Спустя несколько часов мы уже начали собираться. Я понял, что прикид, который сейчас на мне, никуда не годится, и Зима с неохотой дала мне доступ в свой личный магазин одежды. Поэтому я пошел подбирать наряд вместе с Маре.
Поскольку, по словам Зимы и тех, кто был на континенте Земля, это место довольно дождливое, одеться надо было практично, но и красиво.
Маре сразу пошла в отделы с темными цветами. Ну ладно, пусть делает что хочет. Я выбрал и надел белую рубашку с длинными рукавами, очень свободную по крою. Дальше взял плотную серую накидку-плащ с зелеными элементами. Также нашел и натянул беспалые черные перчатки, которые, судя по вшитым магическим нитям, проводили ману на 20 процентов лучше. На ноги обул большие, тяжелые сапоги, чтобы не проваливаться в местную грязь на архипелаге.
Я стал ждать Маре. Тем временем к лавке уже подошел Вергилий. На нем был строгий, приталенный черный боевой камзол из плотной штормовой ткани с высоким воротником-стойкой и синей окантовкой. На груди камзол перетягивали ремни с серебряными готическими застежками. На плечах Верга лежал массивный черный плащ с глубоким темно-синим подкладом, а руки закрывали длинные кожаные перчатки-наручи до самых локтей. Обут он был в монолитные высокие ботинки, готовые месить любые грязные дороги. Выглядел он как настоящий, сильный драконий посол.
И тут наконец вышла Маре.
На девушке был легкий топ с открытыми плечами и высоким воротником-стойкой, украшенный каплевидным вырезом на груди. Плечи закрывала короткая синяя пелерина, которая со спины плавно переходила в длинные летящие ленты ткани, красиво развевающиеся при каждом шаге. Сверху была накинута белая прозрачная накидка с глубоким капюшоном, спасающим от сырости. На ногах — высокие, выше колена, темные чулки и массивные, тяжелые сапоги-ботфорты, идеально подходящие для вечной непогоды.
— Могло быть лучше, — сухо бросил я, оглядывая свой новый наряд в зеркале.
— Наверное, — лениво отозвалась Мара, поправляя капюшон своей прозрачной белой накидки.
Я повернулся к названому брату, оценивая его новый готический прикид.
— Вергилий, ты сам попробуй в этом магазине найти что-нибудь для непогоды. Тут тёплые вещи и всё такое, — сказал я, понимая, что на первом архипелаге Земли нас встретят только бесконечные холодные ливни.
— Верглий, а твоя катана? — спросил я, бросив взгляд на его оружие.
Он взял её за дверь, и клинок мгновенно стал выглядеть иначе. Обывательское оружие намертво переродилось под его силой. Чёрная рукоятка удобно легла в его кожаную перчатку-наручь, а само лезвие стало фиолетовым мечом, от которого так и сыпались фиолетовые молнии. Но, судя по пульсации энергии, это было далеко не всё. Мне показалось, что теперь этот клинок способен впитывать в себя ещё и ледяную магию Всепервородной Зимы. Сам чехол катаны стал полностью чёрным, покрытым ломаными фиолетовыми линиями. Вергилий со щелчком закрепил его на своём поясе и хмуро посмотрел на дверь, готовясь выйти наружу.
Когда мы вышли наружу из магазина, нас уже ждали Зима и Элизабет. Она была в кофте, обычной жёлтой кофте.
— Орион, аккуратнее там, — тихо сказала она, и на её лице проступила широкая, открытая улыбка. — Меня ведь там не будет. Я не смогу прикрыть твою задницу. А ты мне нужен живым. Ведь всё, что мне нужно — это быть с сестрёнкой Луной и с мужчиной по имени Орион.
Ей явно стало лучше. Безумный алкогольный угар полностью выветрился, оставив после себя непривычную, спокойную тишину.
— Да, да… Но я рад, что ты хотя бы вновь назвала Луну сестрёнкой, — ответил я, глядя на неё.
«Меня больше не воротит от Элизабет. Это удивительно», — мысленно подумал я. Мой разум, вечно ожидавший от неё удара в спину, наконец-то затих.
— Удивительно, да… — тихо сказал я, смотря прямо в глаза Элизабет. В её голубые глаза, из которых наконец-то исчезло безумное золотое пламя Леди Солнца.
— Орион… — прошептала она. — Я буду ждать тебя.
Она вдруг приподнялась на носочки и мягко поцеловала меня в щёку.
Что?
Я застыл, не успев даже среагировать. Она сразу отстранилась и быстро закрыла глаза, словно умирая со стыда от собственного поступка.
— Что за девица? Старше меня, но при этом боится парней, — криво ухмыльнулась Зима, как обычно, показывая своё превосходство над всеми вокруг.
Я молча посмотрел на спину Элизабет. Похоже, наконец-то за все эти долгие двести лет Элизабет и Леди Солнца окончательно растворились друг в друге, показывая новую личность. Настоящую личность Элизабет.
Пока я обдумывал это, Зима резко повернулась и обняла Вергилия.
— Вергилий, я буду скучать без тебя, — сказала она непривычно грустным, тихим тоном.
— Я тоже буду, Зима. Ведь я люблю тебя, — ответил он, спокойно беря её на руки.
Старуха от этого жеста сразу вся покраснела. Надо же, Всепервородная королева Доминиона, а смутилась как девчонка. Вот карга.
Мы с Марой молча смотрели на эту семейную сцену посреди уражского мороза. Но тут Мара резко потянула меня за рукав моего нового серого плаща.
— Орион, — тихо, со страхом прошептала она, прижимаясь ближе. — А ты не боишься? Ведь ты не задумался… Что если они знают наши имена, то тот парень с белыми волосами должен быть среди них, разве нет?
Я намертво застыл. Воздух в лёгких будто превратился в лёд. Лука. Парень с белыми волосами и чёрными глазами,
— Что ты сказала?
— Точно. Я сам не подумал об этом. Он вполне может быть на континенте Земли, — хмуро процедил я сквозь зубы.
Я посмотрел на свою нашивку Солнца и потом на нашивку Мары, и потом на нашивку Элизабет.
Я выдохнул и двинулся к порту.
Девочки остались позади, провожая нас взглядом.
Мы шли с Вергилием спокойно, пока Мара паниковала явно.
— Что не так, Мара? — спросил я её.
— Мы не взяли снеков, Орион! Ты должен меня понять! — заныла она.
Я, конечно, запомнил, что ты их любишь. Так что, когда мы подошли к порту, там стоял Хафтор.
— Привет, братец, — поприветствовал меня громила. — Вот, как ты и просил, мешок различных снеков и газировок. Не знаю, зачем тебе столько.
— Да, спасибо, — кивнул я, принимая тяжелый груз. — Передай привет своим детям от меня, братец.
Когда мы наконец зашли на корабль старика Зивера, Литы и Вишона, Вергилий посмотрел на меня с усмешкой:
— Братец, ты всё так же будешь собирать к себе тех, кто оказался к тебе более почтительным?
Не успели мы войти, как Маре увидела гамак и сразу легла на него.
Пока мы говорили с Зивером, корабль отчалил. Тут было человек семь в принципе, норма. Мы с Эли плыли с двумя девками, а тут хоть экипаж есть. Спустя часа три я вышел из своей каюты в одной рубашке, поскольку кают не хватало. Вергилий будет спать на палубе, а Маре — на том гамаке. Главное, чтобы шторм не начался.
Я вышел и увидел Маре. Она не спала. Было уже утро. Так, день рождения Зимы около ночи был, потом мы до утра переодевались, и сейчас день. Маре не спала день, но почему она еще не спит? Мы с Вергом, ладно, мы успели поспать на дне рождения Зимы, но она вроде как не спала.
— Эй, Маре, — подошел я к ней.
Она сидела и смотрела наверх.
— Орион…
сказала она, заворачиваясь в одеяло.
— Я бы хотел тебя спросить о твоей энергии.
— А, о ней?
— Да. Как она работает и какой тип у нее? А, ты, наверное, не знаешь.
— Нет, Эли говорила мне о них, но ни к одному не подходит, странно.
«Я не помню, откуда Эли вообще взяла эту инфу о типах», — мысленно подумал я.
— И как выглядит твоя энергия?
— Она… она как синее пламя, только такое.
— Просто синее пламя? Знаешь, раньше у меня было такое. Желание представить что-то конкретное или что ты хочешь сделать, и все.
— Я пыталась, но нет. Только синее пламя, и очень сильное, сказала Маре на мои учения.
— Ладно, хорош, не буду тебя учить. Как думаешь, кого мы встретим?
— Ну, тот парень говорил, что следующая охота на абсолютно всех Элит. Так что, возможно, новых Элит.
— Как вариант, — глухо отозвался я, чувствуя, как внутри нарастает свинцовая, мертвая усталость от вечной грязной дороги и поединков. Слишком много трупов осталось за спиной. Мой разум буквально выл от истощения, но отступать было некуда. — Но я обязан выжить. Ради Генри. И я не дам умереть Вергилию. Я вернусь живым к Скарлет, она наверняка ждёт меня.
Я заметил, пока я говорил это, Маре заснула. Да что с ней не так?
Я подошел к краю корабля.
Я смотрел вдаль.
Потом посмотрел на солнце.
Она улыбалась мне своей улыбкой с зубами и оскалом.
Я поморщился, зажмурившись от этой жуткой картины. Снова очередное солнце. Твою мать, опять мерещится. Вспомни случай с Луной.
Я открыл глаза, и солнце стало обычным. Я жестко посмотрел на серый горизонт Земли.
— Кто бы там ни был, я убью любого за Вергилия. Неважно, будет ли это самый сильный в мире или новая Элита. Даже если это будешь ты, Лука.