнули. Те, кто принадлежал его ветви, почувствовали это, как смену нового лидера.
Их сир больше не был главным, Анна стала новым правителем родословной.
Кэйн понял это тоже.
Он медленно опустил взгляд на свои дрожащие руки.
— Я… больше не чувствую их, — прошептал он.
— Потому что теперь они чувствуют меня, — спокойно сказала Анна.
Она остановилась перед ним, могла убить.
Все это понимали.
Элизабет затаила дыхание.
Жерар стоял неподвижно, но его взгляд стал острее, внимательнее.
Анна протянула руку.