— Старшекурсник.
— О... это всего лишь ты.
Йон Минха слегка коснулась рукой груди, произнося это.
Минутное беспокойство, которое, как мне показалось, я уловил, исчезло без следа. Передо мной стояла всё та же девушка.
Кошачья, острая на язык, высокомерная, но в душе — ужасно одинокая.
Мне кажется, будто мы не виделись целую вечность.
Может, дело в той неловкой вспышке эмоций, что случилась в прошлый раз? Или просто её присутствие для меня так много значит.
— Куда ты направляешься?
— В кабинет студенческого совета. Там внеплановое экстренное собрание, я как раз туда шла.
— Экстренное собрание?
— Да.
Йон Минха кивает, и мы идем рядом.
— Что-то случилось?
— Последние несколько дней стоит невыносимая жара, верно? Говорят, это может быть не природное явление, а сбой в Системе «Колыбель». Планируют создать следственную комиссию, чтобы выяснить причину.
С тех пор как я узнал о существовании ведьм, я стал крайне бдителен.
Мне пришло в голову, что это может быть как-то связано с ними... но, возможно, и нет.
— Комитет по образованию прислал запрос. Они хотят, чтобы мы отобрали студентов, владеющих магией обнаружения, для участия в комиссии. Думаю, мы будем составлять этот список.
В её голосе звучали нотки, дающие понять, что ситуация не кажется ей критической.
Меня в эту комиссию, скорее всего, не включат. Несмотря на бесчисленные тренировки, мои навыки в магии обнаружения всё ещё ужасны.
Суть магии обнаружения в том, чтобы распространять внутренние частицы как можно шире для фиксации столкновений, но у меня фундаментальная проблема с самой основой...
— Понятно. Надеюсь, ничего серьёзного.
Йон Минха поворачивает голову и смотрит на меня снизу вверх.
— А ты?
— Я возвращался из лазарета. Проходил плановый медосмотр. После этого у меня по расписанию боевая аттестация.
— Понятно... и каковы результаты?
— ...Говорят, всё в порядке. Проблем со здоровьем нет, всё хорошо.
Я чувствую укол вины. Хотя это не совсем ложь.
Осмотр показал лишь слегка повышенный уровень перегрузки, а моё смутное предположение о сотне трещин — лишь догадки.
Я просто пообещал себе быть немного осторожнее, вот и всё.
— Это хорошо. Но тебе нужно быть особенно осторожным. Ты ведь понимаешь? Вечно носишься как угорелый... какой из тебя наследник одного из Пяти Домов, никакого достоинства...
По крайней мере, Йон Минха не кажется подозрительной.
Наблюдая за тем, как она меня отчитывает, я чувствую, как на лице расплывается улыбка.
Когда мы достигли этажа прямо под тем, где располагался студенческий совет,
Йон Минха внезапно повернулась ко мне.
Она оглядывалась по сторонам, словно замышляя что-то.
— Почему ты вдруг ведёшь себя так странно?
Поколебавшись, она заговорила так, будто приняла важное решение.
— ...Ты не мог бы... поцеловать меня разок?
— ...Здесь?
— Да.
— А если кто-нибудь увидит...
— Никого нет. Мы можем сделать это быстро...
Несмотря на моё нежелание, Йон Минха продолжает настаивать.
На её лице смешались смущение и твёрдая решимость.
Её неожиданная просьба застала меня врасплох.
Похоже, её требования растут... что задумала эта юная леди?
Видя, что я медлю, Йон Минха надувает губы.
— ...Не хочешь? Тогда забудь — м-м-м.
Что ж, причин отказывать ей, по сути, нет.
Я прервал её жалобы, прижавшись губами к её губам.
На мгновение глаза Йон Минха расширились от удивления, а затем медленно закрылись. Сладкий цветочный аромат, исходящий от её светлой кожи, щекотал нос.
— М-м... ха-а... ха-а, ха-а...
Звук влажных поцелуев эхом отдавался в тихом коридоре. Спустя несколько минут Йон Минха наконец отстранилась, по-видимому, довольная.
Её взгляд всё ещё был слегка расфокусирован.
— ...Зверь.
Йон Минха бросает на меня острый взгляд, приходя в себя.
— Как ты мог так наброситься?
— А кто просил?
Я пожал плечами в ответ на её уже привычное обращение.
— Какой у меня был выбор? Это был приказ моей уважаемой старшекурсницы. Я бы подчинился, даже если бы ты потребовала чего-то большего.
— Фу... ты правда извращенец? Чего-то большего...
Йон Минха опускает голову, словно представляя что-то неловкое после того, как осудила меня. Хотя это ведь я получил странную просьбу...
— ...Тогда, не приказ, но... можно попросить тебя об одной услуге?
Спустя мгновение,
Йон Минха затеребила пальцы, снова заговорив.
— О какой услуге?
"..."
Ответа не последовало.
Молча Йон Минха подняла руку, расстегнула две верхние пуговицы рубашки и оттянула воротник.
Бледная кожа шеи и часть ключицы полностью обнажились.
А вместе с ними — белесые следы от синяков.
— Сделай снова то же самое, что в прошлый раз.
Йон Минха смотрела на меня спокойно, несмотря на своё состояние, и озвучила требование.
— Я видела сегодня утром, что они почти сошли.
— Старшекурсница...
Я вспомнил, как в прошлый раз поддался на её мольбы. Я понимал, почему Йон Минха снова просит об этом.
С приближением собрания студенческого совета её стратегия была слишком очевидна.
Человек, с которым ей предстояло встретиться, был уже определён.
"..."
— Поторапливайся. Так я опоздаю на собрание.
Она снова торопит меня.
Йон Минха нервничала. И хотела облегчить эту тревогу, оставив мои следы на своём теле.
Однако это был определённо не тот метод, который я предпочитал.
Независимо от моих отношений с Йон Минха, я не хотел проявлять неуважение к кому-то из её прошлого.
Разочарованная, раненая и всё ещё испытывающая боль... даже так.
Но, по правде говоря, я мало что мог сделать.
Её тревога была, в конце концов, следствием моих прошлых поступков.
Несмотря на мой дискомфорт, это была целиком моя ответственность.
Наконец я подошёл к Йон Минха. И прижался губами к следам старого синяка.
Чтобы обновить эту метку.
— Ах... хнн...
Она издала резкий стон, оказавшись в моих объятиях. Я чувствовал, как её ногти впиваются мне в спину.
Закончив и отстранившись,
Йон Минха, увидев покрасневший след, наконец застегнула рубашку и поправила одежду.
— ...Спасибо.
Даже поблагодарила неловко.
— ...Не за что.
Но, похоже, Йон Минха хотела сказать что-то ещё. Даже поправив одежду, она медлила, не в силах сдвинуться с места.
Затем, не глядя мне в глаза, она произнесла:
— Эм, знаешь. Может...
"...?"
— Нет, забудь.
Но вскоре она прикусила губу и покачала головой.
— ...Я хотела кое-что сказать, но, кажется, забыла. Можно скажу позже, когда вспомню?
— Конечно. Старшекурсница, но, думаю, тебе правда пора идти.
— ...Да.
Йон Минха кивнула.
— Я пойду. И сегодня я задержусь из-за работы в совете. Тебе придётся ужинать в одиночестве... мне... жаль.
— Всё в порядке, не переживай.
— ...Тебе не будет одиноко без меня?
— Ну же...
Чего она ожидает? Когда я в прошлом высказывал такие необоснованные претензии, мама задавала мне хорошую трёпку.
Жаль только, что я не могу поступить так же со своей милой старшекурсницей.
— ...Я пошла. Удачи на боевой аттестации.
Йон Минха помахала рукой и ушла. Я остался один в пустом коридоре.
"..."
Возвращаясь к месту проведения аттестации, я размышлял о следах секретов, которые мельком увидел у Йон Минха.
Я не дурак; было ясно, что она что-то скрывает.
Но я всё ещё не знал, что именно. Важно это или пустяк, чего это касается.
Во мне всколыхнулось желание раскрыть этот секрет. Пришлось сжать кулак, чтобы подавить этот грубый и явный порыв.
Я не намерен совершать прежних ошибок. Не хочу снова попадать в неловкие ситуации, как тогда, когда неверно истолковал её менструацию или что-то подобное.
У каждого есть то, о чём не хочется говорить. Я сам не стал рассказывать Йон Минха о своём синдроме коллапса.
Это же Йон Минха. Я должен ей доверять.
В конце концов, она ни за что меня не предаст.
— Номер 3. Сдал.
— Спасибо.
Я сел, легко завершив аттестацию. Судя по удивлённому выражению лица ассистента, я понял, что получил довольно высокий балл.
Хотя было бы странно, если бы это было не так.
— Хья!
— Ха!
Вокруг эхом раздавались крики других студентов, продолжающих аттестацию.
После всех недавних событий было трудно сохранять душевное спокойствие.
Ведьмы, Командир и мои сёстры, виновник, напавший на наше поместье, та девушка, Йон Минха, а ещё Йена, которая почти не показывается.
От этого голова идёт кругом.
— Эй. Витаешь в облаках во время занятия?
Пока я сидел,
Тень крупной фигуры приблизилась, создавая прохладу.
Чхве Уджин подошёл и заговорил своим характерным высокомерным, саркастичным тоном.
— Если есть время хандрить, почему бы не поспарринговать со мной?
— Ты проиграл в прошлый раз.
— Хе-хе, но было неплохо, правда?
Пыль взметнулась, когда он плюхнулся рядом со мной.
— Чувствую, что догоняю тебя всё больше. В следующий раз я, возможно, даже переломлю ход боя.
— Как бы не так.
Несмотря на мой резкий ответ, я услышал лишь усмешку.
Если подумать, мы через многое прошли с этим парнем. Мы стали довольно близки. Поначалу я думал, что он просто высокомерный богатый сынок.
— Дзынь! Дзынь!
Вскоре прозвенел звонок, возвещающий об окончании аттестации. Возможно, из-за жаркой и влажной погоды студенты повсюду валились с ног от изнеможения.
— Тц, тц, какие слабаки...
Глядя на то, как Чхве Уджин цокает языком, я почувствовал странное ощущение.
Сонсан также является одной из потенциальных сил, стоящих за нападением на нашу резиденцию.
Если Сонсан — истинный виновник... мог ли этот парень сыграть в этом роль?
"..."
Но я покачал головой.
Хотя про знатные семьи часто говорят, что они коварны и двуличны, этот Чхве Уджин был одним из немногих исключений из стереотипа.
Открыто высокомерный и неприятный, возможно.
Может, его сестра, Чхве Ирэ, могла быть замешана.
— Почему ты так на меня смотришь? Жутко.
Чхве Уджин выпалил, заметив мой взгляд.
— Ничего.
Я покачал головой и сменил тему.
— Позволь спросить тебя кое о чём.
— О чём?
— Ты знаешь Ха Йену? Она первокурсница, как и мы. Каштановые волосы, карие глаза...
— Ха Йена, Ха Йена...?
Бормоча, он, кажется, что-то вспомнил и воскликнул:
— Та стипендиатка? Знаю, кто это. А что?
— Ты видел её в последнее время?
— Ну, я особо с ней не пересекаюсь.
Чхве Уджин покачал головой.
— А, кажется, кто-то говорил, что видел её с парой парней...
— ...Что?
— Чего ты так удивляешься? Это возможно. И почему ты спрашиваешь... а.
Он неприятно улыбнулся, словно догадался о чём-то.
— Значит, тот слух с начала семестра был правдой...
— Чушь. Проваливай.