Золотой свет в глазах постепенно угас, сменившись привычной лазурью, но лишь на миг: следом зрачки вспыхнули глубоким фиолетовым огнем.
Воспользовавшись тем, что пассивный эффект «Глаз Дьявола» оставался активным, Бобби мысленно применил сквозное зрение к каменной громаде и наконец сорвал завесу тайны с истинной формы изваяния.
— Ха! — звонко рассмеялся он, разглядев исполинское зеркало в сердце каменного черепа, отражавшее его собственное лицо и затылок. — Так эти бесконечные лица были всего лишь мороком, порожденным защитной формацией! Ха-ха-ха!..
В тот же миг из его лба вырвался переливчатый радужный луч. Прошив толщу камня, свет вошел точно в центр зеркальной глади. Отражение заколебалось, преображаясь в объемную трехмерную проекцию головы самого Бобби — с той лишь разницей, что из его висков теперь росли два длинных, круто закрученных рога.
Сотканный из радужного света фантом сорвался обратно и влетел парню прямо в лоб. Перед глазами на секунду всё побелело, а в следующее мгновение сознание Бобби вернулось в его физическое тело, неподвижно стоявшее посреди колоссального тренировочного зала.
— Поздравляю, мистер Боб! — сладко пропела Синтия прямо в мыслях. — Хи-хи-хи, ну как тебе мой подарочек?
— Выше всяких похвал! Первый том «Сатанификации» теперь у меня в кармане. Да и зрение скакнуло вперед — сила глаз выросла минимум в пять раз, — довольно отозвался Бобби, с изумлением оглядывая зал: мир вокруг стал четким до мельчайших пылинок. — Синтия, а как активировать эту первую форму?
— Проще простого. Загляни внутрь себя, — подсказала хранительница.
Бобби обратил внутренний взор в подсознание и увидел рядом с привычно обнаженной Синтией парящий фантом собственной головы с витыми рогами.
— Представь, что этот образ — часть тебя, и позволь ему слиться с твоим естеством, — скомандовала она.
Парень сосредоточился, последовав совету. Фантом мгновенно растворился, а во лбу разлился жар: что-то быстро прорастало наружу сквозь плоть. Бобби коснулся висков ладонями и нащупал твердую, монолитную поверхность: — Рога?!
— Ага! С твоей смазливой физиономией смотрится очень даже дерзко. Смотри сам, — прыснула Синтия и щелкнула пальцами.
Щелк!
Сгусток зеленоватой Ци сконденсировался в воздухе, развернувшись в широкое ростовое зеркало прямо перед ним.
Бобби с интересом осмотрел свое отражение. Черты лица остались прежними, но из лба поднимались два иссиня-черных, хищно изогнутых рога. Вместо испуга его губы тронула наглая дьявольская ухмылка: — А ты права, Синтия. Ну и как, пошла бы со мной на свидание в таком виде?
— Еще бы, черт возьми!.. Вот только жаль, братишка: я пока всего лишь бестелесный дух, — вполне серьезно вздохнула она, но тут же перешла к делу: — Слушай сюда. В этой начальной форме Сатанификации все твои боевые характеристики — сила, ловкость, выносливость, за исключением интеллекта, — взлетают ровно в десять раз! Прикинь сам: в таком состоянии ты легко размажешь любого, кто в обычной жизни превосходил тебя почти на порядок.
— Звучит чертовски приятно, — хмыкнул Бобби, любуясь новым обликом.
— Это еще не всё, — продолжила Синтия. — Когда режим пассивен, ты можешь поглощать и нести в себе сразу две разные родословные одновременно. Скажем, выпьешь кровь вампира и оборотня — и сможешь по щелчку пальцев переключаться между ними, когда заблагорассудится. А когда врубишь трансформацию, обе линии сольются в совершенно новую, высшую кровь, превосходящую обе исходные! Правда, слияние действует, только пока ты в этой форме. И главный нюанс: жесткий лимит времени — ровно пятнадцать минут.
— Вот это фокус... — Бобби оживился и тут же уточнил: — А кровь Титана я смогу переварить?
Он моментально вспомнил Лысого, сидящего в клетке, и подумал, не наварить ли кровавых пилюль из его жирных вен.
— Нет, мощь Титана для этой стадии слишком ядреная... Разве что когда доберешься до третьей формы трансформации в будущем, — остудила его Синтия. — Зато крови любого из пяти Древних Кланов лягут идеально.
— Отлично, возьму на заметку. Надо будет присмотреться к их отпрыскам... — Бобби погладил гладкие кончики рогов и нахмурился: — Слушай, Синтия, но если я заявлюсь на людях с такими рогами, народ же в штаны наложит от ужаса. Будет куча лишних вопросов. Реально врубить усиление, но без этих наростов?
— Да без проблем. Просто вообрази, что рогов нет. Попробуй.
Бобби мысленно сгладил контуры, и рога в зеркале послушно растаяли. Однако в то же мгновение по мышцам прокатилась внезапная слабость: — Эй! А сила-то куда делась?
— Спокойно, без паники. Ты просто придушил часть истинной мощи, спрятав рога, — Синтия шутливо загнула пальчики, прикидывая формулу. — Так... без рогов ты теряешь семьдесят пять процентов от всего прироста. То есть на руках остается лишь четверть от истинного десятикратного усиления.
Она сменила тему: — Ладно, у тебя тут еще два часа симуляции оплачено. Продолжим драку с марионетками? Заодно заценишь, насколько окреп в этой скрытой форме.
— Давай, дело говоришь, — согласился парень. — Выкатывай точно такую же куклу, как в прошлый раз.
Синтия щелкнула пальцами: — Марионетка пятнадцатого уровня, полный контроль стихии ветра и продвинутый боевой интеллект!
Щелк!
По залу вновь прокатился ураганный вихрь изумрудной Ци. Плотный туман сгустился в уже знакомую фигуру в желтых одеждах, а в воздухе завис длинный серебристый меч. Манекен перехватил рукоять и небрежным взмахом послал в Бобби полумесяц режущего ветра, заряженного острой жаждой клинка.
— Эй, а очки-катану доставать не будешь? — удивилась хранительница.
«Обойдусь кулаками. Хочу на своей шкуре проверить, чего стоит этот режим без рогов», — мысленно отозвался Бобби.
— Шаг тени синоби, первый закон: Бегущий по ветру! — шепнул он.
Тело среагировало мгновенно: юноша буквально испарился с места. Изумрудный серп со свистом рассек воздух и бессильно разбился о плиты пола.
— А-а-ай! Твою мать, больно-то как!.. — раздался дикий вопль из дальнего угла.
Бобби сидел на полу, обеими руками держась за гудящий лоб. Прямо перед ним в титановой белой стене красовалась глубокая, идеальная вмятина в форме его собственного лица.
— Ха-ха-ха-ха-ха! — пространство разума разорвал безудержный, истерический хохот Синтии. Она буквально каталась по полу, утирая выступившие слезы.
— Завязывай ржать! Подумаешь, слегка не вписался в поворот! — возмутился Бобби, потирая шишку.
Но от его обиженного тона хранительница зашлась еще более диким, неконтролируемым приступом смеха.
— Ладно, признаю: вышло тупо! Не совладал со скоростью и со всей дури влетел в глухую стену! Но имей совесть: я же не знал, что эта прибавка к скорости сделает из меня живую ракету! — попытался оправдаться парень с предельно серьезным видом.
Синтия издала очередной всхлип: — Ой, не могу!.. Ха-ха-ха!
Глядя на ее заразительное веселье, Бобби не выдержал, махнул рукой и сам зашелся громким, искренним смехом.