Старший группы Кельт, изучив контракт, отправил Локку сообщение: «Оба контракта хороши, и контракт на выкуп, и лицензионный — оба вполне стандартны».
«Можно подписывать».
Получив мнение местного волшебника из Облачного Болота, Локк наконец осмелился заключить с волшебником Теренсом лицензионный контракт.
Контракт между обеими сторонами был успешно подписан.
Эти договоры стоимостью по тридцать тысяч магических камней за штуку были составлены контракторами под надзором Ока Истины.
Волшебник Теренс с улыбкой произнес: «Тогда приятного нам сотрудничества. Вот адрес одного из наших индустриальных парков Альзаса. Если понадобится, можете отправиться туда, чтобы наладить последующее серийное производство Гидры».
«Как только всё будет готово, вам останется лишь передать нам семена Гидры».
Теренс извлек из кольца звездного мира пятьдесят магических кристаллических карт и передал их Локку.
Разумеется, эти семена были обработаны зачарованием, и взрослые особи таких магических растений теряли способность к размножению.
В конце концов, с Альзасом он заключил сделку не на полное и окончательное приобретение.
Волшебник Теренс поднялся, Локк отдал ему должное уважение в знак приветствия, а затем проводил взглядом до самого выхода из кухни ведьмы.
Можно сказать, он только что взял еще один горизонтальный проект, сразу же получив пятьдесят магических кристаллических карт.
Что же касается последующих двух лет, то сумма ежемесячных отчислений будет зависеть от того, как пойдет дело с реализацией его проекта.
Заметив, что Локк поднимается, Грегор поспешил уступить ему дорогу. Беседу Локка с волшебником Теренсом он слушал в полнейшем тумане.
В конце концов, всякие торговые союзы, схемы сделок и высшие круги волшебников — всё это находилось бесконечно далеко от простого ученика волшебника.
Мир учеников волшебника еще не дорос до такого уровня, их интересы по большей части вращались вокруг учебы.
Локк убрал пятьдесят магических кристаллических карт в свое кольцо звездного мира.
С учетом этого, прибавив фонд проекта второго класса в размере пятисот тысяч и собственные сбережения в двести тысяч, он вновь располагал одним миллионом двумястами тысячами свободных магических камней, готовых к пуску в дело.
Он снова стал богат!
Главная причина в том, что научные исследования пожирают чудовищное количество денег. Стоит вложить такую гигантскую сумму в науку, как она испарится так же легко, как сухие дрова в печи.
Хорошо еще, что у него имелся чит.
У волшебников без чита то и дело случается так, что средства полностью прожжены, а результатов ноль.
Локк сказал Грегору: «Пойдем обратно».
Грегор ответил: «Хорошо, учитель».
Выходя из кухни ведьмы на Собрании Крови Дракона, Локк нос к носу столкнулся с волшебником Даниэлем. При встрече оба на мгновение замерли.
Как раз когда он вел переговоры с волшебником Теренсом, волшебник Даниэль завершил свою защиту, и рядом с ним находился менеджер из торгового союза.
Судя по направлению, куда они направлялись, те тоже держали путь на кухню ведьмы.
Волшебник Даниэль сердечно поприветствовал Локка: «Локк, позволь представить, это уважаемый волшебник Дэвид Франклин. Он менеджер волшебников из 【Торгового союза студии настройки погоды Ганновера】».
Волшебник Франклин не присутствовал на защите Локка, поэтому не узнал его и лишь вежливо кивнул.
Будучи волшебником второго круга, он пришел лишь ради заключения партнерства с волшебником Даниэлем, а потому по определению держался свысока.
Локк обратился к волшебнику Даниэлю: «Похоже, сегодня у тебя отличный улов. Тоже раздобыл горизонтальный проект?»
Волшебник Даниэль кивнул: «Тоже? Значит, ты уже закончил переговоры с менеджером торгового союза».
Локк улыбнулся: «Угу, только что уладили всё. Сразу получил пятьдесят магических кристаллических карт».
Волшебник Франклин с удивлением посмотрел на Локка, мгновенно сообразив, что тот сегодня тоже участвовал в защите отчета, иначе бы не вел дела с менеджером торгового союза.
К тому же собеседник, судя по всему, добился неплохих успехов.
Иначе ему бы не доверили проект стоимостью в пятьдесят магических кристаллических карт, вот только оставалось неясным, был ли это полный выкуп или доля от прибыли.
Если выкуп — что ж, это всего лишь заурядный уровень.
Но если речь шла о проценте отчислений, то пятьдесят карт — лишь первоначальный взнос за лицензию, а значит, контракт, заключенный Локком с менеджером, был далеко не проходным.
Услышав про пятьдесят магических кристаллических карт, волшебник Даниэль аж засиял от зависти: «Ну ты и разбогател, Локк! Сходу загрести пятьдесят карт. А мы с уважаемым волшебником Франклином как раз идем на кухню ведьмы обсуждать проект».
«Все-таки ты крут, Локк».
Локк ответил: «Это всего лишь коммерциализация чемпионской работы с Облачного кубка».
Волшебник Даниэль пояснил: «О-о, уважаемому Франклину приглянулась моя идея использования природных туманов и духовных механизмов для создания гадательного духовного тумана, которую я обрисовал на защите. Суть в том, чтобы задействовать изменчивость тумана для предсказаний определенной степени точности».
«Я довел ее до ума после нескольких месяцев базовых исследований в Золотой Короне. Должен признать, фундаментальная наука действительно необходима: она расширила мой кругозор, позволила увидеть больше и подняла мой потолок».
«Это даже позволило мне воплотить то, что было абсолютно невозможно в спроектированных мной ранее погодных системах».
Волшебник Даниэль добавил: «Мой проект на соискание фонда третьего класса в этот раз тоже прошел отбор, и я успешно получил грант второго класса».
Волшебник Франклин перевел взгляд с Локка на Даниэля, испытывая странное ощущение, будто эти двое — закадычные друзья, которые сейчас намеренно набивают друг другу цену.
Впрочем, профессиональная этика давала о себе знать, к тому же идея Даниэля ему и правда очень нравилась — он верил, что она поможет ему заработать очки в глазах руководства торгового союза. Поэтому волшебник Франклин внезапно произнес: «Об этом не беспокойся: сумма по нашему контракту будет никак не меньше пятисот тысяч магических камней».
Волшебник Даниэль сглотнул слюну: «Ну у вас в торговом союзе и деньжищи».
Перебросившись с ними еще парами фраз, Локк удалился.
Проводив взглядом удаляющегося Даниэля, он услышал, как тот продолжает увлеченно обсуждать с волшебником Франклином: «Этот мой новый знакомый просто невероятен».
«Я крайне редко встречаю волшебников, способных идти нога в ногу с моим темпом исследований».
«В Расколотых Могильных Землях мои коллеги по цеху поспевают за мной лишь на самом старте, но проходит всего несколько месяцев — и я ухожу в такой отрыв, что между нами вырастает пропасть. В их глазах я начинаю видеть чуждость и скрытое отчуждение».
Волшебник Даниэль заключил: «Похоже, в этот раз я и впрямь смогу обзавестись настоящим другом».
«Облачное Болото, Золотая Корона... поистине удивительное место. Здесь столько супергениев и просто уродливых аномалий развития».
Локк бросил на волшебника Даниэля косой взгляд, потеряв дар речи.
Называть меня аномалией, да ты сам ходячий казус!
Сам-то он сидит на читах, штампуя анализ механизмов новых магических растений конвейерным методом, пачку за пачкой.
И при этом темп исследований волшебника Даниэля почти не отстает от его собственного.
Такой талант и впрямь внушал ужас.
Это заставило только что зародившуюся в сердце Локка капельку беспечности испариться без следа.
В Золотой Короне слишком много супергениев.
Гении из других регионов, оказавшись здесь, скатились бы до уровня обычных середняков.
А то и вовсе плелись бы в хвосте, рискуя вылететь по результатам рейтингового отбора.
Если же он хочет заполучить заветный проект специального финансирования, ему необходимо взобраться на самую вершину пирамиды всех гениев Академии Истинного Знания в Золотой Короне.
А значит, нельзя сбавлять обороты: вернувшись, нужно срочно сгенерировать побольше данных в надежде отыскать еще больше неизвестных природных структур магии.
Ставить открытие неизвестных природных магических компонентов на поток, словно на конвейер.
Стоит помнить, что квота на проекты специального финансирования ежегодно выделяется в количестве всего одной-двух штук даже для таких элитных академий, как Академия Истинного Знания в Золотой Короне.
Но если подумать, если не удастся даже подняться выше всех гениев Академии Истинного Знания на горе Золотая Корона, то о каких вообще разговорах об отправке в Море Звездных Сфер может идти речь.
Шагая по широкой улице, Локк мысленно вздохнул: «Похоже, достигнутый уровень позволяет оторваться от рядовых исследователей Академии Истинного Знания, тут не поспоришь».
«Однако до исследователей из Высшей Академии Истинного Знания нам еще далеко. Быть может, Даниэль — такое же исключение из правил, как и я, но кто знает, не кроются ли за стенами Высшей Академии Истинного Знания еще более дикие аномалии?»
«Мне нужно пахать с удвоенной силой, нельзя почивать на лаврах из-за нынешних успехов».
Вернувшись в лабораторию вместе с Грегором, Локк проработал там весь оставшийся день.
Ближе к полуночи старший группы Кельт неожиданно подошел к его рабочему месту — бледный, с напряженным лицом, словно на нем лежал груз колоссальной ответственности.
Остановившись перед его столом, он бросил взгляд на трудящегося Грегора и произнес: «Локк, Трон Екатерины вызывает нас к себе».
При этих словах все исследователи шестой группы, сидевшие по своим местам, моментально подобрались.
Казалось, на их плечи опустилась тяжелая, невидимая плита.
Локк с недоумением посмотрел на старшего группы Кельта. Почему-то всякий раз, когда Кельт произносил имя ведьмы Екатерины — даже если говорил это он сам, — его охватывало дикое напряжение.
Стресс зашкаливал.
Уж не знаю, как именно он контактирует с ведьмой Екатериной, но лично Локк пока находил ведьму Екатерину весьма неплохим волшебником высокого круга.
Хотя до сего дня он ни разу не видел ее лицом к лицу в реальной жизни.
Ни единого раза.
Но ровно по этой причине в группе Екатерины царила полнейшая свобода: помимо ежемесячных общих собраний на пару сотен человек, никаких контактов с непосредственным научным руководителем не требовалось.
А это означало максимальный уровень личной автономии.
Но по неизвестной причине волшебники шестой группы, и в особенности Кельт, стоило им лишь услышать имя Екатерины, едва не впадали в состояние, похожее на посттравматический синдром.
Старший группы Кельт бросил Локку: «Локк, собирайся быстрее, пошли со мной к Трону».
Он глянул на часы в руке: «Опаздывать нельзя ни в коем случае. Даю тебе пять минут на сборы».
«Четко, обязательно подготовься...»
Заикаясь от волнения, старший группы Кельт удалился.
Ошеломленный Локк повернулся к ведьме Мейсон и волшебнику Баррету: «Наш старший группы всегда так панически боится руководителя?»
Сидя за столом, ведьма Мейсон пожала плечами: «Послушай, она же волшебник третьего круга, мы тоже ее боимся. Но мы боимся просто потому, что она — наш научный руководитель и волшебник третьего круга, и испытываем лишь благоговейный трепет. А вот наш старший, черт побери, почему-то особенно страшится Трона Екатерины».
«Может, на то есть причины, о которых мы не знаем. К тому же... наш руководитель принадлежит к числу тех женщин, чьи мысли невозможно угадать. Наверное, именно поэтому старший ее так и опасается».
Локк кивнул.
На самом деле характер руководителя в огромной степени формирует атмосферу внутри любой исследовательской группы.
Скажем, руководитель волшебника Даниэля, волшебник Феодор, славился широтой души и добротой, поэтому в его группе царила теплая атмосфера — по крайней мере, внешне все были друг другу едва ли не братьями.
Но поговаривали также, что из-за этого темпы выдачи результатов у них хромали по сравнению с другими группами.
Поработав в шестой группе некоторое время, Локк успел заметить, что она представляет собой насквозь прагматичное сообщество: свобода, погоня за эффективностью и упор исключительно на конечный результат.
В этом проступали четкие черты характера самой ведьмы Екатерины.
Ведьма Мейсон сказала Локку: «Кстати, Локк, я хочу поздравить тебя с успешной защитой итогового отчета. Тебе потребовалось всего четыре месяца, чтобы завершить проект фонда Истинного Знания третьего класса, это поистине впечатляет».
«Не зря ты исследователь Высшей Академии Истинного Знания: только теперь я в полной мере осознала пропасть между нами, рядовыми исследователями, и такими, как ты».
«Это мой второй год в Академии Истинного Знания, я только что завершила проект фонда Истинного Знания третьего класса и всё еще подаю заявку на проект фонда Истинного Знания второго класса. Кто бы мог подумать, что ты обойдешь меня напрямую».
Волшебник Баррет тоже посмотрел на Локка с явным уважением: «Мой прогресс примерно такой же, как у Мейсон».
Вспомнив, как раньше сам зондировал почву насчет прогресса Локка, он слегка покраснел: «И правда уровень Высшей Академии Истинного Знания... Твоя скорость продвижения по проектам для нас, обычных исследователей, просто запредельная... Более того, я слышал, что ты в один присест проанализировал механизмы действия четырех видов бромелиевых магических растений».
«Мало того, что скорость выполнения оказалась высокой, так и качество на высоте. Раньше у меня порой возникало некоторое несогласие, казалось, что исследователи из высшей Академии Истинного Знания тоже не представляют собой ничего особенного, но теперь, оглядываясь назад, понимаешь, что вы действительно сильнее нас, обычных исследователей Академии Истинного Знания».
«Стоит лишь сопоставить цифры — и всё становится очевидно».
Сидевший неподалеку волшебник Панно скорбно скривил лицо: «А я-то думал, Локк, ты составишь мне компанию хотя бы на какое-то время, и мы вместе возьмемся за новую тему. Как же я был наивен».
Волшебник Баррет сказал ему: «Полагаю, тебе стоит сперва подумать о рейтинге очков в конце этого года. Если так пойдет и дальше, тебя просто исключат за самые низкие показатели».
«Ты ведь сейчас всего лишь на втором году обучения в Академии Истинного Знания, впереди еще три года, а снаружи целая толпа волшебников первого круга считает, что сможет выполнить условия для выпуска в течение трех лет».
«Желающих подсидеть тебя на твоем месте за воротами предостаточно».
Волшебник Панно беспомощно вздохнул.
Перегнувшись через перегородку, Локк утешил его: «Беда за бедой, но руки опускать нельзя. Глядишь, до сентября успеешь набросать проектную заявку, которую одобрят».
«Тогда под сокращение ты не попадешь».
Панно вздохнул: «Что ж, остается только надеяться на это».
Дав Грегору последние указания, Локк в последнюю минуту покинул рабочую зону, нагнал старшего группы Кельта и сказал: «Старший, мы готовы, пошли».
Поравнявшись с ним, старший группы Кельт воспользовался моментом, чтобы излить душу: «Локк, признаться, я никак не ожидал, что ты окажешься настолько работоспособным. Раньше я во многом ошибался на твой счет».
Локк чуть заметно кивнул.
Кельт продолжил: «Но теперь недоразумения позади. Твоя личная производительность тянет едва ли не на половину всей нашей шестой группы».
«Ты ведешь исследования с колоссальной эффективностью».
«Я забираю свои прежние слова назад: появление такого человека, как ты, в шестой группе — просто величайшая удача для меня».