Город Вальхалла.
Город вокруг Школы Героев кишел людьми, которые собрались со всех трёх Королевств ради дня открытых дверей.
Конечно, сами герои, участвующие в открытом уроке, вошли в школу ещё с утра, но было немало и тех, кто пришёл, несмотря на отсутствие прямого участия.
От ассистентов, обслуживающих высокопоставленных героев, людей, пришедших на «социальное собрание» после открытого урока, до сплетников, жаждавших увидеть героев из трёх Королевств в одном месте, и торговцев, нацеленных на такие толпы, — улицы Вальхаллы были ещё более оживлёнными, чем внутренности школы.
— Сначала нам следует переодеться.
— Угу.
Ходить в школьной форме посреди буднего дня привлекало слишком много внимания.
— Давай зайдём в тот магазин.
Мы случайно выбрали ближайший магазин одежды и вошли внутрь.
Для магазина, в который мы зашли без особых раздумий, он оказался на удивление известным, так как просторный интерьер был заполнен сотнями различных видов одежды.
— Здесь много одежды.
— Давай просто быстренько что-нибудь выберем и переоденемся.
Осматривая мужской отдел в поисках одежды, я вдруг кое-что понял.
— А? Куда он делся?
Юрена, который, как я думал, следовал за мной, нигде не было видно.
Я вернулся по своим следам и увидел Юрена, рассеянно стоящего в магазине и уставившегося на манекен в женском отделе.
Манекен был одет в летящую юбку и блузку с открытыми плечами — популярный в последнее время тренд среди учениц.
— Что ты там делаешь?
— Ой, прости. Я просто на мгновение ушёл в себя.
Юрен неловко улыбнулся и подошёл к мужскому отделу.
Переодевшись в быстро выбранную одежду, мы снова шагнули на улицы Вальхаллы.
— Чёрт, погода отличная.
По какой-то причине день казался исключительно ярким, хотя это был самый обычный день.
Может быть, потому что мы прогуляли школу.
— И что нам теперь делать?
— Я не уверен...
— Хочешь чем-нибудь заняться?
— Я впервые делаю что-то подобное.
Юрен, неловко улыбаясь, с беспокойством озирался по сторонам, словно потерянный ребёнок, отбившийся от родителей.
Я подавил смешок при виде его поведения.
«Сильнейший мечник человечества тревожится лишь потому, что прогулял школьный урок».
Видеть свежую и невинную сторону Юрена, которую я никак не мог вообразить в его прошлой жизни, вызывало у меня улыбку.
— Ну что ж, может, просто прогуляемся по окрестностям?
— Давай так и сделаем.
Я решил отвести Юрена в Республиканский квартал — место в Вальхалле, где жило большинство выходцев из Республики.
Это было место, которое я раньше посещал вместе с Ирис, когда мы ходили в кино.
Республиканский квартал был заполнен ресторанами в республиканском стиле и культурными заведениями.
— Вау, так это и есть Республиканский квартал.
Глаза Юрена сияли от восторга, когда он озирался по сторонам, совсем как кто-то, только что прибывший в столицу из провинции.
— Ты здесь впервые?
— Да, я редко куда выбираюсь, а если и выбираюсь, то никогда по-настоящему не заходил в Республиканский квартал.
— Ну, учитывая твою мать, это понятно.
— Ой... Я, я не считаю жителей Республики полукровками или кем-то в этом роде!
— Я знаю, дружище.
Мы некоторое время бродили по Республиканскому кварталу, и по мере того, как шло время, я начал чувствовать голод.
— Что-то я проголодался. Перекусим?
— Давай.
— Хочешь что-нибудь конкретное?
— Хм... чего бы я хотел съесть...
Подумав мгновение, Юрен просиял.
— Я хочу попробовать рамён!
— ...Рамён? Из всего на свете именно рамён?
— Да!
Юрен с энтузиазмом кивнул.
— Ну, раз ты этого хочешь.
Пока мы оглядывались в поисках места, где подают рамён, Юрен вдруг заговорил.
— Эй, Дейл.
— Чего?
— Вместо того чтобы покупать, ты не мог бы приготовить рамён для меня?
— Ты хочешь, чтобы я приготовил?
Серьёзно?
Здесь, на улице, он хочет, чтобы я приготовил рамён?
— Давай просто купим. Так будет вкуснее.
— ……
Лицо Юрена вытянулось, и он надулся от моего предложения купить рамён.
— Ты приготовил его для Ирис...
Вид опустившего голову и выглядящего унылым Юрена вызвал во мне странную волну вины.
— Ладно, ладно... Я приготовлю его для тебя.
— Спасибо, Дейл!
Юрен засиял, выглядя счастливее некуда.
Я мысленно вздохнул при этом зрелище.
— Ха...
Юрена порой действительно трудно понять.
С чего это он так зациклился на том, чтобы я приготовил рамён, когда вокруг полно мест, где можно поесть?
— Так, дай-ка подумать... где тут можно приготовить рамён?..
Не мог же я заявиться в ресторан и попросить воспользоваться их кухней.
«Подожди-ка».
Я вспомнил, как видел в часах героя, что недалеко от Республиканского квартала на берегу реки есть место, где можно приготовить рамён самостоятельно.
— Пойдём, Юрен.
— Куда мы идём?
— Просто следуй за мной.
Как и ожидалось, на берегу реки было место, где можно было приготовить рамён и поесть за столиком на открытом воздухе.
— Займи нам место. Я пойду внутрь и приготовлю рамён.
— Хорошо!
Приготовив рамён внутри, я принёс его к столику на улице, где ждал Юрен.
Вердикт благородного молодого господина, никогда прежде не пробовавшего рамён, был простым.
— Вау, это действительно... очень насыщенно.
Юрен неловко улыбнулся, явно не получая удовольствия от насыщенного вкуса.
Его реакция была полной противоположностью реакции Ирис, которая уплетала рамён с энтузиазмом.
«Да, это нормальная реакция».
Если бы рамён подходил под вкус каждого, его бы не ели в основном только в Республике.
Для выходцев из других стран, не привыкших к острой пище, вкус был слишком сильным.
— Тебе не особо по вкусу, да?
— О нет! Это вкусно!
— Что же в нём хорошего, раз ты так потеешь?
Я усмехнулся и вытащил ломтик сыра, который прихватил на всякий случай.
— Если добавить это, станет намного вкуснее.
— ...Сыр? Нужно класть сыр в рамён?
Юрен нахмурился, словно сомневаясь в столь нелепом сочетании.
— Сам увидишь, когда попробуешь.
— Ладно...
Когда я положил сыр на рамён, оставшееся тепло заставило его расплавиться.
— А?
Юрен осторожно откусил сырный рамён, и его глаза расширились от удивления.
— Это... вкусно!
— Гораздо лучше, чем раньше, верно?
— Да!
С довольной улыбкой Юрен быстро доел сырный рамён.
Я тоже последовал его примеру, подчистую доев свою миску.
Быстро умяв рамён, мы с Юреном сидели за уличным столиком, глядя на спокойно текущую реку.
Утренние события казались далёким сном, пока мы наслаждались мирным моментом.
Я нарушил тишину, обратившись к Юрену, который тихо смотрел на реку.
— Юрен.
— Мм?
— У вас с матерью всегда так было?
— ...
Юрен крепко сжал губы при упоминании матери.
Он горько улыбнулся и мягко покачал головой.
— Моя мать не всегда была такой. Когда я был маленьким, она была невероятно добра.
— Совсем не похоже, что она такой человек.
— Ха-ха. Это потому, что ей пришлось вести семью в одиночку. Наверное, ей приходится очень тяжело.
Юрен неловко улыбнулся, пытаясь защитить мать.
Я нахмурился и покачал головой.
— Даже если ей тяжело, это не значит, что она может так с тобой обращаться. Честно говоря, ты ведь практически надежда семьи Гелиос?
— ...Надежда.
— В любом случае, если тебе это не нравится, ты должен высказаться. Тебе не обязательно жить под каблуком у матери.
— ...
Почему-то выражение лица Юрена стало холодным.
Он сжал кулаки так сильно, что его руки задрожали.
— ...Я не могу.
Тихий голос, почти выдавленный из себя.
Юрен хрупко улыбнулся, словно собираясь сломаться, и покачал головой.
— У меня нет права.
— ...Что значит «нет права»?
— Уже поздно, Дейл. Нам нужно вернуться до закрытия общежитий.
Юрен поспешно сменил тему, явно избегая разговора.
Я сузил глаза, наблюдая, как Юрен собирает миски из-под рамёна и встаёт.
Его руки и губы слегка дрожали, щеки были бледными, а дыхание стало поверхностным и неровным.
Юрен, которого я никогда раньше не видел.
Вернее, Юрен, которого я отказывался видеть.
Юрен, охваченный страхом.
«...Почему?»
Вопрос возник в моей голове.
Юрен, которого я знал, был храбрее всех.
Когда все остальные сжимались от страха и бежали, он смело обнажил свой меч и стоял на своём.
Даже перед Богом Демонов.
«Так почему же?»
Что могло так сильно напугать его?
— Идём.
— Ах да.
Не успев найти ответы на вопросы, крутившиеся в моей голове, я последовал за Юреном обратно к школе.
— О, и ещё, Дейл.
Шедший впереди Юрен вдруг обернулся с улыбкой.
— Спасибо.
— ...За что?
— Что вывел меня прогуляться.
Юрен тепло улыбнулся, сказав это.
*
Расставшись с Дейлом, я направилась обратно в общежитие.
Школа, в которой закончились все занятия, была окутана зловещей тишиной.
— Вздох.
Я вспомнила о сегодняшней вылазке а город с Дейлом.
Бродить по улицам, видеть то, чего никогда не видела, есть то, чего никогда не пробовала.
«Это было весело».
Я и представить себе не могла, что у меня будет такой день.
Я была искренне счастлива.
Но.
— ...
Стоя перед дверью, я закусила губу.
Время этого мимолётного счастья подошло к концу.
Теперь настало время вернуться к моему обычному распорядку.
Скрип.
Дрожащими руками я открыла дверь в общежитие.
— Наконец-то вернулся?
В комнате сидела моя мать, закинув ногу на ногу и глядя на меня холодными, безжизненными глазами.
— ...Да.
Я не стала спрашивать, почему она всё ещё здесь, хотя день открытых дверей для родителей уже закончился.
Я слишком хорошо знала, что моя мать не уйдёт вот так просто.
— Мне жаль.
Я опустилась перед ней на колени и склонила голову.
Ни слова не говоря, мать встала и подошла ко мне.
Я крепко зажмурился, готовясь к пощёчине.
— Юрен, нет... Юрина.
Но вместо этого её рука нежно погладила меня по щеке с удивительной нежностью.
— ...Матушка?
Слово «Матушка» едва сорвалось с моих губ, так как я совсем этого не ожидала.
— Тебе пришлось нелегко, правда? До такой степени, что ты связался с таким дурным влиянием.
— Н-нет, это не так...
— Не переживай. Никто не знает, как упорно ты трудилась, лучше меня.
— ...
Я что, во сне?
Мой разум затуманился, не в силах постичь происходящее.
— Ты справилась, Юрина. Ты хорошо потрудилась.
Сказав это, мать мягко погладила меня по спине.
— ...Ах.
Мороз пробежал у меня по коже.
Из моих глаз неконтролируемо потекли слёзы.
— М-матушкаь.
— Тише-тише.
— Хнык... Матушка...
Я не знала, почему её отношение так внезапно изменилось, но это уже не имело значения.
Всё, что я знала, — это то, что в этот момент моё давнее желание исполнилось.
— Юрина, я должна тебя кое о чём попросить. Ты сделаешь это для меня?
— Хнык... Да. Всё что угодно... Я сделаю всё что угодно.
Мог ли вообще быть день радостнее этого?
Я вытерла слёзы тыльной стороной ладони и жадно кивнула.
— Будь Юреном.
— ...Что?
Быть Юреном?
Что она имела в виду всем тем, что было до этого момента?
— Я не прошу о какой-то полу-имитации.
— О чём ты говоришь...?
Мать крепко вцепилась мне в плечи, говоря с возбуждением в голосе.
— Если мы наложим стигму Юрена на твою, ты станешь настоящим Юреном... сияющим солнцем.
Её глаза, искривлённые безумием, блестели, пока она говорила.