Итан просто рванулся вперёд, тело двигалось само, на остатках адреналина и отчаяния. Ножка стула в его руке вдруг стала тяжёлой.
Кровь Итана впитывалась в волокна, а глициния, всё ещё текущая в его крови, делала невозможное, изменяла обычную деревяшку в нечто иное.
Рой увидел движение слишком поздно.
*Хрясь!*
Итан вонзил импровизированный кол прямо в грудь вампира, точно туда, где секунду назад билось чёрное сердце.
Дерево вошло легко, будто в масло. Рой дёрнулся. Глаза его расширились не от боли, а от чистого, животного удивления.
— Что… это…?
Кровь Роя, густая, как смола, хлынула из раны и мгновенно смешалась с кровью Итана на поверхности кола.
Воздух вокруг них затрещал.
Дерево начало светиться сначала слабо, потом ярче, серебристо-синим. Рукоять в руке Итана стала ледяной, потом обжигающей.
Рой попытался отшатнуться, но кол держал его, как якорь. Тело вампира начало трястись. Изо рта вырвался дым, чёрный, с сотнями голосов внутри.
— Нет… нет… нет… — прошептал Рой, и голос его был уже не один. В нём звучали другие, сотни кричащих, воющих и умоляющих.
Кол начал пульсировать. Он впитывал все души, которые Рой когда-либо поглотил за столетия, все те, кого он убил или запер внутри себя, теперь вырывались из него и втягивались в дерево.
Слышались стоны, плач, яростные крики. Дым закручивался спиралью вокруг кола, вливаясь в него, как в воронку.
Рой упал на колени. Руки вцепились в импровизированное оружие, пытаясь вырвать, но пальцы уже чернели и трескались.
— Ты… что ты наделал…! — прохрипел он, и в голосе теперь было сразу несколько голосов одновременно.
— Это… моя сила!
Итан стоял, держа кол обеими руками, хотя пальцы уже кровоточили. Он смотрел прямо в глаза Рою и впервые за весь вечер в его взгляде не было страха.
— Теперь это моё, — тихо сказал он.
— Я не знаю, что я сделал, но это точно мое!
Рой открыл рот для последнего крика, но вместо крика из него вырвался только поток чёрного дыма. Тело начало осыпаться, кожа отваливалась пластами, мышцы под ними превращались в пепел.
Глаза ввалились, стали пустыми провалами.
Рой рухнул вперёд, насаженный на кол, как бабочка на булавку.
Кол изменил цвет на угольный будто обожжённым в печи. По поверхности пробежали тонкие серебристые трещины похожие на множество маленьких вен, внутри него теперь создалась тюрьма.
Целая тюрьма для сотен душ.
Итан медленно вытащил кол из мёртвого тела. Он посмотрел на дерево, теперь это был не просто обломок стула.
Флеш, всё ещё лежащий у стены, прохрипел.
— Итан…
Итан повернулся к Флешу держа в руках новое оружие против вампиров.
— Это конец, я его убил…— тихо ответил он.
Гидеон поднялся на локтях, кашляя.
— Мы… мы его убили? По-настоящему?
Итан кивнул.
Посмотрел на чёрный кол в своей руке.
— Возможно…
Бруно, всё ещё привалившийся к стене, слабо улыбнулся окровавленными губами.
— Тогда… уходим. Пока… следующая тварь… не пришла за этим… сувениром.
Итан сжал кол крепче.Внутри него что-то тихо шептало, сотни голосов, запертых внутри.
Ребята медленно собрались, а затем двинулись к выходу.
А за спиной, в ангаре, лежало тело Роя, пустая оболочка без единой души внутри.
И где-то в городе, далеко за кольцевой, Анна уже почувствовала, как два вампира умерли.
Они выбрались из ангара через развороченный задний люк, скорее тащились, поддерживая друг друга. Бруно почти не шевелился, только иногда издавал короткий, влажный стон.
Гидеон нёс его на спине, сам едва переставляя ноги. Итан шёл последним, сжимая в правой руке кол, то, что осталось от обычной ножки стула.
Они прислонились к ржавой стене старого контейнера в тени между двумя ангарами. Здесь хотя бы не дуло так сильно.
Флеш опустился на корточки первым.
Пуля, его ласка, тут же забралась ему на плечо и прижалась мордочкой к шее. Флеш поднял взгляд на Итана.
— Иди сюда, — прохрипел он.
— Быстро…
Итан подошёл, пошатываясь. Кол в руке казался тяжелее с каждым шагом. Он опустился рядом, прислонившись спиной к тому же контейнеру.
Флеш долго смотрел на кол. Потом перевёл взгляд на Итана.
— Ты понимаешь, что ты только что сделал?
Итан медленно кивнул. Потом покачал головой.
— Я… убил его? Дерево… оно… впитало всё.
— Да, — тихо сказал Флеш.
— Впитало и теперь это не просто дерево.
— Это проклятие, помнишь я тебе рассказывал, что нельзя убить вампира? Лишь серебряные пули могут изгнать таких созданий.
— А то что ты сделал, это очень плохо. Молись Богу, если его разрушат, все души войдут в тебя. Ты же убил его…
Он протянул руку и осторожно коснулся чёрной поверхности кола кончиками пальцев.
— Когда обычный предмет убивает вампира при этом на нем твоя кровь и глициния.
— Предмет становится зачарованным.В него уходят все души, которых вампир забрал за свою жизнь.
— Тысячи, может быть миллионы.Они теперь там, внутри.
Итан сжал кол сильнее. Слабая вибрация прошла по ладони, как будто кто-то внутри постучал в ответ.
— И что теперь? — спросил Итан у Флеша.
Флеш посмотрел ему прямо в глаза.
— Если этот кол сломается… если его разобьют, сожгут, разрежут… всё, что угодно.
— Души вырвутся и первый, кого они найдут,это ты. Потому что твоя кровь их заперла.