В личном салоне за ателье «Юнион», крупнейшим фарфоровым магазином Бадена, находилась отдельная комната баронессы Квант.
Именно там баронесса встречалась с Грегори Баркером.
Барон Квант, старший офицер командования Южной границы, под угрозой меча выгнал полураздетых жену и Грегори Баркера прямо на Главную улицу.
Благодаря этому в столице не осталось ни одного человека, который не слышал бы о скандале.
Вдоволь унизив обоих, барон Квант передал Грегори Баркеру одежду и меч, а затем вызвал его на поединок.
Вызов на поединок от действующего офицера был равносилен смертному приговору.
Поединок состоялся немедленно.
Грегори Баркер едва мог взмахивать клинком и лишь принимал удары барона.
В конце концов он получил неизлечимую травму, из-за которой больше не мог полностью выпрямить ногу.
Среди дворян было обычным делом, когда супруги заводили отдельных любовников.
Люди говорили, что барон Квант пришёл в такую ярость, поскольку глубоко любил жену.
Он был человеком действия: прежде чем жениться на баронессе незнатного происхождения, устроил её удочерение одним из благородных родов.
Скандал, потрясший столицу, когда-то нанёс Алисии тяжёлый удар.
Именно это событие перевернуло всю её жизнь.
Поэтому Алисия до мельчайших подробностей знала всё, что происходило до и после раскрытия связи.
Род маркиза Рейна.
Графский род Баркер, один из настоящих столичных центров власти.
Барон и баронесса Квант.
Коллекционеры фарфора.
Проходя мимо, скандал задел когтями множество людей.
В этой жизни существовала высокая вероятность, что в него окажется втянута Жозефина.
Поскольку она была близка к императору, её помолвку можно было легко изменить.
И всё же Алисия не могла не испытывать сожаления к людям, которых из-за её поступков могли затянуть в грязное дело.
Если бы Жозефина захотела, то благодаря только что услышанному смогла бы без особого труда отыскать место тайных встреч.
Алисия тревожилась из-за слов, способных изменить ход событий, но всё же не сожалела о сказанном.
— Прошу сюда.
Как раз когда атмосферу следовало изменить, дверь приёмной открылась.
— Госпожа Жозефина, госпожа Алисия.
Служанка сначала попыталась представить прибывшим гостям, уже находившихся внутри.
— Жозефина. Госпожа Алисия, я Октавия Гивен. Благодарю, Тая.
Новая гостья вошла в комнату и сразу поприветствовала их.
Вероятно, Октавия от природы была дружелюбной, поскольку назвала служанку по имени и проявила непринуждённую теплоту.
— Для меня честь познакомиться с Вами, госпожа Октавия.
Алисия встретилась с ней взглядом и ответила на приветствие.
— Прошу немного подождать здесь, госпожи.
Дверь приёмной закрылась.
Октавия, по всей видимости хорошо знакомая с Жозефиной, начала непринуждённый разговор.
Жозефина, для которой она не была неприятной подругой, обменялась с ней несколькими замечаниями, связанными с кланом Зефир.
Вскоре дверь снова открылась.
На этот раз вошла не служанка.
Это была графиня Истебна.
За прошедшее время её живот вырос, и теперь лиф платья Полины облегал его вплотную.
— Госпожи, благодарю за ожидание.
Несмотря на природную застенчивость, Полина заговорила с надлежащей официальностью.
Её голос звучал гораздо увереннее, чем в прошлый раз.
— Графиня Истебна.
Три находившиеся в комнате госпожи поприветствовали графиню.
— Госпожа Жозефина и госпожа Октавия, прошу подождать здесь ещё немного. Госпожа Алисия, пойдёмте?
Обращаясь к Жозефине и Октавии, Полина смотрела куда-то в пустоту и лишь при разговоре с Алисией с трудом встретилась с ней глазами.
— Тогда я пойду первой.
После поклона Алисии Жозефина проводила её улыбкой.
— Увидимся позже. Сегодня у Вас прекрасное платье.
Она выглядела гораздо веселее, чем при входе.
— До встречи.
Повернувшись, чтобы последовать за Полиной, Алисия мимолётно встретилась взглядом с Октавией.
Добродушная по природе Октавия дружелюбно помахала только что встреченной Алисии.
Алисия позавидовала её открытой манере, которая нравилась каждому.
— В прошлый раз мы расстались в большой спешке.
Осторожно заговорила Полина, когда они покинули приёмную и вышли в коридор.
— Именно. Вы благополучно добрались домой?
Алисия хотела быть с Полиной такой же приветливой, какой Октавия была с ней.
Раньше она была слишком робкой, а теперь стала чересчур своевольной.
Как Октавия…
Размышляя о характере, которым восхищалась, Алисия замешкалась.
Октавия Гивен?
Она почти что-то вспомнила, но мысль тут же ускользнула.
В Бадене было слишком много событий и слишком много людей, которых следовало помнить.
Что же это было?
Пока Алисия размышляла, с другой стороны приблизились служанки с подносами, обитыми бархатом.
На красивых подносах стояли ещё более прекрасные золотые подсвечники и свечи.
— Графиня. Госпожа Алисия.
Узнав Полину и Алисию, служанки отошли в сторону и проявили надлежащее почтение.
Госпожи и дворянки с хорошей памятью и приятными манерами порой проявляли дружелюбие, называя кланявшихся им дворцовых служанок по именам.
Алисия не помнила их всех.
Ей и без того приходилось держать в голове слишком многое.
Полина, похоже, знала служанок, но из-за застенчивости не решилась назвать их по именам и лишь кивнула, проходя мимо.
Следуя за Полиной, Алисия молча ответила тем же жестом и прошла дальше.
Отступившие служанки снова двинулись вперёд.
Алисия узнала золотые подсвечники и свечи на подносах.
Это были подарки маркизы Белз.
Среди представителей императорского рода и дворян было принято выставлять или использовать подарки человека при встрече с ним, демонстрируя близость и уважение.
— Графиня, маркиза Белз сегодня присутствует?
— Ах. Нет. Должно быть, служанки выставили подарки на случай её прибытия, а когда она не приехала, решили убрать.
Алисия и Полина добрались до передней комнаты приёмного зала императрицы.
Нет…!
И тут Алисия всё поняла.
Сейчас императрица носила в утробе будущего наследного принца.
Графиня Полина Истебна тоже была беременна.
Даже ненадолго оставив Жозефину одну, Алисия уже не могла быть уверена в её безопасности.
Двери приёмного зала открылись.
— Войдём, Алисия.
— Да, графиня.
— Ах, эм, Алисия… д-достаточно просто имени.
Покраснев, Полина попросила обращаться к ней менее официально.
Алисии стало неловко, но она подумала, что, возможно, именно так люди и становятся друзьями.
— Хорошо, Полина.
Она радостно ответила и тут же ощутила почти непосильный груз ответственности.
Когда они вошли, сидевшая на возвышении императрица поприветствовала их расцветающей улыбкой.
— Добро пожаловать, Алисия.
На одну ступень ниже возвышения сидела маркиза Леннокс.
— Ваше Величество, свидетельствую почтение Высочайшей. Маркиза, давно не виделись.
— Садитесь.
По приказу императрицы служанки принесли Алисии кресло.
В глазах императрицы, смотревшей на Алисию, сияла доброта.
— Для меня это неизмеримая честь.
Алисия выразила благодарность и села.
Перед ней императрица смотрела с теплотой, а рядом Полина застенчиво улыбалась.
Людей, которых Алисия хотела защитить, становилось всё больше. Но она не могла определить, кто являлся врагом.
Во дворце находилось бесчисленное множество людей, способных в любой момент стать врагами, и каждый скрывал непостижимые намерения.
Чтобы отличить противника от союзника и избежать опасности, Алисия без единого упущения перебрала всё, что знала.
Ей казалось, что голова вот-вот разорвётся.
* * *
За два часа до представления на «Ночи оперы».
В роще Большого театра, возле фонтана, Алисия Рейн обрушила целый поток пророчеств.
— Вы должны безоговорочно мне поверить.
Занимавшийся официальными делами Райхардт получил послание через Хуана.
Алисия ожидала его в роще Большого театра.
После оперы ему предстояло проводить госпожу домой.
Решив, что в сопровождении могли произойти изменения, он немедленно направился туда.
— Прошу в точности следовать моим словам.
Перед тем как выдать целую череду пророчеств, Алисия заговорила словно предводительница культа.
— Не задавайте вопросов, не спорьте и просто сделайте всё в точности так, как я прошу.
Её выражение и манера держаться были серьёзными, но, как ни послушай, речь звучала как слова чрезвычайно способной предводительницы культа.
Зная Алисию Рейн, Райхардт послушно кивнул.
— Тайно приставьте людей следить за госпожой Жозефиной. Она не должна заметить наблюдение. Возможно, я ошибаюсь, но сегодня госпоже Жозефине угрожает опасность: её столкнут с лестницы, и она получит травму.
С её розовых губ плавно сорвалось пророчество, положенное раз в сезон.
Хотя Алисия сказала «следить за безопасностью», на деле она имела в виду настоящее наблюдение.
— Я всё устрою.
Райхардт согласился без пререканий.
Слова Алисии почти наверняка должны были сбыться.
— Прикажите проверить все люстры в оперном театре. Особенно те, что находятся возле лестницы, ведущей на сцену. Всё необходимо сделать так, чтобы никто не узнал.
Алисия не позволила задавать вопросы, но Райхардт всё равно задал один.
— Люстра упадёт?
— Да.
В её голосе звучала железная уверенность.
Пророчество, которое, по её словам, могло появляться не чаще одного раза за сезон, лилось без малейших затруднений.
— Я всё устрою.
Общая ответственность за оперный театр лежала на маркизе Леннокс.
До начала представления она будет занята попытками заслужить расположение императора, поэтому обойти главную распорядительницу и провести тщательную проверку должно быть возможно.
— Если среди приглашённых на оперу окажется Пьер Жик, удалите его.
Хотя Алисия уже попросила установить наблюдение за Жозефиной, беспокойство не исчезло.
— Сын графа Жика?
— Да.
— Хорошо.
Райхардт задал вопрос, но без труда согласился выполнить просьбу.
Немного удивляло лишь то, что он уже знал о Пьере Жике, который ещё даже не стал рыцарем.
— Императорские ложи в оперном театре…
— Есть что-то ещё?
— Да. Прошу также проверить императорские ложи.
Даже произнося это, Алисия выглядела встревоженной.
Жозефину столкнут, она подвернёт лодыжку, встретит Пьера Жика и познакомится с ним.
Когда императрица соберётся подняться на сцену, люстра возле лестницы едва не упадёт.
В этих событиях Алисия была уверена.
Но что именно произошло во время суматохи, которая, по слухам, началась среди окружавших второй этаж императорских лож, оставалось неизвестным.
Столкнувшись с расплывчатой просьбой, Райхардт выразил недовольство.
— Слишком много.
Когда он ворчал, то часто обрывал фразы до нескольких слов.
Алисия хотела настоять, что всё это делалось ради императорского рода, но тогда она слишком сильно походила бы на предводительницу культа, поэтому промолчала.
— Простите.
— Не лучше ли полностью отменить сегодняшнее представление?
— Все гости уже прибыли. Как мы можем это сделать?
Нельзя было сказать, что Алисия об этом не думала.
Мелких происшествий было слишком много, и она не могла справиться с ними одна.
Поэтому Алисия вывалила на Райхардта всё, что знала, и принуждала его помочь.
— Что, если сообщить Его Величеству, что обнаружены следы проникновения убийцы, и освободить помещение?
Сверившись с карманными часами, Райхардт сделал возмутительное предложение.
— Это поставит Её Величество в трудное положение.
— Верно.
После замечания Алисии Райхардт ответил с выражением искреннего сожаления — сожаления из-за упущенной возможности выгнать всех, кто наряжался с самого рассвета.
— Я понимаю, что прошу слишком многого. Но Вы обязаны это сделать, Ваше Высочество. Если выполните эти просьбы, я сделаю всё, что будет в моих силах…
— Тогда исполните одно моё желание?
Перебив искреннюю просьбу Алисии, вмешался Райхардт.