Ледяной ветер нёс запах крови по всей гигантской каменной арене.
Супруги Джексон и остальные находились далеко от центра сцены, но смутно видели, что там произошло.
А крик услышали все.
Отрубленная голова.
Глаза, полные страха и отчаяния.
Казалось, этот взгляд пробил расстояние и теперь смотрел прямо на них.
Волосы вставали дыбом.
Некоторые дети от ужаса перестали плакать.
Некоторые взрослые оцепенели и затряслись.
— Кто эти люди?..
— Дьяволы…
— Нет… нет!
Запах смерти уже окружал их.
Обезглавленные мумии, которые ещё недавно стояли на коленях в пустыне, теперь тоже находились на этой сцене.
Юноша, которому только что отрубили голову, очевидно, должен был стать следующей такой мумией.
А потом — они.
Взрослые.
Подростки.
Дети.
Все превратятся в обезглавленные тела, стоящие на коленях и поющие чужую песню.
А души останутся в затерянной Каркозе.
Никто их не услышит.
Никто не найдёт.
— Нет! — Миссис Джексон крепче обняла дочь и бросилась к странной группе людей. — Спасите нас! Пожалуйста!
Мистер Джексон, мистер Дэвис и остальные тоже цеплялись за единственную соломинку.
— Я… я не знаю… — растерялась Кэтрин.
Она вообще не понимала, что происходит.
Кто эти люди в сине-белой форме?
Кто фигуры в жёлтом?
Одно было очевидно: жёлтые охотятся на людей в форме.
— Сила Канона?.. — Павлин тоже была сбита с толку.
В песне вокруг чувствовалось что-то похожее на силу «Канона семи тайн Земли».
Но всё же другое.
Это ощущение вызывало у Павлина, Мо Цина, Цзинь Чжуцзы, Ши Ху и Шуй Юй отвращение.
Точно такое же, как при попытке прикоснуться к шестой тайне.
Кто такие люди в сине-белой форме?
По сравнению с Джексонами они внешне гораздо сильнее походили на Странников Земли.
И, возможно, именно поэтому Павлин и остальные ощущали странную близость.
Словно там были их соплеменники.
Знакомые.
Важные люди.
В этот момент Человек-кошмар заговорил.
— Вы оставайтесь здесь и не двигайтесь, — сказал он Джексонам и остальным.
Потом повернулся к Павлину.
— Павлин. Вы пятеро — за мной. Слушайте, чему я сейчас буду вас учить. Очень внимательно.
Он уже быстрым шагом направлялся к центру сцены.
— Хорошо.
Павлин и Мо Цин сразу двинулись за ним.
А Кэтрин, Том и остальные застыли в страхе.
— Мы правда туда идём?
— О боже…
— Подождите!
— Не бросайте нас!
Обычные люди закричали вслед.
Но остановить их не смогли.
Что они собираются делать?
Ветер подхватил песню:
«Зазвучит песнь Альдебарана,
ветер затреплет лохмотья короля,
и всё исчезнет, никем не понятое,
в сумрачной Каркозе».
Теперь сотни тысяч зрителей на трибунах пели вместе.
Обычные люди, перенесённые сюда из лесов, гор, морских берегов и других мест, окончательно впали в панику.
Кто-то бессмысленно открывал рот.
У кого-то подкашивались ноги.
Кто-то метался глазами в поисках пути к бегству.
Но куда бежать?
Они уже были в аду.
— Кассильда. Кассильда. Тихое тёмное озеро Хали снова пойдёт рябью от твоего голоса. Ты поведёшь всех чужаков в затерянную Каркозу. Ты поведёшь всех чужаков навстречу свету Хастура, навстречу новому королевству!
Мистер Уайльд говорил громко.
Он сбросил капюшон.
Плоская, острая, деформированная голова напоминала голову чужого существа.
Тёмно-красные уши выглядели искусственными.
Глаза — узкие, бесцветные, высохшие от старости.
Жёлтая, словно глина, кожа.
И уродливое лицо, охваченное фанатизмом.
— Ты готова? — спросил он.
Ван Жосян наклонилась, чтобы маленький человек мог поднять корону к её голове.
— Да, — хрипло ответила она.
Как ни отчаянно У Шиюй и Цай Цзысюань хотели этому помешать, корона опустилась на чёрные волосы Ван Жосян.
Размер подошёл идеально.
Словно её изготовили специально для неё.
Глаза Ван Жосян сразу изменились.
Стали глубокими.
Непостижимыми.
Как озеро Хали.
— Все королевства рождаются из крови. Все троны возвышаются на головах, — произнёс мистер Уайльд. — Не корона дарует тебе силу. Ты даруешь силу короне. Слушай свою силу. Как поступают с теми, кто не подчиняется?
Его узкие глаза скользнули по двум молодым людям, которые всё ещё отказывались становиться на колени.
— Казнить, — ответила Ван Жосян, глядя на бывших товарищей. — Я дарую им Жёлтый знак.
На лицах Гао Юя, Чжан Цзодуна и остальных вспыхнул фанатизм.
Кровь.
Кровь!
Пусть кровь сделает озеро Хали ярче.
Пусть воздух Каркозы станет слаще.
— Казнить! — хором закричали они.
Палач в жёлтом молча передал Ван Жосян огромный клинок, с которого ещё капала кровь.
Она медленно пошла вперёд.
Сотни тысяч зрителей затихли.
Все будто ждали одного звука — удара, которым королевская власть отсекает голову.
Жёлтый знак определяет жизнь и смерть.
Обычные люди на разных участках сцены оцепенели от ещё большего ужаса.
Предстоящая казнь уже происходила в их воображении.
— Староста… — Цай Цзысюань продолжал бороться.
Лицо было залито потом.
Ван Жосян становилась всё ближе.
— Не надо… Мы же работаем скальпелем… Мы врачи… Мы вместе учились в Дунчжоуском университете…
Она не остановилась.
Смерть приближалась.
Голос Цай Цзысюаня ослаб.
Он вдруг вспомнил университетские годы.
Толстенные учебники, где важным считалось всё.
Модели скелетов.
Тела доноров.
Лабораторных мышей.
Экзамены.
Опыты.
Преподавателей.
Однокурсников.
Каждый день приходилось пахать.
И всё же по тем временам хотелось скучать.
Потом он вспомнил родных.
И внезапно страшно захотел маминого супа.
— Твою мать… — Лоу Сяонин яростно смотрела единственным глазом.
Даже ракеты теперь были бесполезны.
Сюэ Ба, Ян Ин, Чэнь Чжаолян и остальные могли только смотреть, как Ван Жосян идёт к Цай Цзысюаню с окровавленным клинком.
— А-а!
У Шиюй не сдавалась.
Обычно, если можно сидеть, она ни за что не станет стоять.
Но сейчас стояла.
Надежда.
Пока есть надежда — есть сила.
Даже умереть с надеждой лучше, чем умереть без неё.
Тамилиен.
Это значит «надежда»…
Хаотичные мысли переплелись с синестезией.
И всё-таки внутри нашлась ещё одна капля сил.
У Шиюй подняла голову и закричала:
— Слушайте меня! Гу Цзюнь жив! Он не умер! Он уже вернулся! Я говорила с ним! Он вернулся!
В ярости, разочаровании и боли Лоу Сяонин, Сюэ Ба, Цай Цзысюаня и остальных появилась маленькая тёплая искра.
Правда?..
Гу Цзюнь жив?
Шиюй… спасибо.
Наверное, даже умереть с такой новостью немного легче.
Если существует загробный мир и они встретят там Гу Цзюня, ужасно неловко будет объяснять, как всё закончилось.
Они были готовы погибнуть.
Просто обидно: столько времени изучали заклинания — а в последнюю минуту даже воспользоваться ими не смогли.
— Кассильда, — раздражённо прохрипел мистер Уайльд. — Чего ты ждёшь? Рваные одежды Короля в Жёлтом навечно накроют этот мир!
Ван Жосян остановилась.
Что-то привлекло её внимание.
Гао Юй и остальные тоже повернулись.
Жёлтые фигуры — следом.
К ним быстрым шагом приближались шестеро.
Впереди шёл человек в белой маске.
— Вот как… Вот как… Это вы?.. — Мистер Уайльд закашлялся. В голосе звучало раздражение.
У Шиюй повернула голову.
И замерла.
Почему ощущение такое?..
Цай Цзысюань тоже увидел незнакомцев и внутренне взвыл.
Не лезьте!
Вы же обычные люди, вас сейчас убьют!
Сюэ Ба и Лоу Сяонин могли рассмотреть происходящее лишь краем глаза.
Смельчаки?
Человек ещё и в маске.
Странно.
Никто не знал этих шестерых.
Обычные люди тоже принимали их за каких-то чудиков.
И вдруг всё изменилось.
Шестеро ускорили шаг.
Человек в белой маске, не останавливаясь, поднял руку и начал чертить в воздухе фигуру.
Пятеро рядом повторяли за ним.
Один ритм.
Одна форма.
В пустоте начал собираться свет.
У Шиюй и Цай Цзысюань увидели знак.
Похожий то ли на оленьи рога, то ли на разветвлённую ветку.
В движениях шестерых вспыхнул белый свет.
Яркий, как огонь, пожирающий тьму.
Резкий, как молния, пронзающая грозовые тучи.
Человек в маске взмахнул правой рукой в сторону Ван Жосян.
Невидимый психический знак сорвался вперёд.
— Прочь! Прочь! — крикнул человек.
— Прочь! Прочь! — повторили пятеро.
Их лица были открыты.
Взгляды твёрды.
Шаг не дрожал.
Белый знак стремительно вырос.
Его ветви переплелись в сеть острых лезвий.
Она прошла насквозь через Ван Жосян.
Через Гао Юя.
Через остальных изменившихся сотрудников.
Через жёлтые фигуры.
Будто резала каждую мышцу.
Каждый нерв.
Каждую мысль.
Ван Жосян пронзительно закричала.
Лицо свело судорогой.
Белки глаз моментально налились кровью.
Она отшатнулась на несколько шагов.
Цай Цзысюань застыл.
Лоу Сяонин и Сюэ Ба тоже.
Сила знака задела и их.
Но для них это было как глоток воды после долгой жажды.
Что происходит?
Кто эти незнакомцы?
И почему голос человека в маске кажется таким знакомым?
На лице У Шиюй появилось невероятное, почти недоверчивое счастье.
— Прочь! Прочь!
Человек в маске продолжал чертить знаки.
Пятеро рядом делали то же.
Шаг за шагом они приближались.
— А-а-а!
Каждый удар белого знака заставлял Ван Жосян корчиться.
В её глазах боролись две воли.
Голос превратился в визг, будто одновременно резали сотни чудовищ.
И песня в воздухе тоже исказилась.
Она попыталась двинуться к человеку в маске с клинком.
Но могла только отступать.
— Вот как… Вот как… — мистер Уайльд уже не говорил, а визжал.
Все изменившиеся люди и жёлтые фигуры вокруг кричали от боли, словно попали в самую жестокую пытку ада.
Знак подавлял их.
Их сила распадалась.
Исчезала.
Этот ненавистный знак разрушал их изнутри.
Супруги Джексон и остальные обычные люди смотрели, забыв дышать.