Следующие несколько блоков общего содержания встречали Селену уже заметно более настороженно и тихо. Слухи о том, что произошло, расползались по ярусам от охранников конвоя со стремительной скоростью, заставляя изнуряющее любопытство заключённых терзать их ещё сильнее. Девушка абсолютно спокойно и хладнокровно осматривала пленных, и вся команда сопровождения просто не могла не заметить эту удивительную, разительную перемену в атмосфере. К-11 и Е-3, послушно стоя в стороне в оцеплении, с неподдельным любопытством переглянулись между собой. Заключённые теперь подходили к решётке почти спокойно, без прежней агрессии, лишь периодически исподлобья заглядывая ей в глаза. Это внезапное, вынужденное смирение и полное отсутствие грязных подначиваний со стороны преступников заставляли внутренне напрягаться ещё сильнее, чем открытая враждебность. Высший не отступал от М-4 ни на шаг, и в этой странной, удушливой обстановке его монолитное присутствие рядом заглушало абсолютно любые, даже самые тяжёлые взгляды заключённых.
При этом Селена никак не могла унять то жгучее любопытство, которое О-5 так изощрённо зажёг в ней во время их прошлого разговора в кабинете. Его неожиданное предложение о прямом ментальном слиянии упрямо не выходило у неё из головы. Чтобы окончательно не отвлекаться от ручного обхода и сканирования потоков, она периодически с силой давила ногтем большого пальца в подушечку указательного — настолько крепко, что даже сквозь плотную ткань форменной перчатки ощущалась резкая, колкая боль, силой возвращающая её сознание в суровую реальность тюремного блока.
Она лениво скользнула своим сапфировым взглядом по очередному заключённому, который покорно подошёл к решётке. На его груди, у ворота робы, отчётливо виднелись старые, замысловатые татуировки. Селена невольно на долю секунды задержала на них свой отстранённый взгляд, и парень, уличив эту мимолётную потерю концентрации, сделал резкий, крысиный выпад рукой прямо сквозь прочные прутья решётки. Девушка даже не вздрогнула и не отпрянула назад — грязная рука преступника её так и не достала. Тончайшие серебристые нити энергии Высшего намертво сковали конечность нападавшего всего в нескольких сантиметрах от её лица, заблокировав в воздухе.
— У тебя что, эта рука лишняя? — тихо усмехнулся мужчина, с леденящим кровь презрением глядя на застывшего преступника.
Его едва заметные глазу, алмазные ментальные оковы с силой впивались в живую плоть парня, и багровые кровавые следы стали мгновенно проступать сквозь кожу тонкими струйками. Селена медленно перевела свой абсолютно спокойный взгляд с заблокированного преступника на профиль О-5. Заметив её минутную задумчивость, Высший ещё до начала движения по коридору предусмотрительно сгустил свою ауру, продвинув контур ближе к девушке, чтобы в любую секунду быть полностью готовым к несанкционированному нападению. Так в итоге и произошло. К-11 и Е-3 успели лишь инстинктивно дёрнуться вперёд, когда всё уже было практически завершено.
Охрана конвоя тут же среагировала по уставу, тяжело ударив нападавшего своими длинными копьями с заряженным высоковольтным током. Его ехидное, дерзкое лицо какое-то мгновение продолжало неестественно улыбаться в судороге, а затем обмякшее тело мешком рухнуло на бетонный пол камеры. По блоку сразу же прокатились резкие, громкие крики надзирателей, жёстко предостерегающих остальных свидетелей о неминуемых последствиях за подобные выходки. Селена молча и бесстрастно смотрела на парня, который теперь неподвижно лежал на полу клетки. Глава Сектора, плавно шагнув вперёд и едва загораживая своей широкой спиной этот грязный вид, мягко, но уверенно положил ладонь на плечо девушки, отстраняя её от решётки, чтобы позволить охране спокойно сделать свою рутинную работу.
Тяжёлая клетка со скрежетом открылась, и бесчувственного заключённого конвоиры быстро выволокли под руки в коридор, заставляя остальных преступников в камере испуганно пятиться к самой дальней стене. Взгляд девушки плавно скользнул от сильной руки О-5, всё ещё лежащей на её плече, вверх, прямо к его глазам. Мужчина невероятно внимательно, сканируя каждую деталь, изучал выражение её лица, пока взмыленная охрана шумно копошилась с заключёнными и наводила порядок. «Это так странно...» — отстранённо размышляла М-4, не торопясь разрывать этот контакт. Она поймала себя на чётком осознании того, что совершенно не испугалась этого внезапного выпада. Всё время она кожей ощущала абсолютную, непробиваемую ментальную защиту Высшего, который держал своё слово подстраховать её в любой момент.
Почувствовав резкую, вибрирующую нервозность К-11, Селена тут же волевым усилием отвела взгляд от Главы. В воздухе между ними и без того было слишком много искр. Когда охрана конвоя наконец унесла бесчувственного парня в изолятор, девушка молча продолжила ручной осмотр яруса, и больше никаких инцидентов за весь день не было. Она совершенно не испугалась, а иметь какие-либо дела с разъярённым О-5 среди заключённых больше дураков не нашлось. Слишком наглядным был урок.
Когда они полностью закончили этот изнурительный обход, Высший демонстративно, на глазах у всех махнул головой Селене, приглашая её вновь уединиться для личного разговора. К-11, сделавший было шаг вперёд и явно хотевший что-то резко возразить, наткнулся на холодный, предостерегающий взгляд Капитана. Блондин, до крови прикусив губу от бессилия и ревности, резко развернулся на пятках и стремительно направился в сторону жилых блоков в сопровождении безмолвного Е-3.
— В чём дело? — спросил О-5, едва заметно усмехнувшись и запуская девушку в свой тихий, экранированный кабинет. — Никак не можешь выкинуть наш прошлый разговор из головы?
Его абсолютная, непоколебимая уверенность в её жгучем любопытстве откровенно раздражала Крысолова. Она демонстративно села в глубокое кожаное кресло, даже не дожидаясь его официального приглашения. Её взгляд на секунду отстранённо скользнул к глухому смотровому окну, а затем девушка сделала глубокий, тяжёлый вздох, молча наблюдая за тем, как мужчина вальяжно садится в кресло прямо напротив неё. Она, подперев подбородок рукой, очень долго просто смотрела на него в упор, тщательно, до мельчайших деталей взвешивая все возможные «за» и «против» этой опасной связи. Высший же не произносил больше ни единого слова, просто тонко, загадочно улыбался, наслаждаясь её очевидной внутренней борьбой.
— Откуда у вас эта слепая уверенность? — спросила она наконец задумчиво, и её низкий голос прозвучал глухо в тишине кабинета. Её взгляд плавно скользил по расслабленной, вальяжной позе мужчины.
— Просто опыт, — ехидно и лаконично отозвался тот, приподняв бровь и отзеркаливая её позу.
Но девушку этот слишком простой ответ категорически не устроил. Она видела в нём расчётливого и смертельно опасного манипулятора Системы, который будто заранее, на несколько шагов вперёд точно знал, что нужно делать, и, как она отреагирует.
— Но с чего вы вообще взяли, что я могу вам подойти? — спросила Селена уже заметно строже, заставляя сапфировые искры в глазах вспыхнуть ярче. — Вы готовы рискнуть моей жизнью и целостностью контура, лишь бы удовлетворить своё личное любопытство?
Мужчина ответил не сразу. Его пронзительный, сканирующий взгляд медленно скользнул по её напряжённому лицу, считывая каждую вибрацию защитных щитов.
— Ты сама изо дня в день рискуешь своей жизнью, ввязываясь во всевозможные опасные передряги по всему Лабиринту... — спокойно, размеренно начал он, и в его голосе проступили жёсткие нотки Высшего. — Потому что ты, как никто другой, прекрасно знаешь: без этого риска здесь просто нет настоящей жизни. Ты ведь объективно не могла знать наверняка, что справишься с ментальной угрозой Мнемофагов или локализуешь Микроязву, но всё равно рискнула абсолютно всем, что у тебя было, и результат полностью оправдал потраченные средства. Так почему же ты сейчас так сильно сомневаешься?
В воздухе между ними снова повисла тяжёлая, густая пауза, и Селена поняла, что О-5 бьёт по её самым уязвимым местам, заставляя признавать их ментальное сходство. Его вкрадчивый, бархатный голос, неизменная ехидная улыбка и абсолютная, уверенная поза не давали ей покоя ни на секунду. Этот мужчина даже не пытался скрыть тот факт, что у него имеются свои глубоко личные мотивы, не спешил раскрывать карты, но постоянно и очень тонко намекал на нечто гораздо большее, стоящее за всем этим фарсом. Однако несмотря на свой общеизвестный суровый, жёсткий характер правителя тюрьмы, конкретно с ней вёл себя удивительно мягко, почти бережно. В её памяти всплывали воспоминания о прошлых днях одно за другим, заставляя анализировать каждый его жест.
— Убедите меня, — твёрдо отозвалась девушка, заставляя свой голос звучать максимально серьёзно, и решительно убрала руку от лица. — Назовите хоть одну вескую причину, почему я должна безоговорочно довериться вам?
Мужчина в ответ на это тихо, но искренне усмехнулся. Для жёсткой иерархии Лабиринта это был просто вопиющий, беспрецедентный случай: обычный рядовой юнит ставила Высшему свои условия для ментального слияния. Но Селене сейчас было абсолютно плевать на устав, официальные протоколы и обстоятельства. О-5 сам вынуждал её действовать предельно жёстко, желая заполучить доступ к талантам девушки.
— Один мой старый друг однажды сказал мне... — начал он медленно, неторопливо вставая со своего кресла. — Без проигрыша никогда не выиграть затяжной войны. Без взаимных уступок не получить искренне желаемого...
Глава Сектора бесшумно сделал два шага и встал прямо перед креслом М-4, смотря на неё сверху вниз, а затем медленно, плавно опустился, заставляя девушку от неожиданности удивлённо выпрямиться в струнку.
— Без временной покорности невозможно обмануть сильного врага... — мужчина почтенно склонил голову перед онемевшей девушкой, опустившись перед ней на одно колено. Он делал это подчёркнуто демонстративно, будто разыгрывал перед ней театральный спектакль. — А без безумной смелости — никогда не стать подлинным другом.
Он резко вскинул голову, в упор поймав ошарашенный, мелко дрожащий взгляд девушки на себе. Селена буквально мёртвой хваткой вцепилась пальцами в подлокотники кресла от этой неожиданности, а её сердце испуганной птицей бешено забилось о рёбра. Дело сейчас было далеко не только в этом абсурдном, ломающем все законы жесте. Под потолком кабинета круглые сутки неустанно работали объективы скрытых камер и датчиков Системы, которые непрерывно записывали, оцифровывали и анализировали всё происходящее на предмет отклонений. Высший Сектора «Z» добровольно стоит на коленях перед Старшим инспектором Надзора? Что за дикий бред? Тяжёлый ком мгновенно подступил к горлу девушки от нахлынувшего возмущения и паники. Он сознательно рискнул их жизнями, должностями и итерациями прямо под прицелом Искина, лишь бы любой ценой получить своё? М-4 тут же порывисто вскочила со своего места, намереваясь прекратить этот фарс, однако не смогла сделать и половины шага. Мужчина, обладая молниеносной реакцией бойца, тут же единым движением поднялся с колена, намертво блокируя ей любое пространство для манёвра.
Его аура вспыхнула и ярко засветилась тончайшим слоем, а глаза горели пронзительным, чистым бирюзовым огнём. Внезапный испуг девушки и теснота прохода заставили её оступиться на ровном месте. Селена на чистых рефлексах вытянула руки вперёд и крепко схватилась за рукава его форменного кителя, чтобы банально удержать равновесие и не упасть навзничь. В ту же самую секунду её сознание пронзила острая, ослепительная ментальная боль. О-5, воспользовавшись прямым физическим контактом, мгновенно и безжалостно ворвался в незащищённый ментальный контур Крысолова, и она физически уже никак не могла его оттолкнуть или заблокировать. Страшное, леденящее кровь воспоминание о его сокрушительной атаке в зале Суда на долю секунды яркой вспышкой пронеслось в её голове, заставив девушку судорожно зажмуриться в ожидании удара. Однако вопреки её худшим ожиданиям, она не ощутила абсолютно ничего. Было лишь странное, тонкое покалывание, волнами расходящееся по всему телу.
Инспектор не спеша, с трудом открыла глаза, всё ещё невероятно крепко сжимая пальцами плотную ткань формы мужчины. К своему полнейшему изумлению, она обнаружила, что полностью, с ног до головы окутана его бирюзовой аурой, которая обволакивала её тело будто невесомая, нежная и абсолютно неощутимая вуаль. Концентрация его энергии была идеальной, она не выжигала её каналы, а мягко встраивалась в её собственное ментальное поле.
— Видишь? — слегка усмехнулся он, глядя на неё сверху вниз с мягким превосходством. — Абсолютно никакой опасности...
Селена не сводила ошарашенного взгляда со своих рук, всё ещё лежащих на его предплечьях. Её сапфировый взгляд жадно, до мельчайших нюансов анализировал происходящее на тонком плане. Его аура тонкими иглами мягко пронзала ментальный контур девушки, без какого-либо давления просто заставляя её собственные частоты послушно вторить его импульсам — точно так же, как направленный звук заставляет воду на плоскости выстраиваться в сложные геометрические узоры. Это было поразительно похоже на то, как она сама вручную подстраивает импульсы партнёров для выстраивания резонанса, однако здесь, к своему полнейшему изумлению, девушка совершенно ничего не делала сама.
Вся комната заполнилась мягким, ровным голубым светом, а приятное глубокое тепло стремительно распространилось по её телу, мгновенно снимая накопившуюся за дни аудита усталость и полностью восполняя ментальные силы. Это был самый настоящий, полноценный резонанс. И только спустя несколько минут такого глубокого анализа и окончательного принятия ситуации Селена внезапно обнаружила, что всё ещё стоит, по сути, в надёжных объятиях мужчины. Всё то время, пока длилось слияние контуров, он крепко держал её под руки, бережно сохраняя для неё опору и не давая упасть.
Осознав всю интимность и двусмысленность их положения, она резко отпрянула от него назад, и неумолимая сила гравитации тут же потянула её обратно в глубокое кожаное кресло. И вопреки ожиданиям, их резонанс от этого физического разрыва не прервался. О-5 продолжал неподвижно стоять на своём месте, провожая её довольной, торжествующей улыбкой. Лишь спустя пару секунд он плавно, сантиметр за сантиметром, потянул свои бирюзовые нити назад, окончательно высвобождая девушку из-под своего плотного влияния. М-4 сидела в кресле и просто не могла сказать ни единого слова, испытывая настоящий, оглушительный шок от произошедшего. Такой запредельный уровень контроля ментальным полем не часто можно было лицезреть. Он, конечно, являлся Высшим, но она просто никак не ожидала увидеть столь ювелирную, тонкую технику управления энергией от человека, чья аура для всего Лабиринта казалась неприступной, глухой бронёй.
— Ва-а... — шумно, прерывисто выдохнула она поражённо, всё ещё до конца не веря в реальность случившегося. — Вы умеете удивлять.
— Рад, что не разочаровал, — тихо усмехнулся мужчина, сверху вниз смотря на неё потемневшим, глубоким взглядом.
В этот короткий миг оба они отчётливо поняли, что теперь никаких прежних преград и недоверия для выстраивания их дальнейших рабочих взаимоотношений не будет. Пазл сошёлся. Ещё один влиятельный Высший в её копилке контактов и очередной пугающий уровень глобальной тайны Лабиринта. Селена печально, обречённо усмехнулась сама себе, понимая, в какую бездну интриг её затягивает всё сильнее.
— Надеюсь, вы заранее придумали, как грамотно оправдать этот ментальный всплеск перед Системой и лично Н-6, — она подняла глаза, внимательно взглянув на неторопливо присаживающегося обратно на своё место мужчину. — Мой начальник будет просто вне себя от ярости, когда узнает.
— Я полностью возьму всю юридическую и техническую ответственность на себя, — улыбнулся он ей удивительно мягко, расслабляя плечи. — Всё-таки это я тебя спровоцировал и вынудил пойти на этот шаг.
— Да вы, я смотрю, настоящий рыцарь, — тон её голоса невольно стал на порядок мягче и человечнее.
Теперь между ними действительно больше не было прежних острых подозрений и ожидания удара в спину, однако густое ощущение глубокой недосказанности всё ещё отчётливо витало в стерильном воздухе кабинета. Теперь она чётко знала, что этот Высший виртуозно обманывает весь остальной Лабиринт своей мнимой ментальной неприступностью и пустотой. Но истинная причина, по которой он так легко и безжалостно открылся именно Крысолову, всё ещё оставалась надёжно скрыта за плотной завесой его личных тайн.
Оба сидели в креслах, просто молча наблюдая друг за другом. Произошедший между ними резонанс, пусть и кратковременный, открыл им истинные мотивы друг друга на глубинном эмоциональном уровне. О-5 совершенно точно не желал ей зла. Напротив, Селена теперь явственно считала его отношение к ней даже слишком заботливым и оберегающим. Этому поразительному феномену в данных обстоятельствах могла быть только одна логичная причина: они уже были близко знакомы в прошлом. Как в ситуации с Н-6, который вдруг проявил к девушке непривычную лояльность и мягкость, Глава Сектора «Z» тоже имел свои веские личные причины оберегать её. Воспоминания прошлых циклов, стёртые Системой, вновь давали о себе знать.
— И что теперь? — мягко спросила она, нарушая звенящую тишину кабинета, а затем добавила с лёгкой иронией: — Будем видеться раз в неделю, мило обсуждать последние новости и пить чай, словно лучшие друзья?
Мужчина раскатисто рассмеялся, откинувшись на спинку кресла. Столь неожиданное, стремительное сближение Высшего и инспектора Надзора просто не могло не показаться странным и подозрительным со стороны, и он это прекрасно понимал сам.
— Очень сильно сомневаюсь, что ты сама этого захочешь, — улыбнулся тот, сверкнув бирюзовыми глазами. — Светские пустые беседы — это не твой конёк, М-4.
А вот и очередная прямая отсылка к тому, что он знает о её характере, привычках и прошлых жизнях гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Девушка согласно кивнула, без слов принимая эти новые, запутанные правила игры. Они по-прежнему не могли открыто обсудить детали прошлых циклов из-за вездесущих датчиков под потолком, но теперь его физическое присутствие рядом больше не ощущалось таким давящим и удушающим. После столь неожиданного резонанса многое в поведении О-5 прояснилось, а её контур был полностью восстановлен и полон сил. Однако теперь перед ними встала новая, весьма приземлённая проблема: нужно было как-то грамотно и правдоподобно объяснить эту внезапную «дружбу» и уединения в кабинете другим, и в первую очередь — К-11, который уже наверняка изнывал от ревности и подозрений.