То, чем они с Алисией сейчас занимались, напомнило Дейзи игру маленьких девочек в воображаемых принцесс: «Пуф-пуф, принцесса», «Сверк-сверк, принцесса», — когда они расхваливали друг друга.
Но Алисия совершенно серьёзно рассуждала о деле, которое должно было возвысить дом недавно получившей титул Дейзи.
— Госпожа… эм, Алисия.
По привычке Дейзи едва не произнесла: «Госпожа Алисия».
Алисия сделала такое лицо, словно только что услышала слова о государственной измене.
Она выглядела настолько преданной, что Дейзи изменила обращение.
Алисия, явно поддразнивавшая Дейзи, внезапно стала серьёзной и тихо сказала:
— Всё в порядке. Не двигайся.
В этот момент открылось окно.
Закутанная с головы до ног в чёрное фигура проскользнула через окно кабинета на третьем этаже.
— Госпожа Алисия.
— Кто Вы?
— Меня отправил мой господин. Срочное сообщение из Бадена. Вчера госпожа Жозефина Лирин сошлась на дуэли с Грегори Баркером.
Несмотря на крупное телосложение, человек в маске почти не издавал звуков.
Появление незнакомца испугало Дейзи, но благодаря предупреждению Алисии она промолчала.
— Результат?
Голос Алисии оставался ровным.
— Грегори Баркер потерпел поражение. Его не просто победили, а полностью разгромили. Госпожа Жозефина уничтожила оба его колена, и восстановить их уже невозможно. Окончательный прогноз ещё не вынесен, но, скорее всего, он больше не сможет ходить. Она также отсекла ему правую кисть. Грегори Баркер никогда больше не возьмёт в руки меч.
Услышав это, Алисия невольно тихо произнесла:
— …Что?
Она знала, что Грегори Баркер не был выдающимся мечником.
Алисия предполагала, что Жозефина, выросшая под покровительством представителей императорского рода, намного превосходила слухи о себе.
Но результат оказался сокрушительным.
— Графство Баркер объявило войну дому Лирин. Дом Лирин пока не выступил с официальным заявлением. Императорский дом, похоже, намерен объявить о нейтралитете.
Завершив доклад, человек поклонился.
— Что такого правильного сделал Баркер, чтобы теперь объявлять войну? Всё такой же бесстыдный. «Я, графиня Эчеверии и владелец Людерна, Алисия Розетта Рейн, безоговорочно поддерживаю госпожу Жозефину Лирин». Вскоре я отправлю Жозефине письмо. Распространите эти слова среди дворян. Я покину Рейн до наступления вечера.
Произнося это, Алисия поднялась.
— Я вернусь со следующим докладом через три часа. Найду Вас, где бы Вы ни находились. Будут другие распоряжения?
— Увидимся через три часа. Дейзи, о твоём деле поговорим позднее. Собери мои вещи.
Алисия коснулась руки Дейзи, застывшей от потрясения.
— Да, Алисия. Через двадцать минут мы будем готовы к отъезду. Разве не следует сообщить господину?
— Сообщим и сразу уедем.
— Я провожу Вас.
Когда Дейзи открыла дверь кабинета и оглянулась, незнакомец уже исчез, а окно было аккуратно закрыто.
Алисия без предупреждения ворвалась в кабинет главы рода.
— Брат, я прямо сейчас отправляюсь в Баден! Ах да, скажи, что ничего не знаешь. Скажи, что это никак с тобой не связано. Пока!
Феликс ошеломлённо смотрел, как Алисия выпалила всё на одном дыхании и легко умчалась прочь.
— …Чего именно я не знаю?
Слишком поздно спросил он, но отвечать уже было некому.
От принятия решения до отъезда прошло меньше тридцати минут.
Через два часа Алисия покинула территорию Рейна.
На следующий день через Хуана она отправила письма Райхардту и Жозефине.
Ещё до вечера все уже знали, что Алисия Рейн безоговорочно поддерживает госпожу Жозефину Лирин.
В столице, а затем и по всей империи начали формироваться стороны, поддерживавшие Баркер или Лирин.
Вассалы Баркера и Лирина встали друг против друга.
Тем временем Императорский дом и все представители императорского рода объявили о нейтралитете.
Алисия направлялась в имперскую столицу Баден размеренно и спокойно, не медля, но и не торопясь.
Когда город уже показался впереди, она даже позволила себе короткую передышку.
После въезда в столицу времени смотреть по сторонам уже не останется, поэтому Алисия остановила карету в «последнем и первом городе».
Это была короткая свобода перед решающей борьбой.
— Простите, что нарушаю Ваш отдых, госпожа Алисия.
К ней подошла служанка из дворца императрицы — Дебби — и поклонилась.
Алисия узнала женщину, часто посещавшую Людерн.
— Давно не виделись.
— Есть человек, желающий встретиться с Вами, госпожа. Вы должны прийти одна. Времени мало.
Дебби сразу перешла к делу.
— Алисия.
Дейзи попыталась встать между Дебби и Алисией, уже мысленно готовя речь о приличиях и протоколе.
— Дейзи, со мной всё будет хорошо. Идём?
Алисия без возражений последовала за Дебби.
Она допускала, что ей может прийти послание от императрицы или Императорского дома.
Алисия доверяла собственным силам и считала, что Дебби не приведёт её к опасному человеку, но всё же приняла простую меру предосторожности:
— Если там, куда я направляюсь, начнётся шум, приходите.
Слова были обращены к командиру охраны, но на самом деле предназначались находившемуся рядом Рену.
Несмотря на то что Дебби сразу перешла к главному, шла она неторопливо и привела Алисию к тихой вилле.
— Прошу простить за неучтивость, госпожа.
— Не стоит беспокоиться.
Вилла стояла на невысоком холме.
Рядом находился ухоженный пруд.
Сам особняк отливал слабым голубым сиянием и выглядел изысканно.
«Неужели здесь существовало такое место?» — подумала Алисия, когда дверь великолепно построенного дома открылась.
— Прошу сюда.
Внутри оказалось ещё роскошнее.
Пышный сине-зелёный ковёр словно блестел после полировки.
Дебби открыла белую дверь и громко объявила:
— Графиня Эчеверии и владелец Людерна, госпожа Алисия Рейн, прибыла. Госпожа, засвидетельствуйте почтение Его Императорскому Величеству.
После объявления Дебби Алисия медленно вошла.
Круглая комната была небольшой.
Стены окружали картины, а с одной стороны возвышалось почётное кресло.
— Ваше Императорское Величество, для меня большая честь.
Ошеломлённая Алисия поклонилась.
Поскольку за ней пришла Дебби, она предполагала, что встретится с императрицей.
Это также мог быть кто-нибудь из императорского рода, кто не мог открыто прислать посланника.
Но Алисия не ожидала увидеть самого императора.
— Графиня.
— Да, Ваше Величество.
Алисия глубоко опустила лицо.
— Простите, что вызвал Вас в столь скромное место. Нам многое нужно обсудить, но времени мало, поэтому остановимся лишь на необходимом. Каков Ваш план?
Император прямо спросил о намерениях Алисии.
Императорский дом и представители императорского рода объявили нейтралитет.
Это было решением всего Императорского дома, но на деле приказом самого императора.
— Прошу прощения. Насколько я понимаю, Ваше Величество объявили о нейтралитете. Как человек, занявший нейтральную сторону, может спрашивать о моём плане?
С детской прямотой Алисия задала очевидный вопрос.
— Графиня. Нейтралитет выбрал я. Как император империи, Леон Третий сохранит нейтралитет во вражде между дворянами. Но Леонхарт Ренат Лука поддерживает любимую племянницу. Полагаю, этого ответа достаточно. Теперь расскажите о своём плане. Надеюсь, Вы не объявили всему обществу о безоговорочной поддержке Жозефины, не имея никакого замысла.
Несмотря на прямой вызов, император даже не моргнул.
Он лишь слегка улыбнулся.
— Ваше Величество, прошу простить мою недогадливость. С момента отъезда из Рейна до прибытия сюда обстоятельства могли измениться. Я ещё не…
Алисия снова попыталась притвориться неосведомлённой.
Император махнул рукой.
— Сегодня вечером дом Лирин объявит войну графству Баркер. Они также заявят о расторжении помолвки Жозефины Лирин и Грегори Баркера. Императорский дом позволит Лирину и Баркеру проводить сражения за пределами императорских владений. Даже в столице будут разрешены рыцарские поединки, если они не причинят вреда мирным жителям и имуществу.
Он быстро изложил известные ему сведения.
Алисия поняла, что Императорский дом установил более мягкие условия, чем во время прежней войны между Рейном и Баркером.
Несмотря на горький привкус, она испытала облегчение.
— Ваше Величество, если госпожа Жозефина позволит, Людерн возьмёт на себя её защиту. Если дом Лирин отправит людей для её охраны, Людерн также с радостью их примет.
Это означало, что окрестности Людерна превратятся в поле боя.
Прекрасное лицо императора исказилось.
— Графиня.
Алисия дерзко не уступила ему право говорить.
— Да, Ваше Величество. Прошу позволить мне закончить. По распоряжению владельца Людерн посоветовал жителям ближайших деревень укрыться внутри стен. В домах с подземными убежищами рыцари Людерна лично проверили укрепления. Тем, чьи личности невозможно было подтвердить и потому нельзя впустить в Людерн, выдали временные средства на переезд и проживание, чтобы они могли некоторое время оставаться в Бадене. Сейчас люди собраны внутри Людерна, а окружающая местность опустела. Мы уже вывезли всё, что противник мог бы реквизировать. Таково нынешнее положение.
Подготовка Людерна к войне была завершена.
Даже если всё планировалось заранее, скорость поражала.
— Хорошо. Продолжайте.
Император говорил так, словно находился на заседании совета и принимал доклад министерства.
— Сражение планируется провести на равнине Галли возле Людерна. До начала боя Людерн завершит подготовку к осаде.
— Что Вам необходимо для осады?
— Все необходимые припасы уже собраны.
Без запинки ответила Алисия.
Кивая, пока не остался доволен, император высказал недовольство:
— Равнина Галли? Значит, дворяне устроят драку прямо на лужайке перед моим дворцом.
С открытым достоинством Алисия ответила на ворчание правителя.
— Прошу прощения у Вашего Величества. Но я не ожидаю от графства Баркер ни великодушия, ни хотя бы приличий. Даже если линия войск Лирина растянется, их рыцари будут вести себя достойно ради своего господина и госпожи Жозефины. Если же мы решим сражаться возле оплота Лирина, чтобы сократить линию фронта, Баркер будет бесчинствовать на всём пути.
После её слов император кивнул и жестом велел продолжать.
— Если Баркер начнёт причинять вред мирным жителям во время движения, его репутация падёт, но честь Лирина как противника тоже окажется запятнана. Баркер будет стремиться именно к этому и потому станет действовать ещё более разнузданно.
В прошлом Рейн и Баркер сражались возле границы Рейна.
Злодеяния наёмников, которых тогда нанял Баркер, безвозвратно запятнали честь дома Рейн и самой Алисии.
Потеря рыцарей причиняла ей боль, но сильнее всего её терзали рассказы о невинных людях, которые оказались втянуты в происходящее и погибли, даже не понимая причины.
— Как Вы оцениваете силы обеих сторон, графиня?
— Прошу прощения…
Император сморщил нос после её извинения и заговорил сам.
— Нет-нет. Нельзя требовать столь многого от графини, который лишь недавно прибыл в Баден. У Баркера сорок рыцарей дома, и он может привлечь ещё двадцать из вассальных и союзных родов. Значит, не меньше шестидесяти рыцарей. Имея свободные средства, он уже нанял пятьсот пеших наёмников и намерен нанять ещё пятьсот. Численность его собственных войск составляет не меньше трёх-четырёх сотен. Итого примерно полторы тысячи человек. Лирин не сможет использовать флот. Императорский дом запрещает это.