Да, у Гидеона и Бруно было много вопросов, они хотели спросить много чего по поводу его способностей, даже подозревали в чем-то, но сейчас, важнее выжить чем задавать тупые вопросы.
— Сейчас будет очень жарко.
Сьюзи продолжала шептать заклинание, хотя голос её дрожал от боли и усталости.
— Защита от солнца… — повторяла она снова и снова.
— Пусть свет не тронет нас… пусть свет не тронет нас…
Жерар поднял голову. Его лицо было искажено нечеловеческой агонией.
— Я… не позволю… — прохрипел он.
Но души уже не слушали.Они выбрали нового хозяина.Проклятие не могло перенестись на вампира.
Жерар, стоявший в центре бушующего вихря душ, вдруг резко согнулся пополам. Его тело начало дрожать, как в лихорадке. Души, которые он так жадно поглощал, отказывались становиться частью него. Они бунтовали, рвали его изнутри, кричали в унисон.
— Ты не наш! — ревел хор тысяч голосов из его же рта, — ты чужой!
Жерар закашлялся. Из его пасти вырвался не крик, а чёрный луч, плотный, как пуля, пропитанный чистой, неконтролируемой тьмой. Луч ударил вверх с такой силой, что воздух разорвался с оглушительным треском.
Он пронзил потолок склада, пробил крышу и устремился дальше, вверх, всё выше и выше, пока не врезался в огромный магический барьер, защищавший город от солнца.
Раздался грохот, словно само небо треснуло.
Купол, сотканный из древней магии Жерара и его приспешников, лопнул в одной точке. Сквозь образовавшуюся дыру хлынул настоящий, беспощадный дневной свет. Яркий и смертоносный для вампиров.
Все в зале замерли.
Вампиры Жерара, стоявшие плотным кольцом вокруг места битвы, одновременно подняли головы. Их лица исказились от ужаса. Кто-то инстинктивно закрыл лицо руками, кто-то попятился. Никто не горел. Магия, наложенная на них, ещё держалась, но все понимали, это ненадолго. Купол был пробит в одной точке.
— Что… что это?! — прошептал один из вампиров в костюме, глядя в небо и выпучив глаза
— Купол… — выдохнул другой.
— Он… он сломан…
Жерар стоял на коленях, кашляя чёрной дымящейся кровью. Его лицо было искажено не только болью, но и настоящим, глубоким потрясением. Впервые за сотни лет холодное, расчётливое существо выглядело по-настоящему сломленным.
А энергия не остановилась.
Чёрный луч, пробивший небо, вернулся вниз уже в другом облике, в виде массивного, ревущего урагана. Он закрутился над складом, втягивая в себя остатки душ, тьму, крики и силу. Ураган становился всё плотнее, всё яростнее, пока не превратился в гигантскую чёрную воронку.
И вдруг эта воронка резко метнулась вниз.
Прямо к Итану.
Его тело, которое все уже считали трупом, лежало у стены в луже крови. Но как только ураган коснулся его, тело Итана резко выгнулось. Чёрная энергия хлынула в него, словно река, нашедшая своё русло.
—АААААРГХ!!
Раны на его теле начали дымиться, чёрные линии вспыхнули ярче, чем когда-либо. Его пальцы судорожно сжались, а глаза, всё ещё закрытые, задрожали под веками.
Сьюзи, лежащая возле Флеша в тот же миг подбежала к Итану.
— Итан… — прошептала она дрожащим голосом.
— Что с тобой происходит?
Флеш стоял неподвижно, не опуская руки, которая всё ещё удерживала группу на безопасном расстоянии. Его лицо было мрачным.
— Он должен принять их… — тихо сказал он.
— Проклятие не позволит умереть человеку…
Жерар, всё ещё стоя на коленях, смотрел на это с ненавистью и страхом одновременно.
— Нет… — прохрипел он.
— Это должно было быть моим!
Но было уже поздно.
Энергия полностью втянулась в тело Итана.
А город над ними начал медленно, но неизбежно освещаться настоящим солнцем.
Купол над городом, защищавший вампиров от солнца, треснул стеклянным звоном, который услышали, казалось, все жители Нью-Йорка.
Сначала появилась тонкая, ослепительно-яркая трещина, словно кто-то ударил молотом по огромному чёрному стеклу. А потом она разошлась, расширилась, и сквозь неё хлынул настоящий, беспощадный дневной свет.
Первые золотые лучи пробились вниз, как раскалённые копья. Они упали на крыши зданий, на улицы и головы вампиров Жерара, стоявших плотным кольцом вокруг склада.
Крики начались мгновенно.
— Солнце! — завопил один из вампиров в дорогом костюме, когда луч коснулся его плеча. Кожа моментально задымилась, почернела и начала обугливаться. Он рухнул на колени, пытаясь прикрыться руками, свет проникал везде.
— Оно жжёт! Оно жжёт!!!
Весь периметр склада превратился в ад. Сотни вампиров кричали, корчились, пытались спрятаться в тени или друг за другом. Кожа трескалась, плоть плавилась, чёрный дым поднимался густыми столбами.
Те, кто стоял ближе к пробоине, сгорали почти мгновенно, их тела вспыхивали, как сухая бумага, оставляя после себя только горстки пепла и обугленные кости.
Жерар стоял в центре этого хаоса, запрокинув голову вверх. Его лицо исказилось от ярости и паники.
— Нет! — зарычал он.
— Не сейчас!
Он вскинул обе руки к небу, пытаясь затянуть пробоину своей тьмой. Чёрные щупальца вырвались из его ладоней, устремившись вверх, чтобы залатать дыру. Но души внутри него продолжали бунтовать.
Они рвали его изнутри, не давая сосредоточиться. Жерар дёрнулся, закашлялся чёрной кровью и упал на одно колено.