Следующим на очереди по официальному графику инспекций стоял загадочный Сектор «V». Все произошедшие за последние циклы бурные события совершенно выбили Селену из привычной колеи. Она сейчас просто делала всё на чистом автомате, совершенно не замечая происходящего вокруг неё. Девушка вместе с «крысятами» слаженно зашла в сияющий зев портала, ведущего к цели их проверки. Взгляд её при этом был отрешённо направлен куда-то в пустоту, что, конечно же, не мог не заметить бдительный К-11. Её глаза непрерывно сверкали глубокими сапфирами. Складывалось стойкое ощущение, будто она была глубоко погружена мыслями не просто в неизвестные напарнику размышления, а отчаянно пыталась найти ответы на какие-то важные вопросы прямо перед собой или глубоко внутри себя.
Межпространственный переход завершился, и расфокусированный взгляд Крысолова внезапно наткнулся на чёткий образ прямо перед собой. Всего в паре метров от шлюза, в плотном окружении целой толпы вооружённых надзирателей конвоя, неподвижно стоял невысокий мальчик лет пятнадцати, буквально сверлящий вошедшую инспекцию своим пронизывающим взглядом. Его вызывающе скрещённые на груди руки и подчёркнуто высокомерный, оценивающий взгляд красноречиво говорили о стопроцентной уверенности хозяина текущего положения. Селена поймала себя на мысли, что даже и не помнит, когда последний раз вообще видела в стенах Лабиринта ребёнка. Но такого горделивого, властного подростка — совершенно точно никогда в своей практике не встречала. Вокруг фигуры мальчика в этот момент едва заметно пульсировали тончайшие энергетические потоки, расходящиеся в пространстве будто круги на воде и надёжно спрятанные от глаз всех присутствующих обычных надзирателей.
Не осталось абсолютно никаких сомнений — перед ними стоял Высший. Н-6, конечно, строго предупреждал их отряд перед отправкой, что Глава Сектора «V» выглядит значительно младше своих реальных лет, но её начальник имел в виду, видимо, общее количество лет, проведённых им в текущей итерации, а вовсе не физиологический возраст. Селена спокойно, безупречно следуя уставу, вежливо поклонилась Высшему. А вот её «крысята» от такого неожиданного зрелища заметно замешкались на долю секунды, не успев вовремя склонить головы. И эту мимолётную заминку мальчик, разумеется, не мог не заметить.
— Какая вопиющая дерзость! — звонко вскрикнул он, гневно указывая на них своим тонким пальцем.
— Прошу прощения, Главнокомандующий, — тут же ровно отозвалась М-4, краем глаза транслируя отряду приказ согнуться и внимательно вглядываясь в его искрящийся ментальный контур. — Мои подчинённые ни в коем случае не стремились как-то оскорбить вас своим поведением. Они просто на мгновение не смогли сдержаться от искреннего восхищения. Прямо перед нами — безусловный пример для подражания. Добиться столь великого статуса в столь юном возрасте — поистине непостижимый феномен для всего Лабиринта.
— Это чистая правда! — мгновенно оттаял мальчишка, вскинув свой подбородок ещё более горделиво и победоносно. — Никому из вас, ничтожных, никогда в жизни не повторить моего грандиозного успеха!
«Крысята» при этом стояли в полном, гробовом оцепенении. Их в эту секунду поражал даже не столько этот странный высокомерный мальчишка в невидимой короне правителя, сколько молниеносное, филигранное укрощение его детского гнева их собственным капитаном. Она виртуозно нашла к нему психологический подход, просто один раз бегло взглянув. Что, естественно, тут же повлекло за собой скрытую недовольную, ревнивую реакцию со стороны его многочисленных взрослых помощников и советников.
— Ладно, идёмте скорее за мной! — властно приказал подросток, разворачиваясь на каблуках. — Я и так слишком долго ждал начала этой официальной проверки!
Они все вместе слаженной группой зашагали по длинным, богато украшенным коридорам Сектора «V», готовые прощупать изнанку этого «детского» Измерения, где за внешней капризностью правителя могла скрываться самая изощрённая ловушка Системы.
— Позвольте обратиться, ваше превосходительство, — спокойно заговорила Селена, размеренно шагая в двух шагах поодаль от юного правителя.
— Позволяю! — уверенно и снисходительно усмехнулся мальчик, даже не оборачиваясь.
— Поскольку мы никогда с вами до этого дня не встречались, мне искренне любопытно, почему вы отправили официальный запрос и вызвали именно меня, — плавно начала диалог девушка. — Насколько я знаю, Сектор «V» славится своей абсолютной стабильностью во всём Узле.
— Это чистая правда! — настроение у подростка от такой неприкрытой лести быстро поднималось. — Под моим чутким и мудрым руководством Сектор действительно процветает. Однако на прошлом заседании Совета II Узла слишком много речи зашло о твоей скромной персоне. Поэтому я просто не мог не подхватить эту всеобщую тенденцию и не пригласить тебя к себе. Мне безумно любопытно, сможет ли твоя хвалёная уникальность сравниться с моей собственной.
— Я выложусь на полную, — говорила Крысолов заметно мягче, подстраиваясь под его капризный тон, — но, боюсь, до вашего запредельного уровня мне в этой итерации ещё очень далеко.
Q-4-00:57 был далеко не обычным ребёнком, и девушка это прекрасно понимала. В таком безжалостном месте, как Лабиринт, обычные не выживают, и уж тем более не становятся полноправными Высшими. Это значило лишь одно: его гордые слова о собственной уникальности не были пустыми детскими сказками. За этой внешностью скрывался колоссальный ментальный резерв Системы.
— Как я понял из рапортов, ты у нас своего рода охотник за скрытыми аномалиями, — открывая перед инспекцией массивную бронированную дверь, ведущую к Центральному ядру, говорил он. — Y-9 сказал, что ты сканируешь Ядра на предмет любого чужеродного воздействия или вредоносного кода.
— Всё именно так, — послушно кивнула Селена, фиксируя, как шлюз со свистом выпускает воздух.
— Тогда мне безумно интересно, что ты скажешь, когда увидишь это, — ехидно усмехнулся мальчик, точным биометрическим жестом активируя Главный терминал управления первого Измерения. — Сразу тебя честно предупреждаю, М-4, это гарантированно будет самой изнурительной инспекцией за всю твою карьеру.
Стоило девушке коснуться сенсорной панели и подключиться к Ядру, как её сапфировый взгляд испуганно дрогнул. Перед внутренними глазами мгновенно развернулась колоссальная система жизнеобеспечения Измерения, однако вопреки её ожиданиям, параллельно со стандартными потоками энергий Системы там циркулировали уже хорошо знакомые ей кольца. Точно такие же, какие она видела вокруг самого Q-4. Это был его собственный, плотный ментальный след, и он пронизывал абсолютно всё пространство вокруг на километры вперёд. Крысолов перевела ошарашенный взгляд на юного Высшего, и тот от её реакции звонко рассмеялся. Сложившаяся ситуация была похожа на то, как если бы кто-то намеренно разлил флакон приторных, удушливо-ярких духов в закрытой комнате и силой заставил по запаху искать другие, едва уловимые тонкие оттенки. Сама энергия, исходящая от Ядра Сектора, была абсолютно чистой, ровной и безликой, а вот ментальный след любого живого существа неизменно нёс в себе примеси его личных эмоций. И сейчас этих эмоциональных детских качелей в коде Измерения было просто невообразимо много, что создавало жуткий фоновый шум для Селены.
— Как это понимать? — спросила девушка заметно строже, выравнивая дыхание.
Её резкий, требовательный тон категорически не понравился взрослым помощникам Высшего. Стоящий по правую руку худощавый мужчина в строгом кителе сразу же агрессивно вмешался, делая шаг вперёд:
— Следите за своим тоном, М-4! Вы здесь находитесь исключительно для исполнения своих прямых обязанностей.
— Вы сюда не клининг вызвали, — метнула она на него острый, испепеляющий сапфировый взгляд. — Я — Старший инспектор Надзора.
Крысолов порывисто вскинула руками вверх, одним мощным импульсом обнажая скрытую изнанку реальности — ту самую, которая обычно находится под надёжным замком от глаз любого обычного человека. В стерильном воздухе Центра управления мгновенно заплясали десятки сияющих нитей энергий, и абсолютно все присутствующие надзиратели удивлённо охнули от жгучего любопытства и шока. Селена проигнорировала их вздохи и в упор взглянула на Q-4.
— Объясните мне, зачем вы так безжалостно вплели свою личную энергию в базовые потоки Ядра?
Мальчик лишь весело усмехнулся. Эта девчонка сейчас требовала от него прямого ответа как полноправный специалист, в тонкую работу которого он бесцеремонно вторгся, пусть даже это и происходило на его личной территории. Подросток с нескрываемым детским любопытством оглядел подсвеченное сапфировое зрелище, хаотично пляшущее в воздухе.
— В глазах не рябит? — улыбнулся он от искреннего, чистого любопытства и забавно встряхнул ладонью прямо перед своими глазами. — Это должно быть безумно изнурительно... Жить с постоянными мельтешениями перед глазами.
Его высокомерный помощник хотел было вновь резко вмешаться и заткнуть дерзкого инспектора, но мальчик властно остановил его одним коротким жестом руки.
— Ты вправе знать, раз уж собралась тут работать, — кивнул он, полностью соглашаясь с её логичными мыслями. Q-4 неторопливо подошёл к ментальной консоли и плавно приложил ладонь. — У меня нет таких уникальных глаз, как у тебя, М-4, поэтому без прямого подключения к Ядру я мало что смог бы сделать в этом месте.
Он спокойным, почти будничным тоном вёл своё повествование.
— Моя способность называется обнулением, — эти веские слова заставили Селену внутренне вздрогнуть, а вот сам мальчик лишь самодовольно усмехнулся её страху. — Она никак не связана с нашими глобальными циклами стирания памяти, однако я могу по своему желанию локально откатить то или иное состояние материи или энергии на некий промежуток времени назад. Когда в Секторе «V» появляется аномалия, я просто беру и откатываю состояние этого куска пространства назад, чтобы гарантированно избежать её дальнейшего разрастания.
Девушка замерла, лихорадочно осмысливая его слова. По сути, это признание означало, что весь его огромный Сектор постоянно живёт немного в прошлом, причём в каждом конкретном Измерении полотно его временных вмешательств кардинально отличалось от соседних кусков пространства. Крысолов мгновенно погрузилась в глубокие, тревожные размышления. Такое точечное, локальное вмешательство в естественное течение времени метрики, её физического изнашивания и деформации действительно могло временно решать проблемы. Однако в этой системе неизбежно должен был наступить критический момент, когда разница в состоянии энергий в разных областях пространства станет катастрофической. В её мыслях вновь всплыла наглядная аналогия с куском упругого теста, которое отчаянно пытаются то залепить, то растянуть в разных местах, но здесь этот измученный кусок ещё и клали то в морозилку, то в раскалённую духовку. Подобный грубый подход неизбежно создавал скрытые, невидимые для обычных датчиков скачки пространственной деформации на стыках временных зон.
— Как часто ваш Сектор полностью обнуляет сама Система, а не вы лично? — спросила она прямо, заглядывая в его янтарные глаза.
М-4 прекрасно понимала: такое искусственное вмешательство Высшего было лишь временной, маскирующей мерой. И во всём этом уравнении крылся ещё один ключевой, фундаментальный фактор Лабиринта. Любая точка обнуления и отката кода должна быть безупречно стабильной. А это означало два возможных варианта: либо этот юный лидер умел не только откатывать, но и искусственно «доматывать» состояние энергии или материи вперёд, до необходимой стадии, либо точка сохранения всего Сектора «V» вообще ни разу не менялась с тех самых пор, как этот подросток официально получил свою высокую должность. Если её вторая догадка верна, то фактически этот Сектор оставался самым молодым во всём Лабиринте, выражаясь простыми словами. Его код просто застрял в одной временной поре.
— Ты права, — подтвердил Q-4 её мысли, весело усмехнувшись и понимая, что эта странная девушка из Надзора мгновенно догадалась о главном секрете его владений. — Мы действительно не можем позволить себе расшатывать общее состояние метрики в разных пространственных областях слишком сильно, нарушая баланс. Поэтому полное, системное обнуление каждого отдельного Измерения у нас по графику происходит немного чаще, нежели у других. Однако эта частота с лихвой компенсируется нашей идеальной внутренней стабильностью. «Резонанс» бывает у нас в гостях крайне редко, нам просто не за чем их вызывать.
Селена прекрасно понимала, о чём именно он сейчас говорит с таким неприкрытым подростковым бахвальством. Для администрации Сектора действительно не было абсолютно никакого практического смысла вызывать боевых оперативников для устранения прорывов и аномалий, если их собственный Высший мог лёгким движением руки просто повернуть для повреждённой зоны время вспять. Это, безусловно, делало мальчика невероятно могущественным и опасным игроком в иерархии, однако вносило в общую структуру работы Сектора «V» гораздо больше скрытых нюансов и подводных камней. Да, они не тратили энергию Ядра на восстановление зон после физических разрушений из-за аномалий, однако это никак не делало их пространство по-настоящему стабильным в том глубинном понимании, которое знала и видела сама М-4. Это была лишь красивая, застывшая во времени иллюзия порядка, под обложкой которой копилось колоссальное напряжение.
Спорить с мальчиком было абсолютно бесполезно, да и плевать всем было на то, что там происходит с метрикой на самом деле, пока проблема не была видна на официальных датчиках Системы. Девушка устало упёрлась руками в металлическую консоль, собираясь с мыслями, и глубоко, тяжело вздохнула. Способность этого подростка действительно была поистине уникальной. Селена, как опытный полевой тактик, сразу начала мысленно просчитывать варианты её практического применения. В реальном бою он легко мог бы повернуть материализованную энергию противника вспять, тем самым мгновенно обезоруживая его на подлёте. Но самым большим и пугающим вопросом оставался временной период, на который он физически мог откатывать состояние энергии. Мог ли он вернуть, например, силу Высшего к началу его итерации — фактически не стирая его накопленные воспоминания и боевой опыт, а просто делая цель ментально беспомощным и слабым? Лихорадочные мысли с огромной скоростью завертелись в её голове.
Сам тот факт, что этот мальчик стал Высшим, красноречиво говорил о том, что он в прошлом пережил много боли, жестокости и предательства, или же его просто цинично назначили на эту высокую должность в качестве очередного масштабного эксперимента Хозяйки. Она тут же живо вспомнила свой собственный опыт: как сама, проведя в текущей итерации лишь две недели в качестве бесправной пленной нижних ярусов, вдруг получила статус надзирателя. Это открытие вновь и вновь возвращало её к удушающему вопросу о том, что кто-то там, на самом верху, хладнокровно переставляет живые фигуры на шахматной доске Лабиринта так, как ему вздумается, возомнив себя всемогущим богом.
— Ну как, инспектор, справитесь? — самодовольно усмехнулся мальчик, заглядывая ей в лицо.
«Крысят» подобные обстоятельства и усложнение задачи совершенно не радовали. Они, замерев на своих местах, заворожённо наблюдали за яркими потоками вокруг, которые в воздухе транслировала их капитан. Абсолютно все присутствующие в зале управления прекрасно понимали всю техническую сложность данного мероприятия. Процесс поиска скрытых дефектов был далеко не лёгким, а тут на её ментальный контур, по сути, ложилась двойная, изнуряющая нагрузка. Девушке предстояло слой за слоем отделить плотный ментальный след самого Высшего от остальных чистых системных потоков Ядра, чтобы сквозь этот эмоциональный шум вообще суметь найти реальные пространственные аномалии.
— Зачем тогда вам нужна я? — вдруг прямо спросила Крысолов, плавно повернувшись лицом к Q-4. — Если вы настолько сильно гордитесь своим Сектором и личной способностью локально откатывать время вспять, то моя профессиональная работа здесь кажется абсолютно лишней. Раз вы так свято уверены, что всё пространство Сектора круглосуточно находится под вашим полным и единоличным контролем.
Её слова прозвучали для присутствующих помощников грубо, дерзко, но предельно честно. Зачем этот капризный мальчик вытянул её из Надзора своим официальным запросом, если ему на самом деле изначально не нужна была её помощь? Она упрямо искала, что скрывается за этой маской детского тщеславия. Селена смотрела Q-4 прямо в глаза, отчаянно пытаясь разгадать его истинную суть. Кто на самом деле стоял перед ней: капризный, любопытный подросток или безжалостный, умудрённый опытом Высший? Его текущая итерация была официально самой длинной среди всех Главнокомандующих этого Узла. Он уже очень давно перестал быть ребёнком внутри, даже если его тело и мозг упрямо оставались заперты в этих неизменных физиологических рамках.
— Скажу честно, — девушка холодно оглядела лениво танцующие в воздухе сапфировые потоки энергии. — Мне гораздо проще полностью стереть ваше ментальное присутствие в этом Измерении, чем часами пытаться отделить зёрна от плевел вручную.
От её резких слов все помощники Высшего мгновенно до предела напряглись, а конвой инстинктивно перехватил рукояти шокеров. Это прозвучало как прямая, неприкрытая угроза, ведь именно на уникальной силе мальчика держалась вся стабильность Измерений этого Сектора.
— Или просто пригласите меня и мой отряд заново, когда в очередной раз полностью обнулите Сектор, чтобы я не отвлекалась на ваш «фонящий» ментальный след.
Она уже собиралась было сделать уверенный шаг назад, к своей застывшей команде, плавным движением руки развеивая сапфировые искры, однако резкий, внезапно потяжелевший голос Главы Сектора заставил её замереть на месте.
— Боюсь, М-4, что никакого выбора в данной ситуации у тебя просто нет, — сказал он абсолютно ровно, но Селена всем телом ощутила колоссальное, осязаемое ментальное давление, резко хлынувшее с его стороны.
Она перевела быстрый взгляд на него, а затем — на встревоженную охрану, которая уже была готова заблокировать шлюзы. Безоблачная атмосфера в зале управления вмиг стала острой, звенящей от опасности. Заподозрив в словах Q-4 скрытый подвох, девушка сильно нахмурилась. Его повзрослевшее, пугающе серьёзное лицо сейчас наглядно говорило о твёрдых, непоколебимых намерениях подростка, чья реальная жизнь в Лабиринте была длиннее, чем у всех здесь присутствующих. Такая жёсткая позиция могла означать лишь одно: та самая базовая точка обнуления Сектора, к которой они послушно возвращаются каждый раз, на самом деле мало чем отличается от того хаоса, что происходит в пространстве прямо сейчас. Селена недовольно цокнула сквозь зубы и резким, раздражённым движением сбросила свою форменную фуражку крысолова прямо на металлическую панель стола, встрепенув короткие волосы. Этот импульсивный жест заставил всю присутствующую свиту невольно вздрогнуть. Этот малолетний Высший нагло недоговаривал ей главного. И истинная причина его утайки могла заключаться только в том, что точка обнуления Сектора «V» изначально была экстренной, созданной в критический момент, когда бесконтрольные силы самого мальчика уже необратимо повлияли на внутреннюю структуру Измерений. Избавиться от его следа в Ядре без разрушения Сектора было невозможно. Поэтому выбора у неё действительно не было.
— К чёрту всё это, — зло прыснула она, долгое время молча собираясь с мыслями под пристальным, сканирующим наблюдением вооружённой охраны. — Однако раз мы играем по таким правилам, мне понадобится помощь «Резонанса».
Она отчеканила это бескомпромиссно, смотря прямо Q-4 в глаза. И эти веские слова девушки заставили внутренне вздрогнуть даже её собственных «крысят». Это заявление означало лишь одно: её напарник К-11 со своей стандартной ментальной подпиткой здесь в одиночку помочь ей просто не сможет. М-4 нужен доступ к глобальным контурам внешнего ведомства и помощь батарейки помощнее.
— И ты сможешь всё исправить? — прямо спросил её Высший, полностью игнорируя испуганные и возмущённые возгласы своей высокопоставленной свиты.
— При условии моего прямого подключения к Главному ядру Сектора, — твёрдо кивнула она ему в ответ.
Селена в эту секунду не собиралась размениваться на мелочи и латать куски. Она хладнокровно планировала исправить структуру всех Измерений разом, раз проблема крылась именно в дефектной точке обнуления, чтобы аккуратно и точно выжечь старые ошибки кода и создать на их месте чистую, новую точку сохранения.
— Но для этого мне придётся полностью аннигилировать всё лишнее, а затем задать энергии совершенно новый ритм.
Слова о тотальной аннигиляции не на шутку, до леденящего ужаса напугали абсолютно всех присутствующих в зале надзирателей, но Крысолов продолжала говорить исключительно с Q-4, упорно надеясь на его многовековой опыт Высшего. Он был далеко не так глуп, капризен и наивен, каким так старательно хотел казаться перед окружающими, и она это прекрасно понимала. Мальчик годами свято хранил истинную причину такого плачевного состояния Сектора в строжайшей тайне, и если бы мог физически справиться с этой задачей сам, давно бы всё исправил без привлечения Надзора. Именно эта его внезапная, взрослая формулировка вопроса окончательно и железно подтвердила самые худшие подозрения девушки. Кто-то когда-то очень сильно накосячил с пространством Сектора «V», и подростку теперь просто изо дня в день приходилось титаническими усилиями поддерживать угасающую жизнь в своих владениях таким изнурительным образом, прячась за удобной маской капризного и самовлюблённого правителя.
— Хорошо, — вдруг мягко улыбнулся он, и все его помощники от шока буквально раскрыли рты, замерев на месте. — Вызывай свой «Резонанс», М-4. Вызывай хоть целую армию, если потребуется. Но сдержи передо мной своё слово и очисти код.
Селена решительно кивнула, принимая этот вызов, и резким, стремительным движением повернулась к застывшим «крысятам», на ходу активируя терминал связи. В это же время юный Высший уже вовсю раздавал своим взмыленным адъютантам жёсткие, не терпящие возражений команды — немедленно оповестить Цитадель Сектора о скором прибытии новых высокопоставленных гостей из боевого ведомства. К-11, поймав её взгляд, быстро подошёл ближе, и его золотая аура под кожей натянулась до предела.
— Это не работа Надзора, — шепнул Блондин ей на ухо предостерегающе, едва сдерживая дрожь в голосе. — М-4, не в твоих полномочиях самостоятельно решать такие глобальные вопросы. Тебя после этого снова затаскают по судам.
Девушка лишь недовольно скривила лицо, мысленно признавая, что парень в этой ситуации абсолютно прав. Действовать в обход руководства при переформатировании целого Сектора было чистейшим самоубийством. Она быстрыми пассами набрала на терминале команду экстренного видеозвонка Н-6 и поспешно надела беспроводной наушник, чтобы их разговор не подслушали любопытные адъютанты малолетнего Высшего. Голографический экран моргнул, и на нём появилось лицо Главы Надзора.
— М-4, там что, апокалипсис наступил? — спросил он строго, прищурившись. — Прямой видеозвонок Высшему сулит смертную казнь...
— Шутки в сторону, Командир, — резко прервала она его очередное самодовольное предостережение, которое её сейчас якобы не касалось, и быстро забарабанила пальцами по виртуальной клавиатуре. — Я прямо сейчас отправляю вам официальный системный запрос, подпишите.
— В чём, собственно, суть? — Н-6 мгновенно подался всем телом вперёд, став заметно серьёзнее и полностью закрывая глаза на её явное панибратство и требовательный тон.
— Хочу аннигилировать этот Сектор с помощью «Резонанса», чтобы на его месте забабахать новый, — искренне, на одном дыхании выпалила подчинённая, совершенно не заботясь о юридических формулировках, которые в эфире Системы звучали как самая настоящая государственная измена.
— М-4... — тяжело, со свистом вздохнул Высший на том конце провода, потирая пальцами переносицу. — Ты бы хоть иногда выбирала выражения... Тебя ведь за такие слова местные конвоиры просто в карцер кинут до выяснения обстоятельств.
— Мы с Q-4 уже обо всём договорились, и он официально дал своё добро на эту процедуру, — хитро улыбнулась она ему в камеру, давая понять, что ситуация под полным контролем.
— Я даже боюсь себе представить... — тихо усмехнулся мужчина качнув головой. — Ладно, подпись я ставлю. Но без меня там ничего не начинайте. Я скоро буду на месте.
— Окей, ждём, — весело отозвалась она и единым нажатием завершила вызов.
Девушка плавно развернулась к застывшим позади неё «крысятам» и с улыбкой подняла вверх большой палец, сигнализируя об успехе. Их испуганные, побледневшие лица, которые всё это время судорожно следили за тем, чтобы её дерзкие слова со стороны не вызвали бурю мгновенного негодования у свиты Q-4, наконец-то исказились мимолётным, искренним облегчением. Запрос был официально одобрен на самом верху.