«Мамочка... я хочу домой».
Этот беспомощный, детский хнычущий шёпот эхом бился внутри моего сознания. В темноте, после того как эти люди насильно залили мне в рот тёплую, вязкую жижу и закрыли глаза, реальность окончательно потеряла свои очертания. Перед глазами плыл её образ. Лицо мамы Кристины.
У неё была страшная улыбка. Совсем не матернинская, не такая, как у обычных женщин, но она всегда оставалась для меня притягательной и такой тёплой. Меня всегда тянуло к ней.
Как мне когда-то говорила Лили, в раннем детстве я всегда любил маму гораздо больше, чем отца. Почему? Я не знаю. Наверное, потому что папы никогда не было рядом. А ещё... ещё мне с самого детства твердили, что я — убийца. С самого рождения этот жуткий титул шёпотом следовал за мной по пятам. Ребёнок от Элиты Солнца, унаследовавший уникальную энергию своего отца.
Но почему, отец?.. Почему ты такой? Почему ты оставил меня? И сейчас, когда меня утаскивают, ты снова где-то далеко. Может, тебе вообще наплевать на меня?
Почему мама оставила меня? Я ведь своими глазами видел её могилу. Почему она погибла, если была такой сильной? Я думал, ты всесильная, мама. Но у всего есть предел. Есть ли предел у моего папы? Или он тоже умрёт?
Я никогда не знал своего дедушку. Никогда не видел дядю. Из всей своей семьи я знал только отца и тётю. И всё. Про маму я никогда не говорил взрослым, что прямо помню её. Но я помню. Помню её улыбку. Я видел её комнату, видел её портреты, видел её вещи и украшения. И даже она погибла. Почему? Почему все вокруг твердят мне, что я «не готов»?
Что вообще значат эти слова? К чему именно я не готов? Почему взрослые такие, почему они ничего не объясняют нормально? Почему мой отец жив, а мамы нет? Почему не наоборот? Было бы гораздо лучше, если бы меня вообще не существовало. Или если бы отец умер.
Люблю ли я своего отца или нет? После смерти мамы в его жизни постоянно кто-то крутится: то Элизабет, то Скарлет... Почему ты не мог любить только маму?
В памяти внезапно вспыхнуло зеркало. Я помню, как пробрался в закрытую комнату мамы после её гибели и увидел там большое зеркало. Страшное зеркало. Я слышал слухи, что призрак мамы после этого бродит в замке и убивает красивых аристократок, заставляя их в ужасе вырезать себе вены перед этим зеркалом.
Может, я вообще не тот, кто я есть на самом деле?
Почему папа оставил меня?
Я не готов.
Даже сейчас я дико боюсь того, что будет. Что было бы, если бы не Эли? Но Эли для меня никто. Почему она спасла меня? Что с ней? Мне не нравилась старая Эли. А эта Эли не такая. Старая была похожа на маму, но сейчас нет.
Я хочу к маме. Хочу снова на ручки. Хочу обратно.
Уже пару дней подряд в своих кошмарах я вижу странные силуэты. Передо мной постоянно предстают образы мёртвого, но при этом живого парня с окровавленными глазами, и бледного парня с чёрными глазами.
Кто ты? Кто я? Кто мой собственный отец на самом деле?
Этот удушающий вопрос раз за разом задавал мне мой собственный разум.
«Почему, мама... Почему ты оставила меня здесь? Я не люблю отца. Я ненавижу его. Я никогда не любил его...»
Бам!
Мои лихорадочные мысли резко оборвал сокрушительный удар по животу. Из лёгких со свистом вышибло весь воздух, и я согнулся пополам, хрипя от боли. Перед глазами заплясали мутные искры.
Когда зрение наконец немного прояснилось, я понял, что нахожусь внутри какого-то заброшенного, полуразрушенного здания. Вокруг стояли незнакомые, грубые люди в тёмных одеждах. Похитители.
— Время сделать подношение Скарлет! — заорал один из них, безумно вращая глазами и обращаясь к своим подельникам. — Мы отсечём тебя больше! Мы принесём тебя в жертву Скарлет! Она страдает, и мы, как её подданные, должны ей помочь!
— Нет... Я... Я... — судорожно заикаясь от страха, выдавил я из себя.
— Что «ты»?! Что «ты»?! — передразнил меня один из мужчин, резко наклоняясь к моему лицу. — Зачем ты два раза повторяешь, придурок?! Собрался меня разжалобить?!
Я попытался упрямо вскинуть голову, вспомнив, кто меня защищает:
— Вы... Вы видели, у меня в друзьях Леди Солнце?! Леди Солнце!
Услышав это, похитители дружно и издевательски расхохотались. Тот, что стоял ближе всех, пренебрежительно сплюнул на грязный пол:
— Она? Да, мы наблюдали за ней. Твоя хвалёная Леди Солнце просто сидит там у себя, пьёт грушевый сок и тупо смотрит в пустоту. Ей плевать на тебя.
Он хищно оскалился, перехватывая ржавый нож:
— А также твой отец... Великий, вечно наш наглец, Пожиратель короны. Пришло время прощаться, сынок любителя.
— Нет! Он не мой отец! Он... — истошно закричал я, пытаясь вырваться из верёвок.
— Хочешь к папочке, да? — перебил меня мужчина, хватая за подбородок и больно сдавливая пальцы. — Ведь мамочки-то у тебя больше не было. А ты вообще знаешь, мелкий, почему твоего отца зовут Пожирателем короны? И как он получил это жуткое прозвище?
Я замер, испуганно глядя на него.
— Он убил твою мать, — хладнокровно выплюнул похититель мне прямо в лицо.
— Что?.. Нет! Не он! Что?! — мой разум моментально отказался верить в этот кошмар.
— Глупый ребёнок, — ухмыльнулся мужчина, с наслаждением наблюдая за моей паникой. — Даже не знает, что обозначает прозвище его собственного отца. Ему дали его сразу после того, как он завалил Облик Королевы. Твою мать, балда.
Договорить он не успел. Раздался резкий, хлёсткий свист, и мне с размаху прилетел тяжёлый удар прямо по носу. Кровь брызнула из ноздрей, заливая губы, а сознание снова накренилось от дикой боли.
Кто-то резко схватил меня за волосы, с силой запрокидывая мою голову назад. В следующую секунду ледяное лезвие ножа прижалось к моей шее. Острая сталь мгновенно пробила кожу, и я почувствовал, как по горлу потекла струйка горячей крови.
Я завыл от дикой, парализующей боли.
— Сейчас отправишься к своей сучке-матери, ублюдок кошмарной сучки! — безумно проорал мужчина прямо надо мной, сильнее вдавливая клинок.
Кровь хлестнула сильнее, заливая воротник и пачкая грязный пол. Я задыхался, чувствуя, как лезвие с мерзким хрустом начинает рвать живое мясо на моей шее. Кожа лопалась, обнажая пульсирующие жилы, а ублюдок сверху с диким оскалом продолжал давить на рукоять ножа, собираясь подчистую срезать мне голову. Мясо расходилось под сталью, и перед моими глазами уже встала окончательная, мертвенная темнота.
Но договорить свои проклятия он не успел.
Пространство заброшенного здания с оглушительным треском разорвалось. Во все стороны полетели каменные обломки и щепки. Это была Карма.
От её маленькой фигуры во все стороны полоснуло такой колоссальной, удушающей фиолетовой энергией, что стены здания жалобно затрещали, готовые рухнуть. На её лице не было ни капли жалости — только первобытная, леденящая душу ярость.
— Твари, — лениво, но со страшной сталью в голосе выплюнула она, поправляя рукой свои пышные волосы.
В ту же секунду Карма молниеносно рванула вперёд. Скорость её движений была такой огромной, что похититель с ножом даже не успел моргнуть. Карма мёртвой хваткой вцепилась ему в запястье, ломая кости с сухим, громким хрустом, и лёгким движением руки буквально впечатала двухметрового ублюдка лицом в бетонный пол, превращая его череп в кровавое месиво.
Ублюдок с ножом даже не успел осознать, что его запястье превратилось в месиво из раздробленных костей. В ту же секунду Карма, эта маленькая девчонка с пышными растрёпанными волосами и детским ростом, наглядно продемонстрировала свою истинную, сверхчеловеческую силу и скорость. Её физические показатели мощи были развиты далеко за пределами обычного человеческого уровня, напрочь ломая законы биологии.
Она не просто атаковала. Вокруг неё мгновенно сработало её фирменное боевое выражение — техника тотального скопления и сжатия маны.
Оставшиеся трое похитителей — крепкие, рослые мужчины, вооружённые ржавыми тесаками, — замерли в парализующем ужасе. Карма резко вскинула руки. Огромные потоки энергии в пространстве за долю секунды стянулись к её ладоням, спрессовываясь в плотные, пульсирующие сгустки. Из её пальцев с яростным свистом вырвались фиолетовые хлысты маны.
Эти гибкие лезвия из сжатой энергии двигались с такой запредельной скоростью, что воздух в заброшенном здании заискрил. Карма сделала резкий взмах. Первый фиолетовый хлыст с глухим хрустом обвился вокруг шеи стоявшего ближе всех похитителя, мгновенно ломая позвонки. Не давая врагам опомниться, девчонка рванула вперёд на сверхчеловеческой скорости. Её маленькая ладонь мёртвой хваткой вцепилась в лицо второго мужчины, с силой впечатывая его череп в бетонный пол, пока второй хлыст маны наотмашь перерубал кости последнего беглеца у самого выхода.
Всё было кончено за считанные секунды. В комнате воцарилась гробовая, удушающая тишина, нарушаемая лишь капающей с её пальцев кровью. Карма лениво опустила руки, и фиолетовые хлысты маны бесследно растворились в воздухе.
Она тяжело выдохнула, поправляя рукой свои пышные волосы, и её взгляд упал на стул посреди зала. Карма на полной скорости подбежала к затихшему, умирающему Генри.
— Пацан! — испуганно выкрикнула она, и на её леденящем лице впервые промелькнула настоящая паника.
Мальчик безвольно обмяк в верёвках. Из его перерезанного горла толчками хлестала густая, тёмная кровь, заливая разорванную одежду. Живое мясо на шее было безжалостно разворочено ножом. Генри угасах на глазах, его кожа становилась мертвенно-серой.
— Ты не должен умирать, чёрт! — зарычала Карма, яростно срывая с него путы. — Меня же тогда по пути ублюдок отец твой отдаст на растерзание... Я не хочу! Чёрт, нахрен я вообще сказала, что ты готов?!
Она судорожно прижала ладонь к его изуродованной шее, пытаясь зажать бьющий фонтан крови.
— Твою мать!
Но в ту же секунду произошло то, чего Карма никак не ожидала. Под её ладонями что-то бешено запульсировало. Жуткая сила, дремавшая в теле семилетнего ребёнка, внезапно проснулась от смертельной опасности.
Прямо вокруг раны на шее Генри начала стремительно пульсировать его собственная внутренняя сила. Вспыхнувшая ментальная энергия намертво стягивала края кожи, заставляя разорванное мясо соединяться обратно. Воздух вокруг затрещал, и по заброшенному зданию прокатились яростные, ослепительные зелёные вспышки. Пространственное давление подскочило так сильно, что у Кармы заложило уши.
Она рефлекторно отшатнулась, во все глаза уставившись на этот энергетический шторм. Это и была она. Истинная, универсальная энергия Элиты Солнца — наследие Пожирателя короны, Ориона. Сила отца, запечатанная в мальчике, признала урон и начала принудительную, агрессивную регенерацию. Зелёное пламя энергии буквально с мясом затягивало смертельный порез, плавя и сращивая разорванные сосуды.
Спустя мгновение вспышки угасли. Ужасная рана на горле полностью затянулась, оставив лишь ровный след, а Генри, истощив все силы, окончательно уснул, мирно посапывая.
Карма несколько секунд молча смотрела на спящего. Её лицо снова вернуло прежнее холодное, безразличное выражение. Она сделала шаг вперёд, бесцеремонно схватила пацана за шкирку и закинула его безжизненное, лёгкое тело себе на спину, поправляя растрёпанные волосы.
— Прости, пацан, но в случае чего я убью тебя сама, — тихо, со зловещей сталью в голосе прошептала Карма в темноту пустого здания. — Мне деньги дороже тебя.
Развернувшись, она быстрыми шагами направилась прочь из этого здания, неся сына Ориона обратно во дворец.
Когда я наконец доставила этого проблемного пацана обратно во дворец и передала с рук на руки Луне, внутри меня всё ещё бушевала глухая ярость. До меня только сейчас начал доходить весь масштаб произошедшего дерьма. Чёрт, я ведь была на волосок от гибели! Если бы этот мелкий сдох у меня на руках, меня бы просто порвали на трибунале. О чём я вообще думала, когда согласилась на эту подработку няньки?!
Пока я шла по тёмным коридорам дворца, мысленно ругая себя на чём свет стоит и поправляя растрёпанные волосы, мой взгляд внезапно зацепился за аккуратный чемодан. Тот самый, который мне до этого дала Леди Солнце.
Я взяла его в руки, чувствуя приятную тяжесть дорогой кожи.
Леди Солнце... Элизабет. Я ведь с самого детства росла на жутких, величественных историях о твоей силе. Ты была моим кумиром, идеалом, к которому я стремилась всю жизнь. А в итоге? В итоге ты оказалась жалким, изнурённым существом, которое прячет бутылки по карманам. Но даже в таком паршивом состоянии она оставалась Элитой Солнца.
Пока я крутила в голове эти мысли, сама не заметила, как мои ноги донесли меня прямо до личных покоев Элиты Солнца.
Чёрт. Как я вообще сюда пришла? Ладно, плевать. В конце концов, я просто хочу нормально встретиться со своим кумиром в обычных, нормальных условиях, без этого детского сада и соплей.
Я глубоко вздохнула и решительно постучала в массивную дубовую дверь.
Спустя минуты две замок наконец щёлкнул, и дверь приоткрылась. На пороге стояла сама Элизабет. Её золотые волосы были растрёпаны, а из глубины комнаты разило так, будто внутри выпили колоссальную кучу сока и, конечно же, смешали всё это с густым, терпким запахом успокоительных травок. Выглядела она сонной и помятой.
— Здравствуйте, Элизабет, — я постаралась вытянуть спину, чтобы казаться выше, хотя со своим детским ростом всё равно смотрела на неё снизу вверх. — Так...
— Да-да... карм а, вроде? Так, кажется? Или ты... кар ма? — лениво протянула Леди Солнце, опёршись о косяк и глядя на меня затуманенным взором, явно не способная выговорить моё имя без запинки.
— Да нет же, меня зовут Карма, — твёрдо ответила я, приподнимая вещь в руке. — Я пришла сюда, чтобы спросить про это.
— Зачем вы мне его дали? — процедила я, в упор глядя на золотоволосую Элиту. — Вы... вы считаете, что я со своей маной смогу когда-нибудь стать точно такой же, как вы? Смогу занять место рядом с сильными мира сего?
Элизабет тускло улыбнулась, качнув головой:
— Нет. Такой же, как я, ты не станешь. Ты ещё абсолютно не готова, Карма.
Эти слова полоснули по моему эго сильнее любого ножа. Моя собственная фиолетовая мана на долю секунды бешено затрещала в каналах от обиды.
— Что?! — вспыхнула я, делая шаг вперёд. — Как я могу быть не готова?! Я готова! Я сильнее и быстрее любого взрослого в этом дворце!
— В моральном плане ты не готова, — безжалостно обрубила Леди Солнце, и в её уставшем голосе на секунду промелькнула та самая древняя, леденящая душу мощь. — Ты слишком яростная, Карма. Слишком легко поддаёшься мимолётным эмоциям. Леди Солнце должна быть безэмоциональной, холодной и карающей силой для всего этого мира. Абсолютным судьёй. А ты пока просто злой ребёнок.
Она окинула меня долгим взглядом и смягчилась, усаживаясь прямо на пороге:
— Но ты ведь пришла сюда не только ради этого глупого совета, верно? Сразу скажу: учитель из меня хреновый. Я как-то давным-давно пообещала Ориону, что буду его учить, и в итоге благополучно забила на это дело, хи-хи.
— Вы посмеялись надо мной?! — я сжала кулаки, чувствуя, как лицо заливает краска стыда.
— Нет, что ты, я не смеюсь, — Элизабет лениво зевнула, прикрывая рот ладонью. — Ладно. Раз уж ты здесь... кар ма, послушай. Хочешь, я расскажу тебе историю о моих приключениях? Назовём это так.
— С чего вы вообще решили, что я хочу стать вами? — вспыхнула я, упрямо вскинув подбородок. — Я, может, вообще хочу стать Леди Кармой!
Элизабет лениво потянулась и достала из кармана закрутку из успокоительной травки. На её бледном лице промелькнула сонная, уставшая ухмылка.
— Это забавно, — выдохнула она вместе с терпким дымом. — Знаешь, как мне вообще дали имя Леди Солнца? Император. Этот старый ублюдок просто дал мне бренд. И это при том, что я буквально спасла его от революции... Но сейчас... Я жду.
— Чего ждете? — нахмурилась я.
— Кого жду? Ориона, — ровно ответила она, глядя куда-то сквозь стену. — Всё просто. Я не вижу смысла в одиночестве.
— Что?! Почему именно Пожиратель короны?! — я аж опешила от такой откровенности кумира.
— Ты не готова. Ты не понимаешь, — Элизабет затянулась, прикрывая глаза. — Даже Леди Солнца нужен был мужчина. Я ведь... была влюблена в него. Но сейчас всё совсем иначе.
— Что?! Как?! Вы же Леди Солнца! Вы... как вы вообще можете...
— Не совсем так, — лениво перебила она меня. — Представь, что в Леди Солнца живёт несколько личностей. Та, прошлая, любила Ориона потому, что он единственный, кого она встретила равным себе по силе за целых двести лет. А я... я его люблю за то, что он неприятный и эгоист. Не знаю, мне просто нравится типаж таких парней, вот и всё.
Я стояла с открытым ртом, чувствуя, как у меня натурально закипает мозг от этого бреда. Передо мной сидел величайший кумир этого мира, легендарная карающая сила, и вела себя как...
— Да что вы за бред несете?! — взорвалась я, сгорая от возмущения. — Сама Леди Солнца говорит такое... Вы ведете себя так, будто вам вообще лет пятнадцать! Это стыдно! Стыдно!
Элизабет даже бровью не повела на мой крик. Она лишь лениво перевела на меня затуманенный взгляд:
— А ты? У тебя уже есть кто-нибудь, карм а? Или как там тебя...
— Нет! — отрезала я, скрестив руки на груди. — Я сейчас строю карьеру. Хочу стать Леди Кармой.
— А сил-то у тебя хватит? — Леди Солнце тускло улыбнулась, стряхивая пепел прямо на пол. — Пойми, урма... я ведь не самая сильная в этом мире. Может, место третье, пятое... не знаю. Да и не все ещё показали свои козыри. А то, что способности без развития — это слабость. Тебе нужно сначала саморазвиться. И как по мне, охрана Генри — это как раз то, что тебе нужно. Тебе нужно понять, кто ты. И готова ли ты понять, что такое стрелять? Может, тот, кто готов стрелять, готов и умереть? Ты поняла?
— Да вроде как... — тихо буркнула я, чувствуя, как её леденящие слова начинают по-настоящему оседать в голове.
Элизабет внезапно подалась вперёд, и её взгляд стал пугающе острым, напрочь стирая всю сонливость.
— А ты готова стать жёсткой, садисткой, без жалости, без чувств?
— Я... я не...
— Отвечай! Да или нет?! — жестко припечатала она.
Я замерла под этим страшным давлением, и вся моя былая уверенность мигом испарилась. Я опустила голову, признавая поражение перед самой собой:
— Я не готова.. Да. Я не готова.
— Простите меня... Я... — выдавила я сквозь зубы, чувствуя, как ком подкатывает к горлу от собственного позора.
— Заткнись, — холодно и жестко перебила меня Элизабет, выпуская очередную струю дыма. — Не извиняйся. Стань лучше. Знаешь, даже я недавно ревела как девочка лет девяти. В этом нет ничего стыдного. Ничего.
Я молча уставилась на неё, сглатывая обиду и пытаясь переварить её слова.
— Я... нет, — Леди Солнце затянулась в последний раз и затушила закрутку. — Тебе ещё рано. Завтра приходи ко мне. Завтра вместе с Генри. И я покажу вам обоим мою проекцию солнца.