Путешествие до Бадена проходило спокойно.
Хотя Алисия потребовала, чтобы Райхардт ехал в её карете, после этого она полностью его игнорировала.
Внутри кареты раздавался лишь звук чаепития.
На каждой остановке, для проверки, Дейзи заглядывала внутрь и снова наполняла чашки.
Стоило Райхардту войти в карету, как он сразу устроился с полным удобством.
Трудно было поверить, что это тот самый мужчина, который всю ночь противился поездке в ней.
Но время шло, а Алисия не удостаивала его даже взглядом, поэтому Райхардт перестал притворяться равнодушным и принялся наблюдать за ней.
Алисия пила чай с молоком.
Большую часть времени она смотрела на проплывавшие за окном пейзажи.
Иногда Алисия открывала записную книжку с датированными записями и начинала сосредоточенно что-то вычислять.
Затем снова пила чай.
Каждый раз, когда карета останавливалась, она просила у Дейзи тёплого молока и готовилась к следующему отрезку пути.
Алисия никак не реагировала на пристальный взгляд Райхардта. Даже когда их глаза ненадолго встречались, она смотрела сквозь него словно через пустой воздух.
Несмотря на необычные обстоятельства, они не могли ехать вместе до глубокой ночи.
— Ваше Высочество, почему Вы выступаете против того, чтобы госпожа Мод родила в императорском дворце?
Вопрос прозвучал внезапно.
— …
Райхардт инстинктивно хотел спросить: «Разве я говорил, что выступаю против?» Но затем понял, что вообще не высказывал своего мнения. Однако Алисия уже всё знала.
Спрашивать, откуда ей известно, было бы пустой тратой времени. В конце концов, она обещала передавать ему по одному пророчеству каждый сезон.
Грохот.
В этот момент карету резко тряхнуло.
При внезапной тряске Райхардт инстинктивно протянул руку, чтобы поддержать Алисию. Но она самостоятельно сохранила равновесие, почти не сдвинувшись с места.
Подавив незнакомое чувство разочарования, Райхардт открыл окно кареты.
Похоже, ничего плохого не случилось.
Охранявший их неподалёку Родерик быстро приблизился.
— Ваше Высочество.
— Прикажи ближайшим стражникам отступить ещё на шаг.
— Да, Ваше Высочество…
Хотя Родерик ничего не понял, спрашивать о причине он не стал.
Окно снова закрылось.
По звуку копыт стало ясно, что охрана отдалилась от кареты.
— Потому что это неприлично.
Коротко ответил Райхардт.
— Это первый ребёнок Его Величества.
Император и Великий герцог Тессена Райхардт являлись политическими союзниками.
Райхардт был одновременно мечом и щитом императора. В то же время он возглавлял самую опасную в военном отношении фракцию Империи.
Если император и Райхардт представляли нынешнюю императорскую власть, то канцлер, маркиз Мейнард, принадлежал к сторонникам покойного императора.
У Алисии возникали некоторые подозрения по поводу подобных отношений.
Для широкой общественности, включая Алисию, император и Великий герцог были названными братьями и самой могущественной политической парой. Но вблизи становилось очевидно: Райхардт проявлял к императору абсолютную преданность.
Точно так же предполагаемое противостояние новой императорской фракции и сторонников канцлера Мейнарда могло быть лишь политическим представлением.
Сейчас между императором, императорской семьёй и сторонниками покойного императора существовал хрупкий баланс. И именно в этот момент равновесие начинало нарушаться.
Хотя ребёнка называли первенцем императора, Райхардт решительно возражал против того, чтобы зачатый за пределами дворца младенец родился внутри него.
Император долго оставался без наследника, поэтому давление на него постоянно усиливалось.
Большинство представителей императорской семьи беспрекословно следовали за императором, но этот случай отличался от остальных.
Хотя император доверял Райхардту, несмотря на исходившую от него потенциальную угрозу, именно это событие стало началом безнаказанных нападок на Великого герцога.
Положение Райхардта защищало его от позора, но неприятные осложнения становились всё более частыми и раздражающими.
— Иными словами…
С бесстрастным лицом и безжизненным голосом произнёс Райхардт.
Алисия слегка нахмурилась.
— Вы беспокоитесь, что ребёнок госпожи Мод на самом деле может быть не от императора?
Этого не могло быть.
— Его Величество не настолько глуп. Но даже в таком случае необходимо учитывать самую незначительную вероятность. Согласно императорскому обычаю, первому ребёнку правящего императора даруется право наследования престола.
Слова Райхардта содержали множество политических намёков.
— Разве императорская семья не использует Императорскую метку для подтверждения кровного родства?
Спросила Алисия так, словно это было очевидно, но к концу её голос стал немного грубее.
При упоминании Императорской метки выражение Райхардта изменилось.
Хотя он верил в её пророчества, Райхардт не ожидал, что ей известно и об этом.
Алисия узнала об Императорской метке именно благодаря этому происшествию.
Ребёнок, зачатый вне дворца, которого называли первенцем императора.
Из-за бесчисленных слухов и непредсказуемых обстоятельств император объявил, что подтвердил происхождение ребёнка с помощью Императорской метки.
— Алисия.
— Да?
— Императорская метка есть и у меня. Она есть у Его Величества и всех его родных братьев и сестёр. Она была у покойного императора и его братьев с сёстрами. Вы понимаете, что это означает?
Благодаря этому случаю весь мир узнал, насколько бессердечной могла быть императорская семья.
Когда у императора рождался ребёнок, во дворце использовали безвредный состав, безопасный лишь для представителей императорского рода, который заставлял проявиться Императорскую метку.
Если метка не появлялась, считалось, что ребёнок никогда не рождался, а родившую его наложницу устраняли.
Поскольку ни одну наложницу никогда публично не изгоняли за неверность, можно было догадаться, что именно происходило.
Императорская метка была в буквальном смысле отметиной.
Никто не знал, где именно она появлялась и как выглядела, но проявлялась она лишь под действием особого состава.
Метка имелась только у императора, его родных братьев и сестёр, а также их законных детей.
Она могла быть и у детей его родных братьев и сестёр.
Но о существовании Императорской метки у представителей боковых ветвей императорского рода широко известно не было.
— Значит, Ваше Высочество тоже можете завести ребёнка и подтвердить его происхождение с помощью Императорской метки?
— Да.
— Дети представителей боковых ветвей императорского рода используют Императорскую метку для подтверждения отцовства?
— Нет.
— Если у ребёнка Вашего Высочества не проверят метку, а затем у него самого родится ребёнок, она проявится под действием состава?
п.р. Алисия спрашивает: если у ребёнка Райхардта не проверят метку, то проявится ли она у его внука.
— Да.
Императорская метка являлась впечатляющим средством, но не была лишена недостатков.
Если наложница зачала ребёнка от братьев покойного императора или от братьев нынешнего императора, различить происхождение было невозможно.
— Значит, Вы подозреваете своих братьев?
— Если существует хотя бы малейшая вероятность, я обязан её учитывать.
Говоря это, Райхардт выглядел холодным, почти ледяным.
Не только император, но и вся императорская семья тщательно следила за передвижениями своих представителей.
Официально госпожа Мод должна была родить в апреле.
Но на самом деле роды ожидались в конце февраля.
Во время зачатия Райхардт постоянно находился в Тессене.
Хотя проследить за перемещениями госпожи Мод было сложнее, большую часть времени она оставалась в столице.
Император и императорская семья непременно тщательно проверят все даты.
— Ваше Высочество. Это первый ребёнок Его Величества.
Алисия повторила сказанные ранее слова.
Таким образом она пыталась сказать, что никому не будет выгодно расстраивать императора.
— Этот ребёнок…
Но прежде чем Райхардт успел ответить, Алисия перебила его.
— Закон о престолонаследии гласит, что престол переходит к первому ребёнку императора. Но была ли со времён основания Империи хотя бы одна правящая императрица? Все соблюдающие закон о престолонаследии также следуют его негласному условию: престол передаётся первому сыну, рождённому императрицей. Если императрица не родит принца, наследником становится первый сын наложницы.
Слушая слова Алисии, Райхардт обрёл сложное выражение.
Она закрыла рот и горько улыбнулась.
Мысль о будущем падении маркиза Мейнарда вызывала одновременно удовлетворение и печаль.
— Алисия.
После его обращения она слегка приподнялась в мягко покачивавшейся карете.
Её лицо приблизилось к щеке Райхардта.
Возле его напряжённого уха губы Алисии изогнулись в едва заметной улыбке.
— Приближается новый сезон, Ваше Высочество. Пришло время следующего пророчества. И оно таково: Его Величество будет благословлён дочерью.
Лицо Райхардта странно застыло.
Грохот.
Карету снова внезапно тряхнуло.
— Ах!
Наклонившись вперёд, Алисия упала прямо на колени Райхардта.
Её спокойные фиолетовые глаза удивлённо расширились.
Райхардт, рефлекторно поймавший её во время падения, тоже застыл.
Их взгляды на мгновение встретились.
Очень короткое мгновение, которое словно растянулось во времени. Будто само время остановилось, они неподвижно смотрели друг на друга.
Алисия наконец пришла в себя и поспешно поднялась.
По неизвестной причине Райхардт, ещё секунду назад державший её, теперь сидел на противоположной скамье.
В карете повисла неловкая тишина.
Цокот лошадиных копыт нарушил безмолвие.
Родерик, который до этого держался на расстоянии, подъехал и окликнул их через окно.
— Ваше Высочество, с Вами всё в порядке?
— Всё хорошо. Отойди.
Низким голосом ответил Райхардт, обращаясь к закрытому окну.
Родерик, которого смутило, что голос Великого герцога прозвучал с противоположной стороны, беспрекословно подчинился.
Он решил, что из-за невозможности видеть происходившее внутри ошибся или услышал эхо.
Алисия почувствовала, как её лицо слегка потеплело.
— Прошу прощения.
Она сумела произнести это спокойным голосом, притворившись, будто ничего не произошло.
— Ничего страшного.
Ответил Райхардт, не отрывая взгляда от закрытого окна.
Алисии хотелось занять беспокойные руки и неловко блуждавший взгляд.
Чайная чашка, теперь стоявшая рядом с Райхардтом, казалась утраченным сокровищем.
Из-за случайной смены мест она оказалась вне досягаемости.
Почему-то даже простая просьба поменяться местами казалась невероятно трудной.
— …
Атмосфера между ними становилась всё более неловкой.
— Алисия.
— Да, Ваше Высочество?
Райхардт, всё ещё смотревший в окно, наконец повернулся к ней.
— Я верю всему, что Вы говорили. Но не кажется ли Вам, что пророчествовать о рождении детей императорского рода слишком рискованно?
После его слов выражение Алисии изменилось.
Прежняя неловкость мгновенно исчезла.
— Это первый ребёнок Его Величества.
Алисия произнесла это уже в третий раз.
— Даже если родится девочка, закон о престолонаследии нельзя игнорировать.
— Тогда, если за пределами дворца был зачат сын, обсудите вопрос наследования позднее. Если родится дочь, объявите, что она не обладает правом на престол. Но в любом случае искренне поздравьте Его Величество, ведь это его первый ребёнок.
Алисия поморщилась из-за упрямого ответа.
— А если у моего брата больше не появится наследников? Тогда этот ребёнок останется единственным претендентом.
Райхардт спокойно указал на источник своего беспокойства.
Для человека императорской крови и брата императора престолонаследие затрагивало не только его самого, но и всё государство.
Это был не просто семейный вопрос, а дело государственной стабильности.
— Этого не может… быть…
Алисия начала отвечать, но внезапно остановилась.
Она быстро спохватилась, но её тон уже выдал слишком многое.
— …
Взгляд Райхардта приковался к ней.
Его золотистые глаза моргнули, а затем расширились от осознания, сосредоточившись на растерянном лице Алисии.
На мгновение в его взгляде застыло потрясение, но постепенно за ним начали пробуждаться эмоции.
Лицо Алисии исказилось от сожаления. А Райхардт не мог оторвать глаз от того, как она пыталась вновь обрести самообладание.