— Я проснулся от боли в животе, или я не спал — сказать точно не могу. Мой живот источал целую лужу крови, это красное месиво.
— Элита Солнца… — сказал монстр, вновь подходя ко мне.
— Как же ты бесишь меня, ты, безротый! — прохрипел я сквозь силу.
Монстр встал на четвереньки, как собака, и его кишки стали ходить, давая ему скорости.
— Элита Солнца! — безумно взвыл он из своего утробного рта.
Я попытался подняться, упираясь дрожащими руками в залитый кровью гранит, но сразу в меня на сумасшедшей скорости врезались склизкие кишки-лапы мутанта. Удар был такой силы, что кости затрещали, и меня снова с корнем отбросило назад. Моё разорванное тело с диким грохотом пробило кирпичные стены, швыряя меня насквозь сквозь сломанные, превращённые в крошку кварталы столицы.
Чёрт… пожалуйста… Прекрати… Нахер это всё!
В голове не осталось ни единой мысли о тактике или геройстве. Я убеждать себя не надо — какое, блять, сражаться?! Мне было плевать на Кровавую Империю, плевать на революцию, на всё. Я должен убежать! Только бы выжить! Сбежать, скрыться, уползти, спрятаться на самом дне этого персонального ада! Я, сука, трус, обычный испуганный трус, который хочет просто выжить и спасти свою шкуру!
Глотая пыль и кровь, я снова попытался из последних сил встать на ноги, чтобы рвануть прочь в сторону руин дворца. Но стоило мне приподняться, как вновь его слепая, зубастая кишка со свистом метнулась вперёд и мёртвой хваткой схватила меня за раненую ногу, с силой дёрнув назад. Земля ушла из-под ног, меня протащило по камням и с размаху бросило на землю прямо рядом с ним, к его уродливым четверенькам.
Я закричал от беспомощности и животного ужаса. А прямо надо мной его наглухо склеенный рот на голове вновь начал с треском разрываться по свежим швам. Бледная кожа лопалась в клочья, срывая мясо до кости, и горькая, чёрная кровь хлынула, заливая его рыжую волосатую пасть. И затем, занеся свои пальцы-лезвия, этот ублюдок вновь изрыгнул свой ультразвуковой, режущий женский вопль прямо мне впритык, выжигая остатки моего разума этим оглушительным звуком
Тут сквозь дикий звон в ушах мне послышался знакомый, нарастающий звук заряда лазерной пушки. В ту же секунду яркий, ослепительный жёлтый энергетический луч шпионским росчерком прорезал пылевую завесу и начал яростно выжигать растрескавшиеся камни совсем поблизости со мной. А потом из-за руин полуразрушенной стены показался и сам обладатель этого оружия — выживший гвардеец Империи. С искажённым от ужаса лицом он вскинул тяжёлый ствол и зарядил повторным залпом прямо в нас.
Вспышка ослепила меня. Мощный тепловой импульс прошёл буквально в волоске от моей головы, на какую-то долю секунды промахнувшись мимо меня, и со всей дури попал только в стоящую на четвереньках тварь.
Рыжий мутант взвыл от боли, когда жёлтый луч выжег кусок его изменённой плоти. Но радоваться было рано. Реакция этого порождения «Адама» была запредельной. Прежде чем солдат успел перезарядить лазер, уцелевшие, склизкие ошмётки кишок-отростков мутанта молниеносно вытянулись через всё пепелище, намертво обвили его шею и с сухим, жутким хрустом сломали её. Гвардеец упал замертво,
Склизкие, зубастые кишки мутанта молниеносно переключились с убитого гвардейца обратно на меня и намертво обвили моё тело. Единственное, что я мог сделать в этот момент полного оцепенения, — это на чистых инстинктах самосохранения врубить автономный реген. Раздался жуткий, глухой хруст. Моя шея была сломана. Что за?! В глазах всё мгновенно поплыло, мир перевернулся, но из-за автономной регенерации сознание не угасло.
Вновь и вновь этот ублюдок с дикой силой пытался окончательно сломать мне шею, чтобы оторвать голову. Но вся моя светлая зелёная энергия теперь была направлена в одну точку — она упёрлась, спасая мою жизнь, и из-за этого плотного энергетического барьера он не смог довести дело до конца.
Поняв, что шею не сломать, мутант разъярился. Он вновь со всей дури проткнул меня своими тонкими пальцами-лезвиями прямо в разорванное брюхо и буквально вытащил мои кишки наружу. Тварь начала судорожно, взахлёб вытаскивать их из моего тела, пачкаясь в крови, а из его утробной пасти на животе раздался издевательский, безумный полуженский смех:
— Хи-хи-хи!
И этот кошмар повторялся вновь и вновь, пока я беспомощно хрипел в луже собственной крови
— Сдохни! Сдохни! Сдохни! Сдохни! — бешено верещал ублюдок, продолжая выдирать из меня плоть.
Я попытался разъединить энергию между животом и шеей, чтобы удержать жизнь в обоих местах, но мои кишки были уже снаружи. Такое странное чувство пустоты внутри... В глазах всё темнело. Это как чёрное. И так интересно…
Я смотрел на небо.
— Ангел… — скзаал я хриплым, умирающим голосом сквозь соленую кровь.
Я увидел вверху, в полыхающем небе этого персонального ада, силуэт девушки с огромными крыльями. Но они не были белыми, как в старых сказках — эти крылья были зловещего, чёрно-красного цвета. А затем тварь надо мной дико, истошно завопила от неожиданной боли: путём этого сотни, целые кучи кровавых копей с небес с оглушительным свистом вонзились прямо в его мутировавшее тело, намертво пригвождая рыжего ублюдка к растрескавшейся земле.
А затем черно-красный ангел резко взмахнула своими огромными крыльями, поднимая тучи цементной пыли. В воздухе вокруг её силуэта в ту же секунду соткалась целая куча массивных шаров из чистой крови, бурлящих и пульсирующих. Буквально за долю мгновения багровая жидкость начала менять свою структуру, с треском превращая эти сферы в форму циклопических, бритвенно-острых иголок.
Смертоносный рой завис в небе над полыхающими руинами. Девушка камнем полетела вниз, направляя всё это багровое оружие из крови на пригвождённого к земле монстра .
Но тот даже не думал вырываться или бежать. Начиная с этой секунды, ублюдок полностью забыл обо мне. Я перестал существовать для него. Его главной целью стал этот багровый ангел в небе. Тварь безумно оскалилась своей волосатой окровавленной пастью и на бешеной скорости ринулась прямо в лобовую атаку, устремляясь навстречу
— Ангел… — прохрипел я сорванным, умирающим голосом, захлёбываясь хлынувшей из горла кровью.
Я смотрел на небо, увязая ладонями в грязи, и отполз на несколько метров назад, оставляя за собой широкий, смазанный след на растрескавшихся камнях. Превозмогая дикую тошноту, я буквально голыми руками пытался запихнуть вывалившиеся кишки обратно в себя, в разорванный живот. Моя зелёная энергия пассивно стягивала рваные края плоти, пока я, не мигая, наблюдал за этим безумным воздушным побоищем.
В небесах надо мной парил ангел. Да, чёрт возьми, именно ангел — это слово подходило сюда лучше всего, несмотря на весь кошмар вокруг. Но её крылья не были чистыми или белыми, они были зловещего, чёрно-красного цвета, сотканные из чистой бурлящей крови. И этим ангелом была Скарлет. Она вернулась на поле боя, и, видимо, это её сильнейшая форма, о которой она говорила.
Мутировавший рыжий картограф бесился внизу на своих изломанных четвереньках, но из-за её запредельной скорости он просто физически не мог до неё добраться. Багровый ангел мастерски маневрировал в задымлённом воздухе, легко уходя от его слепых зубастых отростков. А если этот безумный монстр всё же прыгал высоко к ней, её крылья мгновенно становились бритвенно-острыми лезвиями из уплотнённой крови и за долю секунды безжалостно кромсали его мясо в клочья.
Прямо в полёте ангел из летающих багровых шаров создавал новые длинные копья. С оглушительным треском эти пики вонзались сверху вниз, насквозь протыкая монстру нёбо и намертво прибивая его челюсть к земле, начисто не позволяя ублюдку закричать.
Но тогда у меня в голове возник логичный вопрос: откуда, сука, она всё это знает? Скарлет дралась с этим мутантом так уверенно и чётко, будто знала абсолютно все его секреты и тактические уязвимости. Я вспомнил наши прошлые стычки. Когда мы дрались с ней, она при малейшей угрозе предпочитала сразу же отступить, не рискуя шкурой. Неужели в этом и заключалась вся истинная суть Скарлет? Она никогда не лезет на рожон вслепую. Сначала она хладнокровно проанализирует ситуацию, поймёт, есть ли у неё стопроцентный шанс победить, и просто со стороны наблюдает за тем, как дерутся другие. Эта шпионка видела всё от начала до конца и вмешалась в драку именно в самый подходящий, идеальный для себя момент. Но с какого конкретно момента она сидела в засаде?.. Ладно, сейчас было не до этого.
Тварь, задыхаясь от ярости, резко направила свои слепые кишки прямо в небеса, пытаясь сбить её. Скарлет среагировала мгновенно и защитила одну из позиций, отсекая отросток. Но в следующую секунду её собственная кровь подвела её — та вторая, уцелевшая рука мутанта мёртвой хваткой схватила багрового ангела за ногу.
Обычный человек бы погиб, но под действием «Адама» плоть Скарлет подчинялась её воле. Её схваченная нога в ту же секунду буквально стала жидкой лужей крови, легко выскользнув из железных пальцев картографа. Она мгновенно перелилась в воздухе, за секунду вернув себе прежнюю форму, и на бешеной скорости впустила новое острое копьё из крови прямо ему в разорванный живот.
— Тупая сука! — бешено прорычал монстр утробным голосом.
Превозмогая адскую боль от забитых в нёбо пик, он со всей силы закрыл разорванный рот обеими руками, насильно удерживая челюсть, и всё же смог дико закричать. Мощнейшая ультразвуковая волна шквалом ударила по площади, сбивая Скарлет с её чёткой воздушной траектории. Багровый ангел покачнулся — она полностью оцепенела от этого чудовищного звука в упор, теряя контроль над крыльями.
— Санта Муэрте! — безумно выплюнул монстр, утробно искажая незнакомые слова.
Откуда, блять, он вообще знает этот язык?!
В ту же секунду его слепая кишка молниеносно метнулась вверх, намертво захватила Скарлет и с дикой силой отбросила её в сторону руин. Монстр, извиваясь на своих склизких червях-кишках, бешено подбежал к месту её падения, готовый разорвать её в клочья, но там была лишь пустая лужа крови. Скарлет снова обманула его. А потом целых два огромных, массивных земляных кома, полностью пропитанных и сотворённых из чистой крови, с оглушительным рёвом полетели прямо в монстра, со всей дури круша его тело и втаптывая в гранит. Пока его изорванные кишки судорожно пытались сшиться и стянуть раны самостоятельно, сама Скарлет внезапно материализовалась прямо возле меня, тяжело рухнув на колени в пыль.
Её огромные багровые крылья стали заметно меньше, сжимаясь и втягиваясь в спину, а изо всех отверстий на лице — из ноздрей и из ушей — медленно вытекла густая чёрная жижа. Излишки поглощённого «Адама» выжигали её изнутри.
— Ты тупой… Как ты проиграл? — со злостью и хрипом выдохнула она, превозмогая слабость.
Скарлет резко приложила свою окровавленную руку прямо к моему разорванному животу. Поделившись со мной кровью, она начала помогать мне залечить живот. В ту же секунду дышать стало снова невыносимо тяжело, внутри всё буквально налилось свинцом — вываленные кишки под действием её магии стали сами, со скрежетом вздрагивать и втягиваться внутрь, укладываясь обратно в брюшину. Скарлет своими возможностями могла полностью залечить мою рваную рану, и вперемешку с моей собственной зелёной энергией это всё сработало идеально, затягивая кожу прямо на глазах. Всё было хорошо, жизнь возвращалась в моё тело.
— Где вообще эта Леди Солнца?! — в панике кричала Скарлет, оглядывая пепелище.
— Заткнись, не то он услышит! — оборвал её я.
Монстр уже бешено бежал прямо к нам на своих кишках-лапах, скаля волосатую пасть.
— Вы оба мертвецы! — безумно взвыл картограф.
Я из последних сил создал плотный шар зелёной энергии и с размаху кинул его в монстра, попав прямо в рыло. Удар был такой силы, что его челюсть практически отвалилась, удерживаясь лишь на тонком куске кожи, которая медленно рвалась под весом костей.
Ублюдок покачнулся, но тут же со стороны Скарлет прилетели два массивных шара крови точно ему в пасть на животе.
— Ха-ха, слабо! — утробно прохрипел картограф, собираясь проглотить атаку.
Но тут он понял, что эта кровь была необычная. Она была заранее заряжена моей универсальной энергией. Смешавшись, две силы сдетонировали, и мутант начал заживо гореть изнутри зелёно-багровым пламенем!
— Нет, нет, нет, сука, нет! — дико заорал он.
Он начал истошно вопить и в безумии сдирать с себя горящую кожу пальцами-лезвиями, превращая собственное тело в сплошной кусок кровоточащего мяса. Он вяло вывернулся, пытаясь на чистых инстинктах сбежать на изнанку этого ада, но не успел. Нас оглушил чудовищный, пронзительный женский вопль, от которого задрожали кости.
— Да заткнись ты уже! — закричал я, зажимая уши.
И в этот самый миг прямо между нами со Скарлет земля вновь со страшным грохотом раскололась. Новая тектоническая трещина разверзлась, увлекая и отпуская меня ещё ниже, глубоко под землю, в кромешную тьму.
Скарлет наверху попыталась резко встать, чтобы отпрыгнуть от разлома, но прямо над её головой опустилась тень. Гигантская каменная нога марширующего Колосса с глухим, чудовищным звуком опустилась на крышу и намертво раздавила её.
— Скарлет! — истошно закричал я, но её уже намертво раздавила гигантская нога Колосса.
Я попытался встать, но в эту же секунду жуткий крик монстра резко закончился. Рыжий ублюдок коршуном отпрыгнул прямо на меня — буквально вцепившись друг в друга, мы начали стремительно падать в этот разлом, открывшийся от ударов Колосса. Мы летели в бездну. Падая, он содрал кожу с моей шеи своими пальцами-лезвиями. Я мёртвой хваткой схватил его за руки, пока его слепые кишки намертво обвивали моё туловище, сжимая рёбра.
Я до упора напряг лазеры из глаз и начал выстреливать ему прямо в упор. Но лазеры не наносили урона — его плоть под действием «Адама» мгновенно адаптировалась к моей энергии. Но к этому он точно не был готов. Мутант вновь раскрыл свой разорванный рот на голове, и в эту долю секунды я вспомнил ту самую колбу «Адама», которую Скарлет успела дать мне, пока лечила мой живот. Я на чистых инстинктах засунул свой кулак с зажатой ампулой прямо ему в глотку. Глубоко, до упора! И разломал её там.
Я физически почувствовал, как он сглотнул её. Его израненное тело в то же мгновение дико затряслось в конвульсиях. Изнутри его плоть начала покрываться жуткими искрами и какой-то плотной чёрной тканью, будто бы его кожа меняла свой окрас. А из его рта и из пасти на животе кишки начали буквально отваливаться и кусками падать в бездну. Из его челюсти густым потоком потекла вонючая чёрная жидкость.
— Я не могу умереть… Я, блять, не мог сдохнуть! — бешено, захлёбываясь чернотой, проорал он свой финальный ультиматум.
И в следующую секунду его перегруженное «Адамом» тело буквально взорвалось кровавым мясным шквалом прямо на моём теле, осыпая меня ошмётками плоти, пока я продолжал лететь на самое дно расколотой земли.
Я попытался подняться. Я был весь в дерьме и ошмётках плоти. Я начал пробовать взлететь, но не смог. Отлично. Я начал идти по обрыву земли наверх. Там меня ждала Скарлет. Она принимала колбу с «Адамом», вновь становясь молодой.
— И так… Это и был твой прайм? — спросил я. — Да, тело было около семнадцати лет, но сейчас мне девятнадцать.
— Ответила мне Скарлет.
— Так… Остался только Колосс, — произнёс я, оглядывая пепелище.
— Нет, — сказала Скарлет. — Как у него вообще это получилось? — спросил я, глядя на застывшую каменную глыбу. — Что заставило Колосса прекратить движение?
— Не знаю, — ответила Скарлет, качнув головой. — Но знаю, что Селена и Звездочёт не смогли остановить Колосса. И император сдох, умер.
— А мой сын в живых? С Луной? — резко спросил я, чувствуя, как перехватило дыхание.
— Как я знаю… Да, Орион, — тихо добавила она.
Спустя тридцать минут мы со Скарлет стояли на главной площади. Рядом с нами были Селена, Звездочёт и то, что осталось от императора.
— Вечное бессмертие… А где Леди Солнца? — завыла Селена, оглядывая разруху.
— Не знаю. Там, где-то внизу, видимо, — сухо бросил я.
Луна пришла из дворца.
— Орион! — позвала она меня, выбегая вперёд.
— Генри! — сказал я, на ходу подбегая к сыну и крепко прижимая его к себе.
— Папа, ты жив?!
— Да, я жив. Ты тоже, — сказал я, чувствуя, как внутри наконец отпускает дикий страх.
— Только… Что с мамой? С Эли? — тихо спросил Генри, опустив голову.
— Орион… — позвала меня Луна, выбегая вперёд из дворцовых ворот. — Я не знаю, что с Эли. Она просто сидит в своей комнате и что-то делает.
Я удивился. Сидит? А разве она… Когда она там вообще оказалась? Каньон же раскололся под ней.
Луна задумалась на секунду.
— Минут тридцать назад, наверное, или пятьдесят минут.
Это странно. Я подумал: почему тогда она не вмешалась во весь этот ад с картографом и Колоссом, а просто тихо сидела там, в своей комнате?
Я оставил сына Скарлет, та с хмыком взяла его за руку. Я пошёл во дворец. Разрушен. Я проходил сквозь пыль и разрушения, навивает воспоминания о замке с Кристиной. Почему там, где я, постоянно происходит что-то с главным зданием? Я наконец поднялся на этаж её покоев, но там её не было. Другая комната… Ведь точно, комната с бассейном с шариками. Я пошёл туда.
Я сразу почувствовал запах, прямо засилье травки, будто её курили очень долго. Я открыл дверь. Какого…
Элизабет сидела, точнее, лежала в бассейне с шариками и курила травку, бросая бычки в мусорное ведро.
— Элизабет, что за нахрен? Почему ты не помогла? Я чуть не умер!
Между прочим, она молчала.
— Не игнорируй меня! Сама хотела убить людей за меня, а теперь… — я схватил её за плечи.
Элизабет посмотрела на меня взглядом, будто сейчас мне шею вскроет.
— Не прикасайся ко мне, ты, ублюдок, — она пнула меня прямо в живот.
Я кашлянул кровью. Ты, ублюдок, убежище…
Элизабет выглядела так, будто не спала три дня.
— Просто закрой ебососину, — процедила Элизабет, даже не ведя бровью. — Ты мне никто. И сын твой мне никто. Так что уйди нахрен, возвращайся в свой клоповник, а меня оставь, сын дерьма.
Я с трудом выпрямился, утирая кровь с губ после её пинка.
— Что-то с тобой не так. Ты вообще понимаешь, что императора убили?! — прикрикнул я на неё, пытаясь пробить это тупое наркотическое безразличие.
— Вообще насрать. Он мне никогда не нравился, — холодно выплюнула она, выпуская новую струю дыма прямо в потолок.
— А то, что Луна могла умереть?! — завёлся я, делая шаг к бассейну с шариками.
— И что? Мне тоже похер.
Да, мы начали яростно перекидываться с ней словами. Я до посинения пытался донести до неё хоть какую-то суть, выкатывал один аргумент за другим, доказывая, что Империя катится в бездну. Но всё было бесполезно. Она просто монотонно, как заведённая, говорила мне в ответ: «Мне похер. Мне похер. И мне похер».
— Я… я готов завести от тебя ребёнка. Как ты и мечтала, — глухо выдавил я, переступая через свою гордость и идя на крайний тактический шаг.
— Нахрен пошел! Ты пальцем не косаешься моего тела, ты, ебаный маньяк, что ли?! — внезапно сорвалась она на истошный крик, резко приподнимаясь в бассейне с шариками. — Просто уйди. Хорош, Орион. Иди отсюда, мужчина.
Я решил послушаться её. Что с ней вообще происходит? Раньше она была абсолютно не против, сама бредила этим и силой тащила меня в постель, а сейчас — какого хрена с ней стало? Что её так переклинило?
— Хорошо, Леди Солнца, я уйду, — сухо бросил я, разворачиваясь к выходу.
— Стой, — шёпотом остановила она меня у самой двери.
Я замер, шпионя взглядом за её отражением в зеркале. Она затянулась травкой в последний раз и мёртвым, леденящим голосом добавила:
— Называй меня Элизабет Гэллоус.