Стены зала заседаний давили. Я сидел здесь пятый час. В голове — абсолютная пустота. Мысли выгорели, оставив лишь звонкую, болезненную апатию. Леди Солнце... ее ментальное давление, ее безумная, ослепляющая праведность были слишком сильны. Мой разум просто не справлялся с этим напором. Он плавился, как воск.
А ведь на том злосчастном флоте был Генерал Первого Класса. Живая легенда. Официально — сильнейший воин нашего королевства. И он погиб там же, бесславно и мгновенно.
Конечно, в тени империи скрывались и другие чудовища. Неофициальные мастера, чья сила превосходила понимание. Но им плевать. Им нет дела до разваливающейся страны. Они не придут на помощь. Мы одни.
А за окнами — хаос. Улицы содрогаются от митингов. Резкая, тоталитарная смена политического курса, устроенная Кристиной, вызвала колоссальный резонанс. Народ в ярости.
Прежний король... да, он был бесхребетной тряпкой. Слабым, ведомым монархом. Но у него было то, чего лишена Кристина — эмпатия. Он никогда не брал из казны лишнего. Он умел искренне, со слезами на глазах, просить прощения у своего народа. Его слабость была человечной.
Крис же превратила королевство в жесткий, удушающий матриархат. Хуже всего то, что она бездумно, импульсивно спускает казну на личные капризы, пируя на костях утопающей в нищете страны. Это не просто политический кризис. Это агония. И я заперт в самом центре этой бури.
Я встал. Ноги едва держали меня, но оставаться в этой удушающей тишине больше не было сил. Тяжелые дубовые двери глухо захлопнулись за моей спиной. Я вышел из зала.
Впереди — холодный, бесконечный коридор. Мои шаги эхом отдавались от каменных сводов.
Ситуация была патовой. Всё, что нам оставалось — это стиснуть зубы и отразить грядущий напор Империи. Сдержать удар, выжить, а затем... снова идти в атаку. Безумный план. Леди Солнце не покинет пределы Империи. Это очевидно. Она слишком расчетлива и горда. Она выйдет на поле боя лично только в самом крайнем, катастрофическом случае. Значит, нам придется пробиваться сквозь ее бесчисленные легионы.
Но больше всего меня душила ярость от осознания другой правды.
Крис. Эта девчонка просто взяла и свалила всю вину на меня. Сделала меня козлом отпущения за свои же провалы и растраты. Какая же она маньячка... Сумасшедшая, одержимая властью и собственной безопасностью. И хуже всего — я даже не знаю, где сейчас прячется эта тварь. В каком из своих роскошных покоев она трусливо заперлась, пока страна исходит кровью?
Тогда оставался только один вариант. Последний. Кровавый. Но единственный верный.
Убрать Крис.
Эта мысль больше не пугала меня. Она принесла странное, холодное успокоение. В моей голове уже практически созрел пошаговый, детальный план. Просто ворваться и зарезать её в покоях — глупость. Она станет мученицей, а я — предателем. Нет, всё должно быть изящнее.
Сначала я уничтожу её репутацию. Я очерню её имя перед народом, вытащу наружу каждую украденную монету, каждый безумный приказ и каприз. Я заставлю толпу искренне ненавидеть её. И вот тогда, когда от её авторитета останется лишь пепел, я нанесу смертельный удар. Я убью её. И никто не посмеет мне отомстить. Никто не прольет по ней ни единой слезы. Страна вздохнет с облегчением.
А на освободившийся, очищенный от скверны трон сядет она...
При мысли о ней моя закипающая ярость на мгновение утихла. Лили. Я искренне надеялся, что это будет Лили. Она хорошая. В ней нет той гнили, что пожирала Крис. Она — единственный свет в этом проклятом замке, способный залечить раны королевства.
Стоило признать: Лили была для меня идеальным кандидатом на престол. Но не только она. В последнее время она подозрительно часто стала ходить вместе с Вергом. Они сблизились. Эта деталь заставила мои мысли завертеться в новом, тревожном направлении. Что, если их союз — это не просто дружба, а начало нового политического блока? Верг силен, и если они с Лили объединятся, мой план по передаче власти пройдет куда мягче.
Я резко остановился посреди коридора. Спину обдало холодом.
Уже несколько дней меня не покидало удушающее, липкое ощущение. За мной следят. Взгляд буквально выжигал кожу между лопаток.
Я попытался рассуждать трезво. Это не могли быть ищейки Крис. Обычно эта маньячка подсылала своих шпионов только тогда, когда я творил какие-то явные странности или нарушал ее приказы. Но сейчас я вел себя тише воды, ниже травы. К тому же, люди Крис всегда действовали топорно и слишком палевно. Их профессионализм оставлял желать лучшего.
Я резко обернулся.
Никого.
Лишь пустой, серый коридор и пляшущие тени от факелов. Тишина давила на барабанные перепонки.
Я тяжело, хрипло задышал, прижимаясь спиной к холодной каменной стене. Неужели я, Орион, просто схожу с ума? Этот липкий, первобытный страх перед Кристиной... он медленно, капля за каплей, выжигал мой рассудок. Каждую ночь, закрывая глаза, я видел один и тот же кошмар: как она безмолвно подходит к моей кровати и медленно, с улыбкой маньячки, душит меня подушкой.
А её недавние слова? Этот вкрадчивый, безумный шепот о том, что она хочет детей... От одной мысли об этом меня бросало в холодный пот. Это не было проявлением любви. Это был её способ окончательно связать меня по рукам и ногам. Намертво привязать к своему тоталитарному матриархату, превратить Ориона в послушного племенного раба, чье семя узаконит её безумную власть.С каждым шагом по темному коридору хаос в моей голове уступал место ледяной, хирургической ясности. План обретал финальные, идеальные очертания.
Дезертирство. Вот мой истинный выход. Бежать прямо перед носом у наступающей Империи, раствориться в нарастающем хаосе войны и навсегда сменить личность. Но я не уйду трусом, оставив за собой эту гниль. Я уйду палачом.
Часы Ориона сочтены, и я сам подпишу ему смертный приговор. Схема была безупречной: сначала я полностью уничтожу репутацию Кристины, превратив ее в глазах народа в тирана и чудовище. Затем я нанесу удар и убью ее, оборвав этот удушающий матриархат. А после... Орион просто исчезнет. Страна решит, что верный пес королевы погиб в суматохе переворота или пал от рук имперцев.
Пусть Лили и Верг забирают этот окровавленный трон. Пусть они строят новое королевство на пепелище. Им не придется искать меня или мстить за Крис, ведь мстить будет некому.
Орион сотрет себя из истории. На его месте появится совершенно новый «я» — человек без прошлого, без страха перед удушающей подушкой Кристины, без груза проигранной войны и без ментального давления Леди Солнце. Свободный человек. Осталось лишь сделать первый шаг к этому освобождению.
Бум!
Глухой, болезненный удар сотряс пространство. Я со всей силы впечатал кулак в каменную кладку стены. Кожу на костяшках мгновенно ободрало, горячая кровь тонкой струйкой потекла по пальцам, но эта физическая боль была ничем по сравнению с той, что выжигала меня изнутри.
Это всё Крис. Всё из-за неё.
Эта тварь буквально заставила меня капитулировать перед ней. Она растоптала мою гордость, подчинила своей безумной воле и загнала в этот тупик. Если бы я только не связался с ней... Если бы я держался от неё как можно дальше, сейчас всё было бы иначе. Орион был бы жив. Настоящий Орион — свободный, сильный, не сломленный паранойей и страхом — смог бы выжить в этой проклятой войне. У него был бы шанс.
Но она заразила мою жизнь своей гнилью. Она превратила меня в зашуганную тень, которая вынуждена инстинктивно оглядываться в пустых коридорах. Связь с Кристиной стала моим смертным приговором. И теперь, чтобы этот приговор не привели в исполнение её руки с подушкой, я должен исполнить его сам. Орион обязан умереть, чтобы смыть этот позор капитуляции. И его посмертным даром этой стране станет труп королевы.
Но это случится не сразу. План мести и побега требовал времени, а у меня на руках всё ещё висела куча незавершённых дел. Слишком много хвостов, которые нужно обрубить, прежде чем Орион окончательно перестанет существовать.
Я шел по коридору, и мысли невольно вернулись к тому, что составляло истинную суть силы в этом мире. К магии.
Если верить моей теории, запас внутренней энергии — это не статичный сосуд. Его можно развить. Потенциально я мог бы достичь тех же высот, что и Леди Солнце... Хотя, кого я обманываю? Вряд ли. Это звучит как бред сумасшедшего. У меня нет даже нормального Духа внутри — фундамента, на котором строится мощь настоящих мастеров. Я до конца не понимал, как именно работает эта проклятая магия, но долгие наблюдения в замке привели меня к одной важной истине.
Магия — это структура. Чистая, строгая геометрия воли.
Всё начинается с примитивного, базового уровня — с простого бесцветного огня. Это чистая, несформированная энергия, доступная любому новичку. Затем идут легкие формы: придание энергии простейших очертаний, управление её направлением. И чем сложнее, чем изощреннее становятся эти формы, тем ближе маг подбирается к истинной сути стихии. Леди Солнце возвела эту структуру в абсолют, сотворив из неё свой собственный, карающий закон.
Магия в этом мире в корне отличалась от той, что осталась в моей памяти. Никаких привычных уровней, рангов или заученных текстов заклинаний. Здесь магия была чистой геометрией и эволюцией формы.
Возьмем, к примеру, магию льда. Если ты только-только прикоснулся к этой силе, у тебя не получится мгновенно воздвигнуть стену. Твой предел — бесформенный, едва холодный ледяной огонь. Только когда твой контроль окрепнет, ты сможешь структурировать этот огонь в простейшую физическую форму — сосульку. И лишь на вершине мастерства, когда грани структуры станут совершенными, маг получает способность отливать из стихии сложнейшие ледяные статуи и монументальные конструкции.
Этот процесс требовал двух вещей: абсолютной ментальной связи с элементом и тотального контроля над ним.
Магов в этом мире были миллионы, если не тысячи, но истинная прелесть заключалась в индивидуальности. Магия каждого человека была уникальной, даже если они управляли одной и той же стихией. У кого-то магия земли проявлялась как грубый, привычный серый песок. У другого та же самая земля принимала форму зловещего, тяжелого черного песка. Похожие основы, но абсолютно разная суть, продиктованная внутренним миром самого человека.
Магия в этом мире не была просто бездушным инструментом или набором геометрических формул. Королевские гримуары, которые я читал ночами, открыли мне куда более пугающую истину.
Магия способна влиять на характер человека. Она проникает в сознание, деформирует личность и подчиняет её под свой лад. Тот, кто слишком долго заигрывает со сложными структурами льда, неизбежно становится холодным и расчетливым социопатом. Тот, кто подчиняет землю — черствеет. Но самое страшное происходило в момент первого выброса энергии. Сама природа магии выбирала человека на основе его скрытых пороков и страстей, а затем навсегда закрепляла эту черту в его душе.
Вспышка безумия Кристины породила тоталитарный, пожирающий её изнутри матриархат. Ослепляющая праведность Леди Солнце превратила её в безжалостного палача.
А моя энергия? Мой первый, жалкий выброс вышел в виде пламени
Я горько, едва слышно усмехнулся. Ирония судьбы в этом мире была по-настоящему ублюдочной.
У Крис... у этой садистки, тиранши и маньячки, обнаружился колоссальный, пугающий талант к магии лечения. На первый взгляд — благословение. Самая гуманная и чистая сила. Но на самом деле это было самое страшное из всего, что можно себе представить. Королевские книги лишь поверхностно описывали то, что я понял своим измученным разумом. Магия исцеления — это одновременно и спасение, и самая изощренная пытка в истории.
В потенциале эта сила абсолютна и смертоносна. Ведь что такое лечение? Это контроль над плотью. Крис способна не просто затягивать порезы. На глубинном уровне её магия может насильно менять клетки человека. Она может заставить твои раны затянуться неправильно. Может превратить твои мышцы в камень, заставить кожу срастись с одеждой или ускорить деление клеток так, что тело превратится в бесформенную опухоль. Она способна пытать тебя вечно, исцеляя разрываемые органы в ту же секунду, когда наносит удар.
Я сам не заметил, как ноги вывели меня из удушающих каменных лабиринтов наружу. Свежий ночной воздух резко ударил в легкие, немного протрезвляя затуманенный паранойей разум.
Я оказался во внутреннем дворе замка. Это было тихое, изолированное место, где в лунном свете раскинуло свои ветви одинокое персиковое дерево — вычурная роскошь, на которую Крис бездумно тратила казну. Я подошел ближе, протянул руку и сорвал один плод. Он был идеальным. Тяжелым, спелым.
Я поднял персик к глазам, рассматривая его блестящую, покрытую каплями ночной росы корочку. Луна отражалась на глянцевой кожице, превращая плод в крошечное зеркало. И именно в этом размытом, искаженном отражении я похолодел.
За выступом замковой стены, в густой тени, кто-то стоял.
Я не стал оборачиваться. Мой взгляд намертво приковался к отражению на персике. Фигура была слишком тонкой, изящной, хрупкой. Это точно был не массивный гвардеец Крис и не тяжелый имперский шпион. Девушка. На вид лет восемнадцати, не больше. Она стояла неподвижно, буквально вжимаясь в камень, и следила за каждым моим вдохом. Хруст.
Я спокойно, почти лениво откусил кусок персика. Сладкий, липкий сок брызнул на пальцы. Я продолжал смотреть прямо перед собой, пережёвывая спелую мякоть и краем глаза контролируя размытый силуэт в глянцевом боку плода.
Что ж. Похоже, у меня появился тайный поклонник.
Вместо привычной паники внутри шевельнулось что-то темное, азартное и злое. Страх перед удушающей подушкой Крис на мгновение отступил, уступая место холодному расчету. Девчонка лет восемнадцати решила поиграть в шпиона? Она думает, что Орион — это просто загнанная в угол, беззащитная жертва. Она не знает, что я уже спланировал смерть королевы и собственное исчезновение.
— Интересно будет с тобой поиграть... — едва слышно, одними губами прошептал я, глотая сладкий сок.