Вот что значит кататься с ветерком.
Ветер дует во всю мощь, машина мчится на пределе.
В мире, где только что прошёл дождь, даже солнечный свет казался по-особенному влажным.
Зима почти закончилась, и в пожелтевшей сухой траве уже виднелись проблески зелени.
Звук шин, сминающих твёрдый асфальт и мелкую щебёнку, казался удивительно радостным.
Девушка рядом смеялась так, словно никогда в жизни не чувствовала себя такой свободной.
Даже безумная толпа, которая становилась всё больше и яростно гналась за ними, сейчас казалась чуточку милее.
Они шумели, кричали, некоторые даже рыдали навзрыд.
Чёрной волной они стекались со всех сторон, шлёпая по грязи, словно выброшенные на берег рыбы, отчаянно расплёскивающие последние капли жизни.
Лу Синь вёл машину, оставляя за собой шлейф пыли на главной дороге. Ему казалось, будто он участвует в грандиозном параде, где принцесса принимает поклонение восторженной толпы, а он — лишь скромный водитель, везущий её сквозь ликующее море людей.
Как же всё это было прекрасно.
Если бы только он не знал, что стоит этим людям их нагнать, и они разорвут маленькую принцессу на куски.
...
План очевидным образом сработал.
Лу Синь понял, что даже он недооценил очарование Куклы.
Его задача заключалась в том, чтобы провезти её мимо баз вооружённых группировок, засветиться и увести их за собой.
В конце концов, у него была отличная модифицированная машина, а Кукла умела летать, так что риска оказаться в толпе не было. Даже если бы возникли непредвиденные обстоятельства, благодаря способностям его семьи и самой Куклы они бы легко справились.
С какой стороны ни посмотри, этот план был обречён на успех.
Они с лёгкостью должны были отвлечь силы, осаждавшие Счастливый Городок.
Или, по крайней мере, пробить в их рядах огромную брешь.
Но когда дело дошло до практики, выяснилось, что всё гораздо проще.
Перед первой группировкой Кукла показалась на тридцать секунд, после чего Лу Синь нажал на газ и помчался ко второму лагерю. Из-за того, что первая толпа уже яростно наступала им на пятки, у второго лагеря у них почти не было времени. Кукла пробыла там от силы секунд десять, и им снова пришлось срываться с места.
Но вооружённые люди из второго лагеря всё равно попали под её чары и безумно бросились в погоню за машиной.
Затем был третий лагерь, четвёртый...
Лу Синь с удивлением обнаружил, что ему больше не нужно строго придерживаться времени, согласованного с Чэнь Цзин.
Ему даже не нужно было останавливаться, чтобы Кукла показалась каждому лагерю. Он чётко ощущал, как вокруг неё формируется некое силовое поле, и это поле становилось всё сильнее. Как только их машина оказывалась в определённом радиусе от лагеря, влияние Куклы уже накрывало этих людей, притягивая их словно магнитом.
Если выражаться точнее: изначально Лу Синь думал, что они ловят рыбу на удочку, но оказалось, что они забрасывают огромную сеть.
Невероятное силовое поле накрыло зону радиусом не менее трёх километров и продолжало расширяться.
Лу Синь чувствовал себя так, словно вёз гигантский магнит, а вокруг бурлила бесконечная железная стружка.
Толпа преследователей позади росла в геометрической прогрессии.
Поначалу Лу Синь боялся, что они отстанут, придут в себя и вернутся на периметр Счастливого Городка.
Но он и представить не мог масштабов их фанатизма.
Судя по отчётам Чэнь Цзин по рации, даже те, кто отстал настолько, что их уже не было видно, продолжали отчаянно бежать. Казалось, даже потеряв Куклу из виду, они всё равно оставались под её влиянием и преследовали её на одних инстинктах.
«Это, должно быть, сила, близкая к полевому воздействию...»
Размышляя об этом и тонко улавливая изменения ментальной энергии вокруг, Лу Синь не мог не удивиться.
В Лазурной Гавани не ошиблись: способности Куклы действительно постоянно росли.
Раньше ей требовалось, чтобы человек посмотрел на неё, чтобы притянуть его к себе.
Но теперь она могла распространять свою силу через некое подобие силового поля.
...
— У неё очень мощные особенности...
Мама сидела на заднем сиденье. Рядом с ней присела на корточки Младшая сестра, обиженно сверля взглядом переднее стекло.
Судя по всему, Младшая сестра считала, что это она должна сидеть впереди и так весело проводить время с Лу Синем.
— Да, я чувствую, что ментальное излучение вокруг становится всё плотнее, а радиус воздействия расширяется, — кивнул Лу Синь. — Это всё из-за её способностей?
— Она ещё даже не применила свою способность, — с улыбкой ответила Мама. — Это просто её особенность. Там, где она находится, уже неважно, кому принадлежит ментальная энергия.
Лу Синь слегка опешил, поджал губы и обернулся, чтобы взглянуть на Куклу.
Он понял слова Мамы и внезапно осознал одну вещь.
На самом деле, всё это время Лазурная Гавань её неправильно понимала.
Профессора и эксперты полагали, что Кукла не умеет контролировать свою силу, поэтому её нужно держать под строгой охраной. И вся их работа сводилась к попыткам научить её сдерживать свои способности.
Но в действительности Кукла всегда изо всех сил старалась контролировать себя и подавлять свою силу.
Причина, по которой её негативное влияние становилось всё сильнее, заключалась в том, что скорость её роста превышала её предел контроля.
Её сила была слишком велика, а вызываемые ею негативные последствия — слишком масштабны.
Осознав это, Лу Синь внезапно проникся сочувствием к этой девушке.
Она ведь так старалась...
Просто другие не могли её понять и думали, что она глупая.
Неудивительно, что она так обрадовалась, когда он разрешил ей сбросить оковы.
Всё потому, что в обычной жизни она подавляла себя слишком жестоко.
...
— Хуу...
Лу Синь хотел было попросить Куклу немного сдержать свою силу, чтобы было проще контролировать ситуацию, но внезапно передумал. Он просто переключил передачу, вдавил педаль газа и позволил модифицированной машине, словно ревущему зверю, мчаться по дороге.
Раз уж выдался редкий шанс расслабиться, пусть насладится прогулкой сполна.
— Как сделать так, чтобы она больше не уставала так сильно?
Глядя на девушку, которая стояла на пассажирском сиденье и радостно смеялась, Лу Синь бросил взгляд на Маму через зеркало заднего вида.
Он помнил, что одной из его задач было «сопровождать» Куклу.
Он всегда старался вникнуть в суть своих заданий и выполнять их на совесть.
Но что значит «сопровождать»? Насколько далеко должно зайти это сопровождение?
Даже если раньше он не был профессионалом и не до конца понимал суть происходящего, то теперь, после изучения «Теории семи ступеней», он овладел профессиональными знаниями не хуже остальных. И он прекрасно понимал, что сейчас больше всего волновало Лазурную Гавань в отношении Куклы.
Стабильность.
Если бы такой одарённый, как Кукла, мог свободно контролировать свою силу, жить и работать как обычный человек, разве не этого хотели бы все?
Особенно теперь, когда Лу Синь увидел её искреннюю радость и понял, что творится в душе этой девочки.
Ей тоже не нравилось постоянно подавлять себя.
Она тоже хотела отбросить все страхи и стать нормальной.
...
Конечно, сделать нормальным человека, застрявшего в ловушке между третьей и первой ступенями, было невероятно сложной задачей.
Те феномены, которые он наблюдал прямо сейчас, служили достаточным доказательством того, что способности Куклы достигли пугающего уровня.
Вокруг неё формировалось поле без видимых границ.
И в этом поле все люди сходили с ума просто от факта её существования.
— Ты очень переживаешь за неё? — не ответив на вопрос, с улыбкой спросила Мама.
— Вовсе нет... — поспешно возразил Лу Синь, оправдываясь. — Мы просто коллеги. И по долгу службы она числится в моём отряде.
Мама лишь улыбнулась, не став выводить его на чистую воду.
— Я уже говорила тебе, что Теория семи ступеней — это теоретическая модель, созданная исследователями для удобства понимания. Но в реальности развитие не всегда идёт последовательно, от низшего к высшему. Что, если некоторые люди в момент мутации сразу рождаются на более высокой ступени?
— Конечно, за всё приходится платить. Родившись на высоте, ты обречён восполнять недостающее.
Лу Синь чутко уловил информацию в словах Мамы и поспешно спросил:
— То есть её можно вылечить? Что именно она должна восполнить?
Мама бросила на него лукавый взгляд, грациозно потянулась и ответила:
— Как ты можешь задавать такие вопросы мне? Ты уже вырос, вступил в такой особый отдел, получил доступ к потрясающим специалистам и секретным архивам, так усердно учишься... А я всего лишь простая домохозяйка, куда мне лезть в ваши профессиональные дебри...
Лицо Лу Синя вытянулось от обиды.
Мама произносила это с такой лёгкостью, даже не покраснев.
Ладно, пока оставим это. Позже он поделится с экспертами Лазурной Гавани знаниями о Теории семи ступеней и данными из Клуба. Они наверняка поймут больше него и смогут помочь девушке.
А сейчас главное — работа.
...
Лу Синь глубоко вздохнул и посмотрел на бескрайние пустоши.
Он отчётливо чувствовал, как силовое поле Куклы разворачивается и непрерывно расширяется.
Опираясь на это поле, он имел абсолютную гарантию того, что сможет увести все вооружённые силы от Счастливого Городка.
Когда они выманят всех этих людей в пустоши, Кукла закроет свои способности, и они смогут оторваться от преследователей. Безумные боевики равномерно рассеются по бескрайней пустоши.
К тому времени, какова бы ни была цель Церкви Технологий, их план будет сорван.
...
В это же самое время в заброшенной деревне, совсем недалеко от Счастливого Городка, находился временный лагерь.
Во дворе, густо заросшем сухим девичьим виноградом, тихо сидел Священник.
Серебристый чемоданчик лежал у него под рукой, а толстый ноутбук был брошен рядом на каменный стол.
На экране ноутбука транслировалось множество изображений, большинство из которых показывали опустевшие палатки.
— Значит, Великий рыцарь Божественной Милости и Великий рыцарь Розы уже вернулись в объятия Истинного Бога? — Священник даже не смотрел на экран, лишь поправил наушник, задумчиво повторяя услышанное.
— У них было только два пути: либо вернуться в объятия Истинного Бога, либо испытать участь хуже смерти. — В рации раздался мужской голос, звучащий на удивление хладнокровно. — И если мои расчёты верны, более вероятен второй вариант.
— Согласно последнему сообщению Великого рыцаря Божественной Милости, он собирался привести в действие ментальную бомбу, взорвав поле цветка смерти, чтобы создать зональный резонанс и помочь Архиепископу завершить миссию. Но в итоге мы не зафиксировали никакого резонанса.
— Скорее всего, это означает, что кто-то сорвал последний план Великого рыцаря Божественной Милости.
— Мы оба понимаем, что попадание Великого рыцаря Божественной Милости в руки врага, независимо от того, что они с ним сделают, приведёт к...
— ...невообразимым последствиям!
Священник долго молчал, лишь глубоко вздохнул.
— Неважно, мы все готовы пожертвовать собой ради Истинного Бога, — мягко попытался утешить его мужской голос в рации, очевидно, хорошо знающий характер Священника.
На лице Священника вдруг расцвела улыбка:
— После окончания миссии я наведаюсь в Лазурную Гавань.
Мужчина в рации знал, что скрывается за этой брошенной вскользь фразой. Помолчав секунду, он рассмеялся:
— Тогда я составлю тебе компанию.
Священник ничего не ответил, лишь тихо усмехнулся.
От этого лёгкого смеха по спине невольно пробегал холодок.
Мужчина в рации сменил тему:
— Поняв, что с Великим рыцарем Божественной Милости и рыцарем Розы что-то стряслось, мы с Жрецом Технологий больше не пытались восстановить поле. Мы намерены войти в запретную зону и воссоединиться с Архиепископом. Но в таком случае снаружи ты останешься один. Как продвигается второй план?
Заслышав этот вопрос, Священник равнодушно покосился на экран ноутбука и ответил:
— Разрушен до основания.
Голос мужчины в рации внезапно стих. Очевидно, он не ожидал такого исхода.
— Лазурная Гавань изменилась, стала куда решительнее, — как ни в чём не бывало с улыбкой продолжил Священник. — Паства, которую я так старательно собирал несколько дней, всего за полчаса была уведена кем-то в пустоши. Я даже не увидел лица противника, не говоря уже о том, чтобы попытаться его остановить...
— Какая сила способна противостоять мощи Шкатулки Истины? — потрясённо спросил голос в рации.
Священник беспечно усмехнулся:
— Истина рушится перед лицом мирских желаний.
Мужчина в рации замолчал, а затем, словно догадавшись о чём-то, с лёгким шоком произнёс:
— Способность в кратчайшие сроки создать такой огромный радиус воздействия...
— Неужели Лазурная Гавань выпустила на волю тот лакомый кусок торта? — с трудом веря своим словам, спросил он.
На лице Священника тоже появилась улыбка:
— Поэтому я и говорю, что Лазурная Гавань стала смелее.
— Раньше мы считали, что все города, обнесённые стенами, включая Лазурную Гавань, будут действовать крайне осторожно, продвигаясь мелкими шажками и цепляясь за своё жалкое достоинство с помощью дешёвых угроз. Но сегодня они преподнесли нам настоящий сюрприз...
— Они послали своего самого ценного одарённого на прямое столкновение с нами.
— Лазурная Гавань действительно стала другой... — после минутного молчания сказал голос в рации и поспешно добавил: — Но раз они пошли на такой шаг, значит, они готовы к открытой войне с нами. Я предлагаю тебе немедленно бросить подготовку второго плана и идти к нам.
— К чему такая спешка? — мягко возразил Священник. — У второго плана, который Архиепископ велел мне подготовить, было две цели.
— От идеи использовать второй план для создания изолирующего барьера можно отказаться — она провалилась в тот момент, когда Лазурная Гавань решилась задействовать этого одарённого. А вот вторая цель уже давно достигнута, так что волноваться не о чем.
— Я вот о чём думаю: раз Лазурная Гавань набралась такой наглости, как мы можем их разочаровать?
— Не рискуй, — предупредил мужской голос в рации.
— Это они рискуют, — холодно отрезал Священник. — Использовать одарённого с масштабным загрязнением, чтобы разрушить наш второй план. Пойти на прямое столкновение с нашей Церковью...
— Мне безумно хочется узнать, какой гениальный ход придумала Лазурная Гавань, раз у них появилась такая уверенность...