— Поехали.
— Жерар ждёт отчёта. И, возможно похвалит нас за чистую работу.
Они растворились в темноте Луфта, оставив за собой пылающее здание, в котором не осталось ни одного живого свидетеля, ну как не одного, он был…
До того как вспыхнет Святой Павел в одной из палат на третьем этаже, в самом конце коридора, где свет ламп уже почти не доходил, лежал человек.
Его звали Марк Ривера, но всем будет плевать, ведь он никому не нужен. Ему было тридцать четыре года. Ещё неделю назад он был обычным таксистом, который просто оказался не в том месте не в то время.
Теперь от него осталось мало. Чёрные вены ползли по рукам и шее, глаза были мутными, а тело дрожало от постоянной боли. Он лежал на койке у окна, прикованный к ней ремнями, потому что иногда начинал биться в судорогах.
Но в этот момент он был в сознании.
Когда первые выстрелы и крики раздались внизу, Марк понял, что что-то началось. Он не знал, кто именно пришёл, слышал, как по этажам разносится эхо шагов и хриплые стоны умирающих.
Он слышал, как Майкл и Элизабет методично идут по коридорам.
Марк дрожащей рукой достал из-под матраса старый смартфон. Батарея была на семи процентах. Руки тряслись так сильно, что он едва смог разблокировать экран. Он включил камеру на запись и направил телефон в приоткрытую дверь палаты.
— Пожалуйста… — прошептал он себе под нос. — Пусть хоть кто-то увидит…
Его голос был едва слышен.
Из коридора донёсся новый крик. Женский. Долгий, полный ужаса. Затем влажный хруст и бульканье, Марк сглотнул и начал записывать.
Через дверной проём он видел, как Майкл и Элизабет идут по коридору.
Майкл шёл первым. На его лице играла спокойная, почти скучающая улыбка. В руке он держал серебряный тесак, с которого капала чёрная кровь.
Элизабет шла следом.
Они остановились у палаты напротив.
— Следующий, — спокойно сказал Майкл.
Он толкнул дверь. Внутри лежало трое.
Один из них, пожилой мужчина, уже не мог даже кричать, он только хрипел, когда Майкл вошёл.
— Нет… пожалуйста… — прохрипел он.
Майкл наклонился над ним.
— Жерар просил передать, что эксперимент окончен, — сказал он почти ласково и одним движением перерезал ему горло. Кровь хлынула фонтаном, забрызгав стену и лицо Майкла. Мужчина дёрнулся несколько раз, захлёбываясь собственной кровью, и затих.
Марк снимал всё. Его пальцы дрожали так сильно, что телефон едва не выпадал из рук.
— Суки… — прошептал он одними губами.
— Суки…
Элизабет стояла в дверях и смотрела в сторону. Её лицо было поникшим.
— Майкл… хватит… — тихо сказала она.
— Они уже не могут говорить, они уже не люди.
Майкл вытер тесак о простыню и посмотрел на неё с лёгким удивлением.
— Нужно, дорогая. Жерар сказал, значит делаем.
Он перешёл к следующей койке. Там лежала молодая женщина. Её глаза были полностью чёрными, но она ещё была в сознании. Она увидела Майкла и начала плакать.
— Пожалуйста… — прошептала она. — Я… я ещё помню своё имя… я ещё помню…
Майкл улыбнулся.
— Какое красивое последнее воспоминание.
Он вонзил тесак ей в живот и медленно провёл лезвием вверх, вспарывая тело до грудины. Женщина закричала и Майкл смотрел на это с лёгким интересом.
Элизабет отвернулась.
— Я не могу это больше смотреть… — прошептала она.
Майкл засмеялся.
— А ты и не смотри…
Марк продолжал снимать. Камера дрожала в его руках. Он видел всё, кровь, кишки, предсмертные крики, улыбку Майкла. Он видел, как Элизабет стоит в стороне, закрыв глаза, и как её губы шевелятся, будто она шепчет молитву или проклятие.
Когда Майкл и Элизабет перешли в следующую палату, Марк быстро нажал кнопку «отправить».
Он открыл чат с единственным человеком, которому мог доверять, с сестрой, которая работала в другом конце города. Руки дрожали так сильно, что он едва попал по экрану.
Он написал только одно слово:
«Помоги» и нажал «отправить».
Сообщение ушло.
Марк выключил экран и спрятал телефон обратно под матрас. Он лёг на койку, закрыл глаза и начал молиться. Он знал, что скоро придут и за ним.
В коридоре раздался новый крик.Майкл и Элизабет продолжали работу.
А где-то в другом конце города, в маленькой квартире, на экране телефона сестры Марка начало воспроизводиться видео.
•••
— Ричард Хейл, начальник полицейского отдела —
В кабинете начальника полиции Ричарда горел только один настольный светильник. Свет был холодным и безжалостным, выхватывая из темноты лишь часть массивного стола из тёмного дуба и лицо самого Хейла.
Он сидел в кожаном кресле, слегка сгорбившись. Высокий, широкоплечий, с коротко стриженными волосами и лицом, которое когда-то могло бы считаться красивым. Теперь же на нём застыло выражение вампира, который понимает, что время начинает его догонять.
Перед ним лежала целая гора документов. Папки, диски, флешки, старые бумажные отчёты с печатями «Совершенно секретно». Всё это касалось проекта
«Прайм-Блад».
Ричард Хейл медленно взял одну из папок и открыл её. На первой странице была фотография, молодая женщина на операционном столе.
Её глаза были открыты, но уже неживые. Под фотографией аккуратным почерком было написано: «Субъект № 17. Успешная интеграция Прайм-Блад.»
«Стабильность — 4 дня».