Когда отгремели последние залпы, я первым делом занялся организацией панихиды, отложив подсчет трофеев и переработку монструозных материалов на потом. Дележ барышей имел значение, но куда важнее было отдать последние почести воинам, сложившим головы на этом поле брани.
— Дэвид, Энтони. Полагаю, к церемонии прощания все готово?
[Разумеется, учитель. Мы заблаговременно возвели «Зал Вознесения» — мемориальный комплекс в честь павших бойцов.]
Я предусмотрел этот шаг заранее, поручив строительство инженерному корпусу под началом Дэвида и Энтони. Не теряя времени, я направился в свежевыстроенный мемориал, где в ровные ряды выстроились памятные плиты и тщательно восстановленные тела погибших.
Завершив приготовления, я собрал всех участников кампании. Под сводами колоссального зала собралось около десяти тысяч человек: монархи союзных держав, высшая знать, министры и полевые командиры.
— Сегодня мы сколотили весьма недурное состояние.
Поднявшись на трибуну, я начал речь с совершенно неожиданного заявления. В день, призванный почтить память усопших и выразить соболезнования их безутешным семьям, первое же слово, слетевшее с моих губ, было «деньги».
Собравшиеся опешили. Одни глядели на меня с недоумением, другие не скрывали шока. Однако я невозмутимо продолжал:
— Львиную долю этой суммы составили пожертвования в виде Осколков Звёзд. Миллионы простых людей щедро делились средствами, наблюдая за сражением в Театрах Фикса по всему свету.
«...»
«...»
По залу прокатился тревожный шепоток: неуместность меркантильных тем на траурной церемонии коробила слух. Не обращая внимания на ропот, я повысил голос:
— Знаете ли вы, какая доля этих средств была перечислена мне лично?
«...»
— Четыре триллиона. Четыре триллиона орденов поступили на мой персональный счет всего за одни сутки.
Шум в зале нарастал. Людей возмущала не только астрономическая сумма, но и мое бесстыдное, как им казалось, бахвальство на костях собственных солдат.
— Впрочем, этого следовало ожидать. Я показал неплохое зрелище, не так ли? Костюм «Дум», в котором я сокрушил Ледяных Орков, бронетанковые части, штурмовые экзоскелеты, Титан, атомное оружие... Список можно продолжать долго. Восторженные зрители осыпали каждый мой шаг золотом, вот и набежало четыре триллиона.
Я методично перечислял свои заслуги и достижения, сознательно накаляя обстановку и вызывая глухое раздражение слушателей.
— Однако вот в чем загвоздка.
Настал момент для сюжетного поворота. Мой излюбленный ораторский прием: сперва эпатировать публику провокационными заявлениями, а затем сбить спесь неожиданной правдой.
— Эти четыре триллиона орденов, осевшие на моих счетах... не принадлежат мне. Ибо не я один ковал эту победу.
С этими словами я взял со стола увесистую папку и высоко поднял документ с заголовком «Список разработчиков и участников создания экзоскелета Титана».
— Вот прямое доказательство. Даже Титан, вызвавший наибольший шквал донатов, появился на свет лишь благодаря совместному труду сотен мастеров. Взгляните на эти имена: Дэвид, Клерио, Аргос, Макларен, Сильвио, Архан, Том, Макс, Оливия, Энн, Сесильда... этот перечень бесконечен. Вы едва ли догадывались, но над одним только каркасом колосса трудились тысячи человек.
«...»
Я развернул последнюю страницу, где черным по белому значилось: «Всего задействовано: 1427 специалистов».
— То же самое касается абсолютно каждой технологии. В одиночку я не совершил бы практически ничего. Желаете взглянуть и на этот список?
Я продемонстрировал реестр создателей атомного заряда:
— Карл, Эрден, Филис, Беатрис, Элиза, Алисия, Кристиана, Аарон, Энтони, Дэниел, Дуглас, Грейс, Джессика... Имя им легион. Все, от чего у зрителей захватывало дух, было сотворено мозолистыми руками этих людей.
Я опустил бумаги обратно на пюпитр и медленно обвел взглядом притихший зал, заглядывая в глаза каждому. Взоры присутствующих горели пробуждающимся благоговением.
— ...И среди имен, зачитанных мною, есть те, кто навеки упокоился здесь. Те, кто без колебаний протянул мне руку помощи во имя спасения всего рода людского, ныне спят вечным сном в Зале Вознесения.
В разных углах мемориала послышались сдавленные всхлипы: родственники погибших больше не могли сдерживать подступивших слез. Под сводами воцарилась кристальная тишина, нарушаемая лишь плачем.
— Сегодня — день великого триумфа. Но лавры этой победы принадлежат не мне одному, а каждому из вас, стоящих в этом зале. И тем героям, чьи имена высечены на здешних плитах. Лишь благодаря их жертве мы стоим здесь живыми.
Я разделил славу со всеми собравшимися, и в их глазах вспыхнул фанатичный огонь:
— Эту битву выиграли не только машины Фикса. Элитные корпуса союзных держав, пришедшие на зов Империи; наемники, рисковавшие жизнями ради честной платы — каждый внес свою лепту. Как человек, отвечавший за возведение северного рубежа, я склоняю голову перед вашей доблестью и самоотверженностью.
Я отвесил безупречный глубокий поклон. Чем сильнее я принижал собственный вклад и возвеличивал подвиг павших, тем более мощная волна религиозного обожания поднималась в зале.
Настал черед решающего удара:
— Посему я принял окончательное решение. Все четыре триллиона орденов, поступивших на мой личный счет, до последнего медного гроша будут переданы семьям погибших воинов.
«...!»
Зал взорвался. Сердца людей дрогнули перед жестом неслыханной щедрости: добровольно отказаться от баснословного состояния ради чужого горя! Несмотря на траурный характер церемонии, из толпы раздались первые восторженные выкрики: «Фикс! Фикс!»
Ш-ш-ш.
Я слегка приподнял ладонь, гася поднимающуюся бурю. Повинуясь жесту, люди послушно смолкли. В наступившей тишине я задал неожиданный вопрос:
— Знает ли кто-нибудь из вас, из чего состоит человеческое тело?
«...»
Слушатели недоуменно переглянулись, сбитые с толку внезапной сменой темы. Я мягко улыбнулся и перечислил:
— Раз никто не решается ответить, я скажу сам. Тело человека состоит на 65% из кислорода, на 18% из углерода, на 10% из водорода, на 3% из азота, на 1,5% из кальция, на 1% из фосфора, на 0,4% из калия, на 0,3% из серы, на 0,2% из натрия, на 0,2% из хлора, на 0,1% из магния и еще на 0,3% из микроэлементов, таких как железо, цинк, медь, селен, марганец и кремний.
«...»
На лицах аристократов и королей застыло выражение глубочайшего шока, будто я заговорил на языке древних богов. Чтобы донести суть, я пояснил:
— Иными словами, человеческая плоть выткана из тех же элементов, что слагают эту землю. Мы плоть от плоти природы, и после кончины возвращаемся обратно в ее круговорот.
Щелчок тумблера под трибуной.
Основное освещение погасло, уступив место ультрафиолетовым спектральным лампам, проявляющим взвесь маны в воздухе.
— Видите это лазурное сияние вокруг нас? Это мана. Источник магических формул, который мы бессознательно вдыхаем с каждым глотком воздуха. Когда смертный испускает дух, его мана не исчезает, она растворяется в атмосфере. Мы вдыхаем то, что выдохнули ушедшие поколения.
«...»
— После смерти все мы возвращаемся в необъятную колыбель природы. Сила небожителей, прах древних предков — все это едино. Вне зависимости от цвета кожи, крови, веры или границ, в конце пути мы сливаемся с землей.
Снова щелчок тумблера.
На гигантском экране позади меня запустилась видеозапись, демонстрирующая бесчинства орд скверны.
— Но существуют твари, вознамерившиеся растоптать этот наш общий дом. Демоны. И ведомые ими сектанты Культа Спасения.
«...»
— Их цель — полное истребление человечества. Они жаждут отравить эту землю, превратив континент в инфернальный рассадник. Если их вторжение увенчается успехом, вся природа, растения и звери мутируют, уподобившись гиблым Лесам Смерти, разбросанным по миру.
Толпа содрогнулась: на экране замелькали натуралистичные кадры гниющих дебрей, куда прежде не ступала нога смертного, но куда с помощью Шарлотты сумели проникнуть наши зонды.
Я обвел собравшихся тяжелым, полным ярости взглядом:
— Пришел час воздать им сторицей. Беспощадные выродки пытаются отобрать наш единственный дом, осквернить память предков и отравить колыбель наших детей. Их злоба не разбирает национальностей и рас.
Я сознательно вкладывал в голос ядовитые нотки праведного гнева, разжигая пламя в чужих душах. Глаза монархов и солдат налились яростью.
— Мы обязаны доказать им, на какую сокрушительную месть способны разъяренные смертные. Сегодня мы преподали им первый урок. Но лишь потому, что выступили плечом к плечу.
Цель моей речи была предельно ясна: сплотить человечество перед лицом абсолютной угрозы. Ради этого я возвысил чужой подвиг, принизил свой и связал разрозненные культуры единым понятием «общей матери-земли».
Кульминация настала:
— Посему, дабы повторять сегодняшний триумф вновь и вновь... дабы не посрамить память ушедших в небытие героев, мы обязаны слиться воедино.
Мир никогда не ведал подлинного единства за все минувшие сотни циклов. Однако сейчас я знал наверняка: эта эпоха станет исключением.
В глазах людей плескалась неподдельная смесь святой ярости и безграничного обожания.
Этой речью я заложил монолитный фундамент для рождения единого человечества.
Спустя неделю.
В столице наконец открылась Всемирная Конференция, созыва которой я так долго добивался. Потрясенные трансляцией битвы и воодушевленные моей траурной речью, монархи десятков государств добровольно прибыли на совет под эгидой Империи.
— Нам необходимо соединить все королевства сетью порталов, — предложил я на общем совете. — Демонические прорывы могут произойти где угодно и когда угодно. Нужна возможность мгновенной переброски подкреплений.
— Хм. Это требует взвешенного подхода, — замялись некоторые венценосцы. — Мы безгранично доверяем лорду Фиксу, однако между многими из нас тлеют многовековые распри.
Их опасения были понятны: связывать портальными узлами вечных врагов — все равно что прокладывать прямые тоннели между военными базами враждующих стран на Земле.
— Кроме того, размещение иностранных контингентов внутри наших границ вызывает ропот знати... Мы готовы пойти на уступки, если число перемещаемых войск будет строго регламентировано.
Никто не желал проснуться в оккупированной стране. Пришлось пустить в ход запасной вариант:
— Что ж, пойдем иным путем. Через порталы в ваши земли смогу входить только я и бойцы моего личного корпуса. Если вас тревожат мои намерения, я готов сию же секунду заверить меморандум собственной кровью.
— О нет! Как мы смеем сомневаться в потомке небожителей и спасителе рода людского! Ваша помощь священна для нас. Мы с радостью откроем врата для вас лично!
Один за другим монархи начали давать согласие. Заслуженный авторитет, безупречная репутация и, главное, очевидная экономическая выгода перевесили страх. Ссориться с правой рукой Императора, богатейшим магнатом планеты и обладателем чудовищной военной мощи было самоубийственно.
— Благодарю за доверие. С общего согласия мы немедленно приступаем к интеграции планетарной портальной сети.
Так началась прокладка магистральных врат между моим феодом и ключевыми столицами, сопровождаемая установкой защищенных каналов связи для мгновенного контакта с главами государств.
Спустя два месяца напряженной работы по объединению континента...
[Л-лорд Фикс! Нам требуется срочная поддержка! Бесчисленные орды нечисти штурмуют наши центральные врата!]
Началось полномасштабное, генеральное вторжение демонов.
Облачаясь в доспех, я негромко бросил:
— Не тревожьтесь. Я выжгу их всех дотла.