Дорога в Хайм, символ роскоши, где одна за другой выстроились виллы знати из имперской столицы.
По ухоженной дороге катилась одинокая карета.
Сама карета была небольшой и выглядела довольно скромно.
Но при внимательном взгляде на детали становилось ясно, что на неё потратили немалую сумму.
На козлах сидела женщина в лёгком плаще.
— Но!
Карета, которой управляла сидевшая на козлах Катрина, прибыла не со стороны имперской столицы.
Она приехала через прибрежные города.
Это стало последствием закрытия западной границы Тессена.
С Западного континента она добралась на корабле, сделала остановку в Лирин-Селлене, а затем вернулась на Восточный континент.
Её неустанно двигавшаяся вперёд карета въехала на главную улицу Хайма.
— Как же здесь тихо.
Парфюмер Катрина была родом из империи Рун.
В её жилах текла чужеземная кровь, а положение в обществе было незначительным.
Когда она жила в империи, каждый день был ужасен.
В поисках свободы Катрина пересекла границу.
Но и на Западном континенте она оставалась чужеземкой.
Там Катрина трудилась не менее тяжело, чем на родине, однако положение иностранки позволило ей воспользоваться этим преимуществом и освоить определённые навыки.
С двадцати двух лет Катрина никому не раскрывала настоящую родину.
В империи Катрина жила как парфюмер с Западного континента.
На Западном континенте её знали как главу торговой гильдии из империи.
Треть каждого года она проводила в Бадене, треть — в своём поместье на Западном континенте, а оставшееся время жила в уединении.
Когда Катрина скрывалась от окружающих, то совершенно не наряжалась.
Она путешествовала одна и сама управляла каретой.
Годы постоянных поездок между Восточным и Западным континентами дали ей силу самостоятельно защищать свою жизнь.
Сейчас она направлялась в родной Хайм.
Настоящим местом рождения Катрины были трущобы Хайма.
Но теперь она владела достойной виллой в престижном жилом районе Хайма.
Если бы жители её настоящей родины увидели подобное, то наверняка попадали бы от потрясения.
Хотя Катрина ежегодно приезжала туда и уезжала из него, она ни разу не встретила человека из прежнего района.
Её несчастные бывшие соседи, вероятно, умерли после тяжёлой жизни или всё ещё были настолько придавлены суровыми условиями, что у них не было причин выходить на главную улицу.
— Простите, госпожа!
Перед каретой Катрины внезапно выбежала бедно одетая женщина.
Катрина не узнала её лица.
Даже если прежняя слава Хайма померкла, вдоль этой улицы всё ещё располагались скрытые виллы знати из имперской столицы.
Это было не то место, где мог свободно разгуливать человек в подобной одежде.
Катрина даже не моргнула при виде незнакомого лица.
— Прочь с дороги!
Катрина продолжила движение, лишь направив карету в объезд женщины, перегородившей путь.
— Кья! Госпожа, прошу, остановитесь!
Услышав крик женщины, Катрина фыркнула.
Но, похоже, эти жалобные слова служили каким-то сигналом.
Цок-цок.
Две кареты приблизились с обеих сторон к продолжавшей мчаться карете Катрины.
Они не просто подъехали близко, а двигались так, словно собирались врезаться и разбить её карету.
У Катрины появилось дурное предчувствие.
— Но!
Увидев сжимающие её с двух сторон кареты, Катрина подстегнула лошадь.
Сейчас было не время беспокоиться о грузе внутри.
Словно подтверждая её предчувствие, убийцы в чёрном высунулись из окон карет с обеих сторон.
— …К-кто вы такие?!
Убийцы не ответили на её крик.
Её жизнь не была лёгкой, но она также не совершала ничего, за что к ней следовало посылать убийц.
Вжух.
Острое лезвие рассекло воздух и устремилось к её охваченному ужасом лицу.
«Я умру».
Катрина почувствовала, что её жизнь, короткая, если считать её короткой, и долгая, если считать долгой, подошла к концу.
Даже подумав, что всё закончено, она не перестала гнать лошадь и пытаться спастись.
Бах, дах.
При каждом сильном толчке кареты раздавался громкий шум.
Лязг!
В этот миг откуда-то прилетел метательный клинок и ударил по мечу убийцы.
Следом появились ещё несколько клинков, пронзивших его тело.
Убийцы, угрожавшие ей с обеих сторон, одновременно получили удары и рухнули на землю.
Возницы двух карет поспешно хлестнули лошадей, пытаясь отдалиться, но это было бессмысленно.
Упавшие убийцы покатились далеко прочь, а в сторону возниц полетели десятки новых клинков.
— Но, но!
Тяжело дыша, Катрина сосредоточилась лишь на управлении лошадью.
Сначала во время бегства она считала себя счастливицей, поскольку клинки каким-то образом пролетали мимо неё.
Но когда обе кареты убийц были уничтожены, а новые клинки перестали появляться, Катрина поняла, что кто-то ей помогал.
Всадники приблизились к карете Катрины, мчавшейся по безлюдной дороге.
— Мастер Катрина.
Катрина решила, что именно они метали клинки.
— К-кто вы?
Остановив карету, Катрина посмотрела на приблизившихся людей.
Лица всех всадников были скрыты масками.
— Просим прощения. Мы принадлежим к тайному клану и не можем раскрыть ни лиц, ни личностей. Нас отправил к Вам другой человек, Мастер Катрина.
Главой клана была девушка с удивительно юным голосом.
Хотя Катрина могла судить лишь по голосу, девушка вызывала сильное доверие.
Катрина отругала себя за растерянность из-за того, что главой тайного клана оказалась юная девушка.
Несмотря на собственную тяжёлую жизнь, ей было стыдно удивляться тому, что главой клана была женщина.
— Этот человек…
Начав говорить, Катрина запнулась.
— Мастер Катрина.
Для знати империи парфюмер, разливавший ароматы по украшенным золотом флаконам и продававший их, был не более чем торговцем.
Они никогда не признавали, что такой человек самостоятельно создавал ароматы и обладал мастерством.
Лишь один человек когда-либо обращался к Катрине хотя бы с небольшим уважением к её положению.
Алисия Рейн.
Когда Катрина начала догадываться, члены клана окружили её, словно защищая.
— Мастер Катрина, Вы понимаете, что Вашей жизни угрожает опасность? Вы пойдёте с нами?
— Хорошо.
У Катрины не было выбора.
— Мы следили не за Вами, нашей подопечной, Мастер Катрина, а за убийцами, которые собирались на Вас напасть. У Вас действительно много вилл в Хайме. За столь короткое время было трудно предсказать, какую из них атакуют.
Катрина никогда не стыдилась своего богатства.
С тех пор как её жизнь стала удобной, она гордилась изобилием.
Но именно сейчас ей стало стыдно за то, что она скупила почти всю выставлявшуюся на продажу недвижимость в Хайме.
— Вы знаете, кто отправил за мной убийц?
— Мы собираемся это выяснить.
Легко ответила скрывавшая лицо Джудит.
Катрина спустилась с кареты, села на лошадь и с мрачным выражением последовала за группой.
Отряд Джудит привёз Катрину к одному из её тайных ателье.
О доме с красной крышей знали лишь Катрина и маркиз Белз.
Тайное ателье было охвачено пламенем.
Увидев подвергшуюся нападению мастерскую, Катрина не заплакала и не закричала.
Она спешилась и официально поклонилась Джудит.
Манеры, которые Катрина оттачивала за долгие годы общения со знатью, были безупречны.
— Госпожа Мастер, окажете ли Вы мне честь и позволите встретиться с человеком, который Вас ко мне отправил?
Джудит тоже спешилась.
— Мастер Катрина, я не заслуживаю подобного обращения. Это письмо от человека, который отправил меня к Вам. Прошу, примите его. Пока что мы просим следовать нашим указаниям относительно Вашей безопасности.
Катрина приняла протянутое Джудит письмо и вежливо поклонилась.
Комната ожидания перед родильными покоями была небольшой.
По тесному пространству туда-сюда раздавались торопливые шаги.
Пока один человек снова и снова проходил расстояние меньше десяти шагов, остальные нервно наблюдали.
Щёлк.
Дверь комнаты ожидания осторожно открылась.
Главный распорядитель остановился в открытом проёме и жестом указал внутрь.
— Прошу войти.
Только тогда ноги императора, безостановочно ходившего по короткому отрезку, наконец остановились.
— Вы прибыли.
Вошедшие в комнату ожидания Райхардт и Алисия заметили императора и собирались поклониться.
Император быстро махнул рукой.
— Оставьте формальности. Сейчас не до них. Сначала садитесь.
Сразу после прибытия в Баден Райхардт и Алисия ответили на вызов императора и приехали во дворец.
Они торопились, поскольку срок Полины приближался, но Тессен и имперскую столицу разделяло большое расстояние.
К тому же близнецы решили появиться на свет на несколько дней раньше, поэтому, несмотря на спешку, они прибыли лишь в последний момент.
Райхардт сел рядом с Алисией.
Убедившись, что они устроились, император снова начал ходить туда-сюда по короткому отрезку.
— Ваше Величество.
Жозефина заговорила, едва разгладив сведённые брови.
— Что такое, Жозефи?
В комнате ожидания находились лишь представители императорской семьи.
Император, маркиз Леннокс, граф Истебна, присутствовавший в качестве защитника роженицы, Райхардт и Алисия.
Императрица не пришла из-за беременности.
Похоже, родные матери ещё не успели прибыть.
Жозефина присутствовала вместо своей матери, которая на некоторое время отправилась в Лирин.
— Ваше Величество, рождается Ваш племянник или племянница. Почему именно Вы, их дядя, волнуетесь сильнее всех?
Жозефина обратилась к императору с прямолинейной честностью.
Зная её характер, она наверняка хотела высказаться ещё резче, но сдерживалась, поскольку перед ней находился император.
Говоря без колебаний, она постучала ладонью по креслу.
По сути, Жозефина указывала императору на кресло и приказывала сесть.
Как бы сильно ни были расшатаны его нервы, вряд ли в мире существовал другой человек, способный так вести себя с императором.
Попробуй это сделать кто-то другой, его, вероятно, сразу же утащили бы и обезглавили.
— Жозефина, это близнецы. К тому же она рожает впервые.
Император очень дорожил своей первой племянницей Жозефиной.
Он воспринял её дерзкий жест как нечто естественное и сел, как она велела.
— Перестаньте ходить и заставлять всех нервничать. Просто спокойно посидите, пожалуйста.
Жозефина резко обратилась к чрезмерно беспокойному дяде.
— Это близнецы…
Император попытался подчеркнуть опасность рождения близнецов и трудности первых родов.
Жозефина холодно посмотрела на абсолютного правителя светлыми глазами.
— Говорит мужчина, который ни разу в жизни не рожал ребёнка.
Её недовольный тон был предельно дерзким.
— Возможно, сам я никогда не рожал, но…
Император остался непоколебим.
— Да, знаю, знаю. Вы наблюдали за мной с самого момента рождения. Все Ваши племянники и племянницы, мои двоюродные братья и сёстры, родились здесь, во дворце. Вы ведь не собираете племянников, так к чему всё это? Полина хотела подготовить родильные покои в поместье Истебна, но Вы настояли, чтобы она рожала здесь. Это действительно доставляет неудобства, Ваше Величество.
Жозефина перебила императора и возразила ему.
Закончив, она ещё сильнее скривила лицо, чтобы он точно понял, насколько это неудобно.
— Жозефина, близнецы…
Император даже бровью не повёл после упрёка племянницы.
Он снова начал говорить.
Жозефина всем лицом выразила недовольство.
Они выглядели скорее как старший брат и намного более младшая сестра, чем как дядя и племянница.
Даже внешне они поразительно походили друг на друга.
Алисия понимала беспокойство императора из-за близнецов.
Пока император говорил о близнецах и смотрел лишь на Жозефину, Алисия подумала о близнецах и взглянула на Райхардта.
Она также понимала его тревогу из-за первых родов.
Было широко известно, что первые роды нередко проходили тяжело.
Когда родился первый ребёнок императора, принцесса Доротея, роды продолжались целых два дня.
В отличие от приглушённых разговоров в комнате ожидания, внутри родильных покоев царила напряжённая суета.
— Продолжайте тужиться! Вы прекрасно справляетесь!
— Ребёнок скоро появится!