С того момента, как днём появилась экстренная новость о вспышке легионеллёза в Шаньхае, интернет взорвался.
Поначалу люди обсуждали случившееся как нечто далёкое.
Затем ситуация стала развиваться быстрее, чем кто-либо ожидал. Ограничения вводили уже в нескольких городах. Одновременные вспышки фиксировали по всему миру. Контроль стремительно терялся.
По планете расползалась паника.
Что на самом деле происходило в Шаньхае — городе, первым объявившем о катастрофе?
…
— Руководитель Хэ.
Гу Цзюнь смотрел на отчаянно умоляющего мужчину, и сердце болезненно сжималось.
Родители любят своих детей.
Нормальные родители — да.
Выбор Хэ Фэна мог показаться самым обычным, но Гу Цзюнь глубоко уважал его.
Жизнь ребёнка или собственная жизнь.
Хэ Фэн выбрал без колебаний.
Четыре капсулы не были чудодейственным средством.
Если физиология людей мира чужих письмен действительно близка к земной, одна капсула не могла мгновенно вылечить тяжёлую инфекцию. Она лишь подавляла размножение Legionella. Для выздоровления, вероятно, требовался полноценный курс.
Одна-две дозы могли лишь отодвинуть смерть, скажем, с тридцати часов до пятидесяти.
Но иногда именно этого дополнительного времени достаточно, чтобы дождаться перелома.
Может быть. А может, нет. Сейчас всё держалось на таких «может быть».
— Сначала примите эту капсулу сами, — сказал Гу Цзюнь.
Хэ Фэн тут же хотел возразить, но Гу Цзюнь быстро продолжил:
— Выслушайте. Нам всё равно нужен первый пациент, чтобы проверить реальный эффект. И ваше состояние уже тяжёлое. Я боюсь, что без лекарства вы просто не доедете домой.
Хэ Фэн замер и понял смысл.
— То есть… если я приму эту, вы дадите мне ещё лекарство для дочери?
— Ещё две капсулы, — кивнул Гу Цзюнь.
Две дозы одному человеку давали больше шансов спасти хотя бы одну жизнь, чем по одной двум разным пациентам.
— Надеюсь, вашей дочери этого хватит.
— Спасибо… спасибо… — Хэ Фэн задрожал. — Доктор Гу… кх… спасибо вам…
На самом деле он хотел унести все три.
Отдать их дочери. Или одну дать жене — ребёнку нужна мать.
Но выбора не было. Даже такой шанс делал его невероятно удачливее большинства больных.
Они зашли в пустую палату. Хэ Фэн получил капсулу и запил её водой из бутылки, изо всех сил подавляя кашель, чтобы не вырвать лекарство обратно.
И он сам, и Гу Цзюнь, и дядя Дань почти против воли ждали чуда.
Мгновенного эффекта, как от заклятия.
Прошло немного времени.
Кашель не прекратился.
Температура, пульс, цвет лица заметно не изменились.
Хэ Фэн ничего особенного не почувствовал.
Теперь Гу Цзюнь почти окончательно убедился: препарат действительно способен подавлять новый штамм, но для лечения нужен курс.
— Эх… — вздохнул дядя Дань. — С такой живучей дрянью чуда ждать трудно.
Если болезнь Хэ Фэна хотя бы начнёт развиваться медленнее и он проживёт дольше среднего пациента, это уже будет доказательством лечебного эффекта.
— Ужас… — тихо сказала Кэтрин.
В австралийском городе, где находилась её семья, вспышки пока не было. Но разочарование остальных она понимала слишком хорошо.
Хватит ли человечеству времени?
— Руководитель Хэ, мы сейчас выведем вас, — сказал Гу Цзюнь. — Садитесь за машину и идите вместе с колонной эвакуации. Пока дороги ещё работают. Не останавливайтесь. Заберёте семью — потом свяжемся и скажем, куда двигаться дальше.
После ухода сил из больницы пациенты неизбежно начнут прорывать оцепление. Новость разойдётся. Люди попытаются бежать, и дороги быстро встанут.
— Спасибо. Правда, спасибо вам. — Хэ Фэн едва не плакал. — Доктор Гу, я и от имени Нюню вам спасибо…
Гу Цзюнь молча кивнул.
Павлин и остальные сопроводили Хэ Фэна к выходу.
Снаружи уже ревели винты вертолёта.
По рации снова повторили:
— «Проблемная команда», готовиться к эвакуации!
Пациенты в коридорах ещё не знали, что больницу оставляют.
Кто-то пытался подойти к группе. Кто-то лишь смотрел с мольбой.
У дверей вестибюля Павлин и остальные повели Хэ Фэна дальше.
А Гу Цзюнь остановился.
Обернулся.
Посмотрел на лица людей.
— А-Цзюнь, пора, — тяжело сказал дядя Дань.
Пора?
Уйти и бросить их?
В лаборатории оставались Ли Вэнь и другие заражённые специалисты. Их тоже не эвакуируют.
Они уже заболели.
Для них оставалась только смерть.
Гу Цзюнь стиснул зубы. Мышцы лица дрожали, но сделать шаг наружу он не мог.
Тяжёлое внутреннее напряжение поднимало тьму со дна сознания.
Перед глазами будто появлялось всё больше кашляющих кровью людей.
Лица землян.
Лица народа чужих письмен.
Он хотел спасти всех.
Умереть должны были не они, а твари, рассуждающие о создании «нового мира».
Исторические переломы Гу Цзюнь мог понимать плохо.
Но одно он знал точно.
То, что происходило сейчас, было неправильным.
Такая боль не должна была приходить сама — и тем более не должна была быть создана людьми намеренно.
— А-Цзюнь, — снова позвал дядя Дань. — Мы сделали всё, что могли. Иногда врачу приходится признать именно это: всё, что мог.
Гу Цзюнь не ответил.
Эвакуироваться на корабль?
Он специалист по клинике и заклятиям. В фармацевтическом синтезе пользы от него почти не будет. Там и без него уже работают огромные силы всего мира.
И никто не знает, сколько времени им потребуется.
Но внутри всё сильнее сидело тревожное ощущение: если надеяться только на противовоспалительный препарат, этой чумы не победить.
Цзянсин был исходной точкой нынешней вспышки.
Здесь обязательно есть что-то особенное.
— Нет, — тихо сказал Гу Цзюнь. — Наше поле боя здесь. Я не хочу уходить.
В командном центре на мгновение замолчали.
Дядя Дань уже собирался спорить, когда вдруг увидел что-то у входа.
— А-Цзюнь! Посмотри туда. Это ещё что такое? Бактерия уже животных мутировать заставляет?
Гу Цзюнь резко повернулся.
В кустах у больничного входа, под тусклым жёлтым фонарём, кралась коричневая фигура.
Размером с очень толстого енота, но морда и тело одновременно напоминали огромную крысу. Гладкая шерсть. Хитрые глаза.
По телу Гу Цзюня будто прошёл электрический разряд.
Зуг.
Это был зуг!
Такие существа никогда не появлялись просто так.
И старый зуг говорил ему раньше: обычно они не уходят далеко от межмировых проходов. Выбираются ненадолго — и возвращаются в Страну Снов.
Значит, где-то в Цзянсине, вероятно, существует физический проход между мирами.
Совпадением это быть не могло.
— Зуг! — крикнул Гу Цзюнь и бросился вперёд. — Стоять!
Существо в ужасе развернулось и понеслось в темноту быстрее крысы.