— Я шла со стариком и с этой девушкой, но я сразу заметила, что Орион пропал.
Я резко повернула голову назад и увидела, что этот огромный красноволосый великан перегородил ему дорогу своей массивной ручищей. Сердце бешено заколотилось, а потрёпанный жёлтый фрак показался ледяным от нахлынувшего страха. Я попыталась рвануться назад и пройти к Ориону, но наш ледяной конвоир мгновенно выставил руку, перекрывая мне путь своим прозрачным доспехом.
— Он пойдёт другим путём, — леденящим тоном отрезал рыцарь Доминиона, и из прорезей его шлема со свистом вырвался морозный пар. — Его надо продезинфицировать, как и того мужика. Мама не любит, когда её гости в день рождения появляются в лохмотьях.
Я посмотрела на него с презрением, но послушно отвернулась. Раньше, по-моему, я бы просто лишила его головы, но сейчас этого не хотелось. Эта букашка недостойна такого. Так прокомментировала я это про себя, чувствуя, как внутри ворочается холодное величие Леди Солнца.
Тут старик Зивер Флинт ухмыльнулся, забавно подёргивая своими «зверь-ушами», и начал говорить:
— Похоже, мне повезло оказаться наедине с двумя такими красавицами!
— Господи… — брезгливо и утомлённо процедила пепельноволосая Лита, даже не взглянув на деда и продолжая судорожно сжимать руку в кармане брюк.
Пока я мысленно проигнорировала его дурацкий комментарий, мы вышли во внутренний двор, где нас уже ждали другие сани Доминиона. Наш ледяной конвоир указал массивной рукой в перчатке, чтобы мы на них сели. Сам он неожиданно протянул руку и снял свой прозрачный шлем. Под доспехом обнаружились короткие рваные красные волосы и грубое лицо с недельной щетиной. Конвоир шумно выдохнул, и этот красноволосый солдат сел в сани вместе с нами, готовый везти нас дальше к цитадели Всепервородной Зимы.
Спустя минут двадцать мы приехали, и я снова оказалась здесь. Как же давно меня тут не было… Лет двадцать, наверное, с последнего раза. Тогда я посмеялась над Зимой за её рост, но теперь мне было совершенно не до смеха. Моё желание сейчас — это сначала найти новую Элиту, а потом поискать здесь своих родителей.
Я первая вышла из саней и сразу пошла внутрь замка.
— А здесь чуть всё… — тихо буркнула я, оглядывая холодные стены Доминиона.
Зима… Я шагала по первому этажу, пока за мной послушно топали эти трое — дед Зивер, пепельноволосая Лита и наш красноволосый конвоир без шлема. Потом мы открыли массивные двери и вошли дальше. Я посмотрела на лабораторию. Сейчас везде висели праздничные плакаты с изображением Зимы и официальные поздравления в её адрес. А вот дети, которые раньше сидели тут без еды и воды на медицинских кушетках… Их стало значительно меньше.
В моей голове сразу закрутились грязные, тяжёлые догадки. Либо Зима реально решила сжалиться над ними, либо оставшихся детей просто массово отправили на опыты в застенки Доминиона. Рядом стоял один из местных учёных в стерильном халате и внимательно записывал на камеру видео, где исхудавшие дети хором поздравляли Всепервородную Зиму с днём рождения. На плакатах горела круглая цифра. С 133-летием. Значит, сейчас ей уже сто тридцать три года. Я ошибалась насчёт её возраста на целых тринадцать лет, думая, что ей всего сто двадцать.
— И где Орион, уже чёрт? — резко спросила я, с презрением обернувшись к нашему красноволосому рыцарю.
Внутри меня всё кипело. Я не знала, как сейчас пойдёт его встреча с тем массивным мужиком в белой броне, и что эта двухметровая гора доспехов делает с Орионом на его отдельной тропе дезинфекции.
— Ладно, пошлите на встречу с этой малолеткой, — раздражённо бросила я деду и Лите, шагая в сторону прохода.
— Не говори так о Маме, — леденящим тоном оборвал меня конвоир Доминиона, и его лицо со щетиной злобно перекосило.
— Да мы с ней подружки лучшие, — с глубоким, ядовитым раздражением ответила я, смерив солдата презрительным взглядом.
Мы наконец дошли до конца этой фальшивой праздничной лаборатории, где исхудавшие дети на камеру поздравляли её со 133-летием. Свинцовые двери с шипением разъехались, и мы все вместе поднялись на лифте в верхнюю часть сказочного замка, залитую глубокими голубыми цветами.
Рыцарь открыл двери в главный тронный зал. Я первая вошла внутрь, и мне сразу же бросился в глаза большой плакат на левой стенке, изображающий Зиму с потерянной целью, где утверждалось, что она всесильна.
Сама Зима стояла в глубине зала и говорила с каким-то мужчиной с белыми волосами. Его волосы были мокрыми.
— Да, здравствуйте, подружка, не виделись кучу лет! А ты съеби, это будет по-дружески, — ядовито бросила я, укусив губу. — Леди Солнца пришла.
— Он никуда не пойдёт, это мой мужчина. Его зовут Вергилий, — холодно и гордо ответила Зима.
— Да, здравствуйте, Леди Солнца, — произнёс этот беловолосый.
Я посмотрела на него, а он на меня. Его взгляд был наполнен явным презрением в мой адрес.
— Так что, Леди Солнышко, даже у меня уже есть муж, а у тебя нет! Или ты хочешь быть со своим Пожирателем корон? — с издевкой добавила Зима.
— Орион тоже здесь? — я услышала внезапный вопрос от Верга.
«Вергилий… имя… белые волосы… знает Ориона?» — пронеслось у меня в мыслях, заставив шкуру покрыться мурашками.
— Ты брат Ориона? — резко спросила я, делая шаг вперёд.
От моего вопроса Зима буквально зависла на месте, захлопав своими голубыми глазами.
Я очнулся.
Я находился в глухом, чёрном пространстве. Как же дико раскалывалась и болела голова после того чудовищного удара ледяным молотом по черепу. Но внезапно этот мрак расступился, и посреди черноты я увидел её. Красные волосы, идеальное, безупречное тело, зеркало…
Она стояла ко мне спиной. Как всегда прекрасна.
— Кристина… — сорвалось с моих губ.
Она медленно повернулась ко мне. Её безумная, манящая ухмылка заставила кровь застыть в жилах.
— Ориончик, ты здесь? — ласково произнесла она.
Когда она сказала это «Ориончик», у меня буквально башню сорвало от нахлынувших чувств. Господи, как же я давно этого не слышал!
— Давно не виделись. Зачем пришёл, Ориончик? — повторила она, в упор разглядывая меня своим диким, хищным взглядом.
— Я не знаю… Я был в Урагии, а теперь я, похоже, умер, — растерянно выдохнул я, пытаясь дотянуться до её красных прядей.
— Нет, ты не умер, — её лицо мгновенно исказилось от ярости, а голос превратился в леденящий шипящий шквал. — Ты же ебанутый псих! Оставил сына без матери, убив меня!
— Нет! Ты умерла сама! Ты сама… — в ужасе закричал я, хватаясь за голову.
И в этот же миг мир вокруг просто поменялся. Иллюзия лопнула, и я оказался посреди полуразрушенного, грязного замка. Повсюду вокруг меня, прямо рядом с обломками каменных стен и разбитых колонн, текла и зловеще бурлила настоящая кровь.
— А передо мной не хочешь извиниться? — раздался другой, леденящий девичий голос.
Я резко обернулся и увидел, как из багрового тумана соткался ещё один призрак. Элигия. Она стояла прямо в луже крови, её бледное мёртвое лицо кривилось от ненависти.
— Это ты… — прохрипел я, пятясь назад.
— Да! Как же жестоко ты задушил меня, психопат! — выплюнула Элигия, и её призрачные пальцы потянулись к моей шее.
Мир вокруг меня снова дико крутанулся, взрывая мысли полным хаосом.
— Нет, я упал вниз, а потом меня подняли. Это был Вергилий, — пробился сквозь пелену бреда глухой, смутно знакомый мужской голос из прошлого. — Брат, ты пиздец как меня разочаровал.
— Нет! — закричал я, отбиваясь от нахлынувших кошмаров, и вновь упал в эту чёрную бездну.
В этой темноте развернулось быстрое действие. Я падал вниз за законами этого мира, судорожно прося прощения, но в этот раз меня спасла Эли. Она схватила меня.
— Эли!
— Ебаный урод!
— Вставай! — этот крик уже намертво продублировался над самым моим ухом в реальном мире, вышибая меня из бреда.
Я резко открыл глаза. Тьма, Кристина, Элигия и кошмар падения мгновенно испарились. Я очнулся на плече Хафтора. Этот огромный двухметровый великан в белой броне лениво тащил мою тушу на себе, шлёпая тяжёлыми коваными сапогами по песку арены. Видимо, прошло всего около пятидесяти секунд, пока я был в полной отключке после его страшного удара ледяным молотом по черепу. Голова раскалывалась просто адски, в черепе стучало, а перед глазами всё ещё плыли кровавые круги.
Я напряг руку, и Хафтор сразу это заметил. Я активировал зелёное пламя своей энергии. Он начал гореть, но быстро потушил себя, облепив своё тело кристаллами льда. Я отпрыгнул в сторону и попытался разбить трибуны колизея, чтобы обрушить на него камни.
— Бесполезно, это лёд Зимы, ты его не сломаешь! — крикнул он мне вслед. — Даже всем моим сыновьям не под силу это.
— Значит, твои сыновья слабы, — отрезал я.
Поняв, что этот проклятый лёд мне напролом не взять, я мгновенно сменил тактику. Я использовал свои энерго-веревки, зацепился за выступы и быстро поднялся повыше к обычной кирпичной стене колизея. Собрав все силы, я мощным ударом намертво сломал эту кирпичную кладку, обрушив тонны тяжёлых обломков прямо на голову гиганта.
Хафтор не собирался бежать. Он прекрасно знал, что я приду в себя и продолжу бой. Из-под завала кирпичей я выскочил обратно в центр арены, уже крепко сжимая в руке багровый меч Скарлет, который успел перехватить со стола.
— Ну давай, покажи мне, что ты умеешь! — крикнул я, бросаясь в ближний бой.
Это было глупо, но я должен был попробовать. Он пошёл на меня напролом, протыкая воздух своим тяжёлым молотом. Я мгновенно поставил щит, отражая его чудовищный удар мечом Скарлет. Сразу после этого я почувствовал, как из моей вены буквально ушла кровь — она хлынула прямо на лезвие, и из него вылетела какая-то новая атака из крови. Что-то вроде острого жала из крови.
Кровавое жало с силой ударило Хафтора прямо по руке, и его уражская броня пробилась. Отлично! Я заблокировал его меч встречным ударом молота и клинка, но великан оказался сильнее — он навалился всей тушей и намертво прижал меня к земле. Я из последних сил сопротивлялся ему, лёжа на песке. Заметив просвет, я резко рванул из-под него и смог зайти ему за спину.
Но Хафтор среагировал мгновенно. Он с размаху ударил своим мечом по земле, и целая куча молний с треском ударила прямо в меня. Меня дико затрясло от разрядов электричества, а затем, воспользовавшись моим замешательством, он с рёвом обрушил свой молот мне в грудь. Я вновь отлетел, теряя равновесие, но смог зависнуть в воздухе прямо над ним. На чистых рефлексах я мгновенно выпустил два мощных заклинания разрыва ветра, но Хафтор просто заблокировал их, поглощая всю энергию своим ледяным оружием.
— Я покажу тебе причину твоего поражения, — сквозь зубы процедил я, начиная бешено концентрироваться в воздухе.
Я наконец окончательно понял, что моя внутренняя энергия безгранична — главное просто чётко представить нужный образ в своём сознании.
— НУ ДАВАЙ, ПОКАЖИ МНЕ ПОЖИРАТЕЛЯ КОРОН! — оглушительно крикнул Хафтор, вскидывая оружие.
В этот же миг в ушах будто прозвучал невидимый гонг, и началась настоящая, грязная бойня на истощение. Великан побежал прямо на меня, выпуская жуткое жёлтое облако из своего ледяного молота. Я мгновенно телепортировался ему за спину. Но это была чистая обманная тактика для отвода глаз — я прекрасно знал, что Хафтор ждёт этого маневра. Я резко уклонился от его встречного замаха и с размаху ударил мечом Скарлет прямо по его щеке, оставляя глубокий кровавый порез.
«Значит, меня ещё и бафает собственная регенерация», — мысленно ухмыльнулся я, чувствуя, как раны от молний на теле стремительно затягиваются.
Я снова сконцентрировал всю свою ядовито-зелёную энергию, яростно представляя в мыслях очертания человека. И в этот же момент передо мной материализовался мой собственный энерго-клон, полностью, целиком зелёный.
— Это удивительно! — громогласно выкрикнул громила, но договорить не успел.
Мой зелёный двойник тут же рванул вперёд и намертво заблокировал все его встречные атаки. Теперь мы вдвоём яростно били его с двух сторон. Хафтор пытался уклоняться от всех наших ударов, но большинство моих выпадов шквалом проходило сквозь его защиту. Я бил его всем, что у меня было: багровым мечом, кулаками, энерго-клинками, превращая арену в сумасшедший конвейер из боли.
Потом Хафтор просто не выдержал этого натиска. Великан взревел, и от его тела во все стороны разошлась жуткая взрывная волна. Мой энерго-клон мгновенно лопнул и пропал, а я получил чудовищный удар прямо в грудь. Меня отбросило назад. На чистых рефлексах я полностью нивелировал всю силу этого удара, поймав баланс низким полётом над песком, и шквалом выстрелил по нему лазерами из глаз. Хафтор прыгнул на меня, собираясь наотмашь ударить ледяным мечом и молотом. Я только этого и ждал. Я резко оттолкнулся ногами от кирпичной стены колизея и на всей скорости полетел прямо на него, намертво схватив великана в охапку и снова покрывая его тело зелёным пламенем. Он вновь попытался взорвать себя льдом, чтобы сбросить меня. Я вовремя отпустил его тушу и резким, сокрушительным ударом ноги сверху вниз отправил эту двухметровую гору мяса прямо на дно колизея. Хафтор с грохотом рухнул спиной на песок, ломая свои ледяные доспехи.
Под поднявшимся облаком пыли не было видно ровным счётом ничего. Но тут внезапно этот луч молнии со всей дури ударил прямо в меня. От мощнейшего шокового разряда я потерял равновесие и тяжело упал на песок арены. Как же дико болит всё тело… Хафтор коршуном побежал на меня, пользуясь моим ступором. Громила навалился сверху, железной хваткой беря меня за голову, вдавливая затылок в землю, и с хрустом проткнул меня ледяным клинком насквозь.
Боль была адская, но я зарычал и мёртвой хваткой зажал его клинок руками прямо внутри своей раны, не давая ему вытащить лезвие обратно. А затем я через него вновь обрушил на него всю мощь своего зелёного пламени. Энергия шквалом ударила в Хафтора, снова заставив его тушить этот огонь и облепляться кристаллами льда. Пользуясь моментом, я разорвал дистанцию и телепортировался на самый верх, зависнув под каменным сводом.
Пока я летал под потолком и ждал, зажатая энергия внутри меня внезапно подала безмолвный голос, предупредив меня:
— У нас осталось не так много энергии. Маны ещё достаточно всего на три заклинания.
Я тяжело упал обратно на землю, и в ту же секунду Хафтор пулей бросился ко мне напролом. Но перед самым столкновением я успел среагировать — выстрелил в него одной каменной пулей и точным мимолётным щелчком развеял её прямо перед его носом, создавая плотное облако пыли, чтобы напрочь закрыть ему обзор. Сразу после этого я использовал первое заклинание разрыва ветра назад, совершая очень длинный, стремительный подкат под этой серой завесой. Уйдя с линии удара ослеплённого великана, я мгновенно применил ещё один разрыв ветра, направив его шквалом по земле: мощный воздушный поток подрезал гиганту ноги и намертво выбил его из колеи.
Но Хафтор даже в падении умудрился перегруппироваться. Я со всей силы влетел в него, давая ему мощнейший апперкот прямо в челюсть, а потом влетел, нанося целую кучу яростных ударов по его доспеху. Но великан выдержал этот штурм. Контратакой он в воздухе поймал мою руку, заблокировав движение. Хафтор резко нанёс мне три тяжёлых удара кулаком в лицо, а потом со всего размаху сокрушительно ударил меня молотом прямо в живот. Этот удар с морозным эффектом и ледяным приношением прошил меня насквозь. Это было чертовски, просто невероятно больно.
— И это всё? И где же тот Пожиратель корон, о котором мне говорили? — громогласно выкрикнул Хафтор, и его грубый бас эхом разнёсся по скрытому колизею Доминиона.
Великан мёртвой хваткой схватил меня, вдавливая ледяной молот глубже. Я шкурой почувствовал, как всё моё тело буквально замораживается изнутри. Чёрт, как же больно! От этого морозного приношения я уже не мог нормально двигать ногами — холод сковал мои вены. Терять было нечего, и на остатках сил я выплеснул ядовито-зелёную энергию прямо через глаза. Сплошной концентрированный поток обжигал мои собственные глаза, но это сработало. Как и в ситуации с Паучихой, великан не выдержал такого контроля силы. Гигант с рёвом отпустил меня и схватился руками за лицо.
— Вот он, Пожиратель корон! — прохрипел я сквозь кровавую пену.
Не давая ему опомниться, я пулей влетел прямо в него, ломая его тяжёлое боевое копьё, которым он судорожно пытался защититься. На бешеной, почти сверхскорости я уклонился от его ответного взмаха молотом и нанёс два сокрушительных удара кулаками ему в живот. В то же мгновение я мысленно телепортировал багровый меч Скарлет обратно себе в руку. Поймав идеальный момент, я на ходу пронзил клинком незащищённый живот великана и резко сделал разрушительный разрез крови, заставляя багровую эссенцию Скарлет шквалом брызнуть по всей арене.
Хафтор взревел от ярости и боли. Теряя кровь, он наотмашь ударил меня своим ледяным молотом с жутким эффектом заморозки и молний. Этот чудовищный электрический разряд отправил меня в глубокий нокаут. Великан железной хваткой взял меня за руки и со всей дури швырнул моё тело прямо на каменные трибуны колизея. От этого страшного удара древний лёд и кирпич вокруг меня с треском разлетелись в щепки.
Но я выжил. Очнувшись за долю секунды, я вовремя уклонился от его следующего выпада, пытаясь улететь повыше под своды зала. Хафтор коршуном прыгнул следом, поймал меня за ногу в воздухе и снова с размаху бросил обратно на арену, устремляясь следом со своим ледяным молотом. Я мгновенно телепортировался в сторону. Тяжёлый молот гиганта сокрушительно попал по обледеневшему полу — вековой лёд с грохотом треснул, намертво ломая всю несущую конструкцию колизея.
Я закричал от напряжения и со всей дури выстрелил в него оставшейся энергией. Даже если эта атака полностью опустошит и ослепит меня, мне было плевать. Плотная стена из моей ядовито-зелёной силы шквалом протаранила великана. Хафтор завыл от дикой боли. Я на полной скорости влетел прямо в него и точным ударом отправил его тушу обратно в самый центр арены.
Но даже падая, Хафтор огрызнулся молниеносной контратакой — мощный электрический разряд ударил мне по ногам, заставив меня с хрипом отлететь в сторону на песок. Великан рухнул на колени в центре зала, тяжело дыша. И в этот же миг подкошенная нами ледяная часть архитектуры его матери — огромная, многотонная часть потолка колизея — с оглушительным треском рухнула прямо на него. Хафтор попытался уклониться или удержать эти ледяные глыбы, но обломки каменного свода намертво заблокировали его массивные руки, придавив великана к земле.