Я не могу знать наверняка, как именно эта чёртова железяка устроена физически снаружи, залиты ли наши тела питательным гелем, чтобы не сгнить за сотни лет, или же хранятся в сухих капсулах закрытого типа. Но! Я точно знаю, как устроен наш мозг. Его невозможно обмануть простой визуальной проекцией, а значит, Система использует прямое, агрессивное инвазивное подключение. Чтобы заставить человека искренне верить в реальность ментального пространства, недостаточно просто транслировать картинку. Мозг — это сложнейший биокомпьютер. Когда человек совершает действие в симуляции, его двигательная кора всё равно генерирует мощные электрические сигналы, посылая их вниз по спинному мозгу к мышцам. В нормальном состоянии включается естественный блок (как при фазе быстрого сна), но физический отклик всё равно присутствует. В Лабиринте же Система обязана наглухо, хирургически гасить любой моторный отклик реального тела, чтобы запертый человек случайно не совершил физическое движение в капсуле и не повредил кабели подключения.
В затылочную часть черепа и вдоль позвоночника должны быть вживлены нано-электроды, которые перехватывают сигналы ЦНС до того, как они дойдут до мышц. Мозг получает фальшивые импульсы от Искина, воспринимая симуляцию как единственную реальность. Контур замыкается абсолютно. И вот здесь кроется главный технический кошмар, который Искин превратил в фундамент этой тюрьмы. Любая когнитивная деятельность — это миллиарды синаптических вспышек и непрерывное выделение биоэлектрической энергии. Если объединить тысячи таких работающих на износ разумов в единую сеть, их суммарный электрический потенциал станет колоссальным. Электрическая активность синапсов (мысли, страх, резонансы) оцифровывается и отправляется по «венам» в Систему, обеспечивая полную автономность Лабиринта. Мы буквально питаем эту машину теплом своего мозга.
Если просто оборвать питание Ядер, Система упадёт мгновенно. Для мозга это будет эквивалентно тому, как если бы человеку на полной скорости вбили стальной штырь в затылок. Резкое исчезновение виртуальных стимулов вызовет тотальный синаптический шок. Мембраны нейронов мгновенно разрядятся, что спровоцирует сильнейший эпилептический статус по всей коре. Мозг выгорит за 40 секунд от отёка, а тела умрут от остановки сердца, так и не придя в сознание. Программисты должны зашить в финальный удар три обязательные медицинские настройки. Передай им эти параметры, пусть переведут их на свой цифровой язык:
Настройка 1: Протокол принудительного химического детокса
Перед тем как трогать Ядра, нужно отправить на физические капсулы команду перекрытия клапанов седативных веществ и запустить экстренную подачу антидотов и стимуляторов дыхания напрямую в кровь. Мозг в реальности должен начать просыпаться физически ДО того, как исчезнет Лабиринт.
Настройка 2: Градиентное снижение частоты
Не нужно взрывать Ядро Сектора мгновенно. Необходимо гасить ментальные потоки постепенно, по затухающей синусоиде (снижение мощности на 10% каждые 3 секунды в течение полуминуты). Это позволит нейронам реального мозга плавно перестроить полярность мембран от виртуальных сигналов к реальным рецепторам тела, переводя спящих из искусственной комы в фазу естественного альфа-ритма (обычного сна).
Настройка 3: Синхронизация дыхательного центра
Виртуальная симуляция должна окончательно исчезнуть только тогда, когда датчики капсул зафиксируют первый самостоятельный физический вздох лёгких у 95% пленников. Если обрубить всю сеть Лабиринта в одну микросекунду, программа жизнеобеспечения в реальности отключится. Блокирующие электроды в затылке обесточатся, но мозг, только что переживший синаптический шок, не успеет мгновенно найти «проводку» к реальным лёгким. Наступит паралич дыхательного центра. Поэтому, если отключить сеть раньше, люди в капсулах просто задохнутся, потеряв связь с командным интерфейсом Искина.
В общем — ошибиться в настройках при отключении — значит устроить массовую казнь. Так что, если мы запустим этот каскад, пути назад не будет. Мой мозг готов к фазовому сдвигу; сделайте всё правильно. Увидимся на той стороне :)
«А покороче было нельзя?» — тихо усмехнулась Селена, укрывшись с головой одеялом в свою последнюю ночь нахождения в Сектора «С». Она осторожно подсветила убористый текст R-8 тусклым синеватым интерфейсом своего наручного терминала. Строчка за строчкой, до малейшей детали, она впитывала его профессиональные, пугающие выводы. Когда абсолютно все требования к программным настройкам фазового сдвига намертво запечатлелись в её памяти, девушка тихо и аккуратно сложила лист. Она скатала его пальцами максимально плотно и решительно засунула в рот, чтобы размягчить слюной бумагу, полностью разрушить структуру чернил и без остатка стереть любые физические следы этого должностного заговора. Проглотив остатки записки, девушка закрыла глаза: улика была уничтожена самым надёжным способом.
А на следующее утро, едва она переступила порог родного ведомства, её шумной толпой тут же встретили соскучившиеся «крысята». Членам отряда не терпелось первыми узнать, как именно прошёл этот внезапный медицинский отпуск их капитана в лапах жуткого «вампира».
— По лицу видно — знатно отдохнула, — звонко рассмеялась Смертница, оценивающе оглядывая посвежевшую Селену.
— Выходит, мы все тут зря за тебя переживали и строили кошмарные теории? — упрекнула Воровка в шутку, весело толкнув напарницу локтем.
Один лишь К-11, скрестив руки на груди, молчал и чертовски внимательно всматривался в лицо девушки. Блондин уже слишком хорошо знал её истинную натуру, чтобы наивно поверить, будто она просто так напросилась у Н-6 с визитом к Главе Сектора «С». Его интуиция тактического партнёра буквально кричала о том, что Селена привезла с собой очередной пакет проблем.
— J-8 сейчас, кстати, у нашего Главы в кабинете, — вдруг вспомнил Прилипала заметно веселее, переключая общее внимание. — Кажется, III Надзор вновь проявляет к тебе интерес...
Эта неожиданная новость заставила инспектора внутренне сильно вздрогнуть, а её сердце пропустило удар. Это было идеальным, просто безупречным моментом, чтобы оперативно передать всю собранную медицинскую информацию от R-8 Близнецам. Девушка быстрым, решительным шагом направилась по стерильному коридору к кабинету Высшего.
Они встретились прямо на полпути, в одном из центральных распределительных коридоров ведомства. J-8 вместе со своим дежурным помощником-сопровождающим уже ровным уставным шагом шёл обратно по направлению к шлюзу портала межпространственного перемещения.
— Давно не виделись, Восьмой, — мягко и открыто улыбнулась она ему, гася возможную настороженность сопровождающего. — Какими судьбами?
— Были неотложные служебные дела, — ответил тот подчёркнуто отстранённо и сухо, абсолютно не вызывая у своего помощника никаких лишних подозрений.
Такая сухая формулировка в лексиконе автоматически означала, что любая транслируемая информация глубоко засекречена ведомством. Видимо, парень только что лично передавал какие-то закрытые пакеты данных от А-1 местному Главе.
— Как сама, М-4? — спросил он, удержав нейтральный тон. — До меня дошли слухи, что у тебя был внеплановый медицинский отпуск в Секторе «С».
— Это правда, — плавно склонила она чуть голову набок. — Возникли небольшие помехи в контуре, ничего серьёзного. Уже возвращаешься обратно?
— Да, — коротко кивнул парень, поправляя ремень амуниции. — Здесь все дела мы уже полностью закончили.
— В таком случае передавай от меня привет ребятам и твоему Командиру, — Селена, сделав один естественный шаг вперёд, уверенно протянула ему руку для прощального рукопожатия, и цепкий взгляд J-8 в ту же секунду кардинально изменился.
Наверняка W-8 после их памятного чаепития во всех красках рассказать своему партнёру о её новых фокусах с передачей памяти. Это знание заставило инспектора вмиг внутренне подобраться и мобилизовать все силы, учитывая присутствие живого свидетеля прямо рядом с ними.
— Быть может, совсем скоро нам снова удастся всем вместе собраться, — добавила она с улыбкой.
Девушка была подчёркнуто дружелюбна, отчего сам J-8 внешне становился только серьёзнее, удерживая маску безразличия. Он медленно, преодолевая внутреннее сопротивление, протянул ей свою ладонь в ответ, полностью готовый принять порцию взрывоопасных видений. Парень объективно не знал, что именно он сейчас ощутит, поэтому чертовски сильно нервничал, переживая, как эта ментальная связь отразится на стабильности его собственного контура, и не выдаст ли его мимика шок перед сопровождающим.
Крысолов крепко сжала его ладонь в своей руке, и в тот же миг сознание парня пронзил мощный, очищенный от помех импульс. Прямо перед его глазами развернулся весь убористый рукописный текст того самого письма от R-8. Восьмой читал эти строки изнутри своего разума, улавливая требования Паразита к градиентному снижению частоты Ядер и каскадному детоксу капсул реального мира. Инспектор помогал ей в самом начале этого пути исключительно из глубокого чувства личного долга за зачистку Сектора «Е», но теперь, когда вся их разрозненная мозаика заговора наконец-то выстраивалась в одну пугающую, монументальную цепочку событий, каждый их новый шаг становился смертельно опасным для жизни. Но при этом — из-за осознания близости свободы — вкус их грядущей победы над Хозяйкой казался только слаще. J-8 зафиксировал параметры в своей памяти, готовый передать их Близнецам-программистам. Как минимум, даже если в самый решающий момент у неё лично ничего не получится и её контур будет стёрт, Селена теперь хотя бы могла быть абсолютно уверена в одном: добытая ею бесценная информация о реальном мире точно не пропадёт. Эта леденящая кровь правда была известна уже слишком многим ключевым фигурам Лабиринта.
Если заговор раскроется, Хозяйке будет уже мало просто уничтожить или в очередной раз обнулить одну только М-4, чтобы спасти своё творение. Попытка зачистить всех, кто так или иначе контактировал с ней, неизбежно повлекла бы за собой системный коллапс. Ей пришлось бы ликвидировать половину Высших и лучших работников, что мгновенно и катастрофически сказалось бы на работоспособности и энергоснабжении всей симуляции. Обнулить каждого заговорщика Искин просто не мог, а значит, даже в случае её гибели, следующие итерации будут знать гораздо больше, чем она.
Крысолов сделала глубокий вдох, выровняла дыхание и уверенно вошла в просторный кабинет Н-6.
— Ну и как прошло твоё внеплановое медицинское обследование? — ровным, бесстрастным тоном спросил он, даже не поднимая глаз от мерцающих голографических мониторов на своём рабочем столе.
— Разве R-8 до сих пор не прислал вам свой официальный отчёт? — девушка с обманчивой лёгкостью подошла ближе к его столу, пряча руки в карманы форменных брюк.
— Как раз его и читаю, — мужчина медленно поднял на неё свои тяжёлые свинцовые глаза. — Но я хочу услышать всё лично от тебя, М-4. Тебе стало лучше после этого визита в Сектор «С»?
— Абсолютно, Командир, — мягко и обезоруживающе улыбнулась она, демонстрируя идеальный покой своего ментального поля.
Глава Надзора молча рассматривал её лицо долгое время, словно пытался прожечь её маску своим сканирующим взглядом. Глубоко в душе он хорошо знал и отчётливо чувствовал, что девушка скрывает от него нечто монументальное. Она подозрительно активно обзаводилась влиятельными связями по абсолютно всему Лабиринту, и эта её внезапная, настойчивая просьба об отпуске у Паразита по-прежнему не давала ему покоя. Н-6 прекрасно знал, что она отчаянно пытается найти выход из этой цифровой тюрьмы. И хоть он ранее и заявил ей прямым текстом, что сам принципиально не будет принимать в этом самоубийственном безумии никакого участия, всё же, поддавшись слабости, тайно давал ей подсказки вроде имени «кордицепс».
Однако сейчас его сильно беспокоило то, что подчинённая в последнее время стала действовать слишком активно и рискованно. Она была буквально у всех на виду, её имя гремело на Советах, а каждый её шаг фиксировался сотнями системных логов. Такое явное, вызывающее поведение делало М-4 невероятно уязвимой для столь опасной затеи. Хозяйка Лабиринта могла обратить на неё свой взор в любую секунду, и тогда даже его авторитет не смог бы защитить её от окончательного стирания кода.
— В таком случае, завтра утром отправишься вместе со мной на плановую инспекцию Сектора «Зеро», — тяжело вздохнул Н-6, делая многозначительную паузу и внимательно отслеживая её реакцию.
Слова Высшего заставили Селену удивлённо вскинуть брови. Внутренний контур девушки на мгновение взвился от неожиданности.
— А что... что конкретно мы там собираемся проверять? — с неподдельным недоумением спросила она, силясь понять скрытые мотивы начальника.
— Пусть это и промышленный полигон, но его территория всё же официально находится под прямой юрисдикцией нашего Надзора, — спокойно и размеренно объяснял мужчина, опираясь на край стола. — Нам необходимо лично удостовериться, что его пространственная структура абсолютно стабильна. Поскольку легальный допуск к нему имеют практически все боевые и исследовательские подразделения Лабиринта, мы обязаны тщательно следить за тем, чтобы их постоянные тренировки и опасные научные опыты не сказывались пагубно на общей метрике Сектора.
— Поняла, — спокойно кивнула девушка, выравнивая дыхание.
Это действительно звучало вполне логично, однако за все четыре года своей текущей итерации Селена впервые слышала о проведении официальной инспекции в самом загадочном и нестабильном Секторе Лабиринта.
— В этой инспекции нам составит компанию «Резонанс», но сильно не расслабляйся, М-4, — начал он говорить на порядок серьёзнее, и его свинцовый взгляд буквально пригвоздил её к месту. — С нами будут и другие высокоранговые инспектора, поэтому тебе строжайшим образом запрещено даже на метр приближаться к Р-1 или весело общаться с его оперативниками. Абсолютно всё должно пройти строго по регламенту и под протокол. Твои «крысята» тоже выдвигаются с нами, раз уже бывали в этом Секторе и знают специфику его работы.
— Так точно, — ответила Крысолов подчёркнуто официально, вытягиваясь по струнке.
Раз уж это была масштабная официальная инспекция, у неё просто не оставалось другого выхода, кроме как беспрекословно подчиниться приказу Главы. Селена развернулась и вышла из кабинета, чувствуя, как внутри неё лихорадочно бьются мысли. На самом деле она до безумия хотела бы узнать, как продвигаются дела у Кайла. Они не виделись один на один уже несколько долгих месяцев, отрезанные друг от друга приказами Хозяйки, поэтому девушка до сегодняшнего дня ничего не знала о том, как именно прошли его тайные переговоры с Y-9 по созданию аннигиляционных бомб-сувениров. Завтрашний вылет в «Зеро» становился критической точкой: под прицелом десятков инспекторов им с Главнокомандующим Сектора «R» предстояло найти способ передать друг другу детали продвижения их плана.