Три Элиты и два брата

Двери лифта открылись.

И сразу трое в тяжелой броне залетели в лифт. Вот же гадость. Три копья ударили прямо мне в корпус.

Я едва успел выставить блок. Металл наконечников уперся в плотную изумрудную ману. Воздух внутри кабины мгновенно стал ледяным. Охрана этажа 2C действовала слаженно. Они пытались намертво зажать меня в угол и пригвоздить к стенке. Пробитая Ивером рука вспыхнула дикой болью, а сломанные ребра хрустнули под давлением их щитов. Но в моих жилах вовсю бурлила восстановленная яркая зеленая энергия. Я до хруста сжал кулаки, готовясь выжечь этих троих ублюдков в упор прямо внутри железной коробки.

Тут голову одного, самого дальнего стражника, насквозь пробила рука в белой рукавице. Из затылка бойца с хрустом вылетел окровавленный кусок кости, и его тело мешком повалилось на железный пол кабины.

Я сразу узнал эти золотые волосы. И эту белую перчатку. Она стояла прямо передо мной, тяжело дыша среди этого хаоса. Элизабет.

Оставшиеся двое охранников в тяжелой броне ошарашенно дернулись, пытаясь развернуть свои ледяные копья назад, в сторону новой угрозы. Но золотая сучка

Она одним движением убила двоих оставшихся стражников, мгновенно раздавив их тяжелую броню и швырнув окровавленные тела на металлический пол лифта.

— Орион, ты решил на каждом континенте проявлять себя как маньяк? — хладнокровно спросила она, вытирая испачканную в багровой крови белую перчатку.

— Эли, где же ты была? — хмуро бросил я в ответ, пытаясь перевести дыхание среди этой груды свежих трупов. Сломанные ребра по-прежнему глухо ныли под темно-синей рубашкой.

— Заткнись, — резко оборвала она, даже не повернув головы. На её золотые волосы падал тусклый свет из коридора этажа 2C. — Я нашла новую Элиту. И она явно тебе не понравится.

— Что? И кто она? Её, вроде, Мара звать? — хмуро спросил я, пытаясь сложить куски пазла в голове.

— Да, звать её Мара, — раздался холодный, леденящий душу голос прямо за спиной Элизабет.

Договорить мы не успели. Из морозного воздуха, прямо позади неё, бесшумно соткалась Всепервородная Зима.

В коридоре этажа 2C мгновенно наступила мертвая, звенящая тишина. Воздух вокруг нас за секунду превратился в лед, заставляя багровую кровь убитых стражников на полу лифта покрыться твердой коркой. Все законы физики обывателей снова покатились к черту. Моя яркая зеленая энергия в каналах испуганно сжалась, а сломанные Ивером ребра под темно-синей рубашкой сковало леденящим спазмом. Давление маны королевы Доминиона намертво прижало меня к стальной стенке кабины, не давая сделать даже вдох. Но Элизабет даже не вздрогнула. Она вообще не боялась Зиму. Эли была сильнее этой уражской правительницы, и леденящая аура не могла причинить ей никакого вреда. Золотая сучка медленно, с полным хладнокровием начала разворачиваться лицом к вошедшей твари.

— Успокойся, Зима, — сказала она ледяным, мертвым голосом.

Я ошарашенно смотрел, как Элизабет медленно, с полным презрением отодвинула Всепервородную королеву Доминиона в сторону своей бледной рукой. Она вообще не чувствовала её давления. Зима была слабее её, и это сейчас шло мне на руку.

— Я понимаю, ты его терпеть не можешь, но он мой избранник, — хладнокровно добавила Эли.

Всепервородная тварь от такого жеста окончательно слетела с катушек. Лишившись своего пафосного величия, Зима начала бешено топать ножками по покрытому ледяной коркой полу коридора этажа 2C. Стены задрожали, а трубы под потолком взвыли от дикого напряжения. Она сорвала голос на истошный, психопатический визг, повторяя одно и то же слово прямо нам в лица:

— СДОХНИ! СДОХНИ! СДОХНИ!

«Избранник…» — хмуро повторил я про себя в мыслях слова Эли.

Что за бред? С каких это пор я вообще стал её избранником?

Пока Зима билась в истерике и топала ножками, завывая своё «Сдохни!», я сделал жесткий шаг вперед. На пару слов я подошел вплотную к Элизабет. Она тут же сделала шаг назад, пытаясь удержать дистанцию.

— Точно, хватит отходить, Элизабет. Не подходи близко... Ты мужчина, — нервно, сбивчиво пробормотала она, но при этом закрестила руки, закрыла глаза и вопреки собственным словам подошла ко мне еще ближе.

Я лишь злобно усмехнулся про себя. Какого чёрта здесь вообще происходит? Пока я тут жопу рвал ради выживания, пробивался сквозь горы трупов, лез по тесной вентиляции и подыхал под ледяными кулаками Ивера, эта девка сделала меня своим избранником. Давно ли?

— Орион, так нужно, чтобы Зима тебя прямо сейчас не прикончила, — тихо, сквозь зубы процедила Эли, не открывая глаз. — Ты ранил её сына Хафтора, убил её драконов, её любимых зверушек. Ты психопат, что ли?

— Всё ради Вергилия, — глухо выплюнул я, мгновенно разрывая этот нелепый тактический клинч.

Я резко отстранился от Элизабет, наплевав на весь её выдуманный блеф про избранников. На дальнем видении у меня была только одна цель. Я швырнул своё тело вперёд, рванув прямо мимо беснующейся и топающей ножками Зимы. Королева Доминиона от такой наглости даже не успела выкинуть встречное заклинание. Я бежал дальше по светлому коридору этажа 2C, пролетая мимо массивных дверей, пока мой взгляд намертво не зацепился за фигуру впереди. Я шёл на таран, пробиваясь к скрытому узлу, как вдруг заметил сидящую у стены девчонку с яркими синими волосами.

И тут изумрудная энергия внутри моих каналов наконец-то отозвалась. Бешеный, дикий гул ментального Разума маны шквалом взорвался в моей голове, заставив меня застыть на месте как вкопанного.

«ОРИОН, ЭТО ОНА!» — громоподобно зарычал Разум силы, выкручивая мою паранойю на максимум.

Я остановился, тяжело дыша и не веря собственным глазам. Передо мной, сжавшись в комок в холодном углу коридора, сидела та самая скорбевшая девушка с синими волосами. На её хрупком теле была надета тёмно-синяя рубашка, точь-в-точь как моя новая шмотка из магазина обывателей, а сверху на плечи была накинута чистая белая накидка с выбитыми на ней странными узорами. Та самая Мара. Новая Элита,

— Ты Мара? — хмуро спросил я, глядя сверху вниз на синеволосую девку.

— Ты кто такой? — она резко подняла свои колени ближе к лицу, уставившись на меня полными слез глазами. — Ты кто такой?! Ублюдок, что тебе надо?!

— Что я тебе сделал? — хладнокровно процедил я, но договорить не успел.

Зима догнала меня. Старуха вылетела из-за поворота коридора этажа 2C, тяжело дыша от ярости. Её ледяная мана снова загремела в воздухе, готовая превратить мою шкуру в пепел.

— Ты… Ты, чёртов Пожиратель! — истошно взвыла Всепервородная тварь, указывая на меня своим скрюченным пальцем. — Ты пальцем не коснёшься Вергилия, ты, уродец! Что ты вообще себе позволяешь?! Хафтор — это мой сын! А ты его ранил, ты убил моих любимых зверушек-драконов! Ты убийца!

Мара в этот момент громко охнула, испуганно вжавшись в стальную стенку коридора.

— Что?! Как ты можешь говорить такое про меня?! — сорвался я на ответный крик, полностью теряя контроль над своим высерным языком. — Я тебя саму сейчас разъебу на тысячу кусков, старая карга! Это мой Вергилий! Мой названый брат!

— Мой Вергилий! — внезапно истошно закричала Зима, перебивая мой ор своими психопатическими ледяными догмами.

Мара, сидя прямо на полу между нами, просто начала горько, навзрыд плакать, закрыв лицо руками в своей белой накидке с узорами. Но нам с Зимой было абсолютно похер на её сопли. Мы полностью проигнорировали её слезы, намертво зафиксировав взгляды друг на друге перед финальным, смертельным клинчем.

— Я ещё молчу про то, что ты заставляешь спаривать девушек с драконами ради выведения нового вида, — хмуро выплюнул я, глядя прямо в глаза старухе. — Ты ведьма.

Зима от этих слов на секунду оцепенела. Её лицо перекосило от бешенства.

— Ты… ты, ублюдок! Откуда ты это знаешь?! — истошно завыла она, захлебываясь собственной ледяной маной. — Я убью тебя!

Она уже собиралась броситься на меня, но в этот момент к нам медленно подошла Элизабет. Я сразу узнал это выражение лица. Точно такое же было тогда, в Кровавой империи, когда мы впервые встретились с ней. Это было лицо безжалостного, чистого психопата, готового крушить всё на своём пути.

Эли без лишних высерных разговоров с размаху ударила Зиму по голове. Удар был такой силы, что королева Доминиона отлетела в сторону, ломая ледяную корку на стенах. Сразу после этого Эли шагнула ко мне и со всей дури вдарила мне кулаком прямо в живот.

От этого мощного удара я швырком отлетел назад, ловя дикий болевой шок. Из моих сломанных Ивером рёбер чуть не полезли кости, а в глазах на секунду наглухо потемнело. Какого чёрта она творит?!

Элизабет даже не посмотрела в мою сторону. Она повернулась к плачущей на полу синеволосой девке.

— Мара, вставай, — хладнокровно приказала она.

И Мара мгновенно встала. На чистом страхе, испуганно выпрямившись перед Эли как по струнке.

с— Вы в перемирии. Никаких «убью» и так далее. Мара, ты присмотришь за ними, — холодно отрезала Элизабет, переводя тяжелый взгляд с меня на поверженную королеву.

Она развернулась и пошла вперед по коридору. Зима медленно встала с пола, держась за ушибленное место на голове. Я отчетливо видел дикую ярость в ее глазах, направленную на Элизабет, но говорить старуха ничего не стала. Слишком силен был страх перед чужой физической мощью.

Я поднялся, превозмогая тупую боль в разбитых ребрах, и мы молча пошли за Элизабет. Я хмуро оглядывался по сторонам. Я не знал этой части здания, я был тут впервые. Весь этот этаж 2C оставался для меня глухим белым пятном, но сейчас меня интересовало другое. На ходу я начал прагматично присматриваться к новой Элите, которая испуганно семенила рядом.

— Эй, ты, Мара, — хмуро позвал я, поравнявшись с синеволосой девкой. — Да, прости, если показал себя мудаком там, у лифта.

Она даже не повернула головы. Мара шла дальше, полностью игнорируя мои слова и уставившись в пол своей узорчатой белой накидки.

— Ты меня слышишь? Ты что, игнорируешь меня? — процедил я сквозь зубы.

Мара резко остановилась, и её лицо исказилось от высокомерия.

— Что? Ты что-то сказал мне?! — истерично взвизгнула она, растеряв всю свою недавнюю скорбь. — Знаешь что?! Ты должен к такой богине, как я, относиться более уважительно, жалкий червь!

Я лишь презрительно фыркнул ей в лицо.

— Эй, я ведь, как и ты, Элита, — спокойно напомнил я, сделав шаг в упор. — И я могу просто убить тебя. Ты мне особо-то не нужна, так что закрой свой высерный язык.

Она мгновенно поменялась в лице. Весь пафос слетел с нее, уступая место дикому, животному испугу.

— Ты… ты ублюдок! Нет, не трогай меня! Ты плохой! — запричитала девка, снова официально начиная хныкать и закрывать лицо руками.

Я окончательно понял, что эту бесполезную истеричку слушать больше нет никакого смысла. Обычная трусливая плакса. Я прибавил ход, поравнялся с Элизабет и пошел строго с её шагом.

— Эли, знаешь… А ты уверена, что Мара — это действительно третья Элита? — тихо спросил я, косясь на идущую сзади синеволосую девчонку.

Элизабет даже не замедлила шаг. Она лишь повернула ко мне свою золотую голову и смерила меня уничтожающим взглядом.

— Ты считать, что ли, не умеешь? — сухо бросила она. — Может, тогда на корабле ты тоже ошибся, когда шёл подсчёт годов? Мара — третья. Без вариантов.

— Нет, знаешь… — я хищно улыбнулся, облизывая сухие губы и вспоминая Луку. — Я встретил еще одну Элиту.

— Бред, — хмуро бросила Эли, глядя вперед и даже не замедляя свой шаг по коридору.

— Я тут подумал, Эли. Ты ведь всего два раза устраивала поиски. А ты не задумывалась о существовании тихих Элит? — хмуро ответил я, поравнявшись с ней. — Я нашел того Луку, он так себя называет. И он странный.

Она промолчала, продолжая уверенно идти вперед по белому коридору, но я шкурой чувствовал, как ее плечи едва заметно напряглись под моим тяжелым взглядом.

— Он чем-то похож на меня, — сухо добавил я, облизывая сухие губы.

Элизабет резко замедлила шаг, её золотая голова слегка повернулась в мою сторону. Глаза сузились.

— Ты хочешь сказать, что Элит четыре? Или, возможно, больше, Орион? — тихо, сквозь зубы процедила она, переваривая эту информацию.

Ответить я не успел. В этот самый миг коридор этажа 2C закончился, и мы вплотную дошли до огромных, массивных дверей тронного зала Цитадели. Моё сердце на секунду бешено ойкнуло в груди, а пальцы в карманах брюк मертвой хваткой сжали ткань. Зеленая энергия в каналах замерла.

Элизабет без лишних слов протянула руку и с тяжелым скрипом открыла двойные двери.

Я вошел в тронный зал вслед за ней. Внутри все было забито до отказа. Здесь собралась огромная, шумная куча народу — я так понимаю, это были многочисленные внуки и дети Зимы, пришедшие со всех концов Доминиона Урагия. Обыватели и знать шныряли повсюду, грея воздух своими речами.

— У неё день рождения, — лениво сказала Эли.

Она слегка кивнула головой вправо, указывая на идущую прямо рядом с ней, по правую сторону, Всепервородную Зиму. Королева Доминиона величественно и хмуро шагала вместе с нами, а прямо от нее во все стороны расходились слуги и многочисленные родственники, в страхе выстраиваясь по струнке.

Но мне было абсолютно насрать на Зиму и её праздник. Мой взгляд пробил толпу и намертво застыл в самом центре помещения.

Я увидел его.

Он стоял посреди тронного зала и что-то увлеченно обсуждал с местными обывателями. Он всё-таки решил убрать свои черные волосы, как он и говорил. Теперь у него были его натуральные белые волосы. Они были растрепаны на его голове, придавая ему совершенно иной, незнакомый вид. На нём было надето совсем не то, что он обычно носил в путешествиях. Вместо походного тряпья на его теле красовалась яркая красная рубашка с идеально завязанным черным галстуком.

Но это лицо невозможно было перепутать ни с кем в этой проклятой бездне.

Вергилий. Мы наконец-то встретились.