Мы вошли на территорию Чёрного рынка. Вокруг всё стало более минималистическим. Никаких больше открытых лавок с запрещёнными веществами — помнится, Сайлент говорила мне про какие-то наркотики, которые здесь раньше продавали прямо из-под полы, но теперь всё стало куда аккуратнее и без дураков. Теперь тут на входе тоже требуют паспорт.
Лили, видимо, тоже забрала Чёрный рынок под себя. Но в отличие от других правителей, которые либо работали с ним заодно, либо просто игнорировали его существование, Лили решила полностью подчинить это подполье своей воле. И она смогла.
Потому что даже в самом центре рынка теперь высилась огромная, монументальная статуя с весами. Скульптура Лили, где она хладнокровно держит эти самые весы, наглядно показывая каждому вору и работорговцу, кто теперь диктует законы в этой грязной изнанке Континента Дракона.
Хотя за фасадом этого порядка всё равно осталась куча безработных, которые за услуги интимного и других планов просят жалкие деньги. Прямо у подножия монумента сидел мужчина, который позволяет отрезать от себя кожу за гроши. На его бёдрах и руках уже живого места не было — сплошные кровоточащие полосы и обнажённое мясо, облепленное уличной пылью, но он безумно скалился, выпрашивая у прохожих хоть одну медную монету за право снова вонзить в него нож.
Чуть дальше стояла беременная женщина, которая торгует своим телом. Живого места на ней не было — вся в синяках, пальцы уже без ногтей, сорванных во время какого-то садистского допроса или пьяной драки. Глядя на неё, я понимал: ребёнок в её утробе вряд ли выживет после такого количества побоев и голода, да и этой куртизанке вряд ли нужен лишний балласт. Она просто стояла как неодушевлённый предмет, тупо уставившись в брусчатку пустыми глазами.
Детская работорговля тут тоже присутствовала. Вокруг стояла целая куча стендов с испуганными мальчиками и девочками. Мерзость, у которой ничего не поделать. Малолетних живых игрушек держали прямо в низких железных клетках, где они даже не могли выпрямиться во весь рост. Некоторые из них были загримированы дешёвой побелкой, чтобы скрыть следы истощения и язвы, а на их шеях грубо звенели тяжёлые кандалы, намертво прикрученные к деревянным опорам прилавков.
Рядом, в вонючей подворотне, старый калека выкачивал шприцем костный мозг из избитого, полуживого парня, чтобы тут же за копейки продать его местным алхимикам как сырьё для дешёвых зелий маны. Прямо на глазах у патрулей гвардии торговцы органами лениво выкладывали на ледяные лотки свежие, ещё пульсирующие сосуды, срезанные с тех должников, которые не смогли вовремя заплатить налоги Королеве. Садизм и бизнес здесь слились в один кошмарный узел.
Но Лили изменила саму систему. Раньше раба можно было просто купить на месте за наличные, а теперь для заключения сделки нужен ваш паспорт. Вашу личность тщательно пробивают по базам, стража ищет разрешение от лордов, проверяя каждую печать, и только после этого бюрократического ада вам просто выдают ваш товар. Жёсткое, узаконенное рабство, прикрытое законами о порядке.
Текущая система уничтожила саму суть этого места. Теперь это и не Чёрный рынок вообще, а какой-то стерильный, легализованный концлагерь для человеческих отбросов
Хотя даже обычные, приличные с виду люди теперь открыто ходят сюда толпами.
Ведь истинный монстр всегда сидит внутри каждого из них. В обычной жизни такой человек ведёт себя как успешный, приличный семьянин, образцовый горожанин и верный подданный своей Королевы. Но вся эта напускная мораль держится лишь на страхе. Настоящий, грязный монстр в его душе просто боится вырваться наружу из-за суровых последствий, наказаний и общественного позора. А сейчас, на Чёрном рынке, таких последствий для них больше не существует. Лили создала систему, где за правильную пошлину и паспорт любая гниль становится легальной.
Этот ужасающий день «Вечной ночи» официально стёр и убил Пожирателя Корон. Тот кошмар, устроенный мной в замке, навсегда похоронил моё прежнее имя, заставив всех верить, что я разбился насмерть и моё тело унесла бездна. Но уничтожив моё открытое влияние как главного монстра, этот день «Вечной ночи» пробудил и выпустил на свободу ещё более извращённых, мелких и жутких чудовищ, у которых раньше просто не было легального права голоса.
И теперь эти респектабельные обыватели, прикрываясь новыми указами Королевы, словно голодная ночная саранча, массово слетаются на тусклый свет факелов Чёрного рынка. Они приходят сюда, чтобы абсолютно законно, без страха перед гвардией удовлетворять свою шкурную, скрытую жадность и медленно сжирать тех, кто оказался слабее.
— Орион, ты почему не идешь? — из транса меня вывел глухой, хриплый голос ящера.
— Я просто замешкался, — угрюмо бросил я, выпрямляясь и заставляя себя оторвать взгляд от грязных, покосившихся клеток у дороги.
— Вы застряли на детях-рабах. Вы что, хотите купить одного? — бесцеремонно и простодушно выдал Сизекс своей чешуйчатой пастью, наклонив голову набок.
— Нет. Закрой свой рот, безмозглый ящер, — зло выдохнул я сквозь зубы. Моя паранойя и так была на пределе, а его тупые прямолинейные расспросы посреди патрулируемой площади жгли моё самолюбие.
Я поправил воротник плаща и быстро прошёл мимо, нагло и хладнокровно задев плечом стоявшего на пути охранника. Наёмник лишь зло зыркнул мне вслед, но связываться не стал.
Ящер на секунду замолк, его пустые змеиные глаза несинхронно двинулись, контролируя улицу, и только потом он лениво ответил:
— Я умнее тебя, Орион, дружище.
Мы шли по рынку без чёткой тактической цели. Я был полностью погружён в себя, хмуро глядя по сторонам и наблюдая за тем, как Лили всё узурпировала, превратив былой воровской хаос в стерильную, узаконенную бойню для лордов.
— Тут Сизекс положил свою массивную лапу на моё плечо.
— Эрен, смотри, — негромко прохрипел ящер, указывая когтем вглубь одного из минималистических секторов рынка.
— Я Орион, — резко процедил я, стряхивая его зелёную конечность со своего плеча и смерив спутника ледяным взглядом.
В моих мыслях не было порядка. Я сам, своими руками приказал ему называть себя Эреном, чтобы скрыться на Континенте Дракона. Но то, что этот чешуйчатый тип сейчас послушно назвал меня Эреном, почему-то лишь взбесило моё растоптанное самолюбие. Этот статус кухонного тихони начинал душить моё эго.
Я повернул голову туда, куда он указал. Там, среди серых лавок, была оформлена отдельная, глухая зона.
И над ней висела вывеска с моим прошлым именем: «Пожиратель Корон».
Пожиратель Корон.
Это же я?
Это удивительно», — сказал Сизекс, заходя в зону.
«Идиот», — выдохнул я и пошёл за ним.
Вау, а тут действительно было сделано со вкусом.
Я увидел свою старую леску — нарисованный портрет с Кристиной. Записи моих прошлых приказов из тех времён, когда я ещё был главным тактиком и стратегом дворца. Там лежали даже мои белые волосы и одежда, которую я раньше носил. И абсолютно всё вокруг было выполнено в зелёном стиле.
Это и правда были фанаты тебя.
Но тут, опустив взгляд на лавку, я увидел… Элизабет? Это сразу то, о чём я подумал, заметив маску Солнца. Точно такая же была и у Элизабет. Но посмотрев вниз, я понял, что это не она. Это был он.
Этот человек прямо сейчас давал автографы под моим именем.
Чего? Подождите. Я — Пожиратель Корон, Орион. Я вернулся, и я присягнул на верность Королеве Лили?
Я застыл на месте, переваривая этот бред.
«Ух ты, Эрен. Похоже, тебя решили сделать… и твоё настоящее „я“ теперь видят в виде послушной собачки Королевы», — сказал рептилоид, лениво смотря на этот цирк.
Ну что ж поделать. На удивление, я сам на себя отреагировал абсолютно спокойно.
«Бывает, знаешь. Когда ты популярен, то, конечно, бывают такие пародии. Даже некоторые играют в постельные игры в ролях», — ответил я ему.
Я смотрел на всё это шоу абсолютно спокойно.
Я обошел своего подражателя сзади, высматривая лавки. Мой взгляд зафиксировал маски Солнца, выставленные на продажу. С помощью маскировки — покрова хамелеона — рептилия легко, бесшумно и незаметно украла одну из них прямо из-под носа зевак и передала мне.
— Сейчас будет шоу, — тихо бросил я Сизексу, натягивая украченную вещь на лицо. — Смотри, рептилия. Сейчас ты увидишь, что значит настоящий Пожиратель Корон.
Я бесшумно поднялся на крышу. Подошел к самому краю, и в то же мгновение по всему краю крыши ярким изумрудным пламенем вспыхнул мой яростный зелёный огонь.
Все люди внизу одновременно посмотрели наверх.
— Меня зовут Пожиратель Корон! Орион! Я не погиб! — мой громоподобный голос эхом ударил по площади. — И я не нахожусь в Кровавой империи! Я прямо здесь!
Толпа внизу оцепенела от дикого страха, глядя на силуэт в маске.
— И все мои враги — Королевство, Теократия и Урагий — будут повержены! Я вольный воин! — я жестко ухмыльнулся под прикрытием. — Я — убийца целого рода! И то, что из меня сделали ручной музей, я этого не потерплю!
Я резко спрыгнул вниз, приземлившись прямо к одной из лавок. Мой едкий зелёный огонь мгновенно охватил сувенирные прилавки. Всё вокруг полыхало изумрудным пламенем, а люди в панике бросились врассып.
Я рванулся вперёд и выхватил из огня свою настоящую старую леску.
Мой подражатель забился в животном страхе, пытался уползти по брусчатке. Я нагло наступил ему тяжёлым сапогом прямо на пах, отчего самозванец с диким криком выгнулся дугой. Его тело вжалось в стену. Я намотал леску на руку и нанёс ему удар, а затем намертво перетянул шею петлёй, начав душить со всей силы.
— Давай, умирай... — леденящим шёпотом процедил я в его синеющее лицо. Он судорожно хрипел, пока полностью не обмяк под моей рукой.
Рептилия стояла сзади меня, бдительно осматриваясь по сторонам. Сизекс безжалостно плевался своей ядовитой зелёной слизью в тех, кто смог убежать, убивая их прямо на ходу и запечатывая в коконы. Никакой пощады, мы рубили свидетелей под корень.
— Сегодня начинается новый день. Ведь я вернулся официально, — громко объявил я, глядя на горящие прилавки. — Я больше не остановлюсь, пока все мои враги не будут убиты. И я готов ко всему, Лили.
Я хмуро повернулся к последнему выжившему. Это был парень лет двадцати, который забился в угол и трясся от ужаса. Я решил подчинить его вместе с рептилией, чтобы он пошёл и рассказал кому-то о моём возвращении. Этот испуганный парень разнесёт весть по всему подполью Континента Дракона
Я посмотрел в сторону рептилии. Ящер услышал какой-то звук и использовал маскировку, став невидимым.
Я смотрел, как напуганный парень лет двадцати в панике убегает прочь. Но не успел он скрыться в лабиринтах рынка, как из-за ближайшего угла выбежала группа людей. Посреди них, уверенно шагая вперёд, шла девушка с короткими коричневыми волосами, подстриженными под каре. На ней была белоснежная, идеально отглаженная рубашка и строгий пиджак.
На её губах играла дерзкая, леденящая улыбка. Вокруг полыхали лавки, в воздухе стоял удушливый запах палёного мяса и запекшейся крови, но она даже не повела носом.
— Ты вернулся, Пожиратель Корон, — звонко произнесла она, останавливаясь прямо передо мной и наступая дорогим туфлем в лужу свежей крови, вообще её не замечая. — Я, как главная ведущая Арены Судьбы, пришла пригласить вас на турнир.
Я сузил глаза под украденной маской Солнца. Моё эго взбесилось от такой наглости. Я сделал резкий шаг вперёд, нависая над ней всей своей массой хищника.
— Что, ты смелая? — ледяным тоном процедил я, давя на неё своим высокомерием. — Я ведь могу прямо сейчас тебя убить.
Ведущая даже не вздрогнула. Она лениво поправила манжет пиджака, а затем хладнокровно шагнула ещё ближе, прямо под мой занесённый кулак. В её глазах не было ни капли страха — там горел безумный, фанатичный азарт. Ей было абсолютно плевать на собственную жизнь. Своим действием она наглядно доказывала: для неё не существовало ничего, кроме её шоу. Если ради величайшего зрелища и привлечения легендарной Элиты Солнца ей придётся сдохнуть прямо здесь — она сделает это без секундного колебания. Главное, чтобы шоу состоялось.
Она протянула руку и лениво стряхнула обгоревший кусок чужой плоти с края лавки, усаживаясь прямо на него и закидывая ногу на ногу. Весь этот кровавый хаос вокруг был для неё лишь удачным фоном.
— Мне всё равно, — спокойно отозвалась она, глядя мне прямо в душу. — Если я смогу пригласить на шоу саму Элиту Солнца, легендарного Пожирателя Корон, то моя жизнь определённо стоит того.
Я хмуро окинул её оценивающим взглядом. Вокруг её людей из засады бесшумно контролировал невидимый Сизекс, готовый в любую секунду выплюнуть струю яда, но эта девица продолжала диктовать свои условия самим своим видом. Она жила этим турниром.
— Не боишься?
— Мне нравится твой характер, — с вызовом усмехнулась она, закладывая руки за спину.
— Но почему я вообще должен идти на твой цирк? — хладнокровно спросил я, засунув руки в карманы.
— Ну, там вы можете доказать и показать всему миру, что вы вернулись. Ну, точнее — показать Королевству.
Я промолчал, переваривая её слова. План Лили сделать из меня послушного пса рухнул, а этот турнир — идеальная трибуна, чтобы на пике паники разнести её узурпаторский порядок на глазах у всей толпы. Это был отличный тактический ход.
— Ты умна, — признал я, прищурившись. — Как тебя зовут?
— Зовите меня Ведущая. Просто, — хладнокровно отозвалась она.
— Хорошо, Ведущая. Я пойду на твоё шоу, — согласился я, но мой голос прозвучал как смертный приговор. — Но с одним условием. Я хочу, чтобы за мной лично наблюдала Королева.
Ведущая победно улыбнулась, ни секунды не колеблясь:
— Это можно будет сделать, Орион.