Последние полмесяца Гу Цзюнь был занят с утра до ночи.
Хотя, по словам дяди Туна, это тоже считалось «отдыхом».
Каждый день он находился далеко от непосредственной опасности и исполнял роль «героя Небесной Тайны»: интервью, мероприятия, совещания, телевизионные записи… Сегодня — церемония открытия Университета Небесной Тайны.
Самому ему хотелось совсем другого. В очаги. В больницу.
Но это были задачи по публичной линии, спущенные сверху.
В свободные часы он всё же выполнял обычные системные задания. Нового лекарства получить не удалось — система снова и снова давала тот же противовоспалительный препарат.
А глубинные задания никак не обновлялись на вскрытие глубоководного. Поэтому Гу Цзюнь успел посмотреть несколько видеозаписей вскрытий, но так и не добрался лично до наиболее целого трупа, который оставили специально для него.
Теперь под палящим солнцем он снова стоял перед микрофоном — перед двадцатью с лишним тысячами восторженных первокурсников.
Видеть столько людей, которые радуются только из-за его появления, вообще-то было приятно. Раньше он, возможно, даже возгордился бы.
Но сейчас чувствовал в основном усталость.
Эти дети с пока ещё полными показателями S действительно не понимали, на какую дорогу ступают.
— Здравствуйте, — начал Гу Цзюнь.
Он поднял левую руку и показал мизинец. У пальца осталось только две фаланги, кончика не было.
— Концевую фалангу этого пальца я отрезал себе сам во время одного задания. Не думайте, что сюда приходят наслаждаться жизнью.
Площадь мгновенно стихла.
На юных лицах появилось чуть больше серьёзности.
С такого расстояния палец, конечно, никто не разглядел, но эту историю уже рассказывали в новостях.
Студенты знали, что работа в Управлении тяжёлая и опасная. Некоторые их одноклассники именно поэтому побоялись даже подавать заявку.
Но среди тех, кто сейчас стоял на площади, почти каждый в глубине души представлял героем именно себя.
А многие просто ещё не успели всерьёз задуматься.
— Готовьтесь хлебнуть лиха, — тяжело произнёс Гу Цзюнь, оглядывая молодые лица. — Много. Больше, чем другие. Такого, которое обычный человек не выдержит. Такого, о котором вы раньше даже не подозревали. Такого, от которого можно сойти с ума — и при этом вам придётся не сойти.
Только после этих слов он перешёл к подготовленной речи.
Студенты уже слушали куда внимательнее, чем предыдущих выступавших.
В самой речи были в основном обычные слова поддержки: учитесь, развивайтесь, удачи вам.
На самом деле поступление в Университет Небесной Тайны ещё не означало зачисления в Управление. У студентов были полномочия примерно как у стажёров до официального вступления — скорее даже ниже.
Это были действительно чистые листы.
И потому до реальной боевой пользы большинству ещё далеко.
Сейчас государство прежде всего собирало перспективных людей у себя. Мир только вступил в переходный период после публичного раскрытия сверхъестественного. Обществу нужно время, чтобы привыкнуть, а государственному порядку — чтобы перестроиться.
Нельзя позволить противнику увести талантливых молодых людей.
А те, у кого психическая сила невысока, продолжат поддерживать нормальную жизнь обычного общества.
Если пройдёт несколько лет и ситуация стабилизируется, появится новая система отбора.
В идеале.
Потому что сейчас никто не мог уверенно сказать даже, что случится с миром через месяц.
Зато эти студенты представляли огромный кадровый резерв. Из них можно вырастить будущую опору Управления — людей отчаянно не хватало.
На самом деле государство уже проводило и другие программы быстрого отбора, повышения и обучения взрослых специалистов, просто не рекламировало их публично.
Насколько знал Гу Цзюнь, несколько его прежних однокурсников — Чжан Хаожань, Сюй Хай, Хэ Юйхань — уже официально вступили в Дунчжоуское управление.
И всё равно людей не хватало.
— Вот бы из этой партии набрать тысячу-полторы, — мечтал дядя Тун.
Сделать это будет непросто. В Отделе заклинаний до сих пор не набралось даже шестисот специалистов.
После миссии в Стране Снов Ван Жосян снова отправили в коррекционную базу.
А вот Отдел Знака Старцев, которым руководил Яо Шинянь, собирался развернуться по-настоящему. Работа со Знаком Старцев не вызывала психической эрозии, а потребность в снаряжении со Знаком росла огромными темпами.
Три тысячи сотрудников? Пять тысяч? Возможно, и этого будет мало.
Студенты пока не подозревали, с каким интересом взрослые смотрят на их психическую силу.
Ещё немного — и многих отправят на конвейер «фабрики Знаков Старцев».
Сверху уже спустили установку: страна фактически вошла в военное положение. Эту работу необходимо поставить на поток, каждый должен внести свой вклад.
И благодаря этому Управлению открыли зелёный свет почти во всех направлениях.
Всемирный оккультный альянс тоже строился с огромной скоростью. Штаб-квартиру GOA разместили в Дахуа. Пока там в основном поднимали знамя и договаривались с другими странами о структуре, людях и правилах — параллельно пытаясь наладить нормальное сосуществование с американским WMO.
К счастью, административной работой Гу Цзюнь не занимался.
Ещё месяц такой жизни — и вот тогда он точно бы сошёл с ума.
Его должность в GOA пока не определили, но участвовать в решениях он всё равно будет в качестве старшего консультанта.
Под громкие аплодисменты студентов Гу Цзюнь закончил речь.
Устал.
Если дядя Тун считает это отдыхом, тогда несколько суток подряд за секционным столом — вообще санаторий.
— Командир Гу! — вдруг прокричал откуда-то с площади особенно громкий студент. — Вы мой кумир!
В строю раздался смех. Девушки особенно заулыбались, глядя на сцену так, будто перед ними популярный айдол.
Гу Цзюнь глубоко вдохнул.
Будь они сейчас в Стране Снов, он бы, пожалуй, уже применил Око Бездны на всю эту площадь.
Не то чтобы шумели все. Просто большинство ещё не поняло его слов до конца.
Есть вещи, которые понимаешь только после того, как сам через них прошёл.
Но лично устраивать им испытания не требовалось.
Инструкторы, готовившие их к военной подготовке, уже смотрели на строй так, словно из глаз вот-вот пойдёт огонь.
Гу Цзюнь сам проходил спецподготовку и прекрасно знал, что означает слово «Небесная Тайна» перед словом «военная».
Когда-нибудь и этих ребят закалят.
А потом они будут строить следующее поколение таких же зелёных новичков.
Подумав об этом, Гу Цзюнь усмехнулся, снова наклонился к микрофону и сказал:
— Спасибо. Раз я ваш кумир — добавьте ещё три километра.
После чего развернулся и ушёл.
Большинство студентов не сразу поняло, что это значит.
Только несколько человек резко побледнели.
А инструкторы обменялись очень многозначительными взглядами.
Ещё три километра.
Отличная мысль.