— Сьюзи, ты можешь занять маленькую комнату в конце коридора, — сказал Флеш и указал на дверь.
Сьюзи кивнула, но перед тем, как уйти, ещё раз посмотрела на Итана.
— Если тебе станет хуже ночью… позови меня, ладно, я постараюсь магией убрать боль, — тихо сказала она.
Итан кивнул.
— Позову.
•••
Где-то в особняке Грейси, мэрия.
Перед Жераром по разные стороны стола, стояли Майкл и Элизабет.
Майкл был спокоен, как всегда в его глазах горел расчётливый интерес. Элизабет стояла чуть в стороне, скрестив руки на груди. Её лицо было бледным, почти фарфоровым, длинные тёмные волосы спадали на плечи.
Она выглядела напряжённой, словно каждое слово Жерара ложилось на неё тяжёлым грузом.
Жерар медленно откинулся в кресле и положил ладони на стол.
— Они всё глубже лезут в наши дела, — начал он тихо, каждое слово звучало как указание.
— Группа из низов катакомб, те самые, кто выжил внизу. Они оказались упрямее, чем я ожидал, сейчас все в городской больнице под охраной.
— Но охрана это не проблема.
Он посмотрел сначала на Майкла, потом на Элизабет.
— Я хочу, чтобы вы нашли их всех. Людей из катакомб, кто может рассказать, что именно произошло в ту ночь.
Майкл слегка наклонил голову, улыбка на его губах стала чуть шире.
— И что мы должны с ними сделать, когда найдём? — спросил он спокойно, почти вежливо.
Жерар посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.
— Если они будут сопротивляться… используйте любые методы и не оставляйте их в живых, мы должны казаться нормальными перед нашим народом, но всё идет наперекосяк, люди мешают и образцы тоже.
Элизабет поёжилась. Она сжала руки сильнее, ногти впились в кожу.
— Жерар… — начала она тихо, с заметной усталостью в голосе.
— Эти люди… они уже пострадали от наших экспериментов, тем более мои клиники закрыли.
— Они были в катакомбах и видели то, что не должны были видеть.
— Если мы придём к ним в больницу…
Жерар прервал её одним движением руки.
— Я не спрашиваю твоего мнения, Элизабет. Я даю приказ. Ты и Майкл, мои лучшие исполнители, вы пойдёте туда ночью без лишнего шума. Больница сейчас слабо охраняется.
— Используйте свои способности, Элизабет, напомни, какая у тебя черта Луфта? Я сказал, найдите палаты и убейте всех. Если кто-то из персонала помешает, устраните их тоже.
Майкл кивнул, словно речь шла о простой прогулке.
— Понял.
— Мы сделаем всё по чистоте, я возьму пару своих людей для прикрытия. Элизабет, ты будешь работать в это раз ?
Элизабет не ответила сразу. Она смотрела в пол, словно боролась с собой.
— Да, — сказала она наконец, и в голосе прозвучала едва заметная горечь.
— Я смогу сделать так как мне велят.
Жерар усмехнулся уголком рта.
— Ты знаешь, что ты лучше всех.
Он встал из-за стола и подошёл ближе к окну, глядя на ночной город.
— Эти люди из катакомб, это наши грехи. Если Итан действительно смог запереть души Роя и Морвена и проклял сам себя, то души могут мне пригодится.
— Мне нужны все детали.Я должен заполучить всё это и я стану альфой.
Он повернулся к ним.
— Выполните задание и я дам вам то, чего вы оба хотите.
— Свободу от моих… более жёстких приказов на какое-то время.
Майкл улыбнулся шире.
— Мы не подведём.
Элизабет лишь молча кивнула. В её глазах мелькнула усталость и тихая, глубоко спрятанная боль.
Жерар вернулся к столу и сел.
— Пока они ещё в больнице, быстрее..
Майкл и Элизабет одновременно повернулись к двери.
— Всё сделаем, не переживайте,— тихо сказал Майкл, выходя первым.
Элизабет задержалась на секунду. Она посмотрела на Жерара долгим взглядом, словно хотела что-то сказать, но в итоге лишь молча вышла следом.
Дверь за ними закрылась с тяжёлым щелчком.
Жерар остался один. Он долго смотрел на закрытую дверь, а потом тихо, почти шёпотом произнёс:
— Скоро всё закончится и тогда я наконец получу то, что мне нужно.
В кабинете снова стало тихо.Только часы на стене продолжали тикать.
02:00 часа ночи.
Ночь в больнице Святого Павла была особенно мёртвой и вонючей.
Старое здание уже давно превратилось в развалюху. Часть корпусов закрыли, особое отделение на четвёртом этаже продолжало работать.
Здесь Жерар держал своих раненых, подопытных людей, которых медленно превращали в нечто среднее между живыми и мёртвыми.
Те, кто ещё был живым, уже мало напоминали людей, чёрные вены проступали под кожей, глаза были мутными или полностью чёрными, тела покрыты язвами и гниющими ранами.
Ребята превращались в чумной столп.
Майкл и Элизабет вошли через служебный вход в два часа и двадцать пять минут.
Майкл шёл первым. Высокий в дорогом чёрном пальто, он выглядел так, будто пришёл на деловую встречу, а не на массовое убийство.
В руках у него была небольшая чёрная коробка с пультом. Элизабет шла следом, бледная, с напряжённым лицом.
Она не хотела здесь быть. Но Жерар не оставил выбора.
Майкл остановился у первой двери и нажал кнопку на пульте. Где-то в глубине здания глухо щёлкнули магнитные замки.
Все входы и выходы одновременно заблокированы.
— Ну вот и всё, — спокойно сказал он, убирая пульт в карман.
— Теперь никто не выйдет и никто не войдёт. Красиво, правда? Как в старые добрые времена, когда мы ещё устраивали настоящее веселье.