Алисия махнула рукой, показывая, что всего лишь пошутила.
— Когда Его Высочество уснул?
— Совсем недавно.
— Мы все промокли по дороге сюда, поэтому он наверняка позволит нам немного отдохнуть, верно? Пока служанки сушат одежду, я лишь ненадолго загляну и посмотрю на его лицо.
После слов Алисии Хенрик смог лишь неловко улыбнуться.
— В холодный день вредно оставаться в мокрой одежде… но настроение Его Высочества… непредсказуемо…
Барон и баронесса Ренс обычно были безупречно точны во всём. Они редко колебались, прежде чем что-либо сказать.
Алисии это показалось странным.
Будучи ближайшим помощником Райхардта, Хенрик должен был расторопно действовать, пока Великий герцог болел.
Однако сейчас он держался так, словно не желал подпускать к герцогу ни единого человека.
Алисия сказала, что хочет увидеть его лицо, лишь из любопытства.
Мужчина, прославившийся как дьявол, переживавший удары мечей и стрел без единого шрама, совершенно не вязался с болезнью.
Ей просто было немного любопытно, как он выглядел, когда болел, хотя подобное любопытство и казалось слегка извращённым.
Но теперь в окружающей атмосфере ощущалось нечто неправильное, и Алисия почувствовала, что обязана убедиться, действительно ли Райхардт болен.
Не похоже было, что на него напали или отравили. Но странное поведение его людей не позволяло ей просто уйти.
Алисия жестом велела Хенрику показать дорогу.
— Госпожа Алисия. Откровенно говоря… я рассердил Его Высочество, и он прогнал меня.
— Я войду одна. Лишь посмотрю на его лицо.
— Если Вы настаиваете, госпожа, разве я могу Вас остановить? Я провожу Вас.
Хенрик, до этого слабо сопротивлявшийся, внезапно изменил тон и пошёл впереди.
Алисия последовала за ним и жестом велела Дейзи отдохнуть.
Дейзи, Энни и Лиз с гордостью смотрели, как Алисия исполняет обязанности достойной невесты.
Конни, обычно разделявшая их мнение, выглядела необычайно встревоженной.
Как и сказал Хенрик, Райхардт спал. И не только он — весь дом Бреге словно погрузился в сон.
Не было ни прислуживающих ему слуг, ни рыцарей, приносивших доклады, ни охранников.
Хенрик открыл дверь спальни с таким благоговением, что даже перестал дышать.
Алисия задумалась, насколько же чувствительным становился Райхардт во время болезни.
Дверь открылась бесшумно.
Хенрик лишь указал направление рукой. Он не произнёс ни «сюда», ни «прошу войти».
Алисия понимающе кивнула и тихо вошла внутрь. Она смутно представляла спальню Великого герцога огромной и мрачной.
Помещение и вправду оказалось невообразимо просторным. И всё же каждая его часть — место для личных слуг, уголок для приёма гостей и отдельный чайный столик — была прекрасно обустроена.
За задёрнутой занавесью находилась спальная часть. Там на изящной, богато украшенной кровати спал Райхардт.
Кровать была чрезмерно роскошной. Но даже она не могла отвлечь внимание от спавшего на ней мужчины.
Сколько бы Алисия его ни видела, привыкнуть всё равно не получалось. Его лицо каждый раз поражало её.
Черты Райхардта были настолько безупречно высечены, что он казался скорее статуей, чем человеком, и Алисия полагала, что даже спать он будет так же неподвижно. Но всё же он был человеком.
Измученное болезнью лицо покрывал холодный пот. Губы потрескались и пересохли, а кожа заметно побледнела.
Райхардт тяжело дышал, и его лицо оставалось почти бескровным. Значит, и у него бывали подобные моменты.
Алисия достала платок и осторожно вытерла его лицо.
Прикоснувшись к коже, она испуганно вздрогнула от холода. Лишь тогда Алисия поняла, что в комнате было ледяно.
Кроме входного зала, ни в одной части дома не горел огонь.
Для комнаты больного здесь было неестественно холодно.
Даже если во время болезни Райхардт становился раздражительным, разве нормально было оставлять камин незажжённым?
Не осталось никаких следов недавнего посещения врача. Не было и признаков того, что за больным кто-либо ухаживал.
Не услышь Алисия заранее о его состоянии, она могла бы вызвать слуг и устроить им допрос. Но всё могло происходить по приказу самого Райхардта, поэтому она не стала действовать необдуманно.
Понимая, что поступает неприлично, Алисия всё же положила ладонь ему на лоб. Напряжённое лицо Райхардта слегка расслабилось.
Поначалу ей показалось, что это лишь воображение. Но когда его мертвенно-бледный цвет лица начал постепенно улучшаться, Алисия поняла, что всё происходило на самом деле.
Она вспомнила день первой встречи с Райхардтом. Тогда он тоже выглядел нездоровым и протянул к ней руку.
Вспомнив тот момент, Алисия осторожно накрыла его ладонь своей.
Неужели его тело исцелялось от человеческого прикосновения?
Тогда почему никто не оставался рядом?
Держа одну ладонь на его лбу, а другой сжимая его руку, Алисия огляделась.
Убедившись, что выражение его лица стало спокойнее, она тихо отстранилась.
Алисия подошла к камину, разожгла огонь, стараясь почти не шуметь, плотно задёрнула занавеси и вышла из комнаты.
Какой странный больной.
Небо весь день оставалось тёмным.
Дождь не прекращался.
Иногда гром сотрясал землю.
Алисия отказалась от мысли выйти наружу и устроилась с книгой.
Делая перерывы в чтении, она писала письма родственникам и служащим.
Когда в памяти всплывало что-нибудь важное, Алисия записывала события и сведения по датам так, чтобы понять записи могла только она.
Спать она легла в подходящее время.
Хотя Райхардт запретил ей покидать дом Тек, Алисия всё равно собиралась снова навестить его завтра. Она даже заранее назначила время визита.
Члены семьи Ренс, ухаживавшие за Великим герцогом, выглядели озадаченными, когда Алисия сообщила, что навестит больного. А услышав, что она разожгла камин, поскольку в комнате было холодно, они удивились ещё сильнее.
Хенрик и Конни по очереди спросили, не возникло ли у неё трудностей с огнём.
Когда Алисия ответила, что ничего не произошло, оба глубоко растрогались и сказали, что её завтрашний визит станет проявлением невероятной милости.
Наступила ночь.
Слушая, как дождь стучит по окну, Алисия погрузилась в сон.
Снаружи буря сменялась моросящим дождём и возвращалась снова.
Когда дождь ослаб —
Скрип.
Входная дверь дома Тек тихо открылась.
Босые ноги поспешно поднялись по каменным ступеням.
Хотя шаги были неосторожными, промокшие под дождём ступни почти не издавали звуков.
Позади них на полу оставались мокрые следы.
Райхардт, шатаясь, шёл по тёмному коридору, но не падал.
В отличие от мужчины, которым он был вчера, теперь Райхардт оставлял следы и тихий шум, двигаясь лишь благодаря инстинктам.
Он направился прямо к комнате, где спала хозяйка дома Тек.
Схватившись за дверную ручку, Райхардт вспомнил слова, произнесённые две ночи назад.
Проклиная собственную недальновидность, проявленную несколькими днями ранее, он без колебаний повернул ручку.
Она легко поддалась.
В тихой комнате сохранялся запах книг, бумаги и чернил.
Алисия спала.
Увидев с порога её спящее лицо, Райхардт впервые остановился после того, как покинул свою комнату.
Его тело одновременно терзали пламя, тысячи пронзающих клинков и противоестественный ледяной холод.
Даже с трудом дыша от невыносимой боли, Райхардт не мог протянуть руку к кровати.
Но и вернуться назад он тоже не мог.
— …
Почувствовав что-то во сне, Алисия открыла глаза. Но сонливость быстро заставила веки снова опуститься.
Едва она начала вновь засыпать, как поняла, что дверь открыта, и резко села.
Ещё не до конца осознавая происходящее, она посмотрела за край кровати —
И испуганно замерла от увиденного.
— Ваше Высочество?
Райхардт стоял на коленях возле кровати, и его лицо было мертвенно-бледным.
Он полностью промок, вероятно, под дождём.
— Алисия, Вашу руку…
С болью и мучением выдохнул Райхардт, тихо умоляя её.
Хотя он приблизился к кровати, между ним и изголовьем всё ещё сохранялось значительное расстояние.
— Ваше Высочество
Испуганная и растерянная Алисия спустилась с кровати и взяла протянутую им руку.
Когда их ладони соприкоснулись, Райхардт протяжно выдохнул.
Его лицо, с которого немного отступило мучение, повернулось к Алисии.
В дрожащих янтарных глазах Алисия увидела собственное отражение и крепче сжала его ладонь.
— Не отпускайте.
Его отчаянные слова озадачили её.
— …
Алисия кивнула.
Она не могла отвести взгляда от его лица, обращённого исключительно к ней.
На ум не приходило ни единого слова.
Её охватило странное ощущение, будто она совершенно ничего не могла сделать.
— Простите.
Торжественно извинился Райхардт.
— Ваше Высочество.
Алисия была сбита с толку уже самим присутствием мужчины, внезапно пришедшего к ней посреди ночи.
Ей хотелось спросить, что происходит.
— Не отпускайте.
Прошептал Райхардт голосом, полным отчаяния.
Он выглядел так, словно заплачет, если она разожмёт руку.
Алисия снова кивнула.
Этот мужчина всегда старался держаться от неё на некотором расстоянии.
Казалось, сейчас его можно было подразнить парой колких слов, но Алисия не смогла.
Он умолял слишком искренне, не оставляя места ни насмешкам, ни отказу.
Увидев её кивок, Райхардт с облегчением вздохнул и слабо улыбнулся.
Тяжело выдохнув от усталости, он медленно повалился на неё.
— В-Ваше Высочество…?
Алисия не отпустила его руку и всем телом приняла вес Райхардта, когда тот рухнул вперёд.
Его ледяное тело неподвижно лежало на ней.
Холод Райхардта передавался Алисии, а возле уха она слышала размеренный стук его сердца.
Она долго оставалась неподвижной, прислушиваясь к этому звуку.
* * *
В тот миг, когда Райхардт открыл глаза, он пожалел об этом. И одновременно не пожалел.
Пережитая им боль была слишком сильной, чтобы испытывать лишь сожаление. Но успокоение, которое подарила рука Алисии, оказалось невероятно сладким.
Утренний солнечный свет проникал через окна.
Потолок в поле его зрения был сделан из дерева с прекрасным естественным узором.
Дом Тек построили в ожидании того дня, когда Великая герцогиня родит наследников.
Уже начиная с первой комнаты, его украшали яркие картины.
Большинство потолков покрывали роскошные изображения цветов или неба, делавшие помещения поразительно богатыми.
Лишь кабинет с неброским деревянным потолком отличался настолько простым убранством.
— …
Райхардт понял, что лежит на длинной кушетке в кабинете.
Комната Алисии находилась в самом конце второго этажа, а кабинет — в дальнем углу первого.
То, что его перенесли сюда, удивляло, но не казалось невозможным.
Райхардт легко мог представить, как Алисия взвалила его на плечо и принесла в кабинет.
Его невеста была весьма смелой госпожой.
Райхардт наслаждался тишиной в собственном сознании.
Оказавшись в этой невероятной реальности, он позволил покою ещё немного омывать его.
Всё казалось нереальным.
Впервые с четырнадцати лет мучительная боль была полностью подавлена.
Райхардт повернул голову, разыскивая Алисию.
Она сидела рядом с кушеткой, крепко держала его за руку и мирно спала.
Его добросердечная невеста оказалась ещё и ответственной.
Все камины в кабинете были растоплены.