В покоях королевы Бобби и Миа стояли над телами пятнадцати пиратов, распростертых без сознания на холодном каменном полу.
— И зачем ты приволок их ко мне? Что задумал? — подозрительно прищурилась Миа.
— Перепишем им воспоминания и сдадим властям ангелов. Тогда мы сможем спокойно строить нашу базу, не опасаясь облав, — невозмутимо ответил Бобби.
— И как же ты собираешься это провернуть?
— Мама, я владею техникой стирания памяти: могу полностью вычистить чужой разум и вложить любые нужные мысли. Сейчас я перепишу им воспоминания так, словно это они лично перебили всех ангелов, высаживавшихся на этом острове. Затем я сам передам их военному трибуналу, сняв с этого сектора все подозрения.
— Задумка толковая. Но зачем тащить их сюда и дергать меня?
— Мне нужна твоя помощь. Чтобы взломать их сознание без сопротивления, в их телах не должно остаться ни капли активной Энергии Благодати, — пояснил Бобби. — Запечатай каналы Благодати у этих четырнадцати... всех, кроме беременной девушки. А когда я закончу, снимешь блокировку.
— Ладно, — Миа зашептала гортанную формулу на древнееврейском наречии, заплетая пальцы в сложную вязь печатей: — Печать Ветров Шести Направлений, активация!
Над ее ладонью с гулом закружился тугой воздушный вихрь, на глазах спрессовавшись в светящуюся магическую диаграмму из древних рун. Поочередно коснувшись лба каждого из четырнадцати пленников, королева отряхнула руки: — Готово.
Внезапно до нее дошел скрытый смысл сказанного, и ее голос резко посуровел: — Техника изменения памяти!.. Только не говори мне, что ты собрался пустить в ход мерзкое колдовство этих кровососов-вампиров?!
Бобби неловко улыбнулся и примирительно поднял руки: — Мам, спокойно! Я не знаю, за что именно ты так люто ненавидишь вампиров, но обещаю: на твоих глазах я в кровососа обращаться не стану. Честное слово.
Сконцентрировавшись, юноша вызвал в сознании четкий образ головы Дьявола — точную копию собственного лица. В ту же секунду его зрачки налились густым фиолетовым огнем, кожа приобрела смуглый металлический оттенок, а надо лбом с сухим треском прорезались два изогнутых зеленых рога.
— Сатанификация — активация! — едва слышно выдохнул Бобби.
— Что за чертовщина?! — взвизгнула Миа, в панике отскакивая назад от неожиданности.
Едва трансформация завершилась, королева призрачной тенью метнулась к нему, занося кулак для сокрушительного удара в челюсть: — Ах ты дьявол! Немедленно верни мне тело моего сына!
— Мама, стой! Это же я! — Бобби едва успел перехватить ее руку, чудом избежав зубодробительного хука.
Миа тяжело дышала, буравя его бешеным взглядом. Юноша вздохнул: — Мам, прекрати паниковать. Это всего лишь временный боевой навык, трансформация формы!
Заметив, с каким суеверным ужасом она продолжает пялиться на его рога, Бобби недоуменно потер лоб: — Да что не так с этими рогами? Чего ты так взъелась?
— Мальчик мой... ты хоть раз слышал предание о том, как зародились наши Шесть Древних Семей? — дрогнувшим голосом спросила Миа.
Бобби покачал головой: — Нет еще.
— Слушай же... В незапамятные времена Землей безраздельно правили мифические чудовища.
Миа вкратце поведала древнюю легенду о временах, когда по планете свободно рыскали исполинские Драконы и Фениксы, а род людской был для них не более чем бесправным скотом и рабами: — Это была эпоха кромешного ада для всего человечества. Наша великая прародительница, служившая верховной жрицей при дворе владыки Истинной Империи Драконов, пошла на отчаянный шаг. Она выкрала запечатанный сосуд, в котором хранилась последняя капля крови Дьявола, пролитая им в свирепой битве с божеством, и бежала на край света.
Миа сделала паузу, ее голос дрожал от напряжения: — Спустя долгие годы странствий она собрала со всех концов земли шестерых сирот и провела кровавый ритуал, применив забытую запретную технику. Осушив сосуд с кровью Дьявола, верховная жрица сама обратилась в чудовищное создание с черными рогами на челе и перепончатыми крыльями летучей мыши за спиной. Затем она напоила своей кровью этих шестерых детей — так на свет появились Шесть Древних Семей.
Королева тревожно сдвинула брови: — И ее последним пророческим заветом были слова: «Отныне в жилах каждого из вас течет проклятая кровь Люцифера. Никогда не откликайтесь на его зов, иначе навеки станете его слепыми пешками!»
— Ха-ха-ха! Мам, ну ты и накрутила себя! — искренне рассмеялся Бобби. — Да, признаю: этот навык напрямую завязан на силу владыки преисподней. Но никакой Люцифер меня никуда не звал, и я в глаза его не видел! Это древнее пророчество не имеет ко мне ни малейшего отношения — я выгрыз эту способность собственным потом и кровью.
Отмахнувшись от суеверий, Бобби перевел взгляд на лежащие тела.
Первым подопытным он выбрал главаря банды — Фафа. Влив в его меридианы порцию Первородной Ци, юноша грубо вернул ангела в чувство.
— Ублюдок, я разорву тебя на куски! — едва открыв глаза, с яростным шипением заскрежетал Фаф на древнем наречии Порус.
Бобби отвесил ему короткую, легкую пощечину, которая из-за блокировки каналов отозвалась в теле ангела адской болью.
— Тихо-тихо, дружище. Скоро всё закончится. Просто смотри мне в глаза, — скомандовал Бобби на чистейшем Порусе.
Фаф помимо воли замер, встретившись взглядом с пылающими фиолетовыми зрачками. Голова ангела пошла кругом, сознание заволокло мутной пеленой, но веки остались неестественно распахнуты. В этот миг Бобби пустил в ход окулярное искусство: тончайшая нить его ментальной воли проникла прямо в глубинные пласты памяти пленника.
Юноша быстро отыскал воспоминания последних дней и принялся методично форматировать их, начисто выжигая ключевые события. На опустевшее место он тут же вживлял новые, детально прописанные образы: сцены того, как Фаф и его головорезы хладнокровно вырезают всех ангелов-ликвидаторов, прибывавших на остров.
Спустя несколько минут ментальное вмешательство завершилось. Бобби оборвал контакт — и Фаф, закатив глаза, без сил рухнул на каменный пол в глубоком обмороке.
Точно такую же операцию Бобби проделал с остальными тринадцатью пиратами, не тронув лишь беременную воительницу. Закончив работу, он деактивировал «Сатанификацию», возвращая себе привычный человеческий облик.
— А как же девка? — нахмурилась Миа, кивнув на спящую Ор.
— Ей ты мозги промывать не собираешься?