Следующие несколько обходов, несмотря на недавний инцидент, прошли на удивление спокойно и гладко. И вот наконец настало время блоков одиночного изолированного заключения — того самого мрачного спецсектора, к которому Высший морально готовил их ещё более строго и бескомпромиссно. Это был длинный, уходящий вглубь пространства коридор с глухими герметичными металлическими дверями без смотровых окон. Общая атмосфера здесь, даже с учётом круглосуточно работающих подавляющих ошейников, была по-настоящему удушающей, тяжёлой и давящей на психику.
О-5 уверенным шагом подвёл Селену к первой бронированной двери. Каждая из этих массивных переборок была намертво заблокирована многоуровневой биометрией. Замки с тяжёлым металлическим лязгом щёлкнули, система стравила воздух, и они вошли внутрь первого изолированного бокса. Комната внутри оказалась заметно просторнее, чем все стандартные камеры до этого, однако это было обусловлено лишь тем, что находящийся здесь заключённый был намертво скован тяжёлыми цепями ещё и по рукам, и по ногам. По телу Крысолова невольно пробежали ледяные мурашки от этой жуткой картины. С одного только взгляда становилось кристально понятно: к этим опасным ребятам подходить близко точно нельзя ни при каких обстоятельствах.
На этот раз О-5 действовал предельно собранно и стоял так, чтобы всем своим телом чуть заслонять Селену от узников. Он подзывал к себе каждого заключённого для проведения ручного осмотра. Примечательным и пугающим было то, что цепи и ограничители на каждом заключённом были абсолютно разные, подобранные строго под их разрушительные таланты. У одного узника были массивные утяжелители на ногах. «Видимо, невероятно быстрый», — мысленно размышляла девушка, сканируя контур. У другого опасного преступника на голове был зафиксирован глухой металлический намордник: «Наверное, любит кусаться или его дар завязан на вербальные команды». Дикий, волчий взгляд абсолютно каждого из них без лишних слов говорил о том, что на их руках лежит много отнятых жизней. Их панибратское, вызывающее отношение к самому Высшему и демонстративное нежелание подчиняться приказам наглядно доказывали: эти люди чрезвычайно сильны ментально и физически, и это точно не было глупой актёрской игрой. Некоторых из них надзирателям конвоя приходилось жёстко бить током, чтобы те сквозь проклятия соизволили повернуться или наклониться и показать свои шеи для проверки.
И вот, за очередной тяжёлой дверью спецблока М-4 внезапно увидела полностью, тотально скованного человека. Это был крепкий мужчина лет сорока, покрытый шрамами. Его руки и ноги были максимально расставлены в разные стороны и намертво прикованы толстыми штырями к жёсткому монолитному основанию в центре комнаты, а сама голова была зафиксирована в стальном обруче, лишая его возможности даже размять шею. «Что же он за монстр такой, раз его держат в подобном состоянии?» — сразу же испуганной вспышкой пронеслось в голове у Селены. Мужчина не сводил с неё своего пристального, пугающе осмысленного взгляда.
— У меня что, сегодня день рождения? — спросил он, хрипло усмехнувшись и плавно переводя свои зелёные глаза на застывшего О-5. — Почему ты вдруг решил лично навестить этот забытый ярус, да ещё и не один? Эти странные вспышки и всклоки ранее... Зачем тебе нужно было заходить в камеру к каждому заключённому?
Его прямые, бьющие точно в цель вопросы заставили девушку внутренне сильно вздрогнуть. В этих глубоких изолированных ярусах Цитадели никого заранее не предупреждали о проверке инспекции, а герметичные, экранированные звукоизоляцией камеры физически не могли пропустить внутрь ни единого звука. Он никак не мог знать или услышать то, что прямо сейчас происходило снаружи в коридорах. Так каким же образом он умудрился так детально узнать обо всём этом? Судорожно, в панике размышляла Селена, фиксируя, как её ментальный контур начинает тревожно искрить от подкатившего страха перед этим человеком. Она тут же сосредоточила на нём свой сапфировый взгляд, отчаянно надеясь опровергнуть собственную пугающую догадку. Однако то, что открылось её взору, заставило Крысолова внутренне вздрогнуть от подступившего ледяного ужаса. Вокруг заключённого всё пространство было буквально избито, истерзано и деформировано.
— Как не стыдно, — вдруг он резко зыркнул прямо на неё, и девушка физически почувствовала, как по её ментальному контуру ударила плотная, осязаемая энергетическая волна. — Мы с тобой ещё даже не знакомы, а ты уже так бесцеремонно раздеваешь меня своим взглядом...
В этот короткий миг они оба отчётливо поняли, что видят одну и ту же скрытую изнанку Лабиринта. Селена и этот скованный по рукам и ногам мужчина имели одинаковый дар — запредельную чувствительность к пространству. И тот поразительный факт, что даже находясь в тяжелейших цепях и под прессингом Системы, он умудрялся вручную расшатывать вокруг себя метрику, говорил о масштабе его способностей очень красноречиво. «В равных условиях, без этих ошейников, он бы гарантированно убил меня по одному щелчку пальцев», — эта отчётливая, леденящая мысль мгновенно пронзила сознание инспектора.
Незнакомец, забавляясь, снова отправил в её сторону короткий направленный поток искажения, и этот ментальный толчок заставил девушку сделать невольный шаг назад. О-5 мгновенно подошёл к ней ещё ближе, почти заслоняя собой и тревожно вглядываясь в её побледневшее лицо, а заключённый от этой картины громко, раскатисто рассмеялся на всю камеру.
— Знаешь, что это такое, девчушка? — спросил он Селену, сузив глаза. — Это шёпот самой смерти.
— А ну завязывай со своими играми! — яростно рявкнул Глава Сектора, и его бирюзовая аура вокруг М-4 сгустилась до плотности алмазного щита, полностью отсекая последующие пространственные выпады узника.
— Он... он управляет пространством даже будучи в таком глухом заключении, — наконец прерывистым шёпотом выдавила девушка, неотрывно сверля заключённого своим потрясённым взглядом. — Зачем держать такую опасную итерацию в живых...
— Хочешь знать? — усмехнулся скованный мужчина, а затем сделал вескую, интригующую паузу, ловя каждый вздох Селены. — Что ж, давай сыграем в игру. Я честно и без утайки отвечу на три абсолютно любых твоих вопроса. Что скажешь?
Крысолов в нерешительности замерла на месте, взвешивая шансы, а О-5 от этого заманчивого предложения недовольно сжал свою сильную руку на её плече гораздо крепче, пытаясь силой вернуть её к реальности.
— Просто проверь целостность его ошейника и уходим отсюда, — отозвался Глава Сектора «Z» крайне раздражённо. Однако Селена его уже практически не слушала, заворожённая открывшейся возможностью получить ответы.
— Ты... Высший? — её чистый, звенящий от напряжения голос буквально пронзил пространство камеры, заставляя обоих присутствующих мужчин синхронно вздрогнуть от такой поразительной догадки.
В следующую секунду тишину спецблока разорвал громоподобный, безумный хохот заключённого, от которого зазвенели металлические штыри в кандалах.
— Вот так сюрприз! Какой великолепный улов! — он еле перевёл дыхание от смеха, упиваясь моментом. — Слышишь, О-5? Эта маленькая девочка оказалась гораздо сообразительнее тебя!
На это дерзкое, разоблачающее заявление Глава «Зеты» лишь злобно, по-звериному оскалился, и его алмазная нить энергии вокруг девушки натянулась до предела, готовая в ту же секунду превратить камеру в кровавое месиво.
— М-4! — громогласно рявкнул О-5, резко и грубо поворачивая инспектора за плечи к себе и в упор заглядывая ей в глаза. — Даже не думай лезть в это!
— Верно, девчушка, не стоит, — на удивление спокойно и размеренно отозвался скованный заключённый, упиваясь разыгравшейся сценой. — А то ведь оглянуться не успеешь, как быстро окажешься в соседней камере.
Его лёгкая, непринуждённая улыбка заставила Селену внутренне подобраться и окончательно сконцентрироваться.
— Эх... — глубоко и тяжело вздохнул мужчина, загремев цепями. — Знал бы я заранее, что в структуре появится юнит с такими талантами, точно назначил бы преемницей её, а не тебя, О-5. Вот бы мы тогда с ней знатно повеселились на руинах Лабиринта...
Это внезапное заявление заставило девушку внутренне содрогнуться от шока. Пазл в её голове перевернулся: этот скованный по рукам и ногам человек со шрамами был не просто абстрактным Высшим из прошлых стёртых циклов. Он являлся бывшим Главой Сектора «Z», чьё место теперь занимал стоящий рядом О-5.
— Заткнись! — бешено рявкнул тот, окончательно теряя терпение.
Он мгновенно активировал свои запрятанные бирюзовые нити, выбрасывая их вперёд, и намертво сковал узника, со всей силы впиваясь алмазными волокнами прямо в его кровоточащую плоть. Однако эта вспышка жестокости в ту же самую секунду заставила Селену порывисто, мощным импульсом дёрнуть ментальные каналы заключённого. Она среагировала мгновенно, на чистых инстинктах. Пространство вокруг них в замкнутом боксе истошно застонало под колоссальным давлением, а искажённое лицо бывшего Главы Сектора перекосилось в хищной гримасе:
— Сука... — хрипло усмехнулся мужчина, яростно зыркнув прямо на девушку.
А в следующую секунду одна его сильная рука с оглушительным треском полностью освободилась из стальных оков монолитного основания. В камеру одиночного содержания тут же, сметая всё на своём пути, ворвался вооружённый конвой охраны, со всей дури ударяя взбунтовавшегося заключённого токовыми копьями. И пока разъярённый О-5 лихорадочно пытался заблокировать безумную попытку мужчины воспользоваться своей пространственной силой, вовремя осознав, что именно тот хочет сделать, Крысолов порывисто вошла в резонанс с Главой «Зеты». На глубинном уровне она отчётливо ощутила жуткие ментальные тиски заключённого, которыми тот мёртвой хваткой вгрызся в резервы О-5, пытаясь выкачать его энергию.
Селена не стала медлить. Она резко, точечным импульсом разорвала все энергетические нити, связывающие этих двоих. Девушка полностью аннигилировала их опасную связь, мгновенно лишая взбунтовавшегося узника внешней подпитки, а в следующую секунду, действуя на пределе возможностей, использовала резервы самого Высшего, чтобы искусственно создать вокруг бывшего хозяина Сектора абсолютный вакуум без ментальной среды. Она буквально до основания расщепила и выжгла любую свободную энергию в радиусе двух метров вокруг него. Ему просто физически больше нечем было управлять в пространстве — метрика стала пустой. Его освободившаяся рука какое-то время ещё судорожно дёргалась в воздухе, пытаясь сорвать блокирующий ошейник, но его чистых физических сил было для этого недостаточно, а непрекращающиеся высоковольтные разряды конвоя окончательно ослабляли его сознание. В конечном итоге мужчина бессильно обмяк на своих цепях.
— Ну ты и попала, девчушка... — едва слышно усмехнулся он, из последних сил, подняв на неё свой тускнеющий взгляд. — Кажись, мы с тобой действительно очень скоро окажемся соседями.
Его голова замерла, пока по всем коридорам и переходам спецблока яростно и оглушительно звенела экстренная тревога Искина.
Убедившись, что опаснейший заключённый окончательно потерял сознание и больше не представляет угрозы, Высший резкими, точными движениями активировал логи на своём наручном терминале, принудительно отключая сирену. Опасность миновала, и в боксе наконец воцарилась относительная тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием людей. Селена медленно подошла ближе к скованному телу, внимательно вглядываясь в его контур. Сейчас из-за полного, тотального отсутствия в радиусе двух метров любых энергетических потоков, которые она только что безжалостно выжгла, казалось, даже дышать физически было намного труднее — воздух ощущался сухим и безжизненным. Девушка, на всякий случай, точечным ментальным импульсом жёстко разорвала его основные ментальные каналы, обезвреживая бывшего Главу Сектора, пока оставалась возможность зафиксировать этот результат хотя бы на время.
По команде О-5 стальной обруч, удерживающий голову узника, со щелчком отстегнули. Голова мужчины тут же тяжело упала на грудь, полностью обнажая заднюю часть шеи и основание ограничительного механизма. Селена активировала сапфировый взгляд, сканируя металл.
— Он повреждён, — вслух констатировала она и без того очевидную для всех окружающих догадку. Внутренние платы ошейника были оплавлены от постоянных скрытых нагрузок.
— Принести новый! Живо! — яростно рявкнул Высший замершим подчинённым, тяжело переводя дух и пытаясь унять внутреннюю дрожь после ментальной атаки.
В этот самый момент взгляд Селены непроизвольно скользнул к открытой двери камеры, где она заметила К-11. Блондин рвался внутрь, бледный от страха за неё, но его всё это время изо всех сил физически удерживал в коридоре Е-3, не позволяя нарушить протокол изоляции. Однако несмотря на панику напарника, её взгляд очень быстро вновь сосредоточился на бесчувственном заключённом. Крысолова изнутри буквально раздирало жгучее, болезненное любопытство от одной только мысли об этой пугающей персоне. Он умел видеть и кроить пространство Лабиринта, и вот то пугающее, жалкое зрелище, в которое в конечном итоге обернулась его жизнь. Селена невольно проецировала его судьбу на себя, и этот подсознательный страх давил на неё мёртвым грузом.
Высший мгновенно заметил её глубокую ментальную тревогу и мягко, но уверенно коснулся рукой её плеча, возвращая к реальности.
— Ты как? — негромко спросил он, заставляя девушку поднять на себя взгляд. В его бирюзовых глазах больше не было ярости хищника — только искреннее беспокойство за её целостность.
— В норме, — сухо отозвалась она, заставляя себя выровнять дыхание.
Их недавний резонанс всё ещё ощутимо и ярко искрил остаточными вспышками в тяжёлом воздухе камеры, а общая атмосфера в боксе была жгучей, наэлектризованной до предела. Прямо сейчас абсолютно все присутствующие здесь надзиратели и конвоиры едва не стали живыми свидетелями колоссальной катастрофы регионального масштаба. Если бы этот озлобленный, могущественный мужчина сумел вырваться из своего заключения и вернуть контроль над Сектором, пострадал бы далеко не один этот Узел. Это пугающее знание сейчас отчётливо ощущал абсолютно каждый в комнате.
Когда взмыленные охранники конвоя наконец принесли со склада новый экранированный ошейник, Селена лично, предельно скрупулёзно проверила его на предмет скрытых дефектов своим сапфировым зрением, а затем узника вновь наглухо сковали, полностью заменив повреждённые соединительные цепи на новые, усиленные утяжелители. Всё это техническое действие происходило под пристальными, тяжёлыми взглядами инспектора Надзора и самого Главы Сектора, лично контролирующими абсолютно каждое движение конвоиров, дабы не допустить ни малейшей ошибки.
После пережитого инцидента команда оперативно вернулась в Цитадель, вынужденно прервав дальнейший плановый осмотр ярусов. Ситуация требовала немедленных бумажных процедур: нужно было детально зафиксировать всё произошедшее в камере и отправить официальный отчёт Хозяйке в течение суток, раз сама проблема к этому моменту уже была полностью исчерпана.
— Как ты поняла, что он нападёт? — неожиданно спросил Высший, на мгновение отпрянув от светящегося экрана перед собой и переводя взгляд на Селену.
Она вальяжно сидела в глубоком кресле его кабинета, методично вбивая свой персональный отчёт для протокола на переносном терминале. Девушка подняла на него задумчивый и серьёзный взгляд.
— Пространство вокруг него было словно... пережёвано... — мысленно возвращаясь к той жуткой картине, вспоминала она. — А раз он каким-то образом дотянулся до него сквозь блокировку, то точно не упустил бы шанса воспользоваться твоим полем как батарейкой для рывка.
Её слова сейчас звучали предельно рассудительно и логично.
— Разве ваши люди не проводили глубокий осмотр метрики этого бокса ранее? — спросила она уже заметно строже, прищурившись. — Я ведь далеко не единственная во всём Лабиринте, кто может видеть энергетические потоки.
— Проводили... — отстранённо и хмуро кивнул мужчина. — Однако ответственный за это инспектор в своих логах твёрдо утверждал, что и пространство, и блокирующий ошейник находятся в полном порядке.
Они оба понимающе замолчали. В этой ситуации на самом деле было только два возможных варианта. Либо опасный заключённый умудрился расшатать механизм ошейника каким-то невероятным образом прямо между плановыми проверками, чего он объективно не смог бы сделать в одиночку, либо прошлый инспектор сознательно соврал в отчётах.
— Как ты написала в логах про аннигиляцию его ментальной хватки? — спросил он, резко меняя тему.
— «Осуществила полный разрыв ментальных контуров противника путём точечного расщепления свободной энергии вокруг объекта», — процитировала она строчку, и О-5 сразу же начал что-то активно вбивать в свой собственный отчёт, тщательно проверяя, чтобы их официальные формулировки для Искина не были слишком похожи. Всё-таки даже на высшем уровне управления им постоянно приходилось сталкиваться с дотошной бюрократией Лабиринта.
М-4 расслабленно сидела, закинув ноги прямо на широкий подлокотник кресла, когда в тихий кабинет негромко постучал Куратор. Она даже не дёрнулась и не сменила позы, когда он вошёл.
— Отчёты свидетелей и конвоя по сегодняшнему инциденту, — сухо доложил Е-3, держа в руках тонкий рабочий планшет.
Мужчина, даже не поднимая головы, коротко кивнул в сторону Селены, без лишних слов приказывая отдать все собранные документы ей и больше не отвлекать его от заполнения логов. Парень замешкался лишь на короткую секунду, а затем послушно протянул Крысолову планшет. С одной стороны, она была здесь лишь временным гостем и официально не имела к внутренним рапортам охраны никакого дела, но с другой стороны — её слишком свободная поза в кабинете Высшего и прямой, безапелляционный приказ Главы Сектора просто не оставляли надзирателю никакого шанса избежать мозгового штурма. Взаимоотношения этих двоих, очевидно, были гораздо глубже, доверительнее и сложнее, чем они официально транслировали окружающим сотрудникам. Парень поспешил незамедлительно удалиться, закрыв за собой дверь, а Селена шутливо закатила глаза.
— Спихиваешь на меня свою работу? — с наигранным упрёком заметила она.
— Проверь своего «протеже», — отозвался он сухо, по-прежнему не отводя взгляда от мерцающего монитора. — Ты ведь всё равно свой собственный отчёт давно закончила.
Девушка удивлённо вскинула брови. И как давно он заметил, что она уже просто сидит без дела? М-4 принялась внимательно просматривать чужие отчёты, скрупулёзно вчитываясь в каждую формулировку. Нужно было железно убедиться, что прежде чем все эти документы будут окончательно загружены в официальные логи Системы, информация от абсолютно всех участников и свидетелей сегодняшнего происшествия идеально совпадала между собой, не оставляя Искину зацепок для подозрений.
Она лениво пролистывала экраны, пока её взгляд не зацепился за файл К-11. Блондин заполнил свой документ с холодной, хирургической точностью. Он детально описал, как, зафиксировав пространственный всплеск, действовал строго согласно протоколу реагирования при ЧС. Его личное наблюдение за работой вышестоящих сотрудников, находясь на безопасном, но ощутимом расстоянии, при постоянной готовности оказания ментальной подпитки, выглядело в отчёте как непоколебимая, образцовая покорность младшего юнита жёсткой структуре Лабиринта. Ни одной лишней эмоции. Даже её внезапный резонанс с Высшим с его слов выглядел исключительно как вынужденная и единственно верная тактика при сложившихся критических обстоятельствах. «Умница», — мысленно похвалила она напарника, чувствуя, как с души наконец-то свалился огромный, давящий камень. Парень полностью сдержал своё обещание и безупречно прикрыл её по должностной линии перед Искином, несмотря на всю свою бушующую внутреннюю ревность и обиду.
— Все отчёты чистые, — Селена плавно спустила ноги с подлокотника кресла и встала, неторопливо подходя ближе, чтобы аккуратно положить планшет на край рабочего стола Высшего. — Формулировки конвоя и К-11 идеально сходятся с нашей официальной версией.
Она плавно обошла массивный стол и непринуждённо присела на его край, заглядывая в мониторы О-5, на которых мужчина циклично пересматривал архивные видео с камер наблюдения, поминутно восстанавливая хронологию прорыва.
— Надо же, какая поразительная удача, — усмехнулся мужчина, не отрываясь от экрана. — У твоего яростного защитника, оказывается, вполне неплохо работает котелок?
— Не принижай его, — подала девушка чуть обиженный голос, упрямо поджав губы. — Он из кожи вон лезет, чтобы доказать свою полезность.
— К сожалению, в реалиях Лабиринта одного этого упрямства недостаточно, чтобы в будущем занять комфортное и безопасное место в иерархии, — тяжело вздохнул он, делая небольшую паузу. — Рано или поздно ради продвижения ему придётся кого-то подсидеть. Остаётся надеяться, что его выбор в итоге падёт не на тебя.
Высший перевёл свой внимательный, сканирующий взгляд прямо на Селену. Она молчала, искренне удивлённая такому циничному потоку его мыслей. Девушка просто физически не могла представить, чтобы К-11 когда-нибудь подставил её ради карьеры. Вернее будет сказать, она всеми силами просто не хотела даже думать об этом.
— Если вдруг запахнет жареным, — задумчиво размышляла она вслух, косясь на экраны. — Ты ведь позаботишься о моём комфорте здесь?
Они молча смотрели в глаза друг другу пару секунд, взвешивая скрытые смыслы этой фразы, а затем О-5 тонко усмехнулся, расслабляя плечи.
— Ну конечно, я лично подготовлю тебе самый люксовый номер на нижних ярусах, вдали от назойливых, буйных соседей.
Крысолов улыбнулась, оценив его мрачноватый, истинно тюремный юмор. Она была ему искренне благодарна за то, что, несмотря на жуткие пророческие слова бывшего Главы «Зеты», он твёрдо оставался на её стороне. Даже если в конечном итоге эта опасная дорога действительно приведёт её сюда в качестве бесправной заключённой. В его ухмылке не было злорадства — лишь странная, глубинная готовность принять любой исход их общей игры.
— Могу я спросить, что на самом деле произошло между тобой и тем заключённым? — спросила М-4 тише, и её голос мгновенно стал предельно серьёзным.
Мужчина медленно поднял на неё свой тяжёлый, потемневший взгляд, монотонно и гулко постукивая подушечками пальцев по подлокотникам своего кресла.
— Как я тебе уже и сказал... — отстранённо и глухо начал он, глядя куда-то сквозь неё. — Рано или поздно абсолютно каждому в этих стенах приходится сделать выбор... И я свой сделал.
Селена понимающе кивнула, внимательно вглядываясь в жёсткие черты его лица и считывая остаточные вибрации его контура. Пазл сложился без лишних слов. Очевидно, ему в своё время пришлось пойти на хладнокровное предательство своего ментора, чтобы занять место Главы Сектора «Z» и запереть предшественника в цепях. В Лабиринте власть никогда не отдавалась добровольно.
— Тот инспектор Надзора, который официально проверял его бокс до тебя... — Высший резко вернулся к технической теме их сегодняшнего инцидента, закрывая личные архивы. — Я уже отдал приказ Е-3 немедленно поднять из Архива полное личное дело. Его итерация была стёрта Системой три цикла назад, но цифровые логи его проверок полностью сохранены в базе. Мы по секундам поднимем все камеры и старые отчёты, чтобы досконально всё изучить, а затем официально свяжемся с Надзором твоего Узла.
Девушка тяжело вздохнула, потирая лоб. Теперь она как действующий инспектор была по уши втянута ещё и в это скандальное дело о подлоге данных. Сейчас, находясь в изолированном Секторе, было чрезвычайно сложно сказать наверняка, есть ли у этого расследования реальное будущее или его замнут на высшем уровне. М-4 чувствовала, как внутри зарождается глухая тревога. Н-6 гарантированно прихлопнет её, когда она по возвращении вывалит на него всю эту шокирующую информацию. Начальник ведь перед самым вылетом предельно чётко приказал ей ни в коем случае не встревать в новые неприятности. Но они просто магнитом притягивались к ней по абсолютно неизвестной никому причине, ломая любые протоколы Системы.
— На сегодня ты свободна, — О-5 закрыл файл отчёта, заставив мониторы погаснуть. — Возвращайся в жилой блок и отдохни. Я тут закончу сам.
Селена молча поднялась с края стола, зафиксировала ремни формы и чётким шагом направилась к выходу, понимая, что эта ночь в Цитадели будет для неё очень длинной.