Время текло незаметно, и по мере того, как мое тело восстанавливалось, я естественным образом начал беспокоиться о том, что ждет впереди.
Мое обещание оставаться на ее стороне, какие бы трудности ни возникли, было, несомненно, искренним и лишенным всякой лжи, но это не означало, что реальность, с которой мы столкнулись, разрешится сама собой.
Последние несколько дней наше положение было в точности как у загнанных в угол крыс.
Бесчисленные вороны-шпионы, засланные репортерами, ежедневно сбивались системой противовоздушной обороны. Заклинания обнаружения злоумышленников бесконечно активировали тревогу и днем, и ночью.
Это доставляло непростительные неудобства владельцам особняка, но они не выказывали ни малейшего недовольства, напротив — продолжали утешать нас.
И наконец.
В особняк «Черного лотоса» пришла повестка на слушание, выданная от имени Верховного Совета.
— Волосы... аккуратно... галстук... хорошо...
Волосы Ён Минхи порхали перед моими глазами, когда она суетилась вокруг меня. Затем она достала маленький прозрачный стеклянный флакон и дважды распылила жидкость на заднюю часть моей шеи и запястья.
— Хм...
После этого она уткнулась лицом мне в грудь, затем отстранилась и слегка кивнула.
— Аромат тебе подходит... хорошо...
— Какой еще парфюм? Мы ведь не на прогулку идем.
— Если не разбираешься, молчи. У таких мероприятий есть свой этикет. Лучше быть дотошным, чем позволить смотреть на себя свысока.
Минхи быстро парировала, словно мой вопрос не стоил внимания.
Сегодня она снова лично приводила мой внешний вид в порядок. Поскольку это повторялось уже несколько раз, я смирился.
Но не могу отделаться от мысли, что она мне не очень-то доверяет. Вряд ли была необходимость развязывать галстук, который я завязал сам, и перевязывать его заново.
Мне казалось, сегодня он был идеален.
— Время вышло. Пойдем.
Минхи взглянула на настенные часы.
Мы вместе покинули флигель и вскоре оказались в центральном коридоре главного особняка.
Почувствовав приближение главы семьи «Черного лотоса» и его супруги, она почтительно склонила голову с кроткой грацией.
Элегантность и достоинство ее жеста были присущи истинной утонченной леди.
— Смиренно прошу вас о помощи.
— Дитя Чжокхва, ни о чем не беспокойся. Просто жди здесь, в комфорте.
— Да-да. Тебе не нужно выходить. Возвращайся внутрь. Просто выпей чаю в саду. Я уже распорядилась приготовить угощения.
— Да, хорошо...
Они не позволили Минхи идти дальше. Хозяйка дома даже протянула руку, чтобы мягко развернуть ее.
Минхи все еще казалась неловкой от их дружелюбия, но, судя по выражению лица, оно ей определенно было приятно.
Сегодня на слушании Верховного Совета должны были присутствовать только трое: я и чета «Черного лотоса». Минхи хотела поехать с нами, но из соображений безопасности ей в конечном итоге пришлось остаться в особняке в одиночестве.
Всё дело было в крайне враждебном настрое общества по отношению к Чжокхва. Это наглядно показывало, насколько шокирующими оказались поступки Ён Чонмуна.
В каком-то смысле это было понятно. Глава престижной семьи, руководящей страной, тайно общался с врагом, похищал собственных граждан, чтобы использовать их в качестве материала для запретных магических экспериментов и ритуалов черной магии.
Минхи, его кровная родственница и единственная выжившая из Чжокхва, не могла избежать шквала общественной критики.
Тот факт, что она предотвратила полный крах Юга и получила Медаль Золотой Звезды как главный участник событий, был уже забыт.
Угроза со стороны демонов на Севере, масштабные последствия неудачной экспансии на Восток, восстание на Юге и бесконечные политические распри посреди всего этого.
Как следствие — падение общественной безопасности и административной власти, не прекращающийся дефицит продовольствия и энергии, все более свирепствующие черные маги и мутанты, а теперь еще и культы.
Поскольку общественные настроения продолжали достигать дна, сильные мира сего во главе с Верховным Советом нашли идеальную мишень, чтобы перенаправить недовольство.
Сегодня газеты снова публиковали множество специальных статей о коррупции в Чжокхва.
Я избавлялся от них всех, боясь, что Минхи может их увидеть, но даже мне тон казался поразительно резким, создавая впечатление намеренного манипулирования общественным мнением.
Сегодняшнее слушание было первым шагом к спасению Минхи от этого шквала, но «Черный лотос» считал, что ей лучше не покидать особняк, пока общественное мнение не изменится.
Конечно, я был с этим согласен.
В итоге Минхи осталась в особняке, хотя и выказывала признаки недовольства.
— Удачной поездки.
Минхи, оттесненная хозяйкой дома, напоследок встала передо мной, прежде чем вернуться.
Хотя она бросила эти слова своим характерным высокомерным и неуважительным тоном, теперь я нахожу это обнадеживающим. Это определенно в сто раз лучше, чем видеть ее с пустыми глазами и поникшей осанкой.
Странно. Когда я впервые встретил эту девушку после поступления в Йорам, я испытал лишь раздражение.
Теперь же я естественно принимаю ее высокомерие...
— Я вернусь.
— ...Ладно.
Даже после обмена приветствиями Минхи продолжала наблюдать за нами, аккуратно сложив руки.
Я направился к главным воротам особняка вместе с главой семьи «Черного лотоса» и его женой.
Там стоял длинный роскошный автомобиль, похожий на тот, в который я садился, покидая Йорам ради частного владения Чжокхва. Поскольку я видел его во второй раз, он произвел на меня меньшее впечатление.
Перед ним стояла женщина, по-видимому, сопровождающая, и ждала нас.
Ее длинные волосы были аккуратно собраны назад, а сама она выглядела чуть старше меня. На ней был безупречный роскошный костюм, а на ногах — начищенные туфли.
Почему-то ее лицо показалось мне очень знакомым, и я широко открыл глаза.
Она тоже, похоже, узнала меня, так как низко склонила голову.
— Давно не виделись, молодой господин.
— Тимлидер Мё Санъа?
Пейзаж за окном быстро менялся. Зелень постепенно уступала место унылому серому цвету города, ясно указывая на то, что мы направляемся в самое сердце столицы.
Тем временем я почувствовал неприятный взгляд с переднего сиденья. Излишне говорить, что он принадлежал Мё Санъа.
Из-за ее украдкой брошенных взглядов она казалась человеком, которому есть что скрывать. Я задавался вопросом почему, но причина определенно была.
Я встречался с ней перед тем, как отправиться на юг по внешнему запросу.
Как менеджер VIP-сервиса S&C, оборонной компании «Черного лотоса», я просил ее закупить различные предметы, необходимые для миссии.
Защитный костюм и клинок были в порядке, но... помню, как она вскочила в знак протеста, когда я попросил достать высокоэффективные стимуляторы и ускорители.
Но в конце концов, не в силах противостоять моему упрямству, она достала мне нужные препараты.
На самом деле, я обязан ей своим выживанием.
На поле боя, где я балансировал на грани, я мог бы лишиться жизни, если бы не был оснащен высококлассным снаряжением и полностью «заряжен» теми препаратами.
Но для нее все могло обернуться иначе.
В конце концов, она тайно принесла эти препараты по моей просьбе.
Наверное, мне не стоит упоминать, что я принял их все. Судя по ее нынешней реакции, это лишь добавит ей бремени...
— Тимлидер Мё. Вы сегодня выглядите довольно мрачно. Вас что-то беспокоит?
— Д-да?
Ее привычка прикусывать язык осталась прежней. Обильно потея, она покачала головой на вопрос главы семьи.
— Ах, ха-ха-ха! Нет, сэр. Думаю, в последнее время у меня немного упала выносливость...
— Тц, такая молодая, а уже... Выкури со мной сигарету. Тебе должно стать легче.
Глава семьи, сделав замечание, которое могло быть как проявлением заботы, так и критикой, порылся в одежде. Найдя нечто вроде длинной бумажной палочки, он вставил ее в рот.
Мё Санъа быстро поднесла к ней палец, и вскоре на кончике вспыхнуло синее пламя.
Вскоре салон автомобиля наполнился ароматным дымом, и в мои ноздри проник сладкий запах.
— Тимлидер. Вы были магом?
— Ах, да. Верно. Если подумать, вы, должно быть, впервые видите, как я использую магию.
Она открыла рот, поворачивая голову и выпуская дым из бумажной палочки.
— Тогда... вы тоже из Йорама, тимлидер?
— Ах, нет, я закончила Юкхва. Мои обстоятельства не подходили для поступления в Йорам, поэтому я выбрала второй вариант.
Мё Санъа покачала головой.
— Если бы не господин и госпожа, я бы не смогла попасть в такую крупную корпорацию, как S&C. Выпускники других академий, как правило, остаются в тени тех, кто закончил Йорам...
На это хозяйка дома, кротко сидевшая рядом со мной, добавила:
— Санъа — исключительно талантливая личность. Разве ты недавно не достигла уровня Мастера в Технологии манипуляции частицами? Это поразительно для столь юного возраста. Как нам повезло, что ты пришла в наш «Черный лотос», а не в другое место.
— О боже, госпожа, вы всегда слишком хвалите, хе-хе...
— Слишком? Это совершенно точная оценка. Я слышала, ты также помогала нашему Хёну перед его отъездом на Юг? Пожалуйста, продолжай присматривать за ним.
— Что? Да, ха-ха... не беспокойтесь...
Минутное беспокойство промелькнуло на ее лице, когда она сделала свое уверенное заявление.
Ее украдкой брошенные на меня взгляды казались почти мольбой о помощи. Мне определенно нужно унести в могилу тот факт, что она достала для меня потенциально опасные препараты.
Но даже если это всего лишь уровень Мастера, технолог манипуляции частицами — это высший ранг. Этот человек более квалифицирован, чем я думал.
— К-кто-то вроде меня — ничто по сравнению с молодым господином...! Преуспеть и в литературе, и в боевых искусствах... занять первое место в Йораме...
"..."
Слушая ее лесть, мне хотелось спрятаться в мышиную нору. Я чувствовал, как мое лицо под маской краснеет.
Какое еще превосходство в литературе и боевых искусствах? Я едва достиг ранга Рыцаря B во время службы. И даже это стало возможным только потому, что я перекрыл ужасные письменные баллы подавляющими практическими результатами.
В Йораме я остро осознаю, что физические способности и теоретическое обучение — это совершенно разные области. От мысли о предстоящих промежуточных и итоговых экзаменах у меня идет кругом голова.
Мне может повезти удерживать первое место сейчас, но если я провалю письменные экзамены и мои оценки упадут, это будет полным позором для Капитана и этой четы...
— Хо-хо, все в порядке, дитя.
Словно читая мои мысли, хозяйка дома внезапно положила ладонь на тыльную сторону моей руки.
Это ощущение передавало скорее тепло, чем дискомфорт.
— Мы желаем тебе только здоровья. Тебе не нужно беспокоиться ни о чем другом. Верно, дорогой?
— Действительно. Мужчина должен заботиться лишь о себе.
Глава семьи кивнул, докуривая свою бумажную палочку.
Моя голова все еще полна вопросов.
Почему они относятся ко мне, совершенно чужому человеку, с такой добротой?
Почему, обладая достаточной силой, чтобы выдерживать внешнее давление, не моргнув глазом, они не оказывают никакого влияния в политическом мире?
Что произошло между ними и Капитаном?
Но даже когда я хочу озвучить эти вопросы, воспоминание о печальных глазах госпожи при упоминании имени Капитана заставляет меня снова колебаться.
Может, мне стоит тихо спросить Мё Санъа позже...
— ...Интересно, как там другие дети... им, должно быть, приходится так нелегко...
Внезапно хозяйка дома вздохнула, глядя в окно.
Учитывая ее тон... «другие дети», о которых она упомянула, должны быть сестрами, сопровождающими Капитана.
Ее слова навели меня на вопрос.
Подумав, что спросить об этом вполне уместно, я осторожно заговорил:
— Эм... какие у вас отношения с сестрой Джин, если позволите спросить...?
Женщина ответила так, будто в этом не было ничего значительного:
— Джин — моя племянница. Дочь моего младшего брата. У нее все хорошо? Она такая своеобразная девочка...
— Что? Да. Она была в порядке, когда я видел ее в последний раз. Она не была особенно ранена или что-то в этом роде...
Женщина слегка кивнула с легкой улыбкой, по-видимому, почувствовав облегчение.
Но мой разум становится еще более запутанным.
Я спросил, потому что у них была одна фамилия, гадая, может ли быть связь.
Если она дочь ее брата... значит, сестра Джин и Капитан — двоюродные брат и сестра.
Но, судя по ее поведению, сестра Джин явно...
Нет, нет.
Я решил перестать думать об этом.
Я уже понял, что в этом мире слишком много видов любви, которых я не понимаю.
Бесполезно ломать голову над чужими делами.
Мне следует сосредоточиться на своих собственных обязанностях...
— Сэр, госпожа, молодой господин. Мы почти приехали. Пожалуйста, приготовьтесь...
На слова Мё Санъа я посмотрел наружу и увидел вдалеке массивный полусферический бронзовый купол.