Чжугэ Сона наполнила белую крысу собственным внутренним образом, словно вдохнув в неё жизнь.
Белая крыса «Божественного Меча Призрачного Неба».
Её способность управлять духовной сущностью вступила в гармонию с Чуткостью Чжугэ Соны, создавая вокруг целое поле восприятия.
Пусть духовная сила Чжугэ Соны и не отличалась особой мощью, само восприятие по своей природе действовало в обе стороны.
При достаточной силе сознания она без особого труда могла наложить собственное восприятие на окружающих.
— Все примите Пилюли Разрушения Иллюзий!
Призрак Чёрного Меча с опозданием понял, что происходит, и отдал приказ.
Пилюли Разрушения Иллюзий предназначались для уничтожения мистических наваждений и были специально созданы как средство против «Формации Заблуждения» клана Чжугэ.
Но формация, которую сейчас развернула Чжугэ Сона, принципиально отличалась от обычных иллюзий.
— Что это...?
Внезапно Призраку Чёрного Меча показалось, что его тело воспарило и понеслось по небу.
Бескрайний небосвод.
Сверху.
Снизу.
Со всех сторон.
Все шесть направлений были заполнены лишь бесконечной лазурью.
«Она через белую крысу наложила на остальных собственное восприятие?»
Стоило ему понять происходящее, как Призрак Чёрного Меча мгновенно вернулся к реальности.
Для человека, открывшего все три даньтяня и достигшего единства сущности, энергии и духа, даже сила белой крысы казалась тусклой.
Точнее, проблема заключалась в ограничениях человека, управлявшего ею.
— Значит, отпускать меня ты не собираешься...
Бескрайнее небо, которое он только что увидел внутри собственного сознания, теперь смотрело прямо на него.
Встретившись взглядом с глубокими синими глазами Намгун У, Призрак Чёрного Меча посетовал на отсутствие выбора.
— Похоже, дальше возиться с этим уже не имеет смысла.
Скр-р-р—
Из меча Призрака Чёрного Меча донёсся леденящий душу скрежет.
И оба мужчины одновременно сорвались с места.
Лязг!
Уже в первом столкновении их астральных энергий не было ни малейшего намёка на снисхождение.
Теперь роли поменялись.
До этого Кым Син был тем, кого испытывали, а Призрак Чёрного Меча — тем, кто оценивал.
Теперь всё стало наоборот.
«Сколько же времени прошло с тех пор, как мне доводилось сражаться с настолько сильным противником?»
Призрак Чёрного Меча разогнал внутреннюю силу по меридианам.
Мощь, заполнившая руки и ноги, породила почти всемогущее ощущение.
Искусства меча двух мужчин напоминали око бури.
Их столкновения создавали настолько огромный вихрь энергии, что даже Кым Син, подняв защитную ци до предела, получил несколько порезов.
Но внутри самих траекторий мечей ударные волны почти полностью уничтожались благодаря невероятному контролю обоих мастеров.
Пять обменов ударами пролетели в одно мгновение.
Хотя давление внутренней силы противника отдавалось болью до самых костей и постепенно теснило его назад, Призрак Чёрного Меча испытывал лишь всё большее возбуждение.
Бой, к которому он готовился как к смертельному.
И всё же прямо сейчас перед ним появился путь к выживанию.
«У этого человека мало настоящего боевого опыта!»
§
Кто был сильнейшим мастером из всех, кого Намгун У видел до сих пор?
Несомненно, Пхэн Хусан.
Гвак Тан тоже был чрезвычайно силён, однако в тот момент Намгун У был слишком поглощён собственным сражением, чтобы полностью оценить его возможности.
А истинную силу Пхэн Хусана он испытал на себе через «Саблю Пяти Тигров, Ломающую Врата».
Поэтому первое место неизбежно принадлежало именно ему.
Но что, если исключить Непревзойдённых мастеров вроде Пхэн Хусана и Гвак Тана?
Ли Чарён тоже достиг запредельного уровня, но куда сильнее склонялся к мистическим искусствам.
Если исключить и его...
Оставалась Хан Геран, Воинственная Наложница Восточного Моря.
Хан Геран была сильна.
Настолько, что Намгун У считал: чтобы не проиграть ей, возможно, придётся пожертвовать двумя конечностями.
Но сейчас он понял, что ошибался в своих расчётах.
«Двумя конечностями? Нет. Нужно было готовиться вернуться прахом.»
Столкнувшись с мечом Призрака Чёрного Меча, Намгун У наконец понял это.
Физические способности.
Внутреннее совершенствование.
Мастерство боевых искусств.
Ни в одном из этих аспектов Намгун У не уступал противнику.
И всё же баланс в бою оставался практически равным.
Разница заключалась в опыте.
Десятилетия настоящих сражений позволяли Призраку Чёрного Меча компенсировать любую разницу в чистой силе.
«Он ещё и блокирует способности моего верхнего даньтяня.»
То чудовищное присутствие, которое мгновенно превратило Смеющегося Волка в безвольную оболочку, совершенно не действовало на Призрака Чёрного Меча.
Что, впрочем, было естественно.
Верхний даньтянь Призрака Чёрного Меча тоже был открыт.
Если не соединить способность верхнего даньтяня с боевым искусством, как в случае «Сабли Пяти Тигров, Ломающей Врата», грубое давление сознанием, применяемое одновременно с обычными техниками, не могло подавить душу столь выдающегося мастера.
С другой стороны, Призраку Чёрного Меча приходилось делить внимание, защищая собственную душу посредством верхнего даньтяня.
Но десятилетия опыта позволяли ему делать даже это почти без усилий.
Полноценное столкновение двух великих мастеров превращало окрестности в пустошь.
Деревья вырывало с корнем волнами энергии.
Ветер от мечей прорезал глубокие борозды в земле.
Каждая смена стойки переворачивала почву.
Каждый удар, нацеленный в брешь, словно раскалывал сам воздух.
Трудно было поверить, что такая чудовищная мощь могла заключаться в небольших человеческих телах.
Но Намгун У не тревожился.
Если бой затянется, победа останется за ним.
Пусть внутренняя сила великих мастеров и казалась огромной, словно море, бесконечной она не была.
И по общему объёму внутренней силы, и по эффективности её использования преимущество принадлежало Намгун У.
Значит, первым предела достигнет Призрак Чёрного Меча.
Но и это входило в расчёт противника.
— А-а-а-а!
Крик позади на мгновение поколебал сосредоточенность Намгун У.
Поле восприятия, которое Чжугэ Сона создала вокруг белой крысы как ядра формации, начало разрушаться под ударными волнами их сражения.
И бойцы секты Чёрного Меча один за другим приходили в себя.
Меч Призрака Чёрного Меча мгновенно проник в едва заметную брешь и устремился к жизненно важной точке Намгун У.
Сознание Намгун У ускорилось.
Опыт смертельного боя с Ли Чарёном заставил тело среагировать раньше мысли.
Защитная астральная энергия «Беспредельного Дворца Небесной Реки» встала на пути чёрного клинка.
Ву-у-ум!
«Беспредельный Дворец Небесной Реки» превосходно остановил ужасающую по остроте энергию меча.
Но полностью погасить силу столкновения было невозможно.
Вместо того чтобы жёстко принять удар на месте, Намгун У позволил собственному телу отлететь назад.
Его тело легко поднялось над землёй.
Использовав «Осень Тысячи Цзиней», чтобы мгновенно восстановить равновесие, Намгун У едва коснулся ногами земли и сразу широко взмахнул рукой.
В одно мгновение Небесная Громовая истинная ци прошла по двенадцати меридианам.
Истинная ци наполнила меч и превратилась в энергию клинка.
А затем Намгун У выпустил летящий удар.
«Летящий Удар Грома».
Шик!
Золотая энергия меча отсекла руку бойцу секты Чёрного Меча, который уже занёс клинок над упавшим монахом монастыря Хвасон.
«Он использовал мой же удар против меня...!»
Увидев, как руку ученика, которого он лично обучал, отсекает чужая энергия меча, Призрак Чёрного Меча яростно взревел:
— Куда ты смотришь?!
— Уже поздно.
С лёгкой усмешкой Намгун У заблокировал атаку Призрака Чёрного Меча.
И в тот же миг...
— Берите их!
Шик!
— Не дайте им уйти! Убейте всех!
Бум! Хруст!
Всё вокруг погрузилось в хаос.
Наконец прибыли мастера Праведного Мурима, выступившие из уезда Цзин.
Среди них особенно выделялись двое.
Ладонь-клинок Чонгвана, возглавлявшего мастеров секты Хуаншань, разрубила одного из бойцов секты Чёрного Меча вместе с его оружием.
«Печать Убийцы Дракона, Хватающего Луну».
Высшая техника ладони секты Хуаншань во всей красе продемонстрировала свою разрушительную силу.
Не желая уступать, ещё один мастер показал выдающееся боевое искусство.
Пхэн Харён.
Теперь она свободно сочетала сразу две различные техники.
«Белая Сабля Ускользающей Цепи» перекрывала атакующие клинки противников.
А «Сабля Ревущего Грома Неба и Земли» с оглушительным грохотом буквально сокрушала врагов.
Бойцы секты Чёрного Меча, ещё недавно теснившие монахов монастыря Хвасон, теперь падали один за другим словно костяшки домино.
Призрак Чёрного Меча стиснул зубы и свирепо уставился на Намгун У.
— Старший брат! Ты цел?!
Пхэн Харён обеспокоенно подбежала к Намгун У, пока тот принимал полный ненависти взгляд Призрака Чёрного Меча.
Хотя она лучше многих знала, на что способен Намгун У, всё равно начала внимательно осматривать его, проверяя, нет ли ран.
И, увидев поведение Пхэн Харён, кто-то позади ошеломлённо пробормотал:
— Харён...? Старший брат...?
Чжугэ Сона, всё ещё тяжело переживавшая последствия насильственного разрушения формации, усомнилась в собственных глазах и ушах.
Да.
Наверняка её чувства сейчас просто работают неправильно.
В конце концов, обращаться с белой крысой она ещё только училась.
К тому же после многократного использования «Небесного Пути Резонанса» её духовная и внутренняя силы почти полностью иссякли.
После обратного удара от разрушенной формации восприятие вполне могло исказиться.
— Нет! Это правда Харён!
Чжугэ Сона пронзительно вскрикнула, наконец перестав отрицать очевидное.
Формация была развёрнута через белую крысу как посредника.
Даже если её разрушили силой, обратный удар не должен был напрямую достигнуть Чжугэ Соны.
Значит, её чувства работали нормально.
Глаза видели ясно.
Уши слышали прекрасно.
Женщина, подбежавшая к великому герою, который только что защитил её, действительно была хорошо знакомой ей Пхэн Харён.
И она совершенно точно назвала его «старшим братом».
Услышав пронзительный крик позади, Намгун У мягко отстранил вцепившуюся в него Пхэн Харён.
— Здесь опасно. Сначала проверь, что происходит позади.
— А, хорошо...
Пхэн Харён поспешно направилась к Чжугэ Соне.
— Я знал, что ты этого ждёшь.
— А кто бы не понял? Ты собирался принять удар защитной энергией, а затем разрубить меня. «Шесть Ударов, Рассекающих Кости»... Имея такое мастерство, ты всё равно не проявляешь ни капли милосердия.
Изначально Намгун У не собирался заходить настолько далеко.
Но чтобы защитить Пхэн Харён, пришлось бы ответить как минимум с такой силой.
Призрак Чёрного Меча тоже это понял.
Поэтому вместо рискованной атаки он решил выпустить волны энергии, оказывая давление на прибывших мастеров Праведного Мурима, одновременно прикрывая собственных учеников из секты Чёрного Меча.
Он не стал рисковать.
И именно поэтому у Призрака Чёрного Меча всё ещё оставалась последняя карта.
— Стоять!
На склоне показалась группа людей.
Они удерживали пленников, одетых в форму клана Чжугэ.
— Тот человек — Демон Истребления.
Чонгван подошёл ближе, с рук всё ещё капала кровь, и посмотрел на возглавлявшего новую группу человека.
— А человек в его руках, похоже, командир Отряда Пиун.
Чжугэ Пан, которого удерживал Демон Истребления, был покрыт глубокими ранами и едва оставался жив.
— Отпустите людей секты Чёрного Меча, и я освобожу этих людей.
— Демон Истребления! Белая крыса...
— Тогда сам будешь разбираться с ним? Я предпочту не связываться.
— ...Тц.
Призрак Чёрного Меча перестал спорить с Демоном Истребления и отступил.
Демон Истребления вновь посмотрел на Намгун У.
— Согласен?
Имел ли Намгун У право принимать такое решение?
На самом деле он уже определился.
Но прежде чем успел открыть рот, Чонгван почтительно произнёс:
— Великий герой, решение за вами.
«Великий герой», значит.
Заметив, насколько иначе Чонгван теперь с ним разговаривал, Намгун У особенно ясно почувствовал значение боевой силы в этом мире.
Раз даже командир отряда клана Чжугэ находился в таком состоянии, никто уже не станет оспаривать решение Намгун У.
— Сначала отпустите людей клана Чжугэ. После этого я позволю им уйти.