Я проснулся от резкой боли, пульсирующей в висках. Мысли путались, но память настойчиво возвращала меня в реальность. Мы с Орионом только что совершили невозможное — одолели генерала четвертого класса. По идее, я должен был радоваться этой победе, прыгать от счастья, но внутри была лишь пустота. Перед глазами стояла страшная картина: Орион хладнокровно убил ни в чем не повинную девушку.
Вместе с этим горьким осадком пришло и другое, леденящее душу осознание. Разница в силе между генералами пятого и четвертого классов оказалась просто колоссальной. Это была не просто ступенька вверх, а настоящая, непреодолимая пропасть.
Я чувствовал фантомную боль во всем теле, но куда сильнее было моральное опустошение. Орион попросту обезумел. После убийства генерала он словно сорвался с цепи: начал истошно кричать, что невиновен, а затем жестоко расправился с той девушкой. Возможно, его разум просто не выдержал такого колоссального давления.
Но в то же время... Орион спас меня. Он взял и трусливо, а может и благородно, взвалил все мое ментальное бремя на собственные плечи. Ведь сам я морально не был готов убить человека.
но я точно помню конец этих воспоминай
Вот объединенный и отредактированный фрагмент для ранобэ. Текст идет сплошным потоком, в едином стиле, без кавычек и лишних знаков, описывая всю сцену с Кристиной целиком.
В проеме показалась Кристина — дочь короля и первая наследница престола. В ее глазах не было ни капли страха. Напротив, она с издевкой, в своей мерзкой шутливой манере выдала, что теперь Орион убьет еще и ее. Эта девка была законченной садисткой без каких-либо тормозов. Она принялась нести какую-то чушь про свидетелей и про то, что Орион не посмеет поднять на нее руку.
А затем эта тварь, будь она трижды проклята, набросилась на меня. Она с упоением начала вбивать свои каблуки в мое тело, наслаждаясь каждой секундой этой жестокости. Дальше все превратилось в сплошной кошмар. Помню только, как Кристина применила магию и подлечила меня, чтобы я не сдох раньше времени, после чего стражники сразу поволокли мое полуобморочное тело прочь. Сначала меня притащили в ее покои, и лишь потом перенесли в мою собственную комнату.
Орион хоть и совершил убийство, но оставить его один на один с этой безумной тварью я просто не мог. Кое-как поднявшись на ноги, я почувствовал, как комната поплыла перед глазами, а голова зашаталась от резкого прилива боли. Кое-как добравшись до двери, я толкнул ее и вышел в коридор.
Там вовсю прогуливались дамы из высшей знати. Стараясь не обращать внимания на их слащавые комплименты, я упрямо шагал мимо. Однако на границе жилых зон меня грубо остановили. Когда я попытался покинуть крыло воинов и пройти в сторону королевских и гостевых покоев, дорогу мне преградили стражники. На все мои возмущения они лишь сухо отрезали, что прямо сейчас там находится сам король, и вся правящая семья собралась в столовой на экстренное совещание.
загшлнляуть в офицальный мелпнук где уже медики пройдутся лучем по мне но мне не до этого я буквально бежда лесли это так можно назватть вв голове крутилис ьмысли что орион в пыточных с это ненорльманой или он уже и всесе мертв
Спустя долгих пятьдесят минут стражники наконец расступились. Я сразу же двинулся вперед, сильно хромая на одну ногу. Стража на посту крикнула мне вслед, что нужно обязательно заглянуть в официальный медпункт, где дежурные медики пройдутся по мне исцеляющим лучом, но мне было абсолютно не до этого. Я буквально бежал вперед, если вообще можно было назвать бегом мои неуклюжие, рваные скачки.
В голове безумным вихрем крутились самые страшные мысли. Перед глазами стояли жуткие картины: либо Орион прямо сейчас гниет в пыточных подвалах наедине с этой ненормальной сукой Кристиной, либо его уже и вовсе нет в живых.
пока я бежал
На полном ходу я нечаянно врезался в Лили — самую младшую из детей короля. От сильного удара мы оба едва не полетели на пол. Мое и без того измученное тело отозвалось новой вспышкой боли, но в этот момент меня накрыл чистый ужас от осознания того, кого именно я только что сбил с ног посреди коридора. Принцесса Лили была полной противоположностью своей безумной старшей сестры, но столкновение с королевской особой прямо сейчас могло разрушить все мои планы.
Лили, ты в порядке?
От неожиданности принцесса покачнулась, но удержалась на ногах. Наткнувшись на меня взглядом, она тут же демонстративно отвернула лицо, поджав губы. На ее кукольном личике проступило искреннее высокомерие, свойственное всей королевской семье.
Вергилий, обращайся ко мне как подобает. Для тебя я — госпожа.
Вздохнув, я с трудом сдержал подступившее раздражение. На споры о сословиях и этикете у меня не было ни секунды. Нога по-прежнему дико ныла, а фантомные боли глухими ударами отзывались в груди.
Ладно, госпожа Лили, вы в порядке? Извините, я не хотел вас сбить.
Младшая принцесса смерила меня оценивающим взглядом, поправляя складки своего роскошного платья, в котором она только что сидела за королевским столом.
Да, я в порядке. И вообще, куда ты так рванул в таком состоянии? Ты едва на ногах стоишь.
Я сделал шаг ближе, наплевав на дистанцию. Время поджимало, и этот случайный разговор мог стать моим единственным шансом узнать правду до того, как станет слишком поздно.
Лили, ты же только что с общего собрания. Пожалуйста, ответь, если знаешь: где сейчас Орион? Или хотя бы Кристина?
Она удивленно вскинула аккуратные брови, а в ее глазах промелькнула странная, колючая усмешка.
А с чего это тебя вдруг так сильно волнуют эти влюбленные голубки?
Слова принцессы ударили под дых. Влюбленные голубки? Орион и эта безумная, конченая садистка Кристина, которая еще час назад ломала мне кости своими каблуками? Что, черт возьми, произошло на этом закрытом совете за те пятьдесят минут, пока стража держала меня в крыле воинов?
Заметив, как побледнело мое лицо, Лили посмотрела на меня с глубоким, искренним недоумением. Она явно не понимала моей паники, ведь для нее все выглядело совершенно иначе. Немного помявшись, младшая дочь короля неловко кашлянула и перевела тему, словно вспомнив о каком-то важном поручении.
Кстати, Верг. На совете Орион... эм... в общем, он лично попросил меня и отца, чтобы тебя повысили в звании. За твои заслуги в битве с генералом четвертого класса.
Мне не надо.
Я отрезал это так быстро и резко, что Лили даже отпрянула. Какое, к черту, повышение, когда мой друг прямо сейчас медленно сходит с ума или платит своей свободой за то, что спас мою шкуру и взял весь этот ментальный ад на себя.
— Он не мог... — прошептал я, чувствовать, как земля уходит из-под ног. — Мы же... Лили, мы вместе с ним сидели на могиле того мальчишка. Он просто не мог так поступить.
Силы окончательно покинули меня. Нога подогнулась, и я тяжело опустился на подоконник ближайшего окна. Голова снова закружилась. Весь этот абсурд не укладывался в сознании. Орион и Кристина? Влюбленные голубки? Этого просто не могло быть.
Лили искренне удивилась моим словам. Она сделала шаг ближе, и в ее глазах вспыхнуло острое любопытство.
— Ты еще кого-то, кроме меня, приводил на ту могилу? — она прищурилась, но быстро покачала головой. — Ладно, забудь. Честно говоря, Вергилий, это ведь я замяла твой след. На совете я сказала отцу, что генерал четвертого класса пытался восстать и продолжить бой, а ты героически его устранил. А вот твой Орион... Он оказался крайне интересным парнем. Я даже водила его в свою тайную комнату.
Принцесса сделала паузу, наслаждаясь моим потрясением, а затем добила меня жестокой правдой.
— И знаешь, пока я отмазывала тебя перед королем, я кое-что узнала. Орион в это самое время был с Кристиной. Тебя попросту кинули, Вергилий. Кристина отмазывала только одного Ориона, а тебя они безжалостно бросили на произвол судьбы.
— Вергилий, ну почему ты такой дурачок? И почему я так безответно влюблена в тебя?
Я замялся, не зная, что ответить. Нас с Лили связывала долгая, сложная история. Мы действительно встречались раньше, втайне от всех. Но когда до меня наконец дошло, кем на самом деле является здешняя знать, когда я осознал, что все эти аристократы — просто мерзкие, зажравшиеся черви, я больше не мог даже думать о свиданиях с ней. Кровь королевской семьи душила любые чувства. Хоть сама Лили и была совершенно другой, практически не похожей на своих испорченных родственников, этот барьер казался мне непреодолимым.
Хотя, если говорить на чистоту, если бы не Лили и ее заступничество, я бы уже давным-девять дней гнил в самой глубокой тюремной камере этого замка.
— А как у тебя с тем генералом? — я все-таки решился задать вопрос, который давно сидел занозой в голове.
Лили на секунду замерла, а затем пренебрежительно фыркнула и махнула рукой, явно недовольная тем, что я вспомнил про ее жениха.
— Ну, ты же сам все прекрасно знаешь, — буркнула она, отводя взгляд к окну. — Между нами абсолютно ничего нет. Весь этот брак — просто пустой статус для поддержания авторитета короны и армии. Мы не любим друг друга. Ни капельки. Меня тошнит от одной мысли о нем.
Она сделала шаг ближе ко мне, и в ее глазах снова блеснула та привычная, искренняя теплота, которую она никогда не показывала другим. Для всего остального замка она была недосягаемой младшей принцессой, но сейчас, стоя у подоконника, она выглядела просто уязвимой девчонкой, которая отчаянно застряла в золотой клетке.
это она скза лчто вергу надо прпоеврется
— Я не могу, Лили. Прости, но не сейчас, — я покачал головой, заставляя себя отвернуться от ее теплого взгляда. — А другого времени у нас, скорее всего, быть уже и не может.
Лили горько вздохнула, глядя на мою помятую одежду и бледное лицо. Ее обида мгновенно сменилась искренним беспокойством. Она сделала шаг ближе и внимательно осмотрела меня с ног до головы.
— Это тебе вообще-то стоит провериться у медиков в замке, — тихо, но твердо сказала она. — Ты едва держишься на ногах, Верг. Иди в медпункт, пусть они осмотрят тебя своим исцеляющим лучом. Мало ли что эта психованная Кристина могла с тобой сделать.
После этих слов мы замолчали. Напряжение между нами стало почти осязаемым. Мы просто стояли друг напротив друга у окна, явно не понимая, как продолжить этот диалог. Все слова казались пустыми. Лили переживала за мою жизнь, а я судорожно пытался переварить правду об Орионе, понимая, что застрял посреди чужой и очень опасной дворцовой игры.
В этот момент тишину коридора взорвал грохот множества кованых сапог. Из-за поворота вывалилась целая толпа стражников. Они в панике бежали назад, спасая свои жизни от чего-то по-настоящему жуткого.
Забыв о собственной боли, я резко вскочил с подоконника и задвинул Лили себе за спину, закрывая ее от несущегося потока людей. Солдаты бежали вслепую, они едва не сбили принцессу с ног.
— Вы куда?! Что, черт возьми, там происходит?! — рявкнул я, хватая за грудки одного из пробегавших мимо гвардейцев.
Тот безумными, полными первобытного ужаса глазами уставился на меня. Его трясло, а изо рта вырывался хрип:
— Пламя... Она идет за наши грехи! Пламя убьет всех неверных!
Он с силой вырвался из моих рук и бросился догонять остальных, оставляя нас с Лили посреди пустеющего коридора, в конце которого уже начинал разрастаться зловещий зеленой отсвет.
Какого черта здесь происходит?
Я в ступоре смотрел, как последние, кто не успел убежать из дальнего крыла, заживо сгорали в ядовитом зеленом пламени. Оно пожирало людей словно прожорливая чума. Солдаты падали прямо у моих ног, истошно крича и покрываясь страшными химическими ожогами.
— Фу-у-у! Что это еще за хрень?! — брезгливо вскрикнула Лили, зажимая нос от невыносимого запаха паленой плоти.
Ее, как представительницу королевской крови, пугала и отталкивала эта уродливая, грязная смерть. А зеленое пламя тем временем действовало со страшной скоростью. Оно уже полностью поглотило треть замка — и удар пришелся именно на боевые казармы, где находились лучшие воины королевства. Теперь эта стихия вплотную подобралась к нам.
Лили в панике изо всех сил вцепилась в мою руку, пытаясь оттащить меня подальше от изумрудного огня, который жадно сжигал дорогие картины на стенах и обугленные трупы стражников. Если тот солдат перед смертью не соврал, то это пламя — настоящая божья кара, выжигающая грешников и неверных. Сам архетип Первого всадника Апокалипсиса на белом коне, несущий праведный и безжалостный суд.
В голове промелькнула обреченная мысль: если я правда заслужил это, то я просто приму смерть.
Пламя жадно поглощало все вокруг, словно ему было абсолютно плевать на законы физики. Ему было не важно, что именно жрать — камень, ткань, человеческое мясо или вековое дерево. Огонь полностью окутал меня, добравшись до самой кожи... и вдруг резко затух. Наступила гробовая тишина.
Мы с Лили аккуратно вышли наружу через огромную обгоревшую дыру, оставшуюся на месте стены. Пламя полностью исчезло, оставив после себя лишь мертвую тишину. Перед нашими глазами предстала ужасающая картина: главное здание боевых казарм было уничтожено подчистую. Из дымящихся руин густым облаком повалил тошнотворный, едкий запах трупного пепла.
Я тут же инстинктивно закрыл Лили собой, преграждая ей обзор, чтобы она не видела этого кошмара. Но скрыть масштабы катастрофы было невозможно. Повсюду лежали горы обрубков и мертвецов. Хуже всего было то, что среди них оставалось множество живых мертвецов — людей, которых это проклятое пламя убивало мучительно медленно. Кого-то оно испепелило мгновенно, а этим несчастным не повезло: они корчились на земле, заживо сгорая от страшных химических ожогов и истошно хрипя.
Сила этой стихии пугала до дрожи. Даже генерал второго класса, обладавший колоссальной мощью, не смог пережить удар и погиб в этих руинах. Понимая всю чудовищность произошедшего, я судорожно оглядывался по сторонам. В голове стучала одна и та же мысль: где сейчас Орион? Пострадал ли он от этого пламени,
— Убей... Убей меня... — со всех сторон доносились истошные, захлебывающиеся хрипы несчастных, заживо сгоравших от ожогов.
У Лили подкосились ноги. Я аккуратно посадил ее на обгоревший обломок камня, который еще несколько минут назад служил декоративным вазоном для прекрасной сакуры. Теперь от дерева остался лишь серый, безжизненный пепел.
Обнажив клинок, я подошел к одному из хрипящих солдат, чтобы прекратить его мучения. Мои пальцы судорожно сжали рукоять. Я замахнулся, но замер. Рука задрожала. Я просто не смог опустить лезвие. Даже так, ради милосердия, ради помощи — я оказался неспособен убить человека. Клинок со звоном выпал из моих ослабевших рук.
Внутри меня разверзлась бездна отчаяния и злости на самого себя. Чем я вообще отличаюсь от этой проклятой знати, если в решающий момент трусливо пасую перед чужой болью? И почему, черт возьми, это праведное пламя не забрало меня вместе со всеми? Почему оно пощадило такого слабака?
В этот момент из клубов серого дыма вынырнули генералы первого и третьего классов. Они тяжело дышали, их доспехи были покрыты копотью, а глаза лихорадочно искали младшую принцессу.
— Госпожа принцесса! — выкрикнул первый класс, бросаясь к ней. — Слава богам, вы живы! Мы должны немедленно эвакуировать вас в ту часть замка, куда еще не добралось пламя! Уходим!
Лили даже не шелохнулась. Она медленно подняла голову и посмотрела на высокопоставленных военных как на умалишенных.
— Ты что, тупой? — сухо и без капли уважения отрезала она, указывая пальцем на офицера. — Посмотри вокруг. Генерал пятого класса Вергилий уже все исправил. Это пламя невозможно потушить обычной магией, но его здесь больше нет.
Генералы опешили от такой дерзости, но все же послушно огляделись по сторонам. Они замерли, не веря собственным глазам. На месте сожженных казарм действительно не осталось ни единой зеленой искры. Только дымящиеся руины, пепел и мы с Лили посреди этого выжженного кладбища.
— Я должен стоять там, — тихо сказал я, провожая взглядом бесконечные, скорбные ряды выстроившихся генералов и их солдат.
Прямо сейчас на главной площади проходила церемония прощания с теми, кто погиб в том кошмаре. Зеленое пламя нанесло королевству сокрушительный удар — пострадало около тридцати девяти процентов всей стражи замка. Но самым страшным моментом для всей армии стала гибель второго класса. Все четыре генерала второго класса, находившиеся в казармах, были полностью уничтожены этой беспощадной стихией.
Вопреки своим убеждениям, я стоял в ряду ненавистной мне знати, прямо рядом с Лили. Ей сейчас нужно было успокоиться и почувствовать хоть какую-то опору. Ее жених также стал жертвой этого проклятого пламени. Хоть сама мысль о замужестве и была Лили противна, как человек ее несостоявшийся муж был очень хорошим.
Остальная королевская семья вела себя как обычно. Кристина даже не удостоилась прийти, чтобы проводить в последний путь погибших солдат. А старший брат Лили, который всегда вел себя как высокомерный, напыщенный павлин, искренне скорбел по павшим. На самом деле он был хорошим парнем, просто совершенно не умел правильно вести себя на людях из-за своего статуса.
Из-за слов Лили остановку зеленого пламени официально присудили мне. И поскольку весь второй класс генералов был полностью уничтожен, а короне срочно требовалось закрыть брешь в командовании, меня в этот же день назначили генералом второго класса.