Намгун У добрался до места проведения предварительных поединков, так и не избавившись от вопросов, крутившихся в голове.
Юго-западным районом среди Восьми Боевых Отрядов должен был заведовать Отряд Сюньфэн, однако по какой-то причине чиновники за стойкой регистрации носили чёрную форму вместо фиолетовой формы Сюньфэн.
На мгновение решив, что они могли прийти не туда, Намгун У ещё раз осмотрелся, но всё полностью совпадало с полученными указаниями.
— Простите, хотел кое-что спросить.
Когда Намгун У обратился к чиновнику Союза Мурима, тот даже не поднял головы, продолжая изучать список.
— Да-да, это действительно юго-западная площадка предварительных поединков. Просто найдите своё имя и вот здесь... Кх!
Протянув регистрационный лист и наконец подняв голову, чиновник застыл от потрясения, словно увидел перед собой нечто, чего видеть совершенно не следовало.
Ему уже столько раз задавали один и тот же вопрос, что отвечал он совершенно машинально.
Если бы только сейчас можно было забрать свои слова обратно.
В обычной ситуации положение этого человека вовсе не было низким. Служить непосредственно Союзу Мурима считалось весьма почётным в Праведном Муриме, да и его собственная секта пользовалась немалым авторитетом.
Но перед человеком, недавно всколыхнувшим весь Праведный Мурим, происхождение чиновника ничего не значило.
А хуже всего было то, что за Намгун У стояли дочери сразу двух великих родов — клана Пхэн из Хэбэя и клана Чжугэ.
Чиновник мгновенно вскочил на ноги, почтительно сложил руки и поспешно заговорил:
— Император Лазурного Меча! Для меня великая честь встретиться с вами лично. Меня зовут Сан Гон, я из секты Хуаншань. Я много слышал о вашей доблести и подвигах в Битве Юньмэна от своего старшего боевого дяди Чонгвана. Давно восхищался вами и надеялся однажды встретиться. Искренне прошу простить мою недавнюю невежливость.
Упомянув собственную секту и старшего боевого дядю Чонгвана, Сан Гон ясно дал понять, что они с Намгун У не совсем чужие люди.
Его отчаянная попытка сработала.
Намгун У действительно сумел вспомнить даоса Чонгвана и секту Хуаншань.
— А... Даос Чонгван. Его «Техника Драконьей Луны» произвела на меня сильное впечатление. А ещё я до сих пор с удовольствием пью «Туманный Напиток Хуаншаня», который получил от даоса Чонгона.
— «Техника Драконьей Луны» моего старшего боевого дяди знаменита даже внутри нашей секты. Сам я тоже скучаю по «Туманному Напитку Хуаншаня». Было бы чудесно разделить его аромат с вами и послушать ваши наставления, но, к сожалению, нынешние обстоятельства этого не позволяют.
— Тогда могу попросить вас помочь с регистрацией?
— Разумеется. Пожалуйста, поставьте подпись здесь для подтверждения... и возьмите этот номер. Когда его назовут, необходимо выйти на арену.
Намгун У не стал предъявлять претензий из-за прежнего отношения и просто продолжил заниматься делом.
Сан Гон мысленно облегчённо выдохнул, не веря, что так легко отделался.
«Старший боевой дядя Чонгван... Глава секты... спасибо вам. Я совсем забросил секту, пока служил в Союзе, но скоро обязательно навещу вас...»
Пока Сан Гон мысленно благодарил людей, которые его всё равно не слышали, Намгун У подозвал Намгун Соль, зарегистрировал её имя и забрал номерную табличку.
— Кстати.
— Да?
— Почему юго-западом заведует Отряд Каньшуй, а не Отряд Сюньфэн?
Отряд Каньшуй в чёрной форме вообще-то должен был отвечать за восточное направление.
Раз они находились здесь, с Отрядом Сюньфэн явно что-то произошло.
Намгун У спросил просто из любопытства, и Сан Гон кратко объяснил всё, что знал.
— Боевые подразделения Союза иногда отправляются на длительные задания, и Отряд Сюньфэн до сих пор не вернулся. Обычно ради Собрания Союза они стараются закончить миссию как можно быстрее, но, похоже, на этот раз задание оказалось особенно сложным.
§
Устроившись в зоне ожидания, которая одновременно служила зрительскими местами вокруг арены, группа наблюдала за уже начавшимися предварительными поединками.
— Старший брат.
— Да?
— Тот чиновник раньше... Почему ты решил оставить всё как есть? Ты ведь вполне имел право возмутиться.
Она говорила о поведении Сан Гона.
Его первоначальное отношение действительно давало достаточно оснований для недовольства.
Стоило немного настоять — и вопрос вполне можно было раздуть куда сильнее.
Но Намгун У не предъявил вообще никаких претензий.
— Потерь было бы больше, чем выгоды.
Теперь Намгун У приходилось учитывать и политическую сторону вещей.
Пусть главным для него по-прежнему оставались собственное мастерство и реальная боевая мощь, один лишь кулак не мог заставить клан нормально существовать.
— Секта Хуаншань находится в Южной Чжили. Лучше сохранить её в качестве возможного союзника. Раз связь уже появилась, нет смысла создавать лишние проблемы.
Услышав ответ Намгун У, Пхэн Харён мягко улыбнулась.
Она спросила лишь потому, что хотела услышать его мысли, а не потому, что собиралась критиковать решение.
Наблюдая, как Намгун У постепенно учится мыслить как лидер силы и будущий Глава клана, Пхэн Харён одновременно испытывала радость и лёгкую печаль.
«Я тоже не смогу вечно оставаться такой...»
Если Намгун У действительно станет Главой рода и начнёт всё больше учитывать политические обстоятельства, Пхэн Харён уже не сможет единолично занимать место рядом с ним.
— Номер одиннадцать! Участники с номером одиннадцать, пожалуйста, завершайте подготовку и выходите к арене!
Это был номер Намгун Соль.
Услышав его, Намгун Соль крепко сжала табличку обеими руками и высоко подняла руку, словно боялась, что её сочтут отсутствующей и дисквалифицируют.
— Тогда я пойду.
Нервно произнеся это, Намгун Соль склонила голову перед Намгун У.
— Подожди.
Намгун У почувствовал, что должен что-то сказать, и остановил её.
Но что именно?
Он вырос единственным ребёнком, а с течением времени из его жизни исчезли даже родители, так что разговаривать с семьёй ему почти не доводилось.
Подобные семейные разговоры до сих пор давались Намгун У трудно и неловко.
— Эм...
Времени до начала поединка оставалось совсем немного.
Нужно было либо что-нибудь сказать, либо сделать вид, что он остановил её без причины.
— Было бы хорошо, если победишь. Но если проиграешь — тоже ничего страшного.
— Что...?
— Нам ещё предстоит долгий путь. Этот турнир — лишь одна отметка на нём. А главное — постарайся не получить травму. Сейчас это важнее всего.
— А... Да!
Похоже, она совершенно не ожидала услышать от него такие слова.
Намгун Соль ответила сияющей улыбкой, словно ребёнок, которому неожиданно подарили подарок.
— Иди.
— Да! Я скоро вернусь!
Намгун Соль энергично побежала к арене.
Мысли о турнире теперь полностью отступили на второй план.
Переполнявшее её чувство было слишком сильным, чтобы беспокоиться о подобных вещах.
Она больше не была одна.
Ей больше не нужно было чувствовать одиночество.
И больше не нужно было в одиночку нести на плечах имя Намгун.
От одной этой мысли сердце Намгун Соль наполнилось теплом.
§
— Я Ян Гоно из Врат Духовного Меча. Моё основное искусство — «Семнадцать Форм Духовного Меча».
Намгун Соль ответила на приветствие и тоже представилась.
— Я Чон Соль. Ни к какой определённой секте не принадлежу. Однако получила наставления от Императора Лазурного Меча. Моё искусство — «Меч Странствующей Ласточки».
— Вот как. Значит, слухи о том, что Император Лазурного Меча взял ученицу, действительно оказались правдой.
Ян Гоно было двадцать девять лет.
Это был его последний шанс побороться за титул Дракона, поэтому к сбору сведений он подошёл особенно тщательно.
Он надеялся не столкнуться с Намгун У, который, по слухам, отправил на турнир ученицу вместо себя.
Но стоявшая перед ним ученица Императора Лазурного Меча не выглядела особенно сильной.
Более того, казалось, она ещё даже не достигла первого класса.
Ян Гоно бросил взгляд в сторону Намгун У, сидевшего среди зрителей, и укрепил решимость.
Это был его последний шанс получить титул Дракона.
— Однако, в отличие от вашего прославленного боевого мастерства, глаз на учеников у вас, похоже, не слишком хорош.
— Угх...!
Услышав эти слова, Намгун Соль от злости крепко стиснула рукоять меча.
«Не поддавайся. Он совершенно очевидно пытается выбить тебя из равновесия.»
Дешёвая уловка, направленная на то, чтобы спровоцировать её и нарушить спокойствие.
Намгун Соль прекрасно это понимала.
И всё же эмоции неудержимо вспыхнули.
Может, причина была в слишком слабом совершенствовании?
Нет.
Разве могла жизнь ребёнка, выросшего без отца, быть лёгкой?
К тому же Южная Чжили, где жила Намгун Соль, во время восстания Юньянмин превратилась в чрезвычайно суровое место.
Ещё до вступления в Мурим сердце Намгун Соль уже успело изрядно истереться.
А смерть матери и скрытая правда о собственном происхождении окончательно лишили её любой наивной девичьей невинности, которая могла сохраниться.
Останься в ней хоть немного беспечной доверчивости, люди, желавшие использовать её имя Намгун, давно бы манипулировали ею и бросили после того, как извлекли всё полезное, ещё до вмешательства Каквона.
Поэтому, назови кто-нибудь, знавший прошлое Намгун Соль, её дочерью предательницы, она бы спокойно согласилась.
Но Намгун У был другим.
В отличие от неё, он являлся истинным наследником клана Намгун.
Единственным человеком, который вообще мог простить её грехи.
И он действительно протянул ей руку — словно воплощённая надежда.
Разве совсем недавно он не сказал ей те тёплые слова перед выходом?
Поэтому к человеку, задевшему именно это больное место, Намгун Соль испытала необычайно сильный боевой дух.
Получать удовольствие от поединка?
Главное — не получить травму?
Беречь силы, потому что на предварительном этапе может потребоваться провести до трёх поединков?
Сейчас в голове Намгун Соль не осталось ни одной из этих мыслей.
Её сознанием владело лишь одно желание.
Разгромить человека перед собой, который посмел принизить Намгун У.
— Я буду сражаться изо всех сил.