Феликс Рейн охотно выслушивал резкие слова вассалов, а затем отметал каждое их требование фразами, которые на первый взгляд заставляли его казаться робким.
Используя выражения, похожие на жалобы: «Это трудно», «Вы ставите меня в затруднительное положение», «Это меня тревожит», «С этим будет непросто», — он мягко отклонял неприятные просьбы.
Властность главы великого дворянского рода.
Надменные и самодержавные манеры.
Ухмыляющаяся внешность, за которой скрывалась плохо завуалированная и откровенная хитрость.
Ничего этого у него не было, однако после разговора с Феликсом, вассалы неизменно обнаруживали, что отступают перед его мягкими уловками.
Вежливый, прилежный и послушный молодой господин управлял людьми с добродушным лицом.
В определённом смысле он был настоящим образцом достойного дворянина.
— Мы удаляемся.
За короткое время Феликс раздал множество поручений.
Услышав разрешение уйти, никто не добавил ни слова. Они обменялись взглядами, разбились на небольшие группы и один за другим вышли.
У каждого было много работы.
— Господин.
— Пока я ещё не настоящий господин. Лишь после того, как принесу клятву верности Его Величеству и буду признан маркизом, я стану истинным главой рода.
После обращения дворецкого Феликс произнёс это со вздохом.
Каждая встреча с вассалами заставляла его размышлять о людях.
Способные люди, умевшие работать, относились к нему или его семье отрицательно и пытались отсечь всё, что хотя бы немного казалось им угрозой.
Те, кто всегда соглашался с господином и произносил приятные слова, не интересовались настоящими делами или перекладывали работу на помощников.
Поскольку им не приходилось бороться ни с проблемами, ни с поиском решений, они, казалось, жили без малейших забот.
С такими людьми было трудно чего-либо добиться.
С каждым днём в нём накапливался цинизм.
Феликсу казалось, что однажды он не выдержит и выпалит что-нибудь резкое.
«В чём ваша проблема? Почему вы так злитесь?»
«Прекратите эту неуклюжую лесть и работайте. Хватит говорить бессмыслицу. Сотрите с лица пустую улыбку и работайте».
Феликс едва проглотил слова, которые только что почти сорвались с языка.
Завтра и послезавтра ему снова придётся подавлять те же чувства.
Его плечи словно превращались в камень.
* * *
— Малый совет?
Феликс плеснул водой в лицо и снова вздохнул.
Отбросив удушливые разговоры с вассалами, он поднялся.
— Они оба уже ожидают в Вашем кабинете. Я принесу угощение.
Сообщил дворецкий, открывая дверь.
— Они ели?
— Скорее всего, нет. Ещё рано.
— Накройте обед в комнате рядом с кабинетом.
Иными словами, он не собирался обедать с людьми, которые раздражали его, действовали на нервы или которых он просто не желал видеть.
Феликс ещё раз вздохнул.
— Да, господин.
Войдя в кабинет после слов дворецкого, Феликс свободно выдохнул.
К нему повернулись лица людей, которые сами находили работу, хорошо её выполняли, умели общаться и одним разговором улучшали его настроение.
— Феликс.
— Давайте поедим вместе.
Среди череды удушливых дней это было единственное время, когда он мог отдохнуть.
— С удовольствием.
— Давайте.
Алисия и Гарри одновременно кивнули.
— Что случилось?
Прошлой ночью Алисия попросила дворецкого созвать Малый совет.
— У меня есть просьба, Феликс.
— Просьба?
— Господин маркиз. Предоставьте мне полные полномочия для расследования несчастного случая с отцом.
Произнося это, Алисия не отводила глаз от Феликса.
Вопрос, о котором изматывающая рутина не оставляла ему времени задуматься, поднял человек, способный наверняка отыскать и причину, и решение.
— Предоставляю.
С полным доверием на лице ответил Феликс.
* * *
Во время пребывания в родовом поместье Рейнов Алисия жила в Южном флигеле.
Вернувшись домой, она часто проводила время в стеклянной оранжерее Сада-лабиринта, расположенной в мужском крыле.
Оранжерея, стены и крыша которой целиком состояли из стекла, держалась на чёрном каркасе.
Чёрные рёбра украшали роскошные узоры из лоз, а солнечный свет проникал внутрь от потолка до самого пола, делая стеклянный сад одновременно величественным и светлым.
Даже зимой тёплая оранжерея была наполнена цветами.
Днём она была прекрасна благодаря льющемуся внутрь солнечному свету, а ночью фонари, зажжённые снаружи и внутри, придавали ей таинственный вид.
Ближе к вечеру, когда солнце начало садиться, Алисия пила чай в оранжерее Сада-лабиринта и отпустила сопровождавших её людей.
Дейзи и остальные решили, что Алисия часто посещает оранжерею, подаренную ей главой рода на день рождения, потому что скучает по отцу.
Поэтому они без лишних слов оставили её одну.
Тук-тук.
Пухлая бледная ладонь постучала по стеклянной стене.
— Входите.
Хотя уже наступило начало лета, вечера на севере оставались прохладными. Но не настолько, чтобы требовался толстый плащ.
Алисия смотрела на Джудит, пока та снимала тёплую коричневую накидку.
— Ночью здесь холодно.
Джудит сложила плащ на коленях и насладилась теплом оранжереи.
Здесь было не только красиво, но и уютно.
— Чаю?
Алисия наблюдала за аккуратными движениями Джудит, совершенно не похожими на манеры женщины, выросшей в дальних землях Тессена.
— Благодарю.
Джудит подошла к столу, за которым сидела Алисия, и выразила благодарность.
Ища тепла, она потёрла друг о друга замёрзшие руки.
— Держите.
Пока Алисия передавала ей чашку, Джудит достала из-под плаща тяжёлый мешок.
— Прошу, посмотрите.
Она вынула два комплекта поводьев.
Один из них был тем самым комплектом, который Алисия передала ей.
Она начала расследование происшествия ещё до того, как попросила нового маркиза предоставить ей полные полномочия.
На самом деле расследованием занималась не только Алисия.
В день несчастного случая род Рейн принял все возможные меры.
Вальдемар Рейн, погибший после падения, не был ни искусным наездником, ни рыцарем и вообще не отличался особой физической подготовкой.
Но как дворянин он с юности учился ездить верхом и мог не отставать от людей, отправлявшихся на охоту каждый сезон.
Поэтому было маловероятно, что происшествие произошло из-за недостатка навыков верховой езды.
В день несчастного случая стояла ясная погода, дождя не было.
Предыдущий день тоже был солнечным, поэтому земля не размокла и не покрылась колеями.
Охота проходила не в глубине леса, где плохая видимость и трудно заметить изменения рельефа.
Несчастный случай произошёл рядом с открытым лугом.
Как только маркиз упал, рыцари немедленно доставили его обратно в особняк.
Командир сопровождавших его рыцарей задержал всех, кто имел доступ к конюшням, и приказал начать расследование.
Все предметы, которыми пользовался маркиз, были отложены для проверки.
Всех рыцарей и сопровождавших его людей, охранявших маркиза в тот день, поместили под домашний арест.
Их заперли в отдельных комнатах загородного поместья семьи.
Отдав все распоряжения и доложив обо всём дворецкому, командир рыцарей сам добровольно отправился под стражу.
Ближайших стражей маркиз Вальдемар выбирал лично.
Он понимал, что лучше подходит для работы за письменным столом, чем для охоты, и испытывал из-за этого лёгкий комплекс неполноценности.
Ещё со времён, когда он был молодым маркизом, Вальдемар не мог не замечать, что не способен подстрелить даже оленя или утку, пока сопровождавшие его люди наполняют сумки добычей.
Поскольку эти люди постоянно находились рядом, он безжалостно исключал всех, кто мог хотя бы намёком задеть его или указать на недостатки.
Но при этом Вальдемар не выбирал слабых рыцарей и никогда не совершал настолько неудачного выбора.
Поэтому сопровождавшие Вальдемара Рейна были спокойными людьми, которые не нападали на чужие слабости.
Их навыки позволяли заслуженно занимать место среди рыцарей рода Рейн.
Даже человек, которого чаще остальных ругали за дерзость, вовсе не являлся проблемным.
В дни, когда маркиз терпел на охоте полный провал, этот сопровождающий отдавал ему собственную добычу и настаивал: «Господин, это принадлежит Вам», — выманивая редкую улыбку у почти всегда бесстрастного Вальдемара Рейна.
Алисия знала, насколько строго отец выбирал приближённых.
Поэтому вероятность существования внутреннего врага она оценивала как низкую.
Но «низкая» не означало «нулевая», поэтому Алисия не отменила принятые родом меры.
Присутствовавшие при происшествии рыцари и сопровождающие продолжали оставаться под стражей.
В момент несчастного случая маркиз ехал верхом.
Когда лошадь поднималась на невысокий холм, она внезапно забила передними ногами и начала метаться.
Не выдержав резкого рывка, маркиз упал с взбесившейся лошади на левый бок.
Во время падения лошадь изогнулась, потеряла равновесие и начала часто и мелко переступать ногами, из-за чего к ней было трудно приблизиться.
Спасение задержалось на мгновение. Но лишь на очень короткое мгновение.
Обычно лошадь маркиза была кроткой и хорошо относилась к людям.
До самого происшествия она вела себя совершенно нормально.
Его рыцари сделали всё возможное.
Конюхи, приходившие и уходившие среди постоянной суеты, не могли поручиться абсолютно за всё, но были уверены, что с конской упряжью маркиза не могло возникнуть проблем.
Поскольку снаряжение принадлежало маркизу, каждый предмет тщательно осматривали и обслуживали при каждом выносе из конюшни и возвращении.
И действительно, никаких неисправностей не обнаружили ни в уздечке, ни в седле, ни в стременах, ни в поводьях, ни в нагрудном ремне.
Не нашли ничего и в одежде, которую он носил, или в находившихся при нём украшениях.
Всё было в полном порядке.
И именно это являлось проблемой.
Если происшествие было обычной случайностью, у него должна была быть причина.
В Рейне маркиз ежегодно участвовал в весенней охоте.
Невозможно было поверить, что причины не существовало и всё объяснялось лишь несчастливым совпадением.
* * *
Совет старейшин предложил уничтожить зловещую лошадь, ставшую причиной его смерти.
Но ещё при жизни после падения маркиз заявил, что упал из-за собственной неумелости, и запретил вымещать злость на животном.
Поэтому Феликс, исполняя волю отца, защитил его лошадь.
Не сообщив ни старейшинам, ни родственникам, Алисия проехала на лошади отца по тому же самому холму.
Ничего не произошло.
Лошадь не доставила ни малейших проблем и быстро преодолела невысокий подъём, на котором случилось происшествие.
Джудит получила хронологию событий и все предметы, проверенные родом Рейн, а затем изучила их.
Она также тщательно рассмотрела обстоятельства поездки Алисии.
Джудит собрала все документы и предметы, которые смогла найти, проверила всё доступное, и теперь её лицо выглядело слегка осунувшимся.
Закончив работу, она протянула комплект поводьев, на котором не разошёлся ни один стежок.
— Никаких неисправностей нет.
Если дело касалось лошади, род уже проверил её сотни раз.
Джудит поставила чашку и указала сначала на поводья маркиза, а затем на второй комплект.
Даже при повторном осмотре поводья выглядели безупречно.
Единственным различием было то, что поводья маркиза казались прочнее и были изготовлены из более качественной кожи, чем образец для сравнения.
— Запах.
Джудит указала на поводья, которыми пользовался маркиз.
— Запах?
— Да, аромат. Эти поводья источают запах. С момента происшествия прошло десять дней, но, если оставить их в комнате и ненадолго выйти, после возвращения в помещении всё ещё будет стоять довольно сильный аромат.
Лошади, эти огромные животные, распространяли множество различных запахов.
Там, где проходила лошадь, особенно сильно могло пахнуть навозом.
Даже в хорошо содержавшихся конюшнях невозможно было избежать резких запахов.
Но аромат, исходивший от поводьев, мягко распространился по оранжерее.
В конюшне или на улице, где повсюду присутствовали более сильные запахи, заметить его было бы трудно.
— Аромат…
— Когда Вы проезжали по месту происшествия, госпожа, то использовали свежую упряжь. Поэтому я проверила вещи, надетые на лошадь в день несчастного случая. Я оставила их в комнате на некоторое время и вышла. Когда вернулась, воздух был наполнен ароматом.