Откинувшись на кровать, Алисия открыла глаза и рассмеялась.
В её объятиях находилась невзрачная дубина.
Алисия решила, что в следующий раз отправится в Белый Западный Алик с великолепным копьём.
— Хорошо. Если я держу предмет в руках, то могу перенести его с собой.
Используя астрономические часы на практике, Алисия постепенно выясняла, как они работают.
Это было опасно, но иного способа не существовало.
Она не могла никого расспросить и не могла обратиться за помощью к книгам.
Всего за несколько дней Алисия узнала очень многое.
С помощью золотой точки в центре циферблата можно было выбрать место назначения и переместиться туда.
Она могла отправляться в четыре места, которые сама запечатала.
Алисия не понимала принципа, но при перемещении возвращалась в прошлое на десять минут.
Она ещё не проверила это окончательно, однако, похоже, десять минут, проведённые Алисией непосредственно перед использованием часов, тоже продолжали существовать.
Когда позволенное время пребывания в крепости преисподней заканчивалось, Алисия возвращалась точно в тот миг, когда воспользовалась астрономическими часами.
Алисия положила дубину возле кровати, убрала астрономические часы и камни маны в шкатулку для украшений внутри ящика,
а затем подошла к окну и посмотрела на Райхардта, который только что покинул резиденцию.
— Счастливого пути, Рей.
Услышав приветствие Алисии, направлявшийся к Родерику Райхардт поднял взгляд к окну.
Даже не задумываясь, видел ли он её, Алисия мягко помахала рукой.
В последнее время каждый день казался ей счастливым.
После нескольких дней внимательного наблюдения Райхардт наконец понял суть одного из своих подозрений.
Количество собранных Алисией камней маны увеличивалось.
Тусклых необработанных камней становилось всё больше — понемногу, но постоянно.
Райхардт был потрясён тем, насколько поздно заметил эту перемену.
На то существовало множество причин.
Алисия уже собрала достаточно камней маны.
Камни маны можно было добыть лишь из чудовищ.
Алисия накопила огромное количество камней маны только потому, что убивала каждое попадавшееся ей чудовище.
На этих землях больше не осталось чудовищ, на которых можно было охотиться.
Следовательно, количество камней маны не могло увеличиваться.
Райхардт даже не предполагал, что Алисия продолжит собирать камни маны.
Обнаружив это, Райхардт отправился даже в особняк Адельхайд, чтобы проверить количество накопленных Алисией камней.
Когда через два дня он пересчитал их снова, камней определённо стало больше.
Причём скорость их появления возрастала.
— …
Райхардта терзало тяжёлое чувство вины, но на протяжении трёх дней он следил за местонахождением Алисии с утра до ночи.
Он ничего не понимал, однако Алисия никуда не уходила.
Тогда что это значило?
Когда Алисия отправилась умываться, Райхардт открыл ящик прикроватного столика и заглянул внутрь.
В нём находилось столько необработанных камней маны, что ящик стал тяжёлым.
«Чудовища…»
Услышав возвращение Алисии, Райхардт закрыл ящик и вернулся на своё место.
— Рей, ты ещё не спишь?
В последнее время Алисия временно увеличила количество аудиенций.
Она должна была быть настолько занята, что ей некогда было перевести дух, однако её только что умытое лицо сияло.
Когда Алисия забралась в кровать, Райхардт протянул к ней руку.
Она с радостью приняла её.
Притянув Алисию в объятия, Райхардт внезапно помрачнел.
На этих землях всё же оставалось чудовище.
Угольно-чёрное, огромное и быстрое — Луса.
Лежавшая головой на руке Райхардта Алисия моргнула.
— Рей?
Его лицо внезапно стало слишком мрачным.
— Ничего.
Райхардт решительно покачал головой.
— …
Алисии хотелось спросить, что он подразумевал под словом «ничего».
Он хотел сказать, что внезапная перемена в его выражении лица не имела значения?
Но спросить она не смогла.
Райхардт крепко прижал Алисию к себе и не отпускал.
Алисия тихо рассмеялась и уснула.
Стояла глубокая ночь.
На следующий день Райхардт покинул резиденцию рано утром.
Он направился не в императорский дворец, а к месту размещения рыцарей Тессена, ездивших верхом на Луса.
После появления Южного Фенца под Великим храмом часть Ордена Чёрного Камня осталась в Бадене.
На пастбище Луса Райхардт даже забыл о собственном достоинстве и принялся пересчитывать зверей пальцем.
Их количество не изменилось.
— Что это такое?
Ситуация действительно не поддавалась объяснению.
В тот день Райхардт занимался государственными делами лишь до полудня, а затем по собственной воле вернулся домой.
Родерик взвыл, но Райхардт его проигнорировал.
Вернувшись в резиденцию Великого герцога, он ворвался в особняк Адельхайд и похитил Алисию.
Дейзи и Хенрик умоляли его не делать этого, но их Райхардт тоже проигнорировал.
Сказав Алисии, что после возвращения в Баден она не отдыхала ни единого дня, Райхардт вывел её из резиденции.
— Как Вы поживали в последнее время?
— Была занята, но мне весело.
Райхардт привёл Алисию в салон, известный своим органом.
— Ничего не произошло?
Серьёзно спросил Райхардт, открыто осматривая Алисию.
Не получила ли она ранения, не осталось ли на ней каких-нибудь ран.
Проверявшие её руки двигались строго и тщательно.
— Ничего.
Тихо ответила Алисия.
Насыщенное звучание органа, заполнявшее помещение, было приятным.
Райхардт пристально смотрел на Алисию.
Он выглядел так, словно хотел что-то сказать.
В его взгляде не было ни неприязни, ни дурных намерений.
Алисию беспокоило несколько вещей.
Дубина, оставленная возле кровати, исчезла, и она не знала, куда её убрали.
Необработанные камни маны, которые она так радостно приносила, теперь заполняли весь ящик.
Она чувствовала, что прикроватный столик едва выдерживал их вес.
Астрономические часы не позволяли дважды подряд посетить одно и то же место.
Но, побывав где-нибудь ещё, можно было вернуться в ранее посещённое место.
В последние несколько дней Алисия поочерёдно отправлялась в Белый Западный Алик и Южный Фенц под Великим храмом.
Писцы Великого храма оказались настойчивыми.
Даже после нескольких предупреждений они не прекратили исследовать подземный лабиринт Южного Фенца.
Поэтому вчера Алисия крупно написала на стене письменностью Лин: «Проваливайте».
Писцы Великого храма наверняка снимут с надписи оттиск, сохранят её и поднимут переполох, пытаясь выяснить значение.
Кроме того, они начнут шуметь из-за внезапно появившегося текста.
Неужели эти люди что-то рассказали Райхардту?
Алисия встретила его взгляд со слабой улыбкой.
Лицо Райхардта под звуки пышной органной музыки радовало Алисию сильнее любого великого произведения искусства.
— Вам нечего мне рассказать?
С обеспокоенным лицом спросил Райхардт.
— Я тебя люблю.
С сияющей улыбкой призналась Алисия.
После неожиданного признания Райхардт ненадолго замер, а затем рассмеялся.
— Я тоже Вас люблю.
Райхардт прошептал это Алисии и легко поцеловал её через стол.
Это была счастливая жизнь молодожёнов.
В ту ночь, незадолго до сна,
Алисия, лежавшая в объятиях Райхардта, осторожно призналась:
— Рей. Кажется, я немного натворила дел.
— Немного… натворили?
— Да. Ничего серьёзного, совсем немного. Скажи… ты не слышал, происходит ли в Великом храме что-нибудь странное?
Райхардт сосредоточил всё внимание на голосе Алисии.
Ситуация развивалась совсем не в том направлении, которого он ожидал.
— Со вчерашнего вечера Бани, верховный жрец, настойчиво требует аудиенции со мной. Когда я отказал, она оставила письмо. Подождите немного.
Райхардт осторожно отпустил Алисию и отправился в гардеробную.
Поскольку Великий храм и верховный жрец Бани постоянно доставляли неприятности, Райхардт полностью отстранился от них.
Поэтому он не придал особого значения ни настойчивым просьбам об аудиенции, ни письму. Подобное происходило далеко не впервые.
Вернувшись из гардеробной, он держал в руке письмо.
Едва Алисия увидела разворачивавшийся лист, как всё поняла.
Разумеется, Великий храм.
Писцы Великого храма добросовестно и торжественно скопировали предупреждение, возникшее из ниоткуда.
Похоже, они даже доложили о нём верховному жрецу.
— Кажется, это связано с письменностью Лин.
Произнёс Райхардт, показывая ей письмо.
Когда лист полностью развернулся, он заметил, как на лице Алисии появилось озорное выражение.
Райхардт не торопил её и терпеливо ждал.
— Хочешь узнать, что это значит?
Алисия мельком взглянула на письмо.
При виде надписи на письменности Лин уголки её губ задрожали.
— Вы знаете?
Райхардт полностью развернул письмо перед Алисией.
Алисия понизила голос и захихикала.
Это был смех проказницы.
— Знаю.
Её голос был переполнен гордостью.
— Что это означает?
Спросил Райхардт, убирая письмо.
Казалось, если оставить его перед Алисией, она не сможет перестать смеяться.
— Проваливайте.
Алисия вслух произнесла смысл, заключённый в величественных и изящных письменах Лин.
Райхардт застыл.
— …Вы ведь сейчас не мне это сказали?
— Разумеется, нет. Я говорю, что именно это означает написанная там фраза. Иди сюда.
С абсолютной уверенностью ответила Алисия и потянула Райхардта к себе.
Райхардт позволил ей увлечь себя.
Обнимая Алисию, он внезапно напрягся.
Судя по смутным слухам, которые дошли до него, со вчерашнего вечера Великий храм поднял переполох из-за новой надписи на письменности Лин, появившейся на его землях.
Там настаивали, что это благоприятное знамение и что расшифровка письменности Лин крайне важна, поэтому Тессен обязан сотрудничать.
Получалось, что фраза «Проваливайте» появилась на земле Великого храма.
Алисия и прежде умела читать письменность Лин, но, судя по её нынешнему поведению, именно она написала это «Проваливайте».
Расстояние от Бадена до Великого храма было значительным.
Алисия никуда не уходила.
И всё же надпись «Проваливайте» выглядела делом рук Алисии, как ни посмотри.
Значит, действительно происходило нечто странное.
В голове Райхардта бушевала буря замешательства.
С робкой надеждой он тихо пробормотал:
— Это… написали Вы, Алисия?
Лежавшая в объятиях Райхардта Алисия без малейшего колебания ответила:
— Да.
Алисия не скрывала небольшую неприятность, которую устроила.
Но, похоже, она не собиралась немедленно объяснять невозможную с точки зрения здравого смысла ситуацию.
«Как?»
У Райхардта были вопросы, но он их не задавал.
Судя по услышанному, проблема действительно была небольшой, как и сказала Алисия.
Как именно это стало возможным, Алисия, вероятно, объяснит постепенно.
— Зачем Вы это сделали?
— Писцы Великого храма продолжают нарушать обещание и вторгаться в чужие владения. Поэтому я написала: «Проваливайте». Я ведь хорошо поступила?
Алисия понимала, что именно интересовало Райхардта, но намеренно ничего об этом не сказала.
Вместо этого она по-детски надула губы и попросила его встать на её сторону.
— Хорошо поступили.
Произнёс Райхардт, поглаживая Алисию по спине.
Алисия завозилась и ещё глубже зарылась в его объятия.
Они обхватили друг друга за спины и крепко прижались.
Это была счастливая, очень счастливая жизнь молодожёнов.
В Баден пришла зима.
С наступлением зимы солнце стало подниматься позднее и исчезать раньше, из-за чего дни сократились.
Лесной молитвенный дом начинал день в четыре часа утра независимо от времени года.
Зимой в четыре утра царила непроглядная тьма.
Рейна просыпалась рано и усердно занималась делами.
Никто её не заставлял, но, следуя правилам Лесного молитвенного дома, Рейна тоже начинала день в четыре часа утра.
Пусть никто этого не признавал, Рейна тоже была членом молитвенного дома, жившим в Лесном молитвенном доме.