Сейчас, даже если Святой Господин был в ярости, он всё равно должен был учитывать общие интересы. Поэтому, на какие бы компромиссы он ни пошел ради сохранения стабильности, четыре Великих Старейшины отнеслись бы к этому с пониманием.
И вот, когда Седрик, Лара и остальные уже решили, что Святой Господин снова пойдет на уступки...
Я, после долгого молчания, вдруг скривил губы в ледяной, свирепой усмешке.
— Вы, свора пиявок... как долго вы еще собираетесь пить мою кровь?
Как только эти слова сорвались с моих губ, атмосфера в Зале Святого Господина стала невероятно гнетущей.
...
Оскар Хейл с силой ударил ладонью по столу.
— Святой Господин, такие слова — это уже чересчур, вам не кажется? Пусть наши побочные ветви и находятся за десятки тысяч миль, но разве было хоть раз, чтобы у Главной семьи случилась беда, а мы не бросились бы к вам на помощь со всех сторон? Взять хотя бы случай несколько дней назад. Когда Святой Господин возводил формацию защиты клана, разве вы не пришли ко мне просить ресурсы и людей?!
— Оскар Хейл, да у тебя, блять, хватает наглости такое нести?!
Я не стал сдерживаться. Я ткнул пальцем прямо ему в нос и начал крыть на чем свет стоит.
— За один-единственный, самый заурядный духовный кирпич ты содрал с меня две сотни духовных камней! За одну печать для формации ты затребовал три сотни! Ты что, держишь меня за последнего лоха, который в жизни ничего сам не покупал?! А твои люди! Больше пятисот человек, и каждый — ленивый дармоед и пьяница! Работу, которую можно было закончить за три дня, они растянули на полмесяца! Только на вино и мясо для них я тратил тысячи духовных камней ежедневно! Да если бы я пригнал пятьсот свиней, чтобы они рыли землю пятаками, толку было бы в разы больше!
Этот поток ругательств обрушился на Оскара с такой силой, что он буквально онемел. Его лицо приобрело удушливый синюшно-пурпурный оттенок. Он долго не мог вымолвить ни слова.
...
— Святой Господин, это вы как-то слишком резко, — осторожно подал голос Питер Хейл. — Как ни крути, брат Оскар — ваш кузен. По совести и по чести, вам стоило бы быть вежливее. Как можно так попирать субординацию...
— Хех, кузен? — я холодно рассмеялся. — Тогда я твой гребаный кузен! А ты хоть раз был со мной вежлив?! Был бы ты вежлив, ты бы не прибегал ко мне за духовными камнями двадцать пять раз за несчастные три года! Самый маленький долг — восемь тысяч. Самый большой — пятьдесят. Итого один миллион триста семьдесят восемь тысяч девятьсот духовных камней. И ты не вернул ни единого камня! Ты что, думаешь, я тут благотворительный приют содержу и обязан ежемесячно выплачивать пособие такой сиротке, как ты?!
— Ты!
Питер Хейл всегда отличался буйным нравом. От такой насмешки его глаза мгновенно налились кровью от ярости. Он заскрежетал зубами так, что они едва не треснули.
...
Видя, что обстановка накалилась до предела и пахнет жареным, самый старший из них, Мартин Хейл, поспешил вмешаться, пытаясь сгладить углы.
— Святой Господин, несмотря ни на что, мы все — одна семья. Если у родных людей есть претензии, неужели нельзя сесть и всё спокойно обсудить?
— М-м, старший брат, ты говоришь просто замечательно, — я кивнул, мой голос звучал спокойно и размеренно. — Тогда давай обсудим прямо сейчас. Будь так добр, немедленно верни мне те тридцать руководств по культивации ранга Неба и Земли, которые ты когда-то у меня одолжил. Ты взял их сто лет назад. Клялся, что хочешь просто взглянуть на пару дней и ни в коем случае не будешь по ним практиковать. А сейчас, я полагаю, у каждого члена твоей ветви в Царстве Слияния с Пустотой и Царстве Махаяны есть по копии, и нет ни одного, кто не умел бы ими пользоваться. Я прав?
У Мартина Хейла дернулся глаз. Он не ожидал, что я не оставлю ему ни капли достоинства. Каждая моя фраза била точно в цель, лишая его дара речи. В Зале Святого Господина воцарилась гробовая тишина. Атмосфера была до крайности странной.
...
Вдруг Элис отвернулась и тихонько кашлянула. Я тут же переключил огонь на неё.
— И ты тоже! Во всей семье Хейл, если пересчитать каждого, нет никого дешевле и бесстыднее тебя и твоей дочери! Пожираете ресурсы семьи и втайне помогаете чужакам! Я искренне жалею, что еще тогда не вычеркнул тебя из родословной!
Элис: «???»
Погодите... Что я сделала? И что сделала моя дочь?! Как это мы «втайне помогаем чужакам»?!
Хотя я прекрасно понимал, что ругать её сейчас за это было не совсем логично... я ничего не мог с собой поделать. Ярость в моем сердце просто зашкаливала.
...
В оригинальном романе с помощью Изольды Нокс знал о каждом в семье Хейл всё. Согласно его «праведному» анализу, каждый мужчина в семье Хейл заслуживал смерти. И только Клара, дочь Элис, была признана самой невинной, чьи проступки не тянули на казнь.
И каков результат? Разумеется, она и её кузина Изольда в итоге пополнили гарем главного героя.
Но самым бесячим было даже не это. А то, что когда Элис застукала Клару с Ноксом на горячем, она узнала, что её собственная дочь крутит порочную связь со смертельным врагом всего их клана. И что же Элис? Она не только не разозлилась, она начала покрывать их на каждом шагу!
Но окончательно мой мир рухнул на другом моменте. В более поздних главах Элис получила ранение, а Нокс находился под действием афродизиака. Увидев, что Элис всё еще сохранила свое зрелое очарование, он, недолго думая, овладел и ей. И после этого он не только не почувствовал ни капли раскаяния, но и во всем признался Кларе, после чего забрал Элис в свой гарем вместе с дочерью.