— Небольшая формальность, — сказала она, указывая на стул.
— Пожалуйста, присядьте и протяните палец.
Итан сел, закатал рукав.
Игла коснулась кожи, лёгкий укол, почти незаметный. Капля крови исчезла в прозрачной капсуле, которая тут же ушла в анализатор.
Итан почувствовал, как внутри холодеет.
«Час назад», — напомнил он себе мысленно. — «Глициния уже в крови, боже, надеюсь они не заметят, она маскирует всё.»
Секунда. Две. Три.
Экран анализатора мигнул зелёным.
Медсестра улыбнулась шире.
— Всё в порядке, сэр. Можете проходить.
Он кивнул и встал.
Далее сканер сердечного ритма, он встал под арку, почувствовал лёгкое гудение, как будто невидимые волны пронизывали тело.
Зрачковая фиксация,вспышка света в глаза, заставившая моргнуть. Тепловая карта,камера над головой, фиксирующая тепло тела.
Вспышка погасла.
На мгновение в глазах Итана остались белые пятна, выжженные солнцем силуэты, пульсирующие, как отголоски света, будто слишком долго держал закрытые глаза смотря на солнце.
Он заставил себя не тереть веки и стараться не выдать малейшего признака дискомфорта.
Просто моргнул, один раз, медленно, позволяя зрению вернуться.
Арка тихо пискнула.
Сканер сердечного ритма вывел цифры на узкий вертикальный экран сбоку: 92… 94… 91.
Один из техников, мужчина в сером костюме без опознавательных знаков, с лицом, которое могло принадлежать любому в этом зале,мельком взглянул на показатели.
— Пульс повышен, — заметил он, не поднимая глаз от планшета.
Итан позволил уголкам губ дрогнуть, ровно настолько, чтобы это выглядело как неловкая улыбка.
— Первый раз на подобном мероприятии, — ответил он почти извиняющимся тоном, чуть опустив плечи, как человек, который привык оправдываться.
Техник чуть наклонил голову, движение было едва заметным, но в нём сквозило что-то хищное, будто он вслушивался не в слова, а в то, как они прозвучали, в паузы между ними, в дыхание за ними.
Его взгляд на долю секунды задержался на шее Итана,там, где под кожей билась жилка, выдавая ритм, который невозможно было полностью подделать.
Пауза повисла, короткая, но ощутимая, как натянутая струна.
Потом техник коснулся экрана пальцем.
— В пределах нормы, — произнёс он ровно.
Арка издала мягкий щелчок.
Проход открылся.
Итан шагнул вперёд.
Холл встретил его прохладой кондиционеров и запахом дорогого полированного дерева,тёплым, почти сладковатым, смешанным с едва уловимым металлическим привкусом озона от работающей техники.
Шум голосов глушился высоким потолком, разбиваясь на приглушённый гул как далёкий прибой, который никогда не доберётся до берега. Свет люстр был мягким, золотистым, слишком тёплым для тех, кто давно не чувствовал тепла по-настоящему.
Он падал на мраморный пол, отражаясь в нём тысячами мелких искр, и каждый шаг Итана отдавался чётким, чистым эхом, которое, казалось, никто, кроме него, не слышал.
Он чувствовал взгляды всех персон находящихся в этом месте.
В глубине холла, у широкой лестницы, ведущей на второй ярус, стояли трое вампиров из охраны, безупречные, неподвижные, словно вырезанные из того же мрамора, что и пол.
Их глаза скользнули по Итану, один из них чуть прищурился, движение было почти незаметным, но Итан почувствовал его кожей, как лёгкий холодный ветерок.
Он не отвёл взгляд слишком быстро.
Но и не задержал его.
Просто прошёл мимо, позволяя плечам чуть опуститься, дыханию, стать ровным, неглубоким. Глициния уже работала, мысли шли на полтона тише, чем обычно, тело казалось чуть легче, отстранённее.
Возможно, это было к лучшему. Возможно, это спасало его прямо сейчас.
— Статус? — прошептал едва различимый голос в памяти, он вспомнил, что наушника больше нет.
Связи нет.
Теперь он один.
Эта мысль пришла неожиданно ясно, как вспышка в темноте.
Итан прошёл к дверям главного зала.
Они были распахнуты настежь. Внутри открывался просторный зал с центральной сценой, окружённой полукругом кресел. Огромный экран за спиной трибуны транслировал логотип выборов и лозунг о «новой эре здоровья», белые буквы на тёмно-синем фоне.
По периметру стояли столики с напитками: шампанское в высоких бокалах, лёд тихо позвякивал, официанты двигались тихо и незаметно, словно тени.
Итан заметил Флеша.
Всего на секунду.
Тот нёс поднос с бокалами, взгляд опущен, движения отточены до автоматизма. Ни единого лишнего жеста, только идеальная имитация человека, который здесь работает и ничего больше не знает.
Бруно стоял у дальней стены, разговаривая с пожилой гостьей в жемчугах, изображал вежливую улыбку, кивая в такт её словам, но глаза его скользили по залу, отмечая каждое движение.
Они были внутри.
Но они не могли помочь, если что-то пойдёт не так.
— Итан.
Голос прозвучал справа, мягкий, почти ласковый.
Он повернулся.
Рой.
Тот стоял в полутени колонны, будто специально выбрав место, где свет падал так, чтобы подчёркивать резкие черты лица.
Костюм тёмно-серый, почти чёрный, идеально сидящий.
— Рад, что ты пришёл, — сказал он, подходя ближе.
Итан позволил себе лёгкое облегчение в глазах, едва заметное, но достаточное.
— Я хотел поблагодарить вас лично, — ответил он тихо.
Рой остановился на расстоянии вытянутой руки.