Предварительные поединки проводились не на официальных тренировочных площадках Союза Мурима, а на общественных аренах, разбросанных по всему Лояну.
Если тренировочная площадка не находилась в частной собственности, её содержание в Лояне совместно оплачивали Союз Мурима и власти — каждая сторона брала на себя половину расходов. Имея настолько значительную долю, Союз Мурима мог арендовать подобные места для мероприятий вроде нынешнего.
По дороге к тренировочной площадке Намгун Соль то и дело нервно облизывала пересохшие губы, в отличие от Намгун У, уже привыкшего к обращённым на них взглядам.
В Мурим она вошла лишь несколько месяцев назад — даже позднее Намгун У. Причём большую часть этого времени ей приходилось отбиваться от людей, пытавшихся приблизиться к ней ради имени Намгун.
Покой и безопасность, обретённые после вмешательства Каквона, первое время даже казались ей непривычными, настолько она привыкла постоянно анализировать намерения каждого приближавшегося человека.
Теперь же ей предстоял первый настоящий боевой опыт. Пусть тренировочные поединки у неё уже были, сражаться в полную силу ей ещё не доводилось, и от этого напряжение становилось вдвое сильнее.
Однако теперь её тревожили исключительно сам поединок и его исход. Людей вокруг она больше не опасалась.
Намгун Соль больше не была одна. Рядом с ней теперь находился человек, которому она могла доверять и за которым могла следовать больше, чем за кем-либо другим.
«Мне просто нужно хорошо выступить... Только мне самой...»
Пока Соль, думая о победе, укрепляла решимость, Намгун У не возлагал на неё каких-то особенно больших надежд.
Его собственные стандарты успели подняться слишком высоко. Даже слабейший член Отряда Лазурного Неба, Ян Чон, уже являлся мастером высшего класса. Даже Чжугэ Сона, на первый взгляд казавшаяся несколько слабой, обладала силой, сопоставимой с Ян Чоном.
В сравнении с ними Намгун Соль ещё даже не достигла уровня мастера первого класса. Её пока нельзя было назвать даже по-настоящему продвинутым мастером.
Пусть запас внутренней энергии у неё уже соответствовал мастеру первого класса, правильно использовать эту силу Соль ещё не умела — словно жемчужное ожерелье повесили на свинью.
Но несмотря на невысокие ожидания, Намгун У вовсе не пренебрегал её подготовкой. Помимо ускоренного обучения самым практичным приёмам, он уделил немало внимания и внешним обстоятельствам.
— Соль, твои предварительные поединки будут на юго-западе, — Намгун У сказал это вслух, а не посредством Передачи голоса. Он учитывал, что Намгун Соль ещё не достигла первого класса и сама Передачей голоса пользоваться не могла.
Однако позволять посторонним подслушивать разговор он тоже не собирался. Вокруг группы Намгун У незаметно развернул тонкое энергетическое поле, искажавшее звуковые волны.
Оно одновременно отсекало внешний шум и не позволяло их голосам выходить наружу. То, насколько непринуждённо Намгун У управлял внутренней энергией прямо во время разговора, показывало, что контроль над ней стал для него столь же естественным, как движение собственных конечностей.
Но Намгун Соль было не до восхищения его контролем. Поскольку ей велели сосредоточиться исключительно на развитии навыков, она впервые слышала, где именно ей предстоит выступать.
Ошеломлённая внезапной новостью, Соль широко раскрыла глаза, словно кролик, и спросила:
— Юго-запад? Разве юго-восток или восток не ближе?
Юго-запад, юго-восток, восток — эти направления упоминались потому, что предварительный этап делился на восемь групп по восьми основным направлениям, что естественным образом соответствовало Восьми Боевым Отрядам Союза Мурима.
Это Намгун Соль уже знала.
Объяснение продолжила Пхэн Харён.
— Тётя, всё станет понятнее, если учитывать устройство предварительного этапа.
— Устройство... Из каждой из восьми групп выбирают двух лучших, и они проходят в основную часть, верно?
Именно поэтому Ян Квэ, Ян Чон и Кым Син выступали в разных местах.
— Верно. Но из-за этого иногда возникает ситуация, когда человек, который занял бы лишь третье место в восточной группе, на юго-западе оказался бы сильнейшим.
Именно здесь решающую роль начинала играть информация.
Состав поединков основной части определял Союз Мурима, но предварительную группу участники могли выбирать самостоятельно.
Сведения о том, в какие группы записались главные фавориты, — именно это братья Ян и собирали, регулярно наведываясь в игорные дома.
Какая группа была «группой смерти»?
А какая — самой слабой?
Информационная война за ответы на эти вопросы фактически являлась первым сражением турнира.
Пока игроки собирали сведения, решая, куда ставить деньги, секты Мурима вели ожесточённую стратегическую борьбу, распределяя по группам своих сильнейших учеников.
Впрочем, ученики знаменитых великих сект, наоборот, нередко с гордостью заранее объявляли выбранную группу, словно бросая остальным вызов: пусть приходят, если не боятся. Но это была привилегия лучших десяти процентов — тех, кто с детства получал лучшие ресурсы и обучение.
Небольшие амбициозные секты, мечтавшие вырастить хотя бы одного Дракона или Феникса, чтобы возвысить своё имя и расширить влияние, не могли позволить себе подобную роскошь.
Однажды одна секта даже расставила людей у всех восьми площадок на весь день, чтобы отслеживать, кто в какую группу записывается. В итоге ни один их участник так и не пробился в основную часть, а сама секта под насмешками всего Мурима вскоре была вынуждена закрыться.
— После того случая настолько наглая слежка стала встречаться реже, но даже для сект среднего уровня выбор предварительной группы по-прежнему остаётся решением, над которым долго размышляют.
— Ох... Вот оно как...
Под восхищённым взглядом Намгун Соль Пхэн Харён гордо выпятила грудь, демонстрируя материнскую заботливость, которой сама немало гордилась.
Увидев своими глазами, насколько хорошо Пхэн Харён разбирается в обычаях Мурима, Намгун Соль не смогла удержаться от восхищённого возгласа.
Чжугэ Сона, всё это время старательно исполнявшая роль внимательной слушательницы, при необычном обращении вдруг насторожилась, а её глаза блеснули, словно у совы, заметившей добычу в темноте.
«Тётя... Харён только что назвала Соль тётей?»
По одному этому обращению Чжугэ Сона поняла, что отношения между Намгун У и Намгун Соль были далеко не обычными.
А раз так, тогда сама она...
— Госпожа Соль, вы знаете, сколько человек участвует в каждой предварительной группе?
— Сколько? Я не очень...
— В разных группах число отличается, но в среднем бывает от двадцати до тридцати участников. И предварительные, и основные поединки проходят один на один. Поэтому, чтобы попасть в основную часть, вам потребуется выиграть три боя.
— Три боя...
— Иногда приходится проводить четыре, но обычно хватает трёх. Перерывы между поединками на предварительном этапе крайне короткие. Многие даже после победы отказываются от продолжения, потому что полностью истощают силы.
Если слишком сильно выложиться в предварительных боях, можно получить внутреннюю травму или даже столкнуться с отклонением ци, и тогда весь результат окажется бессмысленным. Даже пробившись в основную часть, человек мог оказаться вынужден отказаться уже от первого поединка.
И пусть формально он всё равно получал титул Дракона или Феникса, окружающие высмеивали его за неспособность оценить собственные пределы и награждали унизительными прозвищами вроде «Земляного Дракона» или «Пустой Феникс».
— Поэтому на предварительном этапе важно не просто побеждать, но делать это как можно эффективнее. Однако и чрезмерно беречь силы опасно. Главное — найти золотую середину.
Намгун Соль с искренним удивлением смотрела на эту новую сторону Чжугэ Соны, слегка приоткрыв рот.
Из-за маленького хрупкого телосложения, напоминавшего небольшого зверька, и привычки чаще неловко суетиться, чем демонстрировать способности, первое впечатление Намгун Соль о Чжугэ Соне в лучшем случае сводилось к слову «милая». Особенно учитывая, что сама Соль считала собственную жизнь довольно суровой.
Но сейчас перед ней будто стоял совсем другой человек. Неужели эта мышеподобная Чжугэ Сона и вправду была той же самой девушкой? Всё-таки клан Чжугэ действительно отличался от остальных.
Род умников...
Пусть физические особенности и не позволяли её груди эффектно вздыматься от гордости, этого вполне хватило, чтобы Соль полностью пересмотрела первое впечатление.
— Да, я обязательно запомню. Спасибо, госпожа Чжугэ.
— Кхм, кхм. Ну, подобный совет мог бы дать кто угодно.
Притворяясь, будто ничего особенного не произошло, Чжугэ Сона то и дело косилась на Намгун У.
Она совершенно очевидно ждала похвалы. Даже Намгун Соль, не имевшая никакого романтического опыта — если не считать мальчишек, которые дразнили её лет десять назад, — без труда распознала этот взгляд.
Намгун Соль нервно сглотнула и посмотрела на Пхэн Харён, полностью забыв о переживаниях перед поединком.
К удивлению, Пхэн Харён отреагировала неожиданно спокойно.
Под молчаливым наблюдением Пхэн Харён Намгун У дал Чжугэ Соне именно тот ответ, которого она добивалась.
— Спасибо, госпожа Чжугэ. Это действительно очень помогло...
Намгун У внезапно оборвал фразу на середине, остановился и резко повернул голову в сторону.
Его глаза сузились, вспыхнув голубым светом.
— Старший брат?
— Г-господин Намгун?
Решив, что её слишком очевидная попытка выпросить похвалу и внимание могла его разозлить, Чжугэ Сона тревожно затопталась на месте. Тем временем Намгун У отключил Чханнён Манан и снова повернулся к остальным.
— А, простите. Мне показалось, что я заметил нечто странное. Наверное, просто почудилось.
Возможно, причиной стало энергетическое поле, которое он развернул для искажения звуковых волн. Намгун У попытался понять происхождение странного ощущения.
Закончив прерванную похвалу Чжугэ Соне, Намгун У снова двинулся вперёд.
Но стоило ему сделать один-два шага, как в голове возник вопрос, заставивший усомниться в собственных словах.
Разве Чханнён Манан когда-нибудь ошибался?