— Откат времени на один час назад! Око Бога — активация! Цель — ледяная планета в этих координатах! — прогремел голос Джо Мории, завершая заклинание.
Громадное глазное яблоко в его руке озарилось призрачным туманным сиянием. Время послушно потекло вспять: космический вакуум вернул разлетевшиеся осколки ядра, скалы спрессовались обратно в монолитную твердь, а рассеянная по пустоте вода обрушилась на породу и в считанные мгновения сковалась вековым адамантовым льдом. Планета вновь засияла первозданной холодноголубой синевой.
— Ч-что... Да ты издеваешься?! — ошарашенно выдохнул Джереми Брэдфорд, впервые видя подобное своими глазами. — Только не говори мне, что ты еще и законами времени повелеваешь!
Джо Мория усмехнулся: — Если бы... Увы, за каждое включение этого артефакта мне приходится расплачиваться почти двумя с половиной веками собственной жизни. Игры со временем — обоюдоострый клинок.
— Чего?! Ты спустил двести пятьдесят лет жизни только ради того, чтобы вернуть эту ледышку, которую я разнес?! — поразился Джереми. — И что теперь... я должен сказать спасибо за то, что ты подчистил за мной бардак? Бред какой-то!
— Мистер Джереми, вы снова всё не так поняли, — мягко хохотнул огарианец. — Мне не нужны ваши благодарности. Это я должен сказать вам спасибо. С того дня, как мой дорогой друг — ваш брат — сгинул в той червоточине, жизнь превратилась в унылое серое болото. Я потерял единственного человека, способного пустить мне кровь в честной драке. А сегодня наш поединок подарил мне забытый азарт. Так что эти двести пятьдесят лет — вполне скромная плата за столь первоклассное зрелище.
Мория повернул голову к темным скоплениям туманностей и ласково позвал: — Эй, прелесть моя! Можешь вылезать, пора возвращаться на привычный маршрут к своей планете. — И добавил утешительным тоном: — Не бойся, мой приятель тебя больше не обидит. Слово даю.
Белоснежная луна, робко жавшаяся среди космической мглы, тут же вынырнула наружу, устремилась к своей орбите и плавно закружила вокруг ледяного шара.
— Дело сделано! А теперь добро пожаловать в мою скромную обитель, — Мория взмахнул рукой, открывая круглый портал в пустоту. Мужчины шагнули в разлом, и портал бесследно схлопнулся.
Около часа дня Бобби покинул рабочий корпус, заглянул проведать Скарлетт Шанель, после чего сел за штурвал своего красного флаера и взял курс на город.
Миновав бесполетную зону над пригородным лесом, он поднял машину выше в лазурное небо: — Эй, мистер Фримен!
— Слушаю, сынок, — отозвался бортовой ИИ густым, бархатным баритоном Моргана Фримена.
— Подскажи, чем можно порадовать маму? Ну, то есть... какой подарок лучше выбрать?
— Вариантов масса, — отозвался ИИ.
Перед глазами Бобби развернулся голографический каталог: авторские букеты, эксклюзивные кондитерские наборы, дизайнерские сумки из последних коллекций и море отзывов от столичных модниц. — Всё можно заказать онлайн с экспресс-доставкой. Тем более сегодня День матери — курьеры возят бесплатно. Что берем?
Бобби быстро пробежался пальцами по сенсорам: — Так... оформляй всё, что я только что отметил галочками. И адрес доставки — особняк в секторе А-13.
Бип! Бип! Бип!
— Заказ оформлен! С вашего счета списано ровно пятьсот фиолетовых кристаллов Ци, — бодро отрапортовал ИИ.
Парень попытался сохранить невозмутимую мину, но его бережливая натура моментально взбунтовалась: — А-а-а, мои кровные денюжки!.. Сердце кровью обливается!
Сделав небольшой круг над сияющими небоскребами, он направил флаер в элитный сектор А-13 и мягко посадил машину на лужайке перед белым двухэтажным особняком.
Едва поднялась дверь кабины, навстречу Бобби из дома выбежала высокая фигуристая женщина в простых джинсах и белой рубашке.
— Надо же, наконец-то вспомнил, что у тебя есть дом! — картинно надула губы Миа, скрестив руки на груди, хотя в ее нежном голосе сквозило неприкрытое облегчение: она явно боялась спугнуть сына. — Ну иди сюда, негодник!
Она широко распахнула объятия. Это был первый раз, когда Бобби переступил порог дома после той памятной головомойки, которую она ему устроила.
С виноватой улыбкой парень шагнул вперед и крепко прижал ее к себе.
— Глупый мой мальчик... Неужели ты так перепугался, что решил вообще не возвращаться? — ласково погладила она его по спине. — Даю слово: мама больше никогда так не сорвется.
— Тетя Миа, всё совсем не так, правда... — попытался оправдаться Бобби. — Просто за эти дни навалилась целая куча срочных дел, пришлось разгребать.
Миа потрепала его по волосам и тихо прыснула: — Маму обманывать не надо... Я же чувствую за версту остатки твоего страха! Хи-хи-хи! Ладно, с возвращением домой, родной!
Вдруг она уловила незнакомый шлейф духов, принюхалась к вороту его куртки и лукаво прищурилась: — Ого-о... Теперь понятно, какими такими «срочными делами» был занят мой мальчик все эти недели! Ну-ка признавайся: кто она? Та самая красотка, которую ты целовал в палате госпиталя?
Бобби застал этот вопрос врасплох. Он мгновенно стушевался и забормотал: — Ч-что?.. Какая красотка? Мам, ты о чем вообще?!
Миа ловко подцепила его под руку и заговорщически хихикнула: — Вот, уже снова «мамой» зовешь! Хи-хи! Да не красней ты так, дело молодое, я только рада за тебя. Наконец-то мой сыночек стал настоящим мужчиной! Ну же, поделись с мамой, кто эта счастливица?
— Да никто...
— Ладно, партизан, в доме договорим, — улыбнулась женщина, увлекая его внутрь.
Спустя полчаса, приняв горячий душ и переодевшись в свежие брюки и рубашку, Бобби спустился в гостиную. Устроившись на мягком диване, он активировал сканирующий дрон, проглядывая армейские сводки.
Вскоре в комнату вошла Миа, неся тяжелый поднос: на нем дымились две кружки свежесваренного кофе и высилась горка теплого домашнего печенья, от которого шел потрясающий ванильный пар.
Бобби отключил дрон, отложил планшет и с жадностью потянулся к выпечке: — Господи, как пахнет!..
Он откусил половину, блаженно прикрыв глаза: — М-м-м-м! Мам, твоей выпечке равных во всей вселенной нет!
За пару секунд с печеньем было покончено. Сделав глоток крепкого кофе, он с аппетитом потянулся за вторым. Миа смотрела на него с теплой улыбкой, опершись подбородком на ладони — точно так же, как сидела над ним в далеком детстве, когда он уплетал сладости за обе щеки.
— Мам, а ты чего не ешь? Они же тают во рту! — с набитым ртом протянул парень.
— Кушай сам, я сыта. Мою порцию тоже забирай, — ласково ответила она.
— Спасибо! — Бобби не заставил себя долго упрашивать и мгновенно сгреб остатки с блюда.
Через пять минут тарелка сияла первозданной чистотой. Сытый и разомлевший парень откинулся на спинку дивана: — Мам, твоя стряпня — это шедевр. Надо собираться вот так почаще.
— Будешь чаще навещать мать — напеку тебе гору сладостей повкуснее этих, — тепло улыбнулась Миа.
Дилинь! Дилинь!
Звонок у входной двери прервал их разговор. — Иду! — Миа поднялась и направилась в прихожую.
На пороге переминался курьер в фирменном комбинезоне службы доставки. — Чем могу помочь? — удивилась хозяйка.
— Простите... — парень сверился с гибким планшетом: — Вы Миа Брэдфорд?
— Уже не Брэдфорд, — машинально поправила она и тут же кивнула: — Да, это я.
Курьер жестом указал на аккуратную пирамиду из нарядных коробок и свертков, сложенных прямо на газоне у крыльца, протянул бланк для электронной подписи и, пожелав хорошего дня, быстро удалился.
Бобби неслышно подошел сзади, встав рядом с озадаченной женщиной.
Миа повернулась к нему: — Это что... твоих рук дело?
— Мам, ты правда забыла, какое сегодня число?
Она искренне нахмурила брови, явно не понимая, к чему он клонит.
Бобби мягко обнял ее со спины за плечи и тихо прошептал ей на ухо: — С Днем матери, мам... Спасибо тебе за всё, что ты мне дала и сколько всего ради меня сделала. Это просто скромный знак благодарности от меня.