* * *
Встреча за ужином между Алисией и маркизой Марин была
сорвана. Маркиза, попросив доверится ей, отправилась к главе семьи. Неизвестно,
о чем шёл разговор в кабинете маркиза.
Глава семьи издал запрет, согласно которому маркиза не могла
входить в южный флигель. Маркиз уже раньше отдавал такой приказ. Именно поэтому
Алисия не видела маркизу до шести лет.
Закрыв доступ в южный флигель для своей жены, глава семьи
позвал двух своих сыновей и Алисию в свой кабинет. Поскольку маркиз был очень
занятым человеком, Алисия ждала в приемной вместе со своими сводными братьями.
― Мисс.
― Спасибо, Марша. Пожалуйста, добавь побольше молока и
сахара.
― Хорошо, сейчас всё будет сделано.
Алисия всегда пила то, что ей давали. Если ей что-то
рекомендовали, то она сразу же кивала и съедала первое из списка. Но сегодня
Алисия точно сказала, какой чай она хочет. И не только это, она также попросила
Маршу, которая приготовила чай, подать ей ещё что-то.
С другой стороны стола раздался нахальный голос.
― Молоко и сахар. Ты всё ещё такой ребёнок, Алисия.
Лицо девушки, которая смотрела на чашку чая, куда добавили
довольно много молока и сахара, стало холодным. Это было сказано не для того,
чтобы её специально позлить. Он не хотел с ней ссориться и не был плохим
человеком. Но манера речи была на удивление очень неприятной.
Заметив застывшее выражение лица Алисии, Гарри попытался
хитро рассмеяться.
― В 17 лет ― ребёнок. Видимо, вы думаете, что в 19 лет и 22
года вы старики, ― сказала она и холодно посмотрела на Гарри и Феликса.
Лицо Гарри, который пытался скрыть неловкую атмосферу смехом
из-за неожиданной реакции, немного напряглось. Феликс, который до этого молчал,
поспешно опустил чашку.
― Я ничего не говорил.
― Я думала, что ты согласен, раз промолчал. Как ты думаешь, в
22 года ты ещё молод?
Алисия посмотрела на сводных братьев взглядом, который,
казалось, означал: «Вы такие старые». Или же: «На самом деле вы ещё такие
сопляки».
Было трудно понять, что говорил её взгляд. Но было очевидно,
что её фиолетовые глаза были довольно эмоциональными.
― 22 года ― это всё ещё молодость, ― строго сказал Феликс,
подняв чашку.
― Я считаю, что 22 года ― это вполне солидный возраст. Если
женщине 22 года, она уже достигла брачного возраста. А у мужчины останется
всего год или два...
Алисия, чей брак был непреднамеренно отложен до 25 лет, а
затем, когда она хотела избежать свадьбы, то попала в ад, пристально посмотрела
на него. Гарри замолчал под её холодным взглядом.
― Девятнадцатилетний старик, ― произнесла Алисия.
Таков был её вывод. Она вроде бы улыбалась, но почему-то
казалось, что она выругалась.
― Алисия, почему ты сегодня такая чувствительная?
― Чувствительная? Ты меня сейчас оскорбляешь?
― Нет, я сказал, что ты чувствительная. Когда я тебя
оскорблял?
― Слово «чувствительная» прозвучало в негативном ключе.
Разве не так?
― Я просто высказал свое мнение. Почему ты всё неправильно
поняла? ― ласково улыбнулся Гарри, продолжая болтать.
― Это старший брат сегодня очень чувствителен. Ты
высказываешь мне свое мнение по каждому моему слову. Я думаю, ты действительно
чувствительный.
Сказала Алисия с лицом, на котором читалось: «Ты же сказал,
что назвать кого-то чувствительным не оскорбление».
― ...Мне очень жаль.
― Думаю, я нанесла брату душевную рану, потому что ты вдруг
извинился.
― Нет, не нанесла. Давай просто поладим, ― Гарри решительно
отрицал это.
― У нас плохие отношения?
После слов Алисии Гарри намекнул Феликсу, чтобы тот что-то
сделал.
― На самом деле, мы не так уж близки, ― равнодушно произнёс
Феликс, разрушив ожидания Гарри.
― Не очень-то ты помог.
― Как и ты. Хм, ну, с этого момента мы можем стать ближе, ―
пробурчал Феликс Гарри, а затем улыбнулся Алисии.
Учитывая, что из-за его характера он редко улыбался, это показывало,
что он очень хорошо к ней относился.
― Верно. А ещё мне пришло в голову, что, по традиции, мы ―
члены следующего собрания, ― быстро произнёс Гарри с весёлым видом, который был
недоволен Феликсом.
Согласно традициям Севера, всё управлялось не только одним
человеком ― главой семьи, члены семьи, участвующие в работе семьи, тоже имели
право высказать свое мнение и выполнять какие-то обязанности.
Когда главой семьи стал нынешний маркиз, система управления
стала ближе к руководству из одного человека. В прошлом члены семьи имели право
голоса, но они должны были брать на себя ответственность при принятии решений.
― Феликс, скажи мне честно. Мой брак с семьёй Баркер уже
решённое дело?
Если не будет внезапных серьёзных изменений, то следующим
маркизом станет Феликс. В настоящее время он готовился взять на себя управление
семейными делами, работая вместе с главой семьи, поэтому он знал обо всех
принятых решениях.
― Переговоры с графом Баркером уже завершены. Осталось только
разрешение от императорской семьи и официальная публикация. Ты передумала? ―
поколебавшись мгновение, откровенно ответил Феликс на вопрос Алисии.
― На самом деле, мне было всё равно. Сцена, которую
подготовили глава семьи и братья, была настолько очевидной, что я сразу же заметила.
Всё было очень наигранно. Как-то не верится, что мужчины, чьи семьи мама
упоминала на чаепитии, случайно появились передо мной один за другим. Хотя
решение остаётся за ними, я всё равно хотела знать, что происходит. Спасибо за
откровенный ответ, брат, ― тихо прошептала Алисия, наклонившись к чайному
столику.
Закончив свою речь, она поднялась. Хотя Алисия пришла в
приёмную по приказу главы семьи.
― Алисия? ― позвал Гарри сестру, когда та встала из-за
чайного столика. Услышав его голос, к Алисии, которая уже собиралась уходить,
подошла Марша.
― Мисс?
― Марша, передайте главе, что я плохо себя чувствую, поэтому
не смогу с ним увидеться. Спасибо за чай. Братья, пожалуйста, передавайте
привет маме от меня.
Алисия открыла дверь приемной и вышла из комнаты, не
дожидаясь ответа. Дверь со стуком закрылась.
― ...Разве она выглядела больной? ― спросил Гарри Феликса,
глядя на закрытую дверь.
― Нет, но она точно выглядела совсем не так, как обычно.
― Верно, ты слышал? Она назвала нас старшими братьями. Я
наконец-то чувствую, что у меня есть младшая сестра. И я никогда не видел,
чтобы Алисия так много говорила.
― Хотел бы я, чтобы ты говорил поменьше.
― Э-э, Феликс? Ты куда?
― Моя младшая сестра попросила передать привет маме от её
имени. Я чувствую себя немного некомфортно из-за того, что глава семьи заставил
своих детей ждать в приёмной, думаю, что мы просидели здесь достаточно, чтобы
соблюсти этикет. Ты останешься здесь? ― Феликс встал и поправил одежду.
― Вы посмотрите на него, пытаешься впутать меня, потому что
тяжело всё делать одному?
― Хватит болтать.
― Но всем нравится, когда я разговариваю.
Гарри всем телом выразил свое огорчение. Он пожаловался,
почему вдруг к нему стали так относиться.
― Молодые господа? ― подошла к ним Марша, которая наблюдала за
этими двумя.
― Спасибо за чай, Марша. Скажи главе, что я ушёл, потому что
он, кажется, очень занят. Если он спросит. Если нет, то ничего не говори. Феликс
сказал, что не будет его искать. Тебе тоже не нравится, что я разговариваю? ―
быстро проговорил Гарри с широкой улыбкой.
― Нет. Если вас будут искать, я передам ваши слова хозяину.
― Видишь, Марша не испытывает неприязни, когда я говорю.
Верно?
Гарри продолжал болтать, пока не вышел за дверь. Марша
поддержала его слабой улыбкой. Феликс, опередивший их двоих, вышел из приёмной,
устав от этого голоса, который продолжал преследовать его.