Кровавые знаки на ее теле вспыхнули ядовито-желтым пламенем и со звоном разбились, словно тонкое хрустальное стекло. В следующее мгновение тело Мии пришло в движение, стремительно трансформируясь.
— А-а-а!.. О-о-о-х!.. А-а-а-ргх!.. — закричала она от раздирающей боли: суставы неестественно вывернулись, кости удлинились со скрежетом и глухим треском. Спустя пару минут судорог на полу уже стояла исполинская белоснежная волчица с узкой черной полосой, проходящей по кончику хвоста.
Хищница рванула вперед, выбив тяжелым телом оконную раму и осыпав газон градом осколков. Приземлившись на четыре лапы, она гигантскими прыжками понеслась в сторону лесного массива, окаймляющего сектор А-13.
По счастливой случайности стояла глубокая ночь. На окраине элитного района царила безлюдная тишина, а с чистого неба лился холодный свет круглой луны.
Стремительным спринтом преодолев чащу, белый койот выскочил на вершину высокого холма. Зверь вскинул морду к небесам и завыл на пределе легких: — А-у-у-у-у-у-у!..
Протяжный, леденящий душу зов сотряс пространство. В ту же секунду мир захлестнула необъяснимая аномалия: белый лунный диск в вышине сперва налился густым багрянцем, а затем вспыхнул пронзительным сапфирово-синим светом.
Точно такое же явление прокатилось по всем колонизированным человечеством экзопланетам. Внезапно возникшие луны окрасились в лазурь. Даже в тех мирах, где стоял полдень, солнце померкло, небосвод затянуло глубокими сумерками, и над городами зависли зловещие синие спутники.
Это коснулось и прародины — Земли.
Тысячи существ, разбросанных по разным звездным системам, телепатически уловили властный зов белой волчицы, звучавший сквозь космические бездны. Повинуясь первобытному инстинкту, они выбегали из небоскребов, особняков и бункеров под открытое небо. Едва их взгляды касались синей луны, их тела начинали ломаться: люди преображались в волков всевозможных мастей, размеров и пород.
На вершине холма у сектора А-13 белый зверь оборвал вой. Мышцы и скелет снова потекли, возвращая прежний облик, и вскоре на камнях уже стояла обнаженная фигуристая женщина.
— Что ж, начало положено, — холодно произнесла Миа. — Ключевые лидеры оборотней со всех миров людей получили призыв. Если остальные пять Древних Кланов посмеют встать у меня на пути — я устрою им такую резню, какой этот мир еще не видывал.
Она воспламенила силу пробужденной родословной и прошептала формулу: — Поступь ветра!
Воздушные потоки вокруг закружились вихрем, уплотнились под ее босыми ступнями и мягко оторвали тело от скалы: — Вперед!
Плотная масса сжатого воздуха понесла ее над кронами: — Ох... Совсем хватку растеряла за эти годы покоя...
Скорректировав курс, Миа скользнула по воздуху обратно к своему особняку.
Последующие пять дней она провела в затворничестве, не переступая порога дома.
Тем временем среди четырех Древних Кланов поднялась нешуточная паника. Особенно встревожились Вампиры — их извечные кровные враги. Старейшины четырех родов спешно созвали совет, намереваясь остановить Миабеллу до того, как вспыхнет полномасштабная война, подобная прошлой бойне.
Лидеры же кланов Оборотней со всех секторов бросились на Дварку — на личный поклон к королеве.
Следующие трое суток, несмотря на скандал с катастрофой телепортатора, терминал планеты трещал по швам от наплыва влиятельных персон. Бронь на рейсы до Афродиты раскупалась с такой бешеной скоростью, что касса межпланетного вокзала за несколько дней перекрыла годовую прибыль всей транспортной сети.
Информационные каналы захлебывались теориями заговора: одни эксперты утверждали, что элита намеренно инсценировала аварию, другие связывали ажиотаж с тайным переделом сфер влияния.
Но высокопоставленных визитеров пересуды прессы не волновали. Мэр Афродиты спешно закатил пышный раут в своей загородной резиденции, однако прибывшие сановники даже не взглянули на почетный караул градоначальника в терминале. Первым делом они задействовали все теневые связи в городе, чтобы выйти на след одной-единственной женщины.
Спустя неделю воздушное пространство над тихим сектором А-13 заполнилось роскошными гравикарами и представительскими флаерами. Дорогие машины плотно облепили подъездную аллею перед скромным домом Мии.
Сотни респектабельных особ всех возрастов не смели приблизиться к крыльцу, покорно дожидаясь аудиенции на лужайке.
Спустя четыре томительных часа входная дверь со скрипом отворилась. На пороге показалась статная, роскошная женщина.
Толпа моментально замерла в гробовой тишине.
Миа окинула собравшихся тяжелым, высокомерным взглядом.
Группа из двух десятков человек тут же синхронно опустилась на колени прямо в траву: — Слава Ее Величеству! Да здравствует Королева!
Миа медленно скользнула глазами по остальным богато одетым визитерам, продолжавшим стоять на ногах, и отчеканила: — Кто дал вам право топтать мой газон?
Вперед выступил пожилой аристократ с моноклем в глазу. Отвесив безупречный поклон, он заговорил с изысканным акцентом: — Приветствую вас, Ваше Величество, Великая Миабелла Пятая! Позвольте представиться: Гринс Ловеринт, верховный старейшина рода Ловеринт.
— Оставь свои расшаркивания и говори по существу, — прервала его Миа ледяным, безучастным тоном. — Чего вашей клыкастой породе от меня нужно?
— Ваше Величество, как полномочный представитель клана Вампиров, я уполномочен передать волю нашего патриарха. Он призывает вас вспомнить об Ордонском Пакте во имя выживания Шести Древних Семей и немедленно прекратить то, что вы затеяли. В противном случае...
— В противном случае — что?! — оборвала его королева.
Ее духовная аура взорвалась чудовищной плотностью. Ударная волна невидимой силы обрушилась на старика, заставив его колени подогнуться и со стуком впечататься в гравий.
— Ты хоть понимаешь, в чем твоя ошибка, кровосос? — зазвенел ее голос. — Во-первых, вы явились на мою землю без приглашения. Во-вторых, смеете тыкать мне какими-то убогими бумажками!
Она перевела ледяной взор на остальную толпу. Ее аура накрыла всех присутствующих гранитной плитой: — За кого вы меня принимаете? Думали, я подписала тот жалкий пакт и запечатала кровь из страха перед вашими ничтожными семьями?! Глупцы! Те, кого я лично не звала, могут убираться ко всем чертям, пока я в хорошем расположении духа! Передайте своим патриархам: я плевать хотела на ваши договоры. Хотят войны — они ее получат! А теперь пошли вон, пока я не передумала и не пустила вас всех на фарш!
Давление мгновенно спало.
Перепуганные посланники кланов начали поспешно пятиться к своим машинам.
Но один спесивый аристократ средних лет вдруг шагнул вперед и с ядовитой ухмылкой выкрикнул: — Побитая собачья королева племени ликанов вздумала качать права и кичиться былым величием?! Что ж, война так война! В этот раз мы снимем шкуры со всех ваших псов и сук, а ваши оторванные башки приколотим над нашими парадными дверями как охотничьи трофеи!..
Фраза осталась незавершенной.
Вторая Миа материализовалась прямо перед наглецом и без замаха ткнула указательным пальцем ему в центр грудины.
Бабах!
С глухим хлопком тело мужчины разорвало в клочья: воздух заволокло кровавой моросью, а кости и плоть испарились без следа.
Миа, продолжавшая невозмутимо стоять на крыльце, холодно произнесла: — Ну и чего вылупились? Кто следующий желает разделить его судьбу?
Она повысила голос так, что он раскатом грома прокатился по всему кварталу: — И еще одно: чтобы до заката вашей ноги не было на этой планете! Если завтра я учую хоть одного представителя четырех семей на Дварке — пощады не ждите. Дварка — моя территория!
Услышав неприкрытый ультиматум, делегации сорвались с места: они попрыгали во флаеры и рванули прочь, напоминая стаю перепуганных птиц, спасающихся от лесного пожара.
На лужайке остались лишь те двадцать человек, что с самого начала стояли перед ней на коленях.
— Ну вот, весь мусор разбежался. Можете встать и расслабиться, — бросила Миа, поворачиваясь к дверям. — Чего застыли? Моему Величеству нужно повторять дважды?
От ее прежней доброты и кротости заботливой матери не осталось и следа: перед ними стояла властная, капризная и опасная королева. Окажись Бобби сейчас здесь, он ни за что не поверил бы, что эта роковая правительница и есть та самая женщина, которая пекла ему печенье.
В гостиной Миа вальяжно опустилась на диван и небрежно бросила: — Садитесь.
— Мы не смеем, Ваше Величество! — хором отозвались верные вожаки.
Миа лукаво прищурилась: — Вы что, смеете ослушаться приказа своей королевы?
— Ни в коем случае, Ваше Величество! Пощадите! — оборотни в панике повалились ниц, прижавшись лбами к ковру.
— Ох, ладно... — вздохнула она. — Хватит валяться, поднимайтесь. У меня есть для вас неотложное поручение.
Вперед шагнул сухощавый старец с аккуратной белой эспаньолкой: — Приказывайте, Ваше Величество! Мы готовы сложить головы по первому вашему слову!
Миа сжала кулаки, и в ее голосе впервые прорезалась глухая боль: — Мой сын пропал...