Управление Небесной Тайны взяло все шестнадцать «узлов связи» Общества Загробной Жизни, не потеряв ни одного человека. Всего захватили — живыми или мёртвыми — семьдесят трёх людей, подозреваемых в принадлежности к культу, и двух гулей. Глубоководных нигде не обнаружили. Оба гуля, как и при прошлой операции по задержанию Чэнь Фадэ, покончили с собой ещё в пещерах.
Из семидесяти трёх подозреваемых в живых остались лишь шестеро. Их поместили под стражу, но все шестеро находились в состоянии бредового помешательства.
Среди них был и Чжао Цзяньтао — хозяин «Лици-чжай», которого группа Гу Цзюня взяла в лавке. Двое людей из подземного хода уже умерли.
Причина смерти напоминала внутреннее удушье при отравлении цианидом, однако вскрытие не выявило никаких следов цианида. Возможно, культисты свели счёты с жизнью при помощи заклинания.
Живых следовало допрашивать, независимо от того, настоящее у них безумие или притворное. Мёртвых — вскрывать, независимо от того, настолько ли они мертвы, как кажется.
Ни одно подразделение Управления Небесной Тайны не собиралось церемониться с этими людьми. Нельзя было упустить даже самую ничтожную зацепку.
Операция получилась слишком громкой, особенно бой на улице Наньань в Дахуа, и интернет уже кипел слухами. Поэтому ещё в полдень того же дня Управление выпустило официальное сообщение: успешно ликвидирована преступная группировка, действовавшая по всей стране.
Существо, из-за которого на улице Наньань произошли подземные толчки, объявили не призраком и не чудовищем, а просто крайне сильным животным — чем-то вроде Кинг-Конга или Лох-несского монстра.
А слухи о «сверхспособностях» объяснили применением нового лазерного оружия.
На посвящённой операции пресс-конференции Гу Цзюнь и остальные снова появились перед камерами и повторили журналистам именно эту версию, не показав, разумеется, никакого таинственного оружия.
Зато теперь хотя бы стало понятно, что их выбирали для публичных выступлений не только за приятную внешность. Эти люди и правда умели драться.
Внутри Управления это знали давно. Знали и то, что слово «ликвидировали» звучало слишком громко. Но Общество Загробной Жизни действительно получило тяжёлый удар.
Тайное общество потому и тайное, что не может действовать на виду. Новых членов приходится вербовать скрытно, а значит, людей в такой организации по определению не может быть слишком много.
Каждый погибший — это минус один человек навсегда.
Теперь они разом потеряли семьдесят три. Ни у кого из них не было иссохшего лица, то есть все эти люди относились к тем, кто обычно действовал во внешнем мире.
Кроме того, уничтожены шестнадцать узлов связи. Сверхъестественная система коммуникации Общества Загробной Жизни внутри страны наверняка получила чудовищный урон — если вообще не была полностью разрушена. А если прибавить культистов, погибших на призрачных кораблях во время недавнего морского боя, масштаб их последних потерь становился ещё очевиднее.
Зато Управление получило из этих узлов связи куда больше информации, чем когда-либо прежде.
Только в одном «Лици-чжай» нашли больше пятидесяти ваз с узорами иного мира и несколько документов, записанных зашифрованным условным языком. Следственный отдел уже пытался их расшифровать.
Все узлы в той или иной степени успели подвергнуться самоуничтожению, словно их жизненная сила увяла. Но по стране всё равно собрали множество ритуальных рисунков и символов. Их немедленно отнесли к особо секретным материалам отдела заклинаний: обращаться с ними требовалось осторожно, поскольку они вполне могли вызывать духовную эрозию.
Из всего найденного Гу Цзюнь больше всего ценил тексты на чужой письменности.
Сам этот язык словно обладал жизнью и куда яснее любых узоров мог рассказать, что происходило на самом деле.
Но среди всех найденных фраз одна по-прежнему оставалась для него самой непонятной и самой тревожной:
«Это трагедия, имя которой — „Человек“, а главный герой в ней — Червь-победитель».
Чем дольше Гу Цзюнь обдумывал эти слова, тем сильнее его охватывало унылое, опустошающее чувство.
В последнее время оно было ему знакомо. Когда он читал рассказы Дэн Симэй, в них то и дело проступала та же серая безысходность.
Почему? Какая между этим всем связь?
Пока он сам не разберётся хотя бы в общих чертах, возвращаться к разговору с Дэн Симэй не хотелось. Иначе от неё всё равно не удастся ничего добиться.
Но он почти не сомневался, что эта фраза и тот кроваво-красный гигантский червь — части одного и того же. Если червь вырастет и окончательно сформируется, он, вероятно, и станет настоящим Червём-победителем.
— Эти ублюдки решили воспользоваться хвостом эпидемии нового легионеллёза, — говорил Гу Цзюнь старику Туну и остальным. — Пока мир ещё не пришёл в себя, хотят снова посеять хаос и подпитать тёмные силы. Возможно, это и есть их главная стратегия на ближайшее время.
Гу Цзюнь, пожалуй, действительно лучше многих понимал логику Общества Загробной Жизни.
Но даже он не ожидал, что его слова подтвердятся так быстро.
Ночь стояла непроглядная. На базе отдела заклинаний кипела работа. Операция на узлах связи завершилась уже вчера.
Гу Цзюнь быстрым шагом вышел из секционной медицинского корпуса. Он вместе с Цай Цзысюанем, дядей Данем и другими занимался вскрытием двух тел из подземного хода, но ничего необычного пока не обнаружили.
После секционной он прошёл дезинфекцию, переоделся и направился в небольшой конференц-зал на том же этаже. Ему предстояло посмотреть одно культовое видео.
Видео, которое, по всей видимости, создало Общество Загробной Жизни.
— Впервые его загрузили за границей на YouTube, — сказал старик Тун с экрана. — Сегодня утром. За один день ролик успел стать заметным событием. У нас его тоже пересылают из рук в руки, открытые публикации уже блокируют. Сначала посмотри сам.
За рубежом ролик уже успели увидеть тысячи людей, но массовых случаев недомогания пока не фиксировали.
Павлин и остальные заранее рискнули посмотреть его с камнями контроля рассудка — признаков духовной эрозии не было. На кошмарную болезнь это тоже не походило.
И всё же Гу Цзюнь подготовился. На руке — камень контроля рассудка, рядом — несколько камней очищения со Знаком Старцев.
Он сел перед экраном.
Ролик был полностью беззвучным и начинался с жуткой тишины.
Сначала шла яркая мультипликация. На театральной сцене актёры, одетые то ли ангелами, то ли клоунами, бегали туда-сюда и гонялись за огромной, постоянно меняющей форму тенью. Круг за кругом, снова и снова.
Когда они собрались бежать очередной круг, из угла сцены вдруг выполз гигантский червь, весь залитый кровью.
Актёры в изумлении остановились, но сделать ничего не успели. Червь разинул пасть и одним глотком проглотил их всех.
Кровь заливала его рот. На сцену падали обломки тел, и пол быстро стал багровым.
Свет погас. Сверху опустился занавес.
Только после этого на экране появилось название пьесы, написанное чужими письменами:
«Человек».
Одной такой анимации было бы мало, чтобы ролик молниеносно разлетелся по зарубежным соцсетям. Но после мультфильма начиналась настоящая съёмка.
На сцене бегала группа детей в похожих костюмах. Они тоже за чем-то гнались. И вдруг в тёмном углу справа от сцены что-то зашевелилось…
В тот миг, когда зритель уже почти мог разглядеть силуэт, запись обрывалась.
Никто не знал, что стало с этими детьми и где вообще сняли видео.
Но намёк, скрытый в ролике под названием Man, пробирал до костей. Некоторые зрители уже начали разыскивать детей и место съёмки своими силами.
— Эти дети… — пробормотал Гу Цзюнь.
Камень контроля рассудка не мигнул, но голос у него стал хриплым.
— Возможно, это духовные дети. Старые… или новые.